next time

— Алло, Акааши, ты уже в академии? — Нет. На самом деле, нет особого желания приходить, поэтому я сижу и жду свой кофе. Но не переживай, тебе я заказал тоже. Как только получу, сразу приду. — Ох, Акааши… Хорошо, спасибо тебе, — девушка с легкой грустью повесила трубку. Она несомненно была рада возможности видеться с другом каждый день во время учебы, но всё портила одна деталь: родители Акааши Кейджи ожидают от сына больших успехов в области искусства и по этой причине принудили его подать документы именно в это учебное заведение. Но парню было в тягость посещать его, ведь он скорее предпочел бы работать в сфере журналистики, но идти против его родителей было бессмысленно, ведь при первой попытки Акааши обсудить с ними вопрос о его образовании, они просто затыкали его. Еще в школьные годы родители Кейджи четко запланировали то, на кого будет учиться, кем будет работать и сколько зарабатывать на этом деле их сын. Грустная история, если говорить кратко. Судзуки вошла в академию и, размяв пальцы, оглянулась. То самое место, в котором она проводит большую часть своего времени. Большой атриум был практически пустым, что создавало иллюзию некого одиночества, которое нравилось Аямэ. Она прошлась по коридорам, в поисках мастерской и постучалась в нужную дверь, после чего сразу вошла. Пустая комната с расставленными мольбертами, на некоторых из них стояли холсты. Девушка подошла к своему рабочему месту и разложила необходимые принадлежности на столике рядом. Поместив приобретенный холст на мольберте, Аямэ задумалась о том, как бы ей выполнить задание преподавателя. Изобразить масляными красками беспокойство. Как выглядит это «беспокойство»? Постепенно помещение начало заполняться студентами, но Кейджи всё не было. С момента их разговора прошло около 20 минут, наверное, этого времени вполне достаточно для того, чтобы забрать заказ и дойти до академии. Неужели он всё-таки решил прогулять? Нет, на него это ну совсем не похоже. При все своей нелюбви к рисованию, он продолжал посещать каждое занятие, ибо совесть и уважение к родителям не позволяли сделать обратного. Но Судзуки часто отмечала то, что у Кейджи есть потенциал в этом деле: он справлялся практически со всеми заданиями, причём очень успешно. За три минуты до начала пары в мастерскую вошел Акааши Кейджи. На его плече висел шоппер со всеми кистями и тюбиками с краской, а в обеих руках по стакану с кофе. Парень устало оглянулся и, увидев Аямэ, слегка улыбнулся и подошел к ней. — Привет, — протягивая стакан подруге, произнес Кейджи. — Привет, Акааши. Спасибо, сколько я тебе должна? — Перестань, это мелочи, — парень освободившейся рукой потер переносицу, после чего слегка растрепал волосы. Вроде бы простое движение, которое не несло в себе никакого смысла, но выглядело это очень привлекательно. Акааши взглянул на Судзуки поверх очков и поинтересовался: — ты уже придумала тему картины? — Есть одна идейка, но пока не уверена в ее реализации. А у тебя? — По сути, если считать, что «беспокойство» это антоним к слову «спокойствие», а «спокойствие» также является антонимом к слову «гиперактивность», то вполне можно было бы изобразить Бокуто-сана. — А ведь правду глаголишь, — рассмеялась Аямэ. Действительно, Бокуто Котаро является олицетворением гиперактивности, с этим не поспоришь. — Годы идут, а он не меняется. Кстати, как он там? С тех пор как он уехал с командой на соревнования, мы никак не контактировали, хотя прошло уже около недели. Он вроде как собирался сегодня приехать? — Он очень занят, — вздохнул Акааши. — Свободное время тратит только на сон и приёмы пищи, хотя порой ставит в приоритет в очередной раз потренироваться. Сегодня я с ним переписывался, он сказал, что они