Меня зовут Дио, но вообще я наконец-то прихожу сам

Джотаро встал столбом, буквально чувствуя, как остановилась в жилах кровь и как перестало биться собственное сердце. Силуэт перед ним высок и широк, но отнюдь не это пугает Куджо. У этого человека, — он не мог быть человеком! — глаза светятся алым, жаждущим, завораживающим и опасным. Джотаро никогда не бежит от трудностей, предпочитая встречать их в лоб, но сейчас предпочел бы скрыться, поддаваясь позорным мыслям. Только брюнет застыл. Сильные, выносливые ноги почти не держат его, становясь совсем ватными. Он не может поднять руку с пистолетом, хоть и открыто сомневается, что огнестрел поможет ему сейчас. Нет. Это было что-то... Неестесвенное. Что-то, против чего тебе ничто не поможет. Что-то возвышающееся над тобой, готовое с легкостью убить тебя за считанные секунды, если не меньше. Что-то, чему не нужен пистолет. Оно подошло. На шаг ближе. И наваждение словно спало с него. Оцепенение хищника, гипнотизирующего свою жертву, и Куджо дернулся. Отступил. На шаг. Прикрылся хилым локтем, и тварь любопытно склонило голову, интересуясь: «Как же такая слабая жертва смогла противиться мне?». Это была ночь. Глубокая, темная, и лишь свет луны позволял разобрать очертания существа, но оно, в свою очередь, могло разлечить каждое движение зрачков напротив. Ему не нужно ничего, чтобы чувствовать его напряжение. Его страх. Но несмотря на все это, Джотаро готов был продолжать бороться. Кровожадные глаза твари сузились, и она зашагала к нему. Плавно, ровно, медленно, совсем не торопясь, зная, что Куджо никуда не денется. И даже так была права: на парня продолжало давить. Он пришел в этот парк с одной целью — избавить окружающих от угрозы. Избавить мать от потенциального убийцы и это все, что его волновало, но японец так и не успел поднять ладонь с зажатым в ней оружием. Тварь пробуждала в нем древний инстинкт, на который он клал втечение многих безбашеных лет. Джотаро хотел бороться за свою жизнь, а не нравоучительно пиздить агрессивных придурков с улицы. Он будет. Злой дух, замерший в стороне, резво кинулся вперед с криком: «Получай!». Разрез глаз расширился, но существо запросто увернулось от простой прямолинейной атаки, перехватило кулак и сжало его, и в этот же момент правая рука резкл вспыхнула болью. Джотаро стиснул зубы, и понял, что свободно отшатнулся и машинально схватился за невесть каким образом пострадавшую конечность. Но оно уже было рядом, оказавшись совсем близко. Но Куджо не растерялся. Он вскинул другую руку, намереваясь ударить чужую голову увесистым стволом, но и этот удар не возымел никакой пользы: существо просто схватилось за этот чертов пистолет и прежде, чем Куджо бы сообразил отпустить его, сжало запястье. Когти отразили свет луны. Они были длинные, острые: запросто вспороли кожу и пустили кровь, хотя само запястье не пострадало от грубой силы. Оно приблизилось к нему. Притянуло конечность к себе, бесшумно вдохнуло запах и слизало капли крови. Ему было мало. — Ты мне нравишься, Джотаро-кун. Будем друзьями?