Нет, не слишком

      — Так что ты хотела? — спросил Фэнг, едва прозвенел звонок с последнего урока.       Девушка обернулась и загадочно посмотрела сначала на него, а затем одними глазами заставила Эмз выйти из кабинета вслед за одноклассниками. Беловолосая тут же заняла её место, так что теперь сидела прямо напротив и сверлила его взглядом. Складывалось ощущение, что она видела парня насквозь, и было бессмысленно пытаться врать. Потому и его напряженность не ускользнула от её чуткого взора.       — Расслабься, бить не буду, — хихикнула девушка, мягко тыкнув пальцем его руку, — смотри, учителя передали мне парочку распечаток для Эдгара, — она выложила на парту небольшую стопочку листов.       — А мне они зачем? — удивился парень.       — Почитай для общего развития, — усмехнулась Колетт, — как закончишь, передай, пожалуйста, Эдгару — это его домашка.       — Подожди, — он выставил руки перед собой, — а почему ты сама не передашь? Я ведь даже не знаю, где он живёт…       — Ну, ты же хотел загладить свою вину, помнишь?       — А-а, — наконец дошло до Фэнга, — ты думаешь он простит меня за распечатки?       — За распечатки, думаю, нет — тут тебе придется импровизировать, — пожала плечами девушка.       — А он ничего не говорил… — он умолк, потупив взгляд, а затем едва слышно добавил, посмотрев на неё исподлобья, — про меня?       — Он тоже очень хочет с тобой поговорить, — Колетт тепло улыбнулась.       — Правда?       — Конечно, только, — она выдержала незначительную паузу, но её хватило, чтобы лицо её приняло более строгий вид: брови нахмурились, глаза хитро сощурились, мягкая улыбка разгладилась в холодную прямую линию, — у меня есть одна маленькая просьба, — тихо, едва шевеля губами, сказала она, наклонившись через парту ближе к нему.       — Какая? — растерянно прошептал парень.       — Не облажайся, — в голосе девушки впервые прозвучала едва уловимая угроза, — это твой последний шанс.       — Х-хорошо, — он начал запинаться от такой резкой перемены настроения.       — Фэнг, ты пойми, — девушка отстранилась и продолжила как ни в чём не бывало, — лично мне ты нравишься, ты хороший парень, но я же не смогу бесконечно убеждать в этом Эдгара и закрывать глаза на все твои косяки.       — Да, — тяжело вздохнул он, — ты права.       — Вот и отлично, — она снова широко улыбнулась и придвинула поближе к нему стопку бумажек, — сейчас пришлю адрес.

***

      Фэнг уже несколько минут неловко топтался на пороге, не осмеливаясь нажать злополучную кнопку дверного звонка. Казалось бы, он всю неделю готовился к этому разговору, но так и не смог связать воедино все свои мысли, и шёл сюда в надежде, что нужные слова придут к нему сами, как только он начнёт говорить. Но, к его огромному сожалению, надежда покинула его вместе с немногочисленными мыслями в тот самый момент, когда парень неуверенно потянулся к звонку, а затем внезапно одернул руку, словно ошпаренный. «Боже, что я ему скажу?» — он страдальчески зажмурился, запрокинув голову.       «Привет, Эдгар, помнишь мы немного повздорили, а потом я наговорил всякого, так вот… Нет, это слишком долго, он выпроводит меня за дверь уже на слове «привет» — парень понуро опустил голову, глядя на распечатки, которые всё это время теребил в руках. «А может сразу вручить ему бумажки и сбежать?» — он бросил оценивающий взгляд на подъезд, прикидывая путь побега. «Нет. Ну, допустим, так: Привет, Колетт попросила меня передать тебе эти распечатки, и вот, я решил принести…» — Фэнг тяжело вздохнул, — «Долго… Колетт передала тебе распечатки и вот я…». Он снова потянулся к звонку. «Эдгар, вот твои распе… Нужно короче» — думал он судорожно. «Эдгар, держи… Нет, не держи… Эдгар, на?» — пришлось шлепнуть себя стопкой листов по лицу, чтобы прийти в себя. «Ладно, буду импровизировать» — твердо решил он и наконец нажал на злополучную кнопку.       За дверью раздался приглушенный перезвон, вслед за которым вскоре послышались шаги. Металлический лязг замка, скрип дверной ручки, и вот перед ним во всей красе расползлась темнота чужой квартиры вместе с её хозяином, конечно. Эдгар сонными глазами оглянул его с ног до головы, недовольно вздохнул, пробормотав что-то и шлёпнул по выключателю, залив светом белую прихожую, так что теперь Фэнг мог разглядеть не только её, но и самого парня.       