Человек, подобный дому.

Отложив только что прочитанное письмо с подписью главнокомандующего Разведкорпуса в сторону, Августина устало вздохнула. Уперевшись локтями о поверхность прилавка, она спрятала лицо в ладонях, после чего ими же одним действием зачесала волосы назад. Внимательно посмотрев на письмо, задумалась.

«… поэтому прошу приехать вас лично и все обсудить. Буду ждать вас во вторник на следующей неделе в …»

— Ц… — свела брови и, закусив губу, отвела раздраженный карий взгляд в сторону. «Что Смит о себе возомнил?! Ему надо, пусть сам и приезжает. Какого хрена я должна переться к черту на куличики?!» — мысленно возмущаясь и краснея от гнева, торговка убрала письмо в столешницу и продолжила перебирать травы, что и делала до того, как ее прервал посыльный.

«… За вами приедет человек, который отвезет в штаб и обратно, не беспокойтесь. …»

«Не беспокойтесь, бла-бла-бла. Охренел совсем! Черт, сейчас что-то разнесу!» — резко выкинув травы из рук и сдунув со лба раздражающую прядь, Густа, тяжело дыша, размашистым шагом начала наворачивать круги по лавке. Августина никогда не могла похвастаться сдержанностью в эмоциях, она резко загоралась и также резко потухала. Она относится к тому типу людей, которых злить совершенно не стоит. Густа еще с детства научилась не выражать свой гнев на других. Это произошло после нескольких драк с дворовыми хулиганами, которые были любителями дергать за косички и кидаться камушками. К слову, познав на себе всю силу эмоций Августы, мальчишки прозвали ее в близких кругах (не дай Боже она это узнает) «душевнобольной» и больше не приближались. Позже девчушка поняла, что нет смысла в том, чтобы выносить эмоции на кого-то другого, ведь от этого больше вреда, чем пользы. Как бы она не пыталась усмирить свой пыл и стать менее эмоциональной, у нее ничего не получалось. Решив пытаться не бороться с этим, а принять свою пылкость, ей стало легче. Августина остановилась напротив зеркала.

Глубокий вдох. Задержка. Длинный выдох.

Еще раз.

Помассировав виски и прикрыв глаза, она окончательно успокоилась. Сейчас Густа даже не особо понимала, почему настолько разозлилась. Торговка была одним из самых крупных поставщиком лечебных трав во всех стенах. С Разведкорпусом имел дела еще ее отец во времена Шадиса, ей все просто досталось вместе с остальным бизнесом. Августа и Эрвин были вынуждены сотрудничать по старому договору, даже не зная друг друга. Её все абсолютно устраивало, но вот командор, видимо, только проснулся. Всё бы было отлично, но Эрвин не соизволил приехать сам, пригласив девушку в штаб. Она не любила вылазить на деловые встречи из своего гнёздышка, поэтому всегда проводила их на втором этаже магазина, где располагается её кабинет и, собственно, жильё. Задержав взгляд на единственном пятнышке на фартуке, Августа развернулась и направилась обратно к прилавку доделывать, что начала. «Что ему так приспичило встретиться? Вдруг у меня были бы планы в это время? Очень нетактично с его стороны…» — размышляла травница.