пробудут там на пару дней больше, чем планировалось. — Жаль, я думала получится встретиться и погулять, — Акааши усмехнулся на эту реплику. — Что?! — Да я просто вспомнил тебя на первом курсе старшей школы, ха-ха-ха! — Да ну тебя. Чем еще можно заниматься в старшей школе кроме того, как влюбляться? — Ну не знаю, учиться, к примеру? — Ой, да кто бы говорил, — закатила глаза девушка, скрестив руки на груди. — Сами то большую часть своего времени посвящали не учёбе, а волейболу. — Тем не менее, мои итоговые оценки были не такими уж и плохими. Судзуки глотнула кофе и села на стул, подумав о том, что было бы неплохо начать работать над картиной. Акааши молча поддержал эту идею и сел рядом. В голову Аямэ пришла одна идея, но она никак не могла решиться воплотить её в реальность, так как она может не совсем подходить по заданной теме. Ладно, так или иначе, у неё будет возможность начать всё заново. Рука сама начала рисовать картинку из головы и спустя некоторое время, когда осталось только нанести краску, к Аямэ подошёл Акааши. — Судзуки?.. — не смог скрыть своего удивления Кейджи. — Да? — А как яблоко, летящее вниз со стола связано с беспокойством? Я просто в первый раз не могу уловить твою идею. — Я знаю, что на первый взгляд она вообще не подходит, но пару дней назад со мной произошла одна ситуация в кафе. Я увидела парня, который был обеспокоен чем-то, было видно, как что-то его мучает. Потом он резко дернулся и яблоко, что стояла возле его руки, полетело вниз в мою сторону. Никак не могу выбросить это из головы. — А, вот оно что. Теперь я понимаю. А что с этим парнем? — Мы с ним познакомились и немного пообщались, но он не особо хотел обсуждать это, да и я была не против. Ничего более. — Я уже подумал, что ты перестала делиться со мной интересными событиями из своей жизни. — Ну уж нет, Акааши, ты мой самый близкий друг еще со школы. Кому-кому, а я тебе я всегда буду доверять, — давала заметила, как эти слова польстили Кейджи и улыбнулась. — Кстати, может прогуляемся после академии? Я думала, что будет и Бокуто, но ничего страшного. — Как раз осталось 3 минуты до конца пары. Как хорошо, что сегодня у нас сокращённый день. Куда ты хотела бы сходить? — Покушать. — Ожидаемо. Ребята вышли из академии, выбирая кафе. И тут неожиданно чья-то туша набрасывается на них со спины, обнимая обеими руками. Акааши с Судзки ошарашенно обернулись. — РЕБЯТА, Я ВЕРНУЛСЯ, Я С ВАМИ! — Бокуто?! — Вы ведь сегодня утром сказали мне о том, что задержитесь, Бокуто-сан, — произнёс Кейджи, не скрывая радости в голосе. Котаро глядел на ребят и широко улыбнулся, продемонстрировав еле заметные клычки. — Я разыграл вас, как я мог остаться еще на пару дней, когда мы договорились сегодня встретится? Кстати, тут такое дело, я не один пришёл. Вы не против, если к нам присоединится мой близкий друг со школы? — Неужели это?.. — Акааши ахнул и прикрыл рот рукой, а Бокуто активно закивал. — О ком это вы? — с недоумением спросила Аямэ. Как она не может терпеть быть в неведении. — Ты его не знаешь, но сегодня познакомишься. Глядишь, поженитесь, — расхохотался Котаро, а Кейджи пихнул его в бок. — Акааши! Не нужно меня бить каждый раз, когда я шучу, я ведь могу подать в суд на тебя! — Не говорите глупостей, Бокуто-сан. Кстати, вот и пришел наш таинственный незнакомец, но только для Судзуки. Аямэ в нетерпении оглянулась и каково же было ее удивление, когда вместо того, кого она «пока не знает, но глядишь и выйдет замуж», увидела Куроо Тецуро! — Ребята, я немножко опоздал, но думаю, что мне простительно, — парень ухмыльнулся, а его улыбка стала чуть шире, когда он увидел Аямэ. — Судзуки? Какими судьбами ты здесь? — По той же причине, что и ты. Ты ведь сам хотел увидеться, Куроо.