Теория искусства

Пары закончились, от Хёнджина Джисон успешно отвязался, а отработку Минхо сам отменил, ссылаясь на "о-очень" важные дела. И вроде всё складывалось как нельзя лучше, пока в кабинете волшебным образом не появился Хосок. — О, какая встреча, здесь как раз два человека, которых я очень хотел увидеть, — старший Ли вошёл в аудиторию, прикрыв за собой дверь. А в самом помещении до этого действительно было лишь двое: Джисон, не успевший уйти, и Минхо, ждущий ухода младшего. — Как выходные прошли? — Нормально... ты не мог об этом раньше спросить? Или написать? — Минхо недоуменно скривился, переглядываясь с Ханом. Но младший выглядит не менее растерянно. — Да тебя не поймать, а у художников больше нет пар со мной. Но зато вот как мне повезло, вы оба тут, — Хосок сел на парту, закинув ногу на ногу. — Ты ведь не вернулся обратно в клуб, неужто с Джисоном всю ночь провёл? — Провёл, но не в том смысле, в котором это пытаешься выставить ты, — Минхо закрыл лицо ладонью, раздражённо хмурясь. Мало того, что сам разговор не особо приятный, рядом ещё и сам Хан сидит, внимательно слушая. Хотя ответ Ли, кажется, немного смутил его. Наверняка парень не помнит, что именно говорил Хосок о своих причинах для сближения с ним, а старший Ли скорее всего решил, что братец воспользовался его "планом". — Ладно, обсудим это как-нибудь в другой раз. Джисон, у тебя есть планы на вечер? — Хах, это свидание? — тактика "сначала говори, потом думай" как обычно работает не лучшим образом. Парень закусил губу, уже жалея, что вообще открыл рот. А теперь оба Ли уставились на него. — Если хочешь, может им стать, — самодовольно ухмыльнулся Хосок. Под его взглядом Джисону внезапно очень уж захотелось прикрыться, что он и сделал, застегнув пиджак практически на все пуговицы. — Ага, как-нибудь в другой раз, сегодня, боюсь, он занят, — резко вмешался Минхо спокойным, но до дрожи холодным голосом. Хан удивлённо уставился на него, слегка наклонив голову. — У тебя отработка, приступай как можно быстрее. Не хочу снова всю ночь с тобой здесь проторчать. — Хм, тогда не буду мешать, — процедил старший Ли, мстительно прищурившись. — Попрошу охранника уведомить меня, когда вы закончите, заскочу к тебе в гости, братишка. Хосок покинул аудиторию, агрессивно что-то печатая, и парни наконец смогли вздохнуть спокойно. Только вот Джисон с нескрываемым интересом подошёл к Минхо, усаживаясь прямо на его столе, снова расстёгивая пуговицы, оставив одну или две. — Ты же сказал, что сегодня не будет отработки? Передумал? Неужели из-за моей шутки? — уперевшись руками чуть позади, Джисон расслабленно покачивал ногой, насмешливо смотря на недовольно скривившегося Минхо. — Твою же задницу спас... возможно в буквальном смысле. Но если так хочешь, можешь догнать Хосока, приятного вечера, — Ли даже отошёл в сторону, широким жестом указывая на дверь. — Не сжимай так челюсть, зубы сломаешь. Я никуда не ухожу, можешь быть спокоен, — выдав милейшую улыбку из своего арсенала, Хан соскочил со стола, вприпрыжку направляясь к своему месту. С листом бумаги и карандашом он вернулся за учительский стол, тут же начиная делать набросок под любопытным взглядом старшего. Раз уж охранник "уведомит" Хосока, придётся посидеть. Вот, хоть полезным делом займётся. — Потрясающе, я вроде понял, что ты рисуешь, но вроде нет, — Минхо вертел головой, честно пытаясь понять, что изображает парень. — Скажу за поцелуй, — Джисон отвлёкся от листа и, хихикая, вытянул губы. — Я думал, мы решили забыть, а? — Ли надавил на щёки младшего, качая его из стороны в сторону. — А может я забыл? А это просто у меня желание такое, — с трудом выговорил Хан, попытавшись улыбнуться. — Целовать-то будешь? Или не интересно? — Размечтался. Работай давай, всё равно потом увижу готовую работу. Джисон почти не обиженно стряхнул руку со своего лица, продолжая колдовать над своим наброском. Минхо сначала хотел просто сидеть в телефоне, пока младшему не надоест и он решит пойти домой, но любопытство взяло верх, и Ли просто забрался с ногами на свой стол, изредка высказывая догадки. Всё, что пока понятно – конечным результатом будет портрет кого-то, но Хан будто специально не прорисовывает детали. — Будет приз, если я угадаю до того, как ты закончишь? — поинтересовался старший, пока Джисон увлечённо выводил фон краской. — Ага, поцелуй, — отозвался Хан, больше не отрываясь от процесса. Зря он что ли тут мучается, никак не может приступить к самому портрету. Ещё и Минхо ничего не сказал про его сегодняшний внешний вид. А ведь красиво уложить на голове чуть завитые кудри, чтобы это выглядело хорошо многого стоит. — Отлично, я отказываюсь угадывать! — моментально сдался Ли, негромко рассмеявшись. У младшего какое-то странное настроение целоваться, что ли? Может стоило отпустить его с Хосоком, уж тот точно не сопротивлялся бы. Мысль об этом промелькнула лишь на секунду, как и мимолётная картина Джисона с братом, но Минхо аж передёрнуло. Неприятно, но неясно от чего. — А может и нет. Это ты? — Ддэнг. Близко, но далеко. — Тогда это я? — Ли повернул голову чуть ли не на девяносто градусов, чтобы получше рассмотреть форму лица и намётки причёски. — Или за ответ тоже поцелуй потребуешь? — Хотелось бы, — не стал отпираться парень, снова вытягивая губы. Только от бумаги он не отвлекался, так и опустив голову. — Тогда у меня своё условие, — вдруг объявил Минхо. Джисон даже кинул на него быстрый взгляд. — Ты мне скажешь, что у тебя за внезапная зависимость от поцелуев. Ну как? — Идёт, но сначала целуй! — Хан буквально откинул кисточку, выжидающе уставившись на старшего. Ли немного поколебался и спрыгнул со стола, уходя в противоположный угол аудитории. — Пф, трус. Джисон залез под стол, пытаясь дотянуться до скатившейся на пол кисточки. И, собираясь сесть обратно на стул, парень громко ударился головой, все аж подпрыгнуло, а стоящая на краю банка с водой слетела вниз, разбившись прямо возле Хана. Он замер, опасливо смотря на осколки. Рядом почти моментально материализовался Минхо, носком кроссовок раздвигая стекло. — Вылезай давай, — Ли протянул руки, помогая Джисону на корточках выбраться из-под стола. — Напомни никогда не давать тебе стеклянные вещи. Хан неловко улыбнулся, качая из стороны в сторону их сцепленные руки, медленно отходя к свободному от парт месту. Минхо вопросительно поднял бровь, когда младший начал напевать какую-то песню, втягивая Ли в неторопливый танец. В пустой аудитории под звуки тихого голоса и стук невысоких каблуков. Джисон снова учуял лёгкий аромат парфюма старшего, приятно отдающий чем-то хвойным. Песня, которую напевал парень отражалась негромким эхом, и голос словно становился объёмнее, окутывая Минхо. Так бы они и кружились по свободному от парт месту, если бы не охранник, проверяющий университет. Пожилой мужчина прищурился и скрылся, бурча что-то про "ненормальную молодёжь". Момент был упущен, так что Ли вспомнил о нерешённой проблеме. — Если думаешь, что не придётся убирать стекло и воду, то думай лучше. Пойдём за ведром и веником, — Минхо прошёл мимо младшего, к шкафу с нужными предметами. — Какой ты неромантичный, — закатил глаза Джисон, забирая у Ли швабру. Раковина была прямо в аудитории и далеко идти не пришлось. — Очень романтично, танцевать на битом стекле и покрашенной воде, — с похожей интонацией в голосе передразнил Минхо, сгребая в совок осколки. — Вообще-то, мы по ним не ходили. А вот танец в почти пустом универе под живое пение очень даже романтично, — тут же возразил Хан, недовольно дуясь. Он тут старался, вспоминал полузабытый текст написанной когда-то песни, а это даже не оценили. — Ну да, под похоронную песенку. Самое то, дорогой. — И ничего не похоронную! Я вообще-то старался, ты вообще в текст не вслушивался? — максимально возмущённо спросил парень. У него даже челюсть от такого отношения отвисла. — Мне немного не до текста было, — поняв, что сморозил что-то не то, Минхо поторопился сменить тему, только завидев появляющуюся ухмылку Хана. — Ты сам её написал? — А какая разница, если она для тебя похоронной оказалась? На похоронах и послушаешь, — сразу же обиженно отвернулся Джисон, не переставая работать шваброй. А кому нравится, когда так невнимательно относятся к тому, что он создал? — Я же говорю, не до того было, — тихо признался Ли, повторяя свои же слова, от которых изначально хотел отвести внимание. И это сработало, Хан замедлился, заинтересованно прислушиваясь к тому, что дальше скажет старший, но так и не повернулся к нему лицом, якобы ему всё ещё всё равно. — На тебя и отвлёкся. Доволен? — Немного... Значит, я тебя заинтересовал даже больше моей песни? — Джисон слегка наклонил голову, лукаво смотря на Ли. — Именно. А теперь, если ты не против, давай закончим убираться, я не хочу здесь ночевать, — Минхо смёл последние осколки, выбрасывая их в мусорное ведро. Стоя спиной к младшему, Ли не видел, как тот подошёл ближе, но зато почувствовал его руки, обвивающиеся вокруг талии. — Что ты ещё задумал? — Сам понять пытаюсь, — честно признался Джисон, разворачивая Минхо лицом к себе. С сосредоточенным видом просканировав старшего, он кивнул, поднимая взгляд, от которого Ли покинула совершенно вся уверенность. — Слышал, что когда человек влюблён, он считает того, кто ему нравится идеальным? — Что-то такое слышал, но- — Я устану перечислять все твои минусы и каждый твой недостаток, — перебил Хан, зажимая пальцами губы Минхо. — И бесишь меня нереально, и вообще ты ходячая проблема. Но мне это нравится. Как ты достаёшь меня в универе, сюсюкаешься с котами, помогаешь всем без разбору, — перечислял Джисон, кивая каждому пункту, и опустил руку, сжимая запястья Минхо. — В этот раз это не тупой прикол, я действительно хочу сказать, что ты нравишься мне. И у меня было время подумать, поверь. Хан замолчал, выжидающе следя за выражением лица старшего, чтобы точно не упустить ни одной эмоции. Пальцы легонько пробежались, нащупывая пульс, и тот явно оказался выше нормы. Только вот Минхо пока молчит, с силой сжимая челюсть. Он совсем не понимает, как именно надо реагировать на подобное признание. Больше всего сбивает с толку именно то, что это Джисон. Нахальный студент, не знающий что такое вежливость. Однако с другой стороны, он всего лишь наивный паренёк, который не особо любит общество, хотя и не показывает это. А главное, он нравится котам Ли, особенно Дори. Так и не дождавшись никакой реакции, Хан нежно коснулся щеки старшего, слегка надавливая пальцами, чтобы тот немного расслабил челюсть, пока не сломает зубы. И это помогло. Расстояние между парнями было совсем небольшое, Джисон преодолел его за пару секунд, невесомо касаясь губ Минхо, поднимая вторую руку к его шее. Ли, словно забывшись, скользнул по спине младшего, притягивая его ближе. Но первым, на удивление, поцелуй разорвал Джисон. — В этот раз не убежишь, — сразу с улыбкой предупредил парень, расставив руки по обеим сторонам от Минхо. — И этот поцелуй мы забывать не будем, даже не предлагай. Лучше скажи уже что-нибудь! — Что мне говорить? Моё мнение, это... это неправильно, — выдохнул Ли, закусывая губу. — Ты ведь не нравишься мне в этом смысле. — Что неправильного? Мои чувства, может быть, неправильные? — моментально вспыхнул Джисон, пытаясь успокоиться. — Зато ты очень правильный, раз ответил мне, да? Именно так и ведут себя люди, не имеющие никаких чувств к другому, да? — Я не говорил, что твои чувства неправильные! Самый неправильный здесь именно я! А ты... иди домой, Джисон, — опустошённым взглядом Минхо окинул младшего, махнув в сторону двери. — Нам действительно лучше забыть об этом, поверь. — Ну так забудь. Забудь! Я всё равно буду помнить, даже если придётся и за тебя. Удачи тебе подумать головой, сходи к психологу там или ещё что, — презрительно скривился Джисон, резко отстраняясь. Парень замер перед дверью, напоследок обернувшись к Ли. — Я влюбился в тебя и могу это принять. Даже я не настолько трус, Минхо. Хлопок двери привёл старшего в чувство, словно возвращая способность нормально думать. Ли зажмурился, сползая по стене. Последние слова Джисона были правдой, Минхо действительно боялся. Боялся, что слишком доверится и привяжется. Никто не хочет остаться брошенным и одиноким, тем более, когда это уже случалось, а Джисон молод, нельзя быть уверенным, что тот просто не уйдёт, как только надоест. Глупо судить о нём, исходя только из возраста, но страх, что риск не оправдает себя, только растёт. Сидя возле стены, Минхо понял, что винить надо только себя. В том, что не прекратил это ещё на корню. Или в том, что не пошёл за Джисоном, что и у него появились чувства.

***

Джисон держался до последнего, сморщившись, казалось, всеми мышцами, что только есть на лице. В тишине полумрачных коридоров его шмыгание и громкие шаги, наверное, звучали пугающе. Парень уже и забыл куда и сколько раз повернул, остановившись только возле двери в закрытую "на ремонт" аудиторию. Никто не пользовался ей последние полтора года, так что Хан присвоил её себе, даже стащил ключ, на который и заперся изнутри, задёрнув тяжёлые тёмные, почти что чёрные шторы. В распоряжении Джисона была целая аудитория, но он забился в самый угол, прорыдав, казалось, несколько часов, пока дверь с грохотом не распахнулась. По стенам забегал круг света, наконец выцепив Хана. Кабинет снова погрузился в темноту, когда к парню, отбросив фонарик, бросился кто-то пока что не различимый. Хотя судя по аромату, Хёнджин. Этот одеколон Джисон узнает из тысячи, парни вместе выбирали и купили одинаковые. — Боже, да ты ужасно выглядишь, — сочувствующе нахмурился Феликс, распахнув шторы. Яркий свет Луны, хотя, скорее всего, фонаря позволили разглядеть блестящее лицо Хана. — Вытирай слёзы, сопли, слюни и всё остальное, — похлопал по спине друга Хёнджин, хотя сам же стиснул того, не давая пошевелиться. — Я думал меня инфаркт хватит, когда мне позвонил охранник. — Ага, со словами "Джисон где-то внутри", — поддержал Феликс, присоединяясь к объятиям, окончательно обездвижив Хана. — Какой же ты мокрый, мышонок. — Пойдём к нам, — предложил Хван, вместе с Феликсом вытирая слёзы Джисона. Парни вышли из аудитории, а затем и из университета, вполне быстро дойдя до общежития. Охранник, разумеется, недовольно побурчал, но пропустил. Уже в комнате Хвана стало ясно, что Джисон, кажется, потратил слишком много, если не все, силы, сонно растирая и так красные глаза. Хёнджин уложил друга на свою кровать, присаживаясь рядом на пол. — Спокойной ночи, Джисони. И помни, что мы всех за тебя порвём, — заявил Феликс, поглаживая плечо Хана. Не прошло и пяти минут, как тот перестал тихонько всхлипывать и погрузился в сон, лишь иногда вздрагивая. — Ликс... ты его мышью назвал? Серьёзно? — тихо поинтересовался Хёнджин, когда Ли опустился рядом. — Мне нужно было что-то ласковое, а он был на промокшего хомяка похож. Мышонок – самое подходящее, — прошипел Феликс, поглядывая на спящего друга. — Если ты вдруг решишь придумать мне милое прозвище, пусть оно не будет связано с грызунами, пожалуйста, — почти что взмолился Хван, даже сложив руки перед парнем. — Кстати, мы же... ну... надо Джи рассказать. — Спятил? У него-то с чувствами облом, а мы на больное давить будем. Давай хоть немного подождём, — отвесил щелбан Феликс, недовольный нетактичностью Хёнджина. — Мы забудем, Ликс. — Пф, с чего это? — Ли закатил глаза, скрещивая на груди руки. Правда от взгляда Хвана почему-то стало немного неловко. — Тебе напомнить, кто забыл сказать Джи о замене, и он пропустил кучу занятий? Мы, Ликс. Мы обязательно забудем, — Хёнджин скептично похлопал парня по плечу, уползая ко второй кровати, временно пустующей благодаря уехавшему соседу. — Завтра надо будет сказать, а то обидится еще. Феликс забрался к Хвану, зябко кутаясь в одеяло. Уместиться вдвоём на одноместной университетской кровати было той ещё задачкой, но парни с ней успешно справились, проспав до самого утра... около пары часов. Разбудил их и, наверное, весь этаж, грохот и громкие недовольные жалобы: Джисон скатился с кровати, смотря на своё лицо. Опухшие глаза и красная растёртая кожа под ними, а в дополнение искусанные губы. Хан плюхнулся к друзьям, случайно придавив чью-то ногу. — Доброе утро, мышонок. Как спалось? — сонно спросил Феликс, игнорируя корчившегося рядом Хёнджина. — Вчера это звучало лучше, — скривился Джисон, высвобождая стопу Хвана. Немного помолчав, он снова повернулся к друзьям, твёрдо уверенный в чём-то. — Я хочу покраситься. — С ума сошёл? — подавился воздухом Хёнджин, переглядываясь с Ли. — Ты же покрасился, чтобы Ликсу понравится. А я просто хочу сменить имидж. — Волосы испортишь, — пробурчал Хван, избегая взгляда упомянутого ранее парня. — Да и думаешь Минхо этого стоит? Ой... — Хёнджин втянул губы, чувствуя, как Феликс болезненно ущипнул его под одеялом. — Вы краситесь в блонд последний год, и ничего, не лысые. А ты вообще из почти белого в чёрный ударился, — Джисон потрепал обоих друзей по волосам, расстроенно отводя взгляд. — А что до Минхо... Больно, конечно, получать отказ, но надо свыкнуться с этим. И вообще, разве стоит моих слёз мужик, который даже не заценил мой секси-прикид? — Очень интересное заявление для того, кто проревел пару часов из-за этого самого мужика, — тихо отметил Феликс, чувствуя, как щипают теперь его. — Раз ты в нормальном состоянии, расскажешь, что случилось? — Ты просто пользуешься тем, что я после таких истерик быстро успокаиваюсь, — разочарованно шикнул Джисон, усаживаясь поудобнее. На краткий пересказ произошедшего ушло чуть более пяти минут, потому что парень решил опустить практически все детали, обрисовав общую картину. И при этом он успел упомянуть даже "поездку" с Шинхе. — Охренеть, значит вы успели два раза поцеловаться, причем с не особо большим промежутком. И Минхо при этом сам проявлял инициативу, а потом заявил, что ничего не чувствует? Тц, отвечаю, врёт, — закатил глаза Феликс. В их тройке он больше всего любил сплетни и додумывать истории рассказчиков. Разумеется, не вынося это дальше их "кружка". — Ты мне надежду подарить пытаешься? А вдруг мне это сердце опять разобьёт? — Джисон схватился за грудь, делая вид, что ему очень больно. — Ничего не знаю, рассказать я рассказал, и больше даже слышать ничего о Минхо не хочу. Хан сразу перевёл тему на покраску своих волос, мысленно благодаря друзей за то, что они не стали развивать ту тему. На самом деле не так уж сложно делать вид, что на произошедшее ему совершенно всё равно, тем более шутить об этом. Но это при других, для Джисона это вполне привычное поведение. Только вот последний раз парень серьёзно влюблялся слишком давно, вскользь упоминая об этом. И парни сами прекрасно знали, что Джисон в жизни не начнёт честно изливать им душу, будет отшучиваться и приуменьшать свои чувства, пока не останется один, занимаясь самокопанием. Единственное, что они могли – не оставлять друга, пока это состояние не пройдёт. — А давайте прямо сегодня и пойдём в парикмахерскую? У нас пары с Минхо, и туда я не собираюсь, — предложил Хан. — Я только за, не хочу смотреть на человека, совершенно не имеющего вкус, — вскинул нос Хёнджин, скрестив на груди руки. Феликс поддержал его, тоже решив присоединиться к походу. — Эй, вы полегче. Я-то тут вообще-то влюблён, — скорчил обиженное лицо Джисон, сваливаясь с кровати. Идти к шкафу Хвана лень, а вот перекатываться по полу в самый раз. — Хотя вкуса у него и правда нет, если он отшил меня на серьёзе. Парикмахерскую парни выбрали по совету Хёнджина, который забыл, что туда его отправил именно Джисон, когда парень собирался сменить цвет волос. Уже в заведении, парикмахерша придирчиво осмотрела тёмные пряди Хана, сообщив, что осветлять их будет долго и, скорее всего, не очень успешно. — А можно... хм, совсем немного их осветлить, просто чтобы цвет чуть лучше было видно, и в... этот покрасить! — Джисон уверенно тыкнул в желаемый цвет в журнале, протянутом девушкой. А вот Феликс и Хёнджин явно не ожидали такого от друга, удивлённо выпучив глаза. Не ясно, о чём они вообще думали. Возможно, что Хан придет, посмотрит, подумает и уйдёт. — Можно, но всё же цвет немного темнее будет. Готов к этому? — парень кивнул и издевательство над его волосами началось. Сомневаться в своём выборе Джисон начал, как только переступил порог, сразу направляясь в соседний магазин за кепкой. Феликс то хихикал с переживающего друга, постоянно неуверенно косящегося на свою чёлку, спадающую на глаза. Сказал бы ему кто, что это самоуверенный сынок директора престижного университета, пару раз мелькавший в новостях, дерзко и самоуверенно смотрящего в каждую камеру, направленную на него, Ли ни за что бы не поверил. Хотя его первая реакция на свою покраску была такой же. Как и у Хёнджина, решившего поддержать распереживавшегося друга тем, что тоже осветлил свои волосы. — Ну что, Мальвина, куда хочешь сходить? Так уж и быть, раскошелюсь ради тебя, — натянуто улыбнулся Хван, прекрасно помня, что подобные предложения обычно приводят к огромным тратам. — Негоже упускать такое предложение, но я хочу домой. Сегодня утром отец как раз вернулся, ничего не отвлекает так, как его ругань, — качая головой, вздохнул Джисон, хлопая себя по карманам. — Твой байк возле универа остался, мы ж тебя сразу в общагу отвели, а ключи в комнате и остались, — напомнил Феликс, видя, что друга уже чуть ли не инфаркт схватил. Парни вызвали такси, успешно потратив деньги Хёнджина. Проводив Джисона до мотоцикла и попрощавшись, Хван потащил Феликса куда-то, сказав лишь что это "тайное спонтанное свидание", чтобы Ли не тратил нервы, придумывая что может случиться с Ханом из-за его расстроенного состояния. — Он у нас сильный? Сильный. Мы не можем за ним всегда следить, особенно в доме его отца, — успокаивал Феликса Хёнджин, нежно поглаживая его руку. — Ты ведь попросил его написать, когда он дома будет, да? Там-то с ним ничего не случится.