Потанцуем?

Каждые полгода Тони Старк устраивает бал в честь Мстителей, в честь Америки и в честь самого себя. Приглашение получают все герои, и пару лет назад, когда Уэйд официально стал хорошим парнем, он попал в число гостей. Каково же было его удивление, когда он явился во фраке чисто по-приколу, но оказался не единственным. Это был самый настоящий бал. Мерцающие люстры, башенки из бокалов с шампанским, множество важных людей и музыка, вычурная живая классическая музыка. Размахнулся Старк по-королевски. С тех пор Уэйд уже был на четырех балах. В костюме и в маске даже он выглядит не настолько страшно, и именно поэтому каждый бал приносит ему маленькие удовольствия. Конечно, на самом первом балу Уэйд сразу же нашел возле бесплатной еды Питера. И конечно, протанцевал с ним столько, сколько ему позволили. А Питер, вообще-то, позволял это без каких-либо ограничений по времени и по количеству танцев. Такой милый в черном приталенном костюме и классической маске, которая никак не могла скрыть смущенный румянец на его щеках. Уэйд старался изображать из себя галантного джентльмена (сама обстановка располагала к тому, чтобы покосплеить!) и говорил меньше, чем когда-либо прежде. А Питер, видимо, очарованный этой молчаливостью или атмосферой бала, в какой-то момент оказался с ним в кабинке туалета, где они предались быстрому сумасшедшему сексу. Это стало их маленькой традицией: танцы на балу и секс. Ни больше, ни меньше. После первого бала они просто сделали вид, что ничего не произошло, и вернулись к дружбе. Уэйд был доволен — он дорвался до самой желанной попки на свете и не испортил их отношений. Уэйд был доволен этим почти два года, несмотря на то, что хотел большего, несмотря на то, что влюбился в Питера с первой секунды их знакомства, несмотря на то, что ни с кем ему никогда не бывало так хорошо. Теперь же, собираясь на свой пятый бал, на этот раз имея звание Мстителя и понимая, что он все же не такое дерьмо на палочке, как раньше, Уэйд решает противостоять чарам милого паукообразного мальчика. Никакого секса. Он прервет порочный круг и перестанет жить от бала до бала, сходя с ума в нетерпении. Это больно, в конце концов. Первые несколько минут на балу Уэйд отлично держится. Он не подходит к Питеру, не пытается привлечь его внимание. Напротив, Уэйд нашел, кого подоставать: старина Логан уже через минуту общения подозрительно грозно потирает кулаки, будто силится не выпустить когти. Классный парень, кстати, Логан. Уэйд догадывается, что он тоже слышит его голоса. — Не слышит он нас, дебил, — комментирует Красный. Уэйд не успевает ему ответить, потому что его крепко хватают за рукав и отводят в сторону от белоснежного стола с закусками. Он оборачивается и расплывается в улыбке. Во всей этой суете из фраков и длинных вечерних платьев, официантов с прямыми спинами и героев с впечатляющими ориджинами, его выцепляет самый потрясающий парень на свете с хитрыми карими глазами и вьющимся беспорядком на голове. Просто от вида этого совершенства в простом черном костюме, который явно был взят напрокат, в Уэйде включается экстренный неостановимый режим флирта: — Привет, красавчик, мы не встречались раньше? Питер усмехается, дарит Уэйду многозначительный взгляд из-под маскарадной маски, протягивает ему руку и произносит: — Нет, но я хочу пригласить вас на танец. Вы не против? Уэйд готов был не общаться с Питером, готов был игнорировать его, но не тогда, когда Питер буквально подошел к нему сам. Нет, это выше всех сил. И Уэйд соглашается. И Уэйд снова танцует весь вечер только с Питером. А потом Питер утаскивает его в туалет, и Уэйд кончает в его прекрасную тугую попку. — Как жаль, что мы не можем делать этого чаще, — тяжело дыша, выпаливает Уэйд. — Танцевать можно не только здесь, — шепчет Питер, улыбаясь. — Давай сходим в клуб на выходных. Уэйд поднимает брови. Питер приглашает его на свидание? Или приглашает потанцевать? Ведь за пределами бала они никогда не переходили границ. — С удовольствием, — произносит Уэйд и понимает, что будет жалеть об этом еще несколько дней. К их традиционному сексу он привык и знает, что ничего кроме не будет, но Питер что-то сделал, Питер что-то нарушил. Питер дал надежду. И надежды подтверждаются, когда через неделю в темноте клуба, в оглушительных звуках музыки Уэйд целует взлохмаченного Питера и ведет его в туалет. Больше никакого прекрасного маскарада и иллюзии сказочной жизни — только тесные грязные кабинки, не ровня старковским. Питер великолепен даже в футболке с Железным Человеком и ужасно узких джинсах (как их вообще стянуть?). Да, это все еще «ничего серьезного», но это что-то новое. Уэйд не собирается сдаваться, и позже, уже будучи дома, он пишет Питеру: «Сто лет не отдыхал в клубах. Это было весело, Питти. Может, сходим еще раз когда-нибудь?» «Да, давай через неделю», — отвечает Питер. И они больше не обсуждают это. Наутро Уэйд смеется с глупых мемов, которые Питер накидал ему целой пачкой — их обычное общение. Общение друзей и напарников. Никакого секса и танцев. Через неделю все повторяется. И через еще одну неделю тоже. Потом еще, еще и еще. Однажды Уэйд пишет Питеру: «Эй, малыш, свободен сегодня вечером для танцулек?» «Я так не хочу танцевать!» — внезапно пишет Питер, и это конец, они перестанут заниматься сексом. Возможно, на балу Старка тоже. Только Питер присылает следом еще одно сообщение: «Давай ты просто придешь ко мне ради того, ради чего звал меня в клуб?» И Уэйд мчится на всех парах к Питеру. Они переступили границу, это может помешать их дружбе, они могут испортить все-все-все. Уэйд залезает к Питеру в окно. — Дверями мы не пользуемся, да? — усмехается Питер. Он сидит на кровати с телефоном в руках. — Кто бы говорил! — Уэйд спрыгивает на пол, устремляется к нему, целует его и понимает, что больше не может молчать. — Питти, у нас секс каждую неделю, тебе не кажется, что это слишком часто? — Раз в неделю это нечасто, — Питер закатывает глаза. — Мы должны остановиться, пока это не зашло слишком далеко. — Я говорю тебе, раз в неделю, это нечасто, — упрямо произносит Питер, поправляя воротник куртки Уэйда. — Нужно чаще. И что плохого в том, чтобы зайти слишком далеко? Уэйд теряет дар речи. Правда теряет. Впервые в жизни! На три секунды, конечно, но для него это рекорд. — Дело же было в бале, в костюмах, в атмосфере и в том, что я был молчалив, — растерянно бормочет Уэйд. — Это не то, какой я обычно, тебе понравился образ… — Я в курсе, какой ты в жизни! — строго заявляет Питер, стаскивая с Уэйда куртку. — И что значит «молчалив»? Ты что, говорил на балах девять неуместных комментариев в минуту вместо привычных десяти? — Я молчал! — Ты перекрикивал музыку! — Что за наглая клевета? — А почему, думаешь, тебя несколько раз пытались вывести из зала? Каждый бал пытаются! Уэйд пораженно смотрит на Питера, оскорбленный до глубины души. — Значит, я не был загадочным прекрасным принцем, достойным твоего внимания? — Нет, ты был дурным веселым клоуном, достойным моего внимания намного больше, чем какой-нибудь принц. Уэйд тает. Он улыбается, не сводит взгляда с Питера и уточняет: — Что ты хочешь этим сказать? — Я хочу сказать, что нас очевидно тянет друг к другу. Так, может, не будем сопротивляться? Уэйд кивает и наклоняется к губам Питера, чтобы дать ему ответ на этот вопрос.

~

Полгода спустя они снова танцуют на балу Тони Старка. Питер прижимается к Уэйду и смеется над всеми шутками, что приходят Уэйду в голову. Это так хорошо и приятно, они просто весело проводят время вместе. И только к концу вечера Уэйд осознает: — Малыш, мы нарушили традицию. Питер поднимает на него насмешливый взгляд. Взгляд человека, что все утро перед балом развлекался со своим парнем в постели. — Не нужна нам больше никакая традиция. — Разве что та, по которой я готовлю тебе блинчики по утрам, — важно произносит Уэйд. — Или та, по которой мы устраиваем марафоны сериалов, — довольно вздыхает Питер. — Или та, по которой я убиваю тех, кто тебе не нравится… — Уэйд! — Я шучу! — Где Хэппи? Я требую, чтобы тебя вывели из зала! — Ну ты и злюка, Питти. Самая злая злодейская злюка. Пойдем домой, я тебе столько блинчиков наготовлю, что ты растолстеешь. Уэйд очень возмущенно целует Питера в щеку и тащит его, смеющегося, на выход из зала. Они ловят пару любопытных взглядов окружающих, но пусть завидуют. Уэйд уже третий год подряд здесь с таким потрясающим парнем. С парнем, который предпочтет Уэйда любому воспитанному популярному герою, коих здесь великое множество. Тони не слишком уважает Уэйда, но всегда присылает ему приглашение, потому что надо, потому что Уэйд сейчас правда герой. Уэйд не чувствовал особой гордости за то, что его принимали в геройский круг. Ну, герой и герой, чего такого-то? Зато теперь он гордится. Он гордится тем, что его принимает Питер.