Неприкасаемый

Оставшаяся неделя в школе прошла обычно, скучно, ничего нового. Антон так и живёт у своего учителя Арсения, пытался убежать несколько раз, потому что, ну, не удобно ему сидеть на шее у своего классного руководителя, но тот ловил его и убеждал, что он ему не мешает и просил не убегать. Антон, когда рассказал своим друзьям о том, что у него теперь новое жилье и с кем он живёт, те не поверили, но когда начали замечать, что Арс привозит и увозит Антона в школу и из неё, они были в шоке конечно, но понимали что у Шастуна и вправду не было выбора и скорей всего, старший привез его к себе насильно, потому что тот бы никогда не поехал к нему жить. Короче, неделя как неделя. Антон в этой четверти вышел троечником и то хорошо. Парень совершенно не знал, чем ему заняться в первый день новогодних каникул, у Арсения отпуск начинается только послезавтра, и ему придется два дня сидеть одному дома. В полном одиночестве. Как всегда впрочем. — Антон! — Кричат ему со второго этажа. — Что?! — Спрашивает Шаст, сидя на диване, опрокинув ногу на ногу. — Иди сюда! — Вот сколько парень тут живёт, ни разу не был на втором этаже. — Чё прям… — Встаёт ученик с дивана, — наверх что-ли? — Интересуется Антон, чтобы уж наверняка знать можно или нет. — Да-да, давай живее. — Разрешает ему Арсений, и Антон поднимается. Оказывается на втором ничего такого интересного, слева роскошная комната Арсения Сергеевича и чуть дальше ещё один мать его туалет. Нахера спрашивается? Антон входит в комнату Арса и видит такую картину: старший на носочках стоит на стуле, полностью погрузив голову в верхний шкаф гардероба при этом, копошится руками, что-то пытаясь найти. — Арсений Сергеевич, я тут. — Говорит Антон облокотившись на дверной проем. — О, Антох, на, неси, только аккуратно, там стекло. Еле как нашёл, уже думал что в Питере оставил. — А что это? — Спрашивает парень приоткрывая коробку на руках. — Это ёлочные игрушки. Сейчас будем квартиру наряжать. Поставь на пол на первом пока что и возвращайся. — Качнув головой, Антон спустился, поставил коробку и вернулся. Сделал всё так, как сказал Арсений. — Та-ак, щас нам надо ещё ёлку найти, и будет вообще зачупапи! — Кричит, немного смеясь, Арсений где-то в гардеробе и от этого смешного слова «зачупапи», Антон усмехается. Как можно было такое слово вообще придумать? — Чё-то я не могу найти… — вытаскивает голову мужчина и надувает губки, показывая, что он расстроен. — Не расстраивайтесь, Арсений Сергеевич, найдётся! Не может быть такого, чтобы игрушки были, а место куда их вешать не было. — Утешает его Шастун. — Звучит логично, но я уже всё перерыл. И ещё, Антон, мы же обсуждали эту тему про «Арсений Сергеевич». Просто Арс. Пожалуйста. Меня уже начинает это бесить. — Антон уже настолько привык называть Арсения Сергеевича Арсением Сергеевичем, что не может обращаться к нему на «ты». Это же учитель. — Извините, не могу привыкнуть. — Опускает голову Шастун. Арсений спускается со стула. — Не «извините», а «извини». — Подправляет его Арс, берёт стул и спускается вниз, поёршив русые кудряшки Антона. Парень обожал, когда он так делал, аж мурашки по телу. Младший спустился за Арсением и сел на диван. — Ну, и чё делать будем? — Спрашивает шатен, опрокидывая голову назад. — Чё, чё? Ехать за новой. — Отвечат на вопрос Арс, берет коробку которую принёс парень и поставил на спинку дивана рассматривая ёлочные игрушки. — Ну не-е-е-е-ет… — Тянет Шастун и машет головой. — Ну да-а-а-а-а. — Так же тянет Арсений. — Вставай! Пошли на встречу приключениям! — Улыбается Попов и скачет, махая руками. — Аха… — ленится парень, продолжая сидеть, — жизнь тогда имеет значение, когда на вашу попу много приключений! знаете? ой, знаешь такое? — Не знаю, но почему бы не найти значение жизни? — Заманивает его Арс и присаживается очень близко к Антону, что тому пришлось немного отодвинуться. — У моей жизни никогда не было значения. И никогда не будет. — Говорит Шастун в глаза Арсению, встаёт и идёт в коридор за курткой. У Попова пропадает улыбка, он ещё сидит в той позе секунд десять, отмирает, смотрит на Антона, который уже обувается и опускает взгляд на его летние кроссовки, затем на шапку, которая ему была точно мала, потому что на уши она не налезала, на тёмно-синюю, тонкую куртку, ему казалось, что она даже не зимняя, а весенняя. — И заедем ещё кое-куда. — Шепчет Арс и тоже начинает одеваться.

***

Машина останавливается возле ТЦ и Шастун искоса смотрит на Арсения. — Разве тут продаются ёлки? — Неуверенно спрашивает Антон и надевает шапку, которая была снята, потому что в машине было тепло и даже жарко. — Тут-тут. — Качает головой мужчина и выходит из транспорта, за ним и парень. — А Вы, то есть ты хочешь настоящую или нет? — Догоняет его Антон и идёт уже на ровне с Арсом. — Думаю настоящую. А ты как хочешь? — Я не знаю, мне как-то всё равно. Они оба входят в ТЦ и Арсений останавливается, пытаясь вспомнить, где и на каком этаже находится тот магазин, который им нужен. В торговом центре очень много людей, Антон с детства боялся большого количества людей. Это называется — Демофобия. Да, она самая. Антон сглатывает слюну и скользит глазами по людям, которые бегают туда-сюда, не смотря под ноги и даже изредка врезаясь друг в друга.

Только этого не хватало.

Антон вцепляется в руку Арсения беря её в замок. Арс распахнул глаза и посмотрел сначала на руку, которую держал Антон, а потом на Шастуна и понял по его глазам которые смотрели в толпу, что ему страшно. Когда до Антона дошло, что что-то не так и оказывается, что рука Арса в его руке, он тут же оттёргивает её и подправляет перчатки. — Ой, простите. — Извиняется парень и прячит руки в карманы. Мужчина так и смотрит на Антона, — Давайте быстренько возьмём эту чёртову ёлку и домой, на диванчик, а? — Топчится Шастун, — Где они? — Арсений отлипает от парня, берёт его руку и аккуратно идёт на эскалатор. Вы бы видели, как распахнулись зрачки Шастуна, когда Арсений взял его за руку! Мне кажется, радужку небыло видно. Антон задышал ещё чаще. — Не бойся, я рядом, пошли. — От этих слов Антон тает и ноги подкалашиваются. Они заворачивают в отдел одежды. — Э, куда? — На возмущение Антона, Арсений не обращает никакого внимания, а только продолжает тянуть его за руку в правильном направлении. Они доходят до зимней обуви. — У тебя какой размер? — Спрашивает Арсений и берёт в руку сапог. — У меня? Что Вы задумали?! Не надо мне ничего! — Во-первых, что ты орёшь на весь магазин, во-вторых, не «вы», а «ты» и в-третьих, какой у тебя размер ноги? — Пытается быть строгим Арсений, чтобы Антон понял, что не шутки он тут шутит и тоже не хочет долго здесь находиться. — Да зима уже почти закончилась, ты с ума сошёл? — Возмущается Антон. — Вот когда закончится, тогда закончится, а пока она не закончилась надо тебе купить зимние, — выделяет Арс, — сапоги. Не будешь же ты ходить весь год в одних летних, — снова выделяет, — кроссовках? Походишь остаток зимы и на следующую пойдут тоже, а если понадобится, новые купим. Так что невыкаблучивайся и давай мерь. Нам ещё шапку и куртку надо посмотреть, а! И ёлку. Так ещё и наряжать. — Какую шапку? Какую куртк… — Быстрее! — Перебивает Антона Арсений. — Сорок четвертый. — Бубнит себе под нос Шаст свой размер ноги, закатывает глаза и расстёгивает куртку, догадываясь, что это надолго. — Вот умничка. — Хвалит его Арс, ерошит по голове и идёт к той полке, где лежит его размер. — Вот такие нравится? — спрашивает Арсений и подаёт сапоги Антону. Он его примеряет. — Маленький. — отрезает Шаст. Арсений даёт другие. — Во, эти нормальные. Мне нравится. — Улыбается Антон. — Точно? — Уточняет Арс. Парень качает головой. — Ну, хорошо, пойдём к курткам.

***

— А-а-а-а… — Стонет Антон заходя в квартиру, — как же я… закалебался! — Неопрятно разувается и тащится до дивана и прям через спинку падает на него. — Ну куда ты в одежде то? — Я больше с вами. Никуда больше. Не пойду. — Бубнит невнятно Антон куда-то в диван. Он лениво садится снимает куртку и кидает на пол прям возле дивана. — Ну Антон, ну что это? — Спрашивает Арсений, показывая на лежащую на полу куртку. Он поднимает её и идёт к вешалке. — Это курточка. — Правильно отвечает на вопрос Антон. У него голос такой, как будто он пил всю ночь и пол дня, но это он просто устал. — Ладно, я думаю, что ты не будешь сейчас ничего наряжать, поэтому приду завтра с работы и нарядим. А сейчас ужинать. — На это Антон только отрицательно угукает лёжа на диване и переворачивается со спины, на живот и свисает руку. — Иди, садись за стол. — Зовёт его Арс, а Шастун не идёт и ничего не говорит, — Анто-о-он. — Снова попытался Арс, но когда выглянул из кухни увидел, что совёнок уснул. Так мило причем. Щека помята, губки приоткрыты, длинные реснички, русые кудряшки свисают на лицо. Арсений мило улыбнулся, укрыл его пледиком и поцеловал в макушку, надеясь, что через волосы не дошёл до кожи головы. — Спокойной ночи, Совёнок. -, Прошептал он и пошёл на кухню.