Друзья

      Витя сидел в кресле читал детектив, когда в прихожей зазвонил телефон. Магистр поднял трубку.       - Алло.       - Алло, Витя, это я - Фома. Не спишь?       - Нет, не сплю. А что случилось?       - Ничего не случилось. Просто хотел тебя позвать к себе на чай с сырниками.       Витя глянул на наручные часы, которые показывали почти одиннадцать часов ночи.       - Фома, ты время видел?       - Видел. Но мне не спалось, поэтому я решил приготовить что-то простое. Ты тоже не спишь. Приходи, а.       - Ладно, - вздохнул Ковров, - буду через две минуты.       -Спасибо! Жду! - радостно сказал Фома повесил трубку.       Виктор накинул поверх клетчатой рубашки темно - зелёный вязаный кардиган, потушил свет в зале и вышел из квартиры. Поднявшись на четвертый этаж, магистр открыл дверь в квартиру друга.       - Спасибо, что пришёл, - улыбнулся Фома, выглядывая из ванны, - иди на кухню.       Ковров сел за стол, на котором уже дымились две чашки с чаем и тарелка со свежеиспеченными сырниками. Через несколько секунд к Вите присоединился и хозяин квартиры.       Минут пять мужчины молча пили чай и ели сырники с вареньем, но потом Ковров всё-таки решил спросить:       - Фома, может расскажешь, что произошло? И отговорка " мне не спалось, поэтому я решил приготовить сырники и позвать тебя" не прокатит.       Брыль заметно помрачнел после этих слов, тяжело вздохнул, но все- таки ответил:       - Ко мне тут недавно мои знакомые домовые заходили. Я думал, что мы по дружески поговорим, но они высказали мне претензию, что я предал их, когда принял человеческий вид и стал работать в НУИНУ. Я сначала подумал, что они шутят, ведь это звучало так абсурдно, но нет. Они разорвали все контакты и отношения со мной, и пообещали, что остальным расскажут какой я гнусный предатель.       - Бабушки-Ягушки. Что за бред? - Витя в шоке уставился на друга, потом поднял руки потолку и посмотрел наверх, будто спрашивая у Вселенной, что не так с этими идиотами.       Ковров поднялся на ноги и принялся раздражённо мерять шагами кухню, мысленно проклиная этих домовых, пока Фома смотрел в чашку с чаем, не смея поднять голову.       - Скажи, Фома, разве домовым запрещается принимать человеческий облик и дружить с людьми? Или твои "друзья" полностью свихнулись? - поинтересовался Витя, замерев на месте.       - На самом деле есть у домовых некоторые правила, которые они обязаны соблюдать. И там был пункт на тему человеческого облика. Однако свод правил временами меняют. Вот и сейчас там нет пункта на запрет использования человеческого облика. Видимо, мои знакомые не успели с ним ознакомиться, - сердито фыркнул Брыль, отрывая взгляд от чая и смотря Виктору в глаза.       - Предположим, что они не знали изменения, но почему они ждали почти семь лет? Или они тебя всё это время пытались выследить, чтобы понять, куда ты делся? - в серо-голубых глазах магистра сверкнула молния.       - Я задал им тот же вопрос и они сказали, что... - Брыль сглотнул, - они действительно следили за мной в течении нескольких лет. Они видели как я завожу дружбу с разными людьми, как меня принимают на работу в НУИНУ. Больше всего их возмутило то, что я связался с тобой, магистром, ведь по их мнению все чародеи с высоким званием эгоистичные, напыщенные и другие не слишком лесные высказывания.       Я не мог больше слушать как они тебя оскорбляют, поэтому применил самую сильную магию, на которую был способен и превратил их в камни, которые сбросил с высокого обрыва у водопада.       - Ты сделал... Что?! - рыжеволосый в шоке уставился на друга, который горько улыбнулся.       - Да, Витя. Я превратил их в камни и сбросил с обрыва. Теперь, если об этом узнает кто-то из домовых, то он доложит Киану - это самый старый и мудрый домовой за последние тысячелетия. В общем, как ни посмотри - мне грозит позор, презрение и запрет на возвращение к домовым, и это в лучшем случае. В худшем - меня обратят в прах и развеят по ветру.       Пока Виктор оперся о стол, чтобы не потерять равновесие и переварить свалившуюся на него информацию, его напарник подошёл к окну и открыл форточку, впуская на кухню свежий ночной воздух.       - Ну уж нет, - голосом Коврова можно было заморозить всё НУИНУ, - они и пальцем тебя не тронут. Фома обернулся и удивлённо уставился на друга, который стоял прямо как скала, а на кончиках его пальцев мерцали искорки магии.       - Раз в правилах нет запрета, то ты волен распоряжаться своей жизнью как хочешь. Они не имели права клеймить тебя предателем, да ещё и угрожать. Ваш главный может предъявить тебе только за то, что ты сделал с этими домовыми и то, тебя можно понять. В общем, Фома, если к тебе снова докопаются твои товарищи, то, пожалуйста, скажи мне. Думаю, мне хватит умений вправить им мозги и без магии. И... Спасибо, что заступился за меня, - последнее предложение Виктор произнёс уже спокойным мягким голосом, повернув голову в сторону напарника и слегка улыбнувшись.        Фома тоже улыбнулся в ответ и, подойдя к Вите, дружески хлопнул того по плечу:       - А я не мог по другому. Ты же мой друг. Давай вернёмся к чаепитию, а то сырники уже успели остыть.       Витя довольно фыркнул и, сняв наручные часы, взмахнул рукой. Над сырниками вновь начал подниматься пар.       - Обожаю смотреть на то, как ты колдуешь!