***

Август подходил к концу, а все остальное только начиналось. С каждым днем солнце грело все меньше, а дни становились прохладнее. Леви задумчиво смотрел из приоткрытого окна командорского кабинета на малиновый закат, ощущая легкую приятную прохладу. — Два месяца до окончания сезона для вылазок, — озвучил мысли капитана Эрвин, подошедший сзади. Смит полностью распахнул окно, с облегчением вдыхая вечерний летний воздух. Легкие защекотал запах свежескошенной травы. Последний месяц выдался для него тяжелым, так как он решил наконец-то разобрать все скопившиеся и залежавшиеся документы. Командор не любил бумажную работу, делал ее лишь из нужды. Недавно, перебирая папки со старыми бумагами, он наткнулся на договор с неким Леоном Игнис, поставщиком лекарственных растений. За весь медицинский корпус и нужные ему материалы отвечал доверенный человек, Эрвину лишь оставалось подписывать определенные документы. Недавно этот самый человек приходил к нему, чтобы попросить уменьшить список поставляемых лекарств. Это связано со значительно поредевшими рядами Разведкорпуса. Учитывая урез бюджета, лишние расходы были штабу ни к чему. — Я позвал поставщика лекарственных трав для обсуждения договора. Давно надо было это сделать, все-таки работаем вместе уже не один год, а друг друга даже не знаем. – Командор уперся взглядом в друга. — Встреча будет завтра. Нужно кого-то отправить, как сопровождающего. — Эрвин взял со стола бумажку с адресом и протянул повернувшемуся в его сторону Леви. — Найди кого-нибудь на эту роль. К часу дня он должен уже быть на месте. Капитан кивнул, забирая лист из рук командора. Взглянув на адрес, он понял, какого поставщика имеет в виду Эрвин. «Мне как раз нужен чай», — возникло в голове. — Я сам этим займусь. У меня по пути дела. Доброй ночи. Леви вышел из кабинета и растворился в темном коридоре, рассматривая тусклый блеск вычищенных носов солдатских сапог. Отвар, что дала Августа, действительно помог. Он стал высыпаться, а под глазами исчезли темные круги. В последние дни Аккерман даже стал менее раздражительным. Проблемы со сном всегда преследовали его. Он пробовал много средств и способов, но они либо действовали слишком слабо, либо слишком сильно. Дойдя до своего кабинета и комнаты по совместительству, разведчик снял форменную куртку и расслабил воротник рубашки. Грузно опустился на стул и помассировал большим и указательным пальцами переносицу, выдыхая. В голове всплыл смазанный образ Августины, за которой он завтра отправится. Леви подумалось, что в последнее время слишком уж часто он стал с ней пересекаться. Раньше он закупался чаем на один – два месяца и не заморачивался. Сейчас ему вдруг стало интересно пробовать новое и видеть получаемый эффект. «Надо бы не забыть спросить про Йегера… Вдруг эта зельеварка что-то знает?» — Леви перевел взгляд на недопитую кружку с черным чаем.

***

Августина опустила плетеную корзину со свежими и еще мокрыми от воды растениями на пол. Выпрямилась и положила руки на поясницу, прогнувшись до хруста. «Сама скоро превращусь в растение», — она улыбнулась своей глупой и плоской шутке, вытирая влажные руки о измазанный зеленью фартук. Кинув быстрый взгляд на часы, она позвала за прилавок мальчишек и поднялась на второй этаж собираться. До приезда сопровождающего еще час, но девушка предпочитала всегда быть готовой заранее. Заменив рабочую одежду на строгий черный брючный костюм с белой гладко выглаженной рубашкой, Густа аккуратно собрала волосы в низкий пучок. В кожаный портфель собрала все бумаги, касаемые Разведкорпуса, и спустилась вниз под тихий стук низких каблуков лакированных туфель. — Какой важный хрен бумажный, — шепнул на ухо Максиму Ботя, ехидно ухмыляясь. Мальчишки тихо рассмеялись, поглядывая на Августу. — Я вас слышу, шпана. — Она гневно зыркнула на парней. — Сейчас обратно в сарай отправитесь. — Отвесила каждому по подзатыльнику. Несмотря на очень похожую внешность, братья были совершенно разными. Максим, как и подобает старшему (пусть и только на год), был серьезным и ответственным парнем, потому что с самого детства после смерти матери и того, как папаша променял их на алкоголь, заботился о Боте. Он всегда считал себя за него ответственным, воровал еду и искал ночлег. Даже если еды было недостаточно на двоих, Макс отдавал все Боте. Бот же, наоборот, был длинным на язык и любил пошутить. Густа часто говорит, что у него наждачка в одном месте. По этой же причине она доверяет серьезные дела только Максиму, на что Ботя очень обижается. Ребята за несколько лет совместной жизни и работы стали Августине младшими братьями, а она им – сестрой. Они часто могли подшучивать друг над другом, но только не перед другими людьми. — Через двадцать минут я уеду на встречу, магазин до вечера будет на вас. Сегодня никто важный не приедет, но валять дурака все равно нельзя. — Она кинула недвусмысленный взгляд на младшего из братьев. На это Бот показал язык. Густа в долгу не осталась, сделав тоже самое. За этим занятием их застал только что вошедший капитан. Он уперся плечом о стеллаж, скрестив руки на груди, из-за чего с хрустом натянулась белоснежная рубашка. «Черт…» — Августина, густо покраснев, отвернулась от мальчишек. — Добрый день. Вы меня сопровождаете? — Она сложила руки за спиной. Леви равнодушно на неё посмотрел. — Да. Пока есть время, мне нужен чай и тот же отвар, что в прошлый раз. Потом поедем.

