Пыль и пепел

***

Мучительная боль вынудила Цзян Чэна открыть свои глаза. Пару секунд он даже не знал, что его веки были поднятыми, потому что вокруг была кромешная тьма, а его конечности не отзывались на его команды, как будто они были отдельны от него. Время шло, юноша постепенно приходил в сознание, чем больше он это делал, тем мучительнее становилась боль. В один момент, казалось, что в него вонзались мечи, а в следующий – что он пылал адским огнём. Но он ничего не мог с этим поделать. Не зная, сколько времени прошло, дабы боль хоть немного ослабла, но при это всё ещё продолжала бушевать по всему телу, как термиты, грызущие древесину. Он неохотно сел, оