Вместе и одновременно по разные стороны

      Вечер дышал уютом. Уют был и в мягком покрывале, дарившем тепло, но не жару, и в приглушенном свете комнаты, и в незатейливом фильме на экране большого телевизора. Уют усыплял двоих уставших от дневной суеты людей, расположившихся на кровати и лениво смотрящих мелькающие кадры кино, почти не улавливая их сути, но она и не была важна.       Царящая атмосфера убаюкивала спокойствием. Вечный круговорот дел будто замер где-то там, далеко. Телефоны молчали, словно боялись напомнить о себе хозяинам, проезжающие редкие машины за окном даже не думали сигналить, а собаки не думали выть. Лишь негромкие разговоры актеров кино наполняли комнату звуками, скорее всего, содержащими в себе какой-то смысл.       Ильдар уже почти было решился нарушить тишину вопросом, но, чуть повернув голову, понял, что парень, оказывается, уснул, уткнувшись ему в плечо и расположив правую руку на груди, приобнимая. Размышляя, как он мог не заметить этого, мужчина нашарил левой рукой возле себя пульт и сначала выключил телевизор, как раз в тот момент, когда на нем появились заключительные титры неизвестного фильма, а потом, щелкнув вторым пультом, окончательно погасил и свет в комнате. Стараясь не разбудить Женю, Ильдар аккуратно потянул на себя одеяло, накрывая их обоих...       ...       Запах гари разносился на многие мили вокруг. Огненно-красное море полыхало в долине, принося лишь разрушение и утрату. Людские крики отчаяния и боли были слышны даже здесь, хотя он ушел уже почти на самую вершину холма, оставив ад внизу. Темнота окружающей ночи была непроглядной, а возвышающийся лес за спиной казался одним жутким существом с множеством рук-веток, жаждущим схватить и выпотрошить любого, кто осмелится зайти глубже. И это существо скрипело, ворчало, стенало от ветра, качающего тяжелые скрюченные ветви, на которых росли такие же скрюченные, скудные, полусухие листья. Проклятому месту – проклятая земля.       − Еще одни пешки на доске устранены, не так ли? – раздавшийся за спиной голос в ночи был ожидаем. Спокойный, размеренный, задающий вопрос так, словно и правда речь идет лишь о шахматной партии, а не о жизнях людей.       − Всё так. И ты вновь решил меня найти? – буднично спросил Ильдар, встав лицом к умирающему поселению, которое не спасли ни кирпичные стены, разрушенные во многих местах, ни тяжелые ворота, на месте которых сейчас была пустота, ни вера в чудо жителей, погибающих или уже погибших.       − Или ты искал встречи? Риторические вопросы, − теперь голос раздался совсем близко. Евгений сделал шаг и встал слева от мужчины, даже не взглянув в его сторону, словно всецело был поглощён завораживающей открывшейся картиной горящего мира.       − Очередная прекрасная возможность всё закончить, − произнес Ильдар, смотря, как обвалилась крыша большого, явно богатого двухэтажного дома, подняв в воздух столб огня, искр и пепла.       − И в очередной раз мы ей не воспользуемся, ты же знаешь. Кстати, вам стоит перенести запасы продовольствия, дальше – север, − Евгений кожей почувствовал изучающий внимательный взгляд, но не ответил на него, продолжая наблюдать за тем, как из города пытаются выбраться незаметными мародерские обозы.       − Бьем с севера-запада. Хотят закончить быстро.       − Перемирие?       − Мир.       − Веришь?       − Риторический вопрос, − Ильдар вздохнул, не отрываясь от созерцания бушующей огненной стихии внизу. Минуты спокойствия, вырванные из лап войны. Минуты просто странных стечений обстоятельств. Но... Шаг назад, неуловимое движение рукой и...        − И какую тебе обещали награду за мою голову? – будничное любопытство в голосе и ни капли страха. Нож был прижат к шее молодого парня, острием почти царапая нежную кожу. Быстро и неслышно, со спины, как всегда. Которая уже попытка по счету?       − Гарантированное быстрое продвижение по службе, как минимум, − и опять и снова одно последнее действие, движение отделяло от цели. И вновь лезвие исчезло, оставшись чистым, в том же потайном кармане униформы, где находилось еще пару секунд назад.       Город внизу продолжал гореть, люди продолжали бежать, двое продолжали жить. Несколько мгновений ничего не изменило. Просто чужие руки, еще недавно держащие нож, сейчас вольготно расположились на груди парня, обнимая, а шею согревал пока еще не поток крови, а чужое дыхание, вызывающее невольные мурашки.       − Надеюсь, у тебя хватит ума использовать ту штуку, − грубее, чем следовало, внезапно произнес Ильдар, невольно чуть стискивая руки, обнимая крепче.       − Это называют магией, как ни странно до сих пор звучит это слово, − мягко усмехнулся Женя, думая, что не всем одинаково легко дается меняющаяся парадигма мира.       − Магия или нет, но она может серьезно переломить весь ход событий. А еще вывести всех на чистую воду, − грубость и некая ворчливость голоса могла обмануть кого угодно, но не того, кто различал в ней ноты сильного беспокойства и кто полностью разделял его. Когда силы почти равны, на счету оказывается каждая пешка, каждая выжженная деревушка.       − Интересно, будет ли предел твоим потерям? – внезапно спросил молодой парень, глядя на догорающее разрушенное поселение, вокруг которого всё больше сгущалась тьма...       ...       Лучи утреннего солнца ласково стучались в окошки жителям города, а им вторили стайки птиц, весело заливавшихся песнями, посвящёнными умытым ночным дождем улицам. Проснувшись, но решив оттянуть момент полного пробуждения, Ильдар лежал под одеяльцем, спрятав глаза в сгибе локтя от немного раздражавшего света. Сигнала будильника еще не было, значит, время позволяло понежиться в кровати, ненадолго отложив все тривиальные земные дела. А дела были. И ждали своего часа. Или минуты.       Пиликанье будильника, раздавшееся слева, всё же слишком быстро выдернуло ускользающее сознание из почти завладевшего им мира грез. Нашарив рукой телефон и, не глядя, тыкнув кнопку выключения, Ильдар, прислушавшись и поняв, что тело рядом даже не думало откликаться на призыв нового дня просыпаться и петь, хотел уже сам толкнуть Женю, но в последний момент сжалился, дав тому еще немного поспать, пока он займет душ и приготовит завтрак.       Часы неумолимо ползли вперед. По квартире распространялся аромат свежезаваренного кофе, а на кухне почти всё было готово к завтраку. И этот факт послужил оправданием тому, что Ильдар, зайдя в спальню, обрушился звучным голосом на ничего не подозревающего человека:       − Подъем, спящая красавица, у нас сегодня много дел!       Человек ожидаемо недовольно что-то заворчал и попытался укрыться от нарушителя сна под одеялом, что ему, конечно же, сделать не дали.       − Ну, уж нет, у тебя и так было время поваляться подольше, − с этими словами одеяло было беспринципно сдернуто и уже находилось в стадии сворачивания в руках Ильдара. Посылая красноречивые взгляды с проклятиями, теша тем самым хоть как-то своё недоспавшее эго, Женя молча встал и, зевая, на автопилоте двинулся на совершение неизменных утренних человеческих ритуалов. <…>       − Мы же забронировали всё, зачем так спешить? – всё еще не до конца проснувшись, спросил, входя на кухню и плюхаясь за стол парень.       − А если кто-то тоже успел позариться на этот шкаф? И опять всё по-новой смотреть придется, уже как-то неохота. Да и я хотел еще предложить заскочить в зоомагазин..., − протянул последнее слово Ильдар и услышал на это нескрываемый вздох.       − Опять? – Женя попытался быстренько перебрать в голове, что могло понадобиться им там, с учетом, что буквально на днях они купили и корма, и наполнитель.       − Миссис Пимпл начала драть диван, хочу посмотреть новую когтеточку и заодно то средство от царапанья вещей, у нас закончилось, оказывается, − дальнейшее обсуждение планов было прервано поглощением еды и шуршанием в соцсетях, где неизменно появлялось что-то важное в отсутствии владельца.       Витая каждый в своих мыслях, пара успела собраться и спуститься вниз, где к подъезду уже подкрадывалось желтое такси, стараясь не забрызгать будущих пассажиров стекшейся в островки луж водой. Негромкая попсовая песенка разбавляла уютную тишину салона, согретого работающим кондиционером. Почти не задерживаясь на светофорах, авто резво двигалось по проложенному навигатором, закрепленным на лобовом стекле, маршруту, подсказывая водителю оптимальный путь, благодаря чему спустя минут пятнадцать они остановились возле торгового центра с его неугасающими призывными вывесками располагавшихся магазинов и снующих толп людей, которых было хоть и не так много, но всё же хватало.       Торговый центр, как и положено, встретил их ярким светом, парой стоящих на входе промоутеров, у которых парни взяли по несколько листовок из самых благих побуждений, чтобы отойти два-три метра вглубь и затем выбросить в ближайшую урну, как и всегда, и стоящей почти у входа картой, облегчающей нахождения магазинов и избавляющей от бесполезного плутания по этажам. Нужный павильон находился на втором этаже, куда и был взят курс. В полупустом помещении слышалось небольшое эхо от каждого шага, от чего создавался некий дискомфорт, хотя и не особо было понятно, с чего ему вообще появляться.       Магазинчик приветливо распахнул обе свои двери, встречая гостей, также приветливо улыбнулась из-за стоящего в уголке почти у входа стола и молодая девушка лет тридцати с аккуратным пучком светлых волос, одетая в черный брючный костюм, под пиджаком которого была видна белая блуза, застегнутая на все пуговицы.       − Добрый день, ищете что-то определенное? – мелодичным голосом произнес консультант, отрываясь от своих дел и подходя к паре.       − Да, − ответил Ильдар и улыбнулся в ответ, − Заказывали на сайте, хотели бы посмотреть модель, − на появившимся в руках экране телефона был уже открыт заказ, который и был показан девушке.       − Пройдемте, − взглянув на изображение, продавец повела их в дальний угол, где и стоял интересующий товар. Небольшой, выполненный в светлых тонах под дерево, без лишней вычурности шкаф идеально подходил под запросы. Осмотрев немногочисленные ящички и всё то, что следует осмотреть в таких делах, оба сошлись на том, что искать что-то другое и тратить на это время будет уже бессмысленно.       Решив несколько нюансов с доставкой, сборкой, гарантией и всего прилагающегося, довольные покупкой, парни выходили из тц, греясь на весеннем солнышке, успев подмерзнуть под вечными кондиционерами, понаставленными на каждом шагу в таких магазинах.       − Тебя только к вечеру сегодня ждать? – спросил Ильдар, спускаясь по ступенькам, старательно перепрыгивая образовавшиеся на них лужицы.       − Думаю, да, мы хотели сначала решить по делам, а потом посидеть где-нибудь в кафешке, − произнес Женя, чуть качнувшись после приземления от очередного перепрыгивания лужи.       − Аккуратнее, − тут же раздался голос Ильдара, не удержавшегося от того, чтобы не вставить свои пять копеек, − Стоит ли мне ждать от тебя звонка с нетрезвым словесным поносом или сразу караулить у ближайшего милицейского участка? – красноречиво поднятая бровь Жени в ответ и такой же красноречивый взгляд отнюдь не уменьшили веселье данного вопроса.       − Еще пару таких шуток, и я подумаю над тем, чтобы дать тебе повод для ревности, − ехидно вывернул парень, наблюдая, как веселье Ильдара сходит на нет, а в глазах где-то в глубине зарождается опасный огонек.       − А ты хорошо подумай, − неуловимые предупреждающие нотки в голосе мужчины раззадоривали, но спасительный звонок телефона Жени прервал грозивший свернуть не туда разговор.       − Привет! – на том конце что-то начали говорить, но до Ильдара недолетало ни слова, − Хорошо, смогу. Не, уже не занят. Окей, буду. Сдвинули немного по времени, − отключившись и запихнув сотовый в карман, пояснил парень в ответ на любопытный взгляд, − Так что заскочу на пять секунд домой и потом сразу полечу туда, − сигнал телефона о новых сообщениях вынудил хозяина обратить вновь своё внимание на него. Прочитав не такую уж важную информацию, Женя решил заодно проверить и телегу, в которой накопилось уже, как обычно это и бывает, несколько сотен сообщений...       Дома Ильдар хотел было отдохнуть и ничего понеделать, но то одно, то другое дело, возникающее стихийно, отвлекли мужчину настолько, что небо успело потемнеть.       Телефон, вопреки угрозам конкретного человека, молчал, но Ильдар, погруженный в игру, которую он запустил с фразой «всего полчаса перед сном поиграю и всё», а в итоге застрявший в ней гораздо больше отпущенного срока, и сам не думал беспокоить, увлеченный действиями на экране. Одержав очередную победу и всё же решив на этой хорошей ноте выйти из игры, хоть та и старалась на дольше оставить игроков в своих сетях яркими и громкими призывами и обещаниями, Ильдар погасил компьютер и пару минут просто сидел в кресле, слушая тишину, сменившую несмолкаемые музыку и звуки игры.       Сонное состояние всё же взяло верх. Да и запланированная завтра работа ждать не будет, валяться допоздна уже точно не получится. Укладываясь на боковую и размышляя о том, во сколько может прилететь и в каком состоянии упорхнувшее кутить чудо в перьях, Ильдар и сам не заметил мягкого погружения в царство Морфея...       ...       Две недели... Три поселения... Почти у города... Слишком быстро... Хотя, кто сказал, что всё будет идти согласно плану. Как вообще можно продумать какой-то план тогда, когда обстоятельства меняются ежечасно. Ни правых, ни виноватых, ни смысла.       