Как твои шрамы?

К старому деревянному домику подъехала черная иномарка, остановившись у калитки глухого забора. На лобовое стекло падали редкие капли дождя. В машине поправляла причёску молодая девушка, собираясь с мыслями. Выдохнув, девушка спрятала под пальто сумочку и вышла на улицу. Конец лета не радовал, состоя на добрую половину из ливней. Девушка перешагивала широкие лужи, которые, наверняка, тут ещё с начала этой недели. От влажности, тщательно уложенные волосы начали немного завиваться. Раздражение медленно росло. Если ей и здесь не помогут, то… Что? Что будет? Девушку безумно пугало и душило подступающее отчаянье. Чёртовы идиоты, как они не могли этого заметить раньше? Ничего не появляется так быстро. Разумеется, появляется, но сейчас было проще обвинить всех вокруг. Это понимала и сама девушка, но отказывалась признавать. У калитки, чуть левее, висела табличка. «Обитель Ангела, помощь нуждающимся круглосуточно». Эта богадельня представлялась девушке гораздо солидней. Не плесневелой рухлядью, так точно. Юная леди нажала на звонок, но ничего не произошло, кроме приступа. Голову пронзила резкая боль, заставив девушку зашипеть и схватиться за виски. Как будто в макушку со всего размаха вонзили топор и подергали за рукоять. Через несколько минут сознание начало медленно проясняться, а шум в ушах пропадать. Ещё несколько раз ткнув на кнопку, девушка выругалась и упёрлась лбом в холодное железо двери. От лёгкого толчка петли тихо скрипнули, и тяжёлая дверь открылась. Двор за этим забором был таким же серым и угрюмым, как и остальной город. Дождь начинал усиливаться, и девушка быстрым шагом направилась к входу в дом. В окнах горел свет, но на стук в дверь никто не отзывался. В голове девушки появилась не самая хорошая с точки зрения закона, но самая логичная идея на этот момент, учитывая всю срочность. Она направилась по сырой плитке к задней двери, которая обычно бывает в таких домах на веранде. Подходя ко входу, девушка услышала всхлип. За деревянной перегородкой сидел рыжий мальчик в одних шортах. Худое тельце, покрытое веснушками, было исполосовано до крови чем-то тонким. Плечи содрогались от накатившейся истерики. Девушка замерла, недоуменно изучая подростка. Через несколько секунд она выдала самое глупое и банальное из того, на что была способна. — Эм, всё в порядке? Мальчик вздрогнул, с ужасом уставившись на неё. Опомнившись, он ещё больше съёжился и попытался прикрыться, опустив глаза в пол. — Можно я? — девушка указала на деревянный пол рядом с мальчиком и с молчаливого согласия присела. Девушка неловко прокашлялась и накинула на острые колени подростка своё пальто, подтянув его повыше. — Холодно, наверное, — пояснила она. Мальчик вытер ладонью слезы, передернувшись от ледяного ветра. — Кто тебя так? Подросток молчал, отвернувшись в противоположную сторону от неё. Девушка тяжело вздохнула и уже хотела подняться, как едва слышно сквозь стук дождя об крышу, прозвучало тихое: — Дедушка… Проволокой. Немного погодя девушка отозвалась. — За что? — За то, что я неправильный ангел. Картинка в голове девушки сложилась. Похоже рядом с ней сидел тот самый «ангел», который и должен был ей помочь. — Раны глубокие, шрамы, наверное, останутся, — с сожалением произнесла девушка, — Меня тоже папа пару раз проволокой бил, когда у него было плохое настроение. Ангел поджал губы и снова всхлипнул. — Может мне в полицию позвонить? Девушка очень хотела это сделать, но решать что-либо за самого мальчика было бы неправильно. Даже если мальчика и заберут отсюда, а его чокнутого деда упекут в психушку, что маловероятно, его нужно было передать каким-то другим родственникам. И девушка сильно сомневалась, что они будут лучше с ним обращаться. — Не надо. — Дело твоё. Я, если что, Маргарет. Не знаю, зачем тебе это, прости. Девушка снова повернула голову к мальчику и продолжила его рассматривать. Внезапно взгляд зацепился за несколько желтоватых капелек на его коже. Приглядевшись девушка поняла, что мальчик весь в них. — В чем это ты? Ангел снова промолчал. — Хэй! Это вообще то серьёзно! — Лимонный сок. Перед глазами Маргарет потемнело от злости, и она вскочила, указывая пальцем куда-то в сад. — Вставай и смывай эту дрянь! От него и так раздражение жуткое, а у тебя ещё и раны! Чего ты сидишь?! Не дождавшись никакой реакции, девушка немного постояла рядом, нервно постукивая туфлей по полу, и откинула растрепавшиеся волосы назад. — Ладно. У вас аптечка дома есть? Мальчик отрицательно покачал головой. — Значит так, я сейчас иду тогда в аптеку, покупаю всё, а ты смываешь это, хорошо? Маргарет, движимая праведным гневом и желанием помочь мальчику, подхватила сумочку и быстро пошла обратно к калитке. Ни дождь, ни ветер её не волновали. Девушка села на кожаное кресло, которое теперь придётся менять и нашла в навигаторе ближайшую аптеку. Оплатив на кассе бинты, вату, перекись и мази, девушка опять рванула к «Обители». Теперь это название не забавляло. Было уже без разницы, шарлатан ли этот дед или нет. Место этого ублюдка было в кормушках свинарника, желательно по частям. Что самое ужасное — это то, что он был не единственным, кто так глумился над детьми. Маргарет пыталась успокоить себя тем, что она делает всё, что может и помочь всём и сразу невозможно, но сердце сжималось, а на глаза наворачивались слезы бессилия. Если Ангел останется — все повторится. Омерзительно. По приезду девушка обнаружила, что мальчик был сырой, значит просто постоял под ливнем, как минимум. Без лишних слов, Маргарет присела на колени перед Ангелом. — Дай хоть немного ранки обработаю. — Вы уже делали это? — тихо спросил мальчик. — Угу, недавно окончила институт. Хотела быть хирургом — травматологом. Работать в хорошей больнице. Меня почти взяли туда, представляешь? Спасибо рекомендации моего преподавателя, но смысла от этого теперь нет. Мне оставалось пройти всего-то какой-то медосмотр. Черт меня дёрнул — я сказала о сильных головных болях, которые недавно появились. Послали на рентген. И знаешь, что? Нашли у меня огромную злокачественную опухоль. Сказали, что лечит уже даже нет смысла. Дождь стучал по черепице, перебивая голос Маргарет, но Ангел всё услышал. — И вот я тут, последняя надежда, так сказать. Хотя в ваши чудеса я особо не верю. Бога нет, уехал в Вегас, — усмехнулась девушка, — Ну ладно, это всё лирика, ещё несколько дней нужно промывать всё. Мальчик угукнул. Маргарет отодвинулась от него и плюхнулась на старое место, прикрыв глаза и облокотившись о стену. Слушая монотонный шум ливня, всё мирское отошло на второй план, оставив только девушку с опаснейшей онкологией, обречённого зашуганного мальчика и меньше половины метра между ними. — А ты действительно исцеляешь всех? Внезапно девушка зашипела и надавила на лоб тыльной стороной ладони. — Всё нормально, сейчас пройдёт, — поспешила успокоить Маргарет мальчика. Но ничего не проходило. Горячие слезы потекли из глаз. Пальцы Маргарет вцепились в длинные волосы, будто пытаясь вырвать вместе с ними боль. Под черепной коробкой ползали и царапались мелкими лапками сотни сколопендр, не замирая ни на секунду. Разволновавшийся Ангел приблизился к девушке, сжав её ладонь. Неосознанно он начал забирать пульсацию вместе с самой опухолью. Через несколько минут всё окончательно стихло и Маргарет нервно рассмеялась. Подросток испуганно поднёс палец к губам и оглянулся. Кажется, всё тихо. — Ты это сделал! Всё прошло! Улыбка и восхищённый взгляд заплясали на лице Маргарет. В животе у мальчика всколыхнулись бабочки. Он читал про них в книжках, но понял только что, какого это. Казалось, что вся эта жизнь ему была дана, чтобы ради этого момента. Скольким бы людям он не помог — никто не смотрел на него так. На него в принципе никто не смотрел. Все бежали благодарить Бога и дедушку. — Черт, ты мне жизнь спас, а я… , — начала было сокрушаться Маргарет. — Перестань! Подросток тут же ойкнул и отвёл взгляд. — Ты тоже мне жизнь спасла… — значительно тише прошептал он. Мальчик достал из небольшой щели между досками кусочек стекла, многозначительно покрутил им перед собой и кинул в сад. — Что ж, — немного погодя начала Маргарет, — Ты только не подумай, что ты мне надоел, просто уже очень холодно, мы можем заболеть, а мне было бы неплохо уже обратно ехать… Девушка поднялась и стряхнула с пиджака несуществующую пыль. Вслед за ней встал Ангел. Теперь между ними было примерно полторы головы. — Только пальто… Я его, пожалуй, заберу. Я закрою глаза, если ты стесняешься, отдашь пальто, и когда закроешь за собой дверь — я уйду. Маргарет действительно сразу же после этого закрыла глаза и протянула руки. Ангел неловко помялся на месте, не решаясь двинуться. В конце концов он привстал на носочки, притянул Маргарет за руку к себе и быстро чмокнул девушку в уголок губ, пока та не успела что-либо осознать. Скрипнула дверь. Марго открыла глаза. Она стояла с пальто в руках и недоумением. Кажется, она уже и забыла в этом грязном взрослом, что можно вот так чисто и невинно показать чувства. Грустно улыбнувшись, девушка развернулась и поплелась к машине, пиная попадавшиеся на плитке камушки. *** 3 года спустя *** Македонский шёл за Сфинксом, который должен был его отвести в медпункт на быстрый осмотр, чтобы парня могли принять в Дом. Что бы здесь не произошло, всё лучше, чем было. По коридору сновали яркие пятна, толкались и кричали. Македонский немного хмурился, опустив голову, но Сфинкс всё чувствовал. — Ничего, они не кусаются, в отличии от Табаки, скоро привыкнешь. Парни приближались к кабинету медсестры. — Она у нас добрая, если что-то нужно будет — это к ней, от Януса, кроме нравоучений, мало чего добьёшься. Пришли. Постучи, а то мне не сподручно. Мак слабо ударил по двери. — Войдите, — послышалось из кабинета. Первым за дверь заглянул Сфинкс: — У нас тут новенький, принимайте бойца, — повернувшись он обратился к Македонскому, — Чего стоишь? Заходи. Надеюсь, дойдешь до стаи сам. С этими словами парень удалился. Мак наконец-то зашел в кабинет и остолбенел: — Маргарет? — дрожащим голосом произнёс Македонский. Оккупант растерянно улыбнулась: — Давно не виделись, солнце… Как твои шрамы?