***

Спустя пятнадцать минут Леви и Августина оседлали лошадей, начав путь в штаб Разведки. Травница часто поглядывала на коротко стриженный затылок Леви, но заводить разговор не решалась. Вдали от магазина она чувствовала себя не так уверенно, особенно перед капитаном. Она не особо понимала с чем это связанно, ведь они даже толком не знают друг друга, и ему явно все равно. Сильнее сжав поводья и еще больше выровняв спину, устремила глаза на дорогу, потихоньку догоняя лошадь капитана. — Откуда ты знаешь Эрена? — Этот вопрос, адресованный ей, прозвучал очень неожиданно. Августина не догадывалась, к чему он это спрашивает, но дерзить или отмалчиваться не хотелось. — Мой отец и Гриша Йегер, отец Эрена, были достаточно близкими друзьями, у них был практически один род деятельности. — Леви заинтересованно на нее посмотрел. — Мы дружили семьями, Гриша меня многому обучил. С Эреном и Микасой мы познакомились позже, десять лет назад, они были еще маленькими. Я часто за ними присматривала. — Августа сделала паузу. — А зачем интересуетесь? — Просто стало интересно. — Короткая пауза. — Как давно ты узнала, что он титан? — он встретился с ней взглядами. — Спустя примерно полгода после нападения на Трост. Эрен зашел в гости и рассказал. — Снова посмотрела на дорогу, думая, что разговор закончен. — Сколько тебе лет? Ты выглядишь не слишком старше Йегера. — Капитан задумчиво осмотрел симпатичное женское лицо. «Лет девятнадцать – двадцать …» — рассудил из того, что увидел. Августина растянула пухлые губы в милой улыбке. В карих глазах заплясали черти. Ей стало безумно приятно услышать такое от сильнейшего воина человечества, пусть он и не говорил это в виде комплимента. «Сейчас офигеет», — посмеялась внутри себя. — Капитан, невежливо спрашивать у девушки ее возраст. — Она скосила хитрый взгляд на спокойного Леви. — Ц, не выпендривайся. – Он раздраженно отвел глаза. Разведчик не любил кокетство, его очень бесила фальшь. Густа весело рассмеялась, ей казалось милым ворчание такого серьезного человека. — Мне двадцать восемь. — Она улыбнулась еще шире, когда увидела скозившее из сине-серых глаз недоверие. — В моем распоряжении все травы стен, ничего удивительного, что я выгляжу немного младше, — польстила себе. «Я был прав, когда назвал ее зельеваркой, — с этими мыслями он еще раз оценивающе ее осмотрел. – Ведьма.» Заметив его пристальный взгляд, она испустила смешок. Августина действительно выглядела слишком молодо. Даже капитан ошибся практически на десяток. Что уж говорить о молодых парнях, которые пытались за ней приударить, не зная возраста. Теперь Густа чувствовала себя увереннее. — А вам сколько лет, капитан? — Не хотела заканчивать диалог, ей было приятно с ним разговаривать, пусть местами он был грубоват. — Сколько дашь? — Леви дальше смотрел на дорогу. Почему-то неожиданно, даже для самого капитана, ему захотелось услышать ее мнение. Густа скользила взглядом по профилю Аккермана, теряясь в догадках. В голове она пыталась вспомнить, как давно он находится в разведке. Не найдя ответ на этот вопрос, она решила опереться только на внутреннее чутье. — Ну-у… Я бы дала вам двадцать девять–тридцать. — Она продолжила смотреть на дорогу, ожидая ответа. — Тридцать три. Продолжая разговор ни о чем, всадники доехали до штаба.