Ночной воздух был теплым, кроны деревьев стояли неподвижно, лишь редкие птицы да букашки, неспящие обитатели леса, негромко переговаривались на своих причудливых языках. Медленно идя по едва различимой тропке, наступая на мелкие веточки и ломая особо высокие травинки, мужчина то и дело замирал, прислушиваясь и будто чего-то ожидая. Надежда еще билась, не давая горячить голову непрошенными мыслями, но те упорно царапали черепушку изнутри и протягивали свои когтистые лапы к казалось бы равнодушно гоняющему кровь по телу сердцу.       − Хоть бы дымок какой развел или птиц с веток шуганул, а то пока отыщешь, херову кучу времени убьешь, − раздался за спиной знакомый бодрый голос, от которого Ильдар не сдержался и как-то с особым облегчением выдохнул, словно внутри перестала сжиматься невидимая пружина. Но стоило повернуться и увидеть самого обладателя произнесенных слов, как сердце пропустило удар, − Не надо смотреть на меня такими страшными глазами. Живой, руки-ноги на месте, остальное заживет, − усмехнулся Женя, видя такую реакцию.       − Ты..., − начал было Ильдар, и запнулся. Даже в ночном тусклом свете были видны бинты, скрывающие кисти рук, уходящие дальше под рукава униформы, и перемотанная бинтами шея. Левую щеку пересекал длинный, но вроде неглубокий порез почти до самого уха, а над правым глазом почти у виска темнел еще свежий синяк.       − Просто считай это небольшими производственными травмами, − парень пытался держать голос ровно, но под конец провально сорвался и затих, опустив голову, не выдержав изучающе-переживающего взгляда. Тепло аккуратных объятий дарили большее спокойствие, чем любые слова жалости и утешений. Молчаливая поддержка и вера лечила сильнее, чем обилие жгучих спиртовых настоек, вылитых на раны. Ильдар только примерно мог понять, что чувствовал парень, потому что сам когда-то проходил нечто подобное, но всё же, это было другое. Да и со временем ощущения от получаемых ран сильно притупились, а сейчас и вовсе редко кому удавалось достать также сильно, как и прежде, до него.       − С такими производственными травмами жду твоего стремительного карьерного роста, как минимум, медальками позвенеть должны дать, − улыбаясь, ответил тот, кто ощущал, как на спине смялась ткань формы под чужими пальцами.       − А когда всё закончится, будет ли кому медальки вручать?       − Кто знает, − ответил Ильдар, не совсем улавливая суть заданного вопроса...       ...       Сначала настойчивые громкие удары в дверь, а потом уже четкое шебуршание чем-то в замочной скважине заставили чуть ли не подскочить с кровати мужчину, видевшего давно десятый сон. Резко зажмурив и распахнув глаза, окончательно мобилизуя серое вещество в голове, возвращая его к реальности, Ильдар, стараясь не шуметь, встал с постели и, светя фонариком телефона, крадучись направился к выходу.       Дверь же вновь сотрясли удары кулаков, а потом внезапно раздался довольно отчетливый голос знакомого:       − Ильдар, открывай! – после которого вроде стало и спокойнее, что это ни какие-то там сумасшедшие ломятся, и тревожнее, ибо причина такого варварского поведения глубокой ночью должна быть весьма веской.       − Доброй..., − открыв дверь, начал было говорить Ильдар и на автомате подхватил падающее на него нечто двухметровое и очевидно плохо стоящее.       − Доброй. Всё, я спать, бывай, − выпалив на одном дыхании, явно пребывающий не в духе знакомый даже не удосужился как-то что-то объяснить и уже скрылся в недрах подъезда, оставив растерянного мужчину единственным неспящим на лестничной клетке. Ну или как единственным. Женя, а судя по росту и знакомой одежде, это был именно он, пребывал в состоянии далеком от трезвого, но в тоже время и в каком-то далеком от реальности.       − Ну и какого лешего ты так надрался, пьянь? – задал вопрос больше воздуху, чем человеческому, едва стоящему телу Ильдар, помогая выпутать длинные конечности парня как минимум из верхней одежды и обуви. Вместо ответа парень тихо осел на пол и спрятал лицо в ладонях, беззвучно покачиваясь. Такое поведение не то, что просто в миг насторожило мужчину, оно забило набатом в голове о неправильности сие действия до кажущегося звона в ушах, − Эй, ты чего? – присев рядом на корточки, аккуратно, будто боясь спугнуть, Ильдар попытался отнять одну из ладоней от лица Жени, но, встретив сопротивление, обнял сидящего парня, судорожно гоня из головы картины событий, которые могли привести к такому.       Напряженное тело в объятьях начинало медленно, но верно, успокаиваться и расслабляться. Тишина, повисшая в квартире, таила в себе много недосказанности и неопределенности, но, тем не менее, никто не спешил её нарушать, будто понимая, не сейчас. Сейчас гораздо важнее просто быть рядом, а всё остальное можно решить и потом, ведь после холодной ночи всегда придет согревающий день...