Сейчас его внешний вид разительно отличался от того, каким опрятным и выглаженным он был в школе: помятая чёрная безразмерная футболка с мелким белым принтом, из-под которой торчали того же размера и цвета шорты чуть выше колена. Вместо привычной аккуратно уложенной на одну сторону чёлки на голове красовалось что-то невнятное и растрепанное, скорее походившее на сбитое машиной животное, чем на причёску. Его вечно недовольное лицо приобрело странный сероватый оттенок и в целом выглядело болезненно, учитывая огромные впавшие синяки под глазами, которые у парня, кажется, были от природы.       И всё же, в таком виде Эдгар нравился ему гораздо больше. Он не мог перестать рассматривать его растрепанные волосы, усталые глаза, пересохшие ото сна губы, острые контуры скул, глубокие впадины ключиц, выглядывавших из-под заношенной футболки. Парень выглядел таким простым и домашним без своей напыщенной серьезности и строгости, что хотелось вгрызаться глазами в каждую мелочь, чтобы запомнить всё до мельчайших подробностей. И они, наверное, так и стояли бы на пороге, если бы хозяин квартиры не прервал затянувшуюся паузу.       — Привет, проходи, — хрипло сказал он и шагнул в сторону, пропуская гостя.       — П-привет, — Фэнг вновь начал запинаться, но всё же переступил порог.       Честно сказать, он представлял его квартиру гораздо более мрачной и тёмной, под стать самому Эдгару, и последним, что он ожидал увидеть, была белая с золотистой фурнитурой мебель на фоне светло-серых стен. Слева от входной двери стояла узкая высокая тумбочка. Чуть правее начиналось огромное квадратное зеркало с позолоченной рамкой, а прямо под ним стоял небольшой пуф светлого оттенка. В правую стену был встроен шкаф-купе с зеркальными створками, на которых из-за яркого освещения был виден солидный слой пыли. На полу красовалась белая плитка с маленькими квадратными вставками, которая в отличие от зеркала сияла безупречной чистотой. Так что, хозяин квартиры либо не знал про существование пыли на прочих поверхностях кроме пола, либо нарочно её игнорировал по большой общечеловеческой лени. Пока азиат осматривался, Эдгар успел закрыть дверь, пройти вглубь коридора и подпереть собой одну из стен, задумчиво глядя на парня.       — Чего стоишь? — наконец спросил он.       — Думаю, стоит ли мне разуваться, — честно ответил гость.       — Ну, подумай, — он хмыкнул, развернулся и кинул через плечо, — а я заварю нам чай.       Фэнг совсем запутался. Он искренне думал, что одноклассник не то, чтобы ненавидит его, но уж точно настроен негативно по отношению к нему. А тут такое… Не накричал, не напал с кулаками, не выставил за дверь. «Я заварю НАМ чай» — его словно подменили, ну не мог же он за неделю настолько радикально поменять своё мнение. Не уж то Колетт приложила руку?       Парень очнулся только когда услышал с кухни звук разогревающегося чайника. Он, недолго думая, кинул свой рюкзак вместе с распечатками на мягкий пуф возле зеркала, снял обувь и двинулся вглубь квартиры на потрескивание электрического чайника. Коридор оказался больше, чем казался на первый взгляд. Он продолжался прямо за углом и уходил вправо, заканчиваясь развилкой из трех закрытых дверей. Прямо куда-то вела ещё одна дверь, а слева от парня, за межкомнатной аркой, начиналась огромная по размерам гостиная-столовая с красивой панорамной лоджией. В центре комнаты стоял круглый обеденный стол с тремя стульями, а слева от него располагалась просторная кухонная зона с небольшим островком в середине. Там он и заметил хозяина квартиры, который стоял к нему спиной и что-то колдовал над двумя кружками.       — Сахар? — спросил он из-за спины.       — Нет, спасибо, — ответил Фэнг, подойдя ближе.       — Бережешь фигуру? — усмехнулся Эдгар.       — По мне не заметно? — он кокетливо поиграл мышцами, заметив, что парень обернулся и смотрит на него.       Тот задумчиво обвел подкаченное тело глазами и, смущенно фыркнув, отвернулся назад к чашкам. Чайник глухо щёлкнул выключателем, и он тут же принялся разливать всё ещё бурлящую воду по кружкам. Когда всё было готово, Эд аккуратно двумя пальцами пододвинул один из напитков в сторону спортсмена и обхватил ручку своего чая, поднимая его над поверхностью столешницы. Медленно, стараясь не разлить испускающую горячий пар воду, хозяин квартиры обогнул азиата и поплелся к круглому столу возле панорамного окна. Фэнг, недолго думая, побрел вслед за ним. Оба уселись. В полной тишине раздалось громкое хлюпанье. Эдгар медленно, не выпуская чашку из рук, поднял взгляд на парня напротив, издававшего звук угрязшего в болоте ботинка. Челкастый хрюкнул, поперхнувшись чаем, и прыснул от смеха, припадочно шлепая рукой по столу.       — Что? — хлюпающий недоуменно уставился на одноклассника.       — Сука, — сквозь смех выдавил парень, — умеешь ты момент испортить.       — Если не хлюпнуть, то невкусно, — заявил Фэнг, в тщетных попытках сделать умный вид.       — Как скажешь, — усмехнулся Эдгар, — так как тебя сюда задуло?       — Э-э, — протянул он, потирая затылок, — я думал, Колетт тебе рассказала…       — Рассказала, что ты принесешь мне домашку, — кивнул парень, — она и сама с этим прекрасно бы справилась. Вот я и спрашиваю: что ты хотел?       — Ну, — спортсмен замялся, уперевшись взглядом в кружку.       — Ну, если это всё, что ты хотел сказать, то я, пожалуй, начну, — он коснулся губами чашки, сделал глоток и отставил в сторону, — я думаю, я вёл себя как идиот в первые дни нашего знакомства и совершенно необоснованно обозлился на тебя. Что впоследствии привело к тому, что случилось на той вечеринке, если ты, конечно, что-то помнишь, — на этом моменте Фэнг смущенно отвел глаза, — не помнишь, значит, — усмехнулся говорящий.       — Не помню, — повторил за ним он.       — Ну, то, что ты напился, ты, думаю, помнишь?       — Все выходные припоминал, — неловко хихикнул азиат.       — Мне не понять, — пожал плечами Эдгар, — ну, если говорить коротко, сначала ты таскался за мной весь вечер, потом ударил меня в грудь…       — Чего? — у него округлились глаза.       — Да, — в подтверждение парень приподнял футболку, оголяя грудь и красующийся на ней автограф.       — Мы подрались? — обомлел спортсмен.       — Да, я потрогал тебя за плечо, а ты меня за грудь, — рассмеялся Эдгар, — ну, дело было в темноте, поэтому ты, видимо, просто испугался.       — Ой, — Фэнг схватился за голову и с глухим стуком вжался локтями в стол, пытаясь спрятаться от стыда, — извини-и-и, — жалобно промычал он.       — За синяк прощаю, — заверил хозяин квартиры, — потом ты поплелся за мной на улицу и очень удачно пошутил про моих родителей.       — Что я наговорил? — зарываясь в руки ещё сильнее, протянул азиат.       — Ты сказал, что они умерли, что в целом правда, но…       — О, боже, — парень наконец показал лицо и взволнованно посмотрел прямо на собеседника, — что случилось?       — Отец сел пьяным за руль, и мы попали в аварию… Они погибли у меня на глазах, — с трудом выговорил Эдгар, потупив потухший взгляд в стол.       — Так ты поэтому не пьешь… Прости… Если бы я знал, я бы так никогда не пошутил, — он виновато поджал губы и посмотрел на него сквозь ресницы после долгой паузы, — и ты живешь один?       — Да, как только исполнилось восемнадцать, я вернулся сюда, — парень шмыгнул носом.       — Красивая квартира, — неловко заметил спортсмен. Чай допивали в тишине. Фэнг тщательно обдумывал сказанное. Эдгар смущенно потупил взгляд и тихо шмыгал носом. Сама собой их молчаливая беседа перетекла в коридор, но азиат и не думал уходить. Он судорожно бегал глазами в поисках причины остаться, когда взгляд вдруг упал на распечатки, оставленные им на пуфе. И тут у него созрел план.       — Кстати, — чуть громче обычного выкрикнул он, заставив одноклассника слегка вздрогнуть, — ты ведь много пропустил. Я мог бы объяснить тебе новые темы… если ты, конечно, хочешь.       — Ты объяснишь мне? — недоуменно ухмыльнулся челкастый, а потом вдруг заинтересованно посмотрел ему в глаза — хочу.       Фэнг, недолго думая, сгреб в охапку распечатки и уверенно зашагал мимо парня в обратную от двери сторону. Дойдя до арки, он остановился, издал протяжное «э-э-э», обернулся и глупо заморгал глазами.       — А куда идти?       Эдгар лишь молча разминулся с ним в проходе и повёл его направо по коридору. Туда, где до этого Фэнг смог разглядеть три закрытых двери: они зашли в ту, что была по левой стене. Перед азиатом во всей красе предстала святая святых — спальня Эдгара. К слову, эта комната, в отличии от остальной квартиры, соответствовала ожиданиям азиата: мрачная, полная мусора, скопившегося по углам, и прочих неизвестных природе вещей. Настоящая обитель нелюдимого маньяка-психопата из фильмов. Супер. Тут Фэнг и проведет остаток молодости, привязанный к батарее.       — Хули встал, — недовольно пробубнил хозяин комнаты ему в спину.       Парень неловко шагнул в темноту, уступая дорогу. Пара секунд и в глаза ударил солнечный свет из-за раздвинутых Эдгаром штор. Из плюсов: он наконец смог разглядеть внутреннее убранство. Прямо по центру стояла огромная кровать на полтора, а то и на все два спальных места. Слева от неё, напротив двери, был огромного размера угловой гардероб, а справа небольшой письменный стол, торцом упиравшийся в стену с панорамным окном, на котором как раз и висели злосчастные плотные шторы, делавшие всю обстановку в десять раз темнее.       — Ну, рассказывай, — челкастый уселся на край кровати рядом со столом, как бы приглашая одноклассника занять стул. Тот, недолго думая, приглашение принял.       — С чего начнем? — он неуклюже перебирал в руках распечатки.       — С чего-нибудь приятного, — парень выхватил из его рук бумажки и мельком пробежал глазами по каждой, остановившись на одной, — о, обожаю алгебру, — он с довольным видом закинул ногу на ногу и протянул азиату лист, — объяснишь?       — Э-э, — он с трудом смог прочитать тему «иррациональные уравнения», и, чтобы скрыть его собственную потребность в человеке, который бы объяснил ему пару-тройку, а то и сотню тем по алгебре, начиная с умножения в столбик и заканчивая этими, будь они неладны, иррациональными уравнениями, парень нервно усмехнулся, — да я профи в иррационалах и аналах, не говоря уже об уравнениях.       — Ну так? — он внимательно смотрел прямо на него, не отводя глаз, но было видно, что он едва сдерживается, чтобы не рассмеятся.       — Ну, смотри, — спортсмен тыкнул пальцем, — эрекциональные уравнения это те, в которых есть корень. Во-о-от… — он почесал затылок, — они решаются, э-э-э… возводятся на два или на три, ну, зависит какая циферка там, да…       — Ничего не понял, но очень интересно, — рассмеялся Эдгар, сдвигаясь на край кровати, — во-первых, не эрекциональные, а иррациональные. Смотри не ляпни такое на уроке. Во-вторых, чтобы решить такое уравнение, нужно обе части возвести в степень корня, например, здесь, — он показал пальцем в один из примеров, — корень второй степени, поэтому и всё уравнение мы возводим во вторую, соответственно. В-третьих, при возведении корня в натуральную чётную степень, могут появится посторонние корни, особенно если уравнение в итоге сводится к квадратному, поэтому всегда нужно делать проверку, либо прописывать область допустимых значений.       — Пидорас, — насупился Фэнг.       — Что? — парень, увлекшийся объяснениями, поначалу не заметил, как с каждым его словом лицо друга становилось всё недовольнее и недовольнее.       — Ты не мог сразу сказать, что и так всё знаешь? — он обиженно нахмурился и поджал губы.       — Ну, ты так рвался объяснить мне что-нибудь, — усмехнулся Эдгар, поправляя челку, — как я мог устоять?       — Раз ты такой умник, может тогда порвёшься мне что-нибудь объяснить? — он кинул листы бумаги ближе к нему.       — Порваться не обещаю, но объяснить смогу.       Вскоре недовольство Фэнга сменилось непониманием. Помимо этих злосчастных иррациональных уравнений, одноклассник успел объяснить ему ещё несколько предыдущих тем. Говорить о том, что он всё понял, конечно, не приходилось. Тем не менее, вплоть до позднего вечера, они занимались исключительно математикой. Ни один из них не заметил, как небо за окном медленно краснело на закате, а затем так же неспешно гасло вслед уходящему солнцу. Настолько оба были увлечены то ли алгеброй, то ли друг другом.       — Что-то я засиделся, — потянулся, разминая затёкшие мышцы, азиат.       — Оставайся с ночёвкой, — спокойно сказал Эдгар, поднявшись со стула.       — Правда? — он недоверчиво уставился на того.       — Не, — небрежно кинул хозяин квартиры через плечо, — пошёл нахуй отсюда, — улыбнулся он.       Посланный парень рассмеялся и состроил обиженное лицо, с которым уже через минуту стоял в коридоре. Напротив него, подпирая стену, мялся Эдгар, наблюдавший за спортсменом из-под чёлки. Его живот вдруг издал громкий протяжный, сродни пожарной сирене, звук, который, кажется, сигнализировал о голоде. Спортсмен поднял на парня подозрительный взгляд: впавшие щеки, огромные синяки под глазами, потускневшая кожа. Только теперь он понял, что это не последствия болезни. Но это ведь не его дело, верно?       — Ну, я пошёл, — сказал парень уже из-за двери, — кстати, Эд... — хотел было что-то добавить он, последний раз взглянув на одноклассника и резко сорвался с места, чтобы предостеречь того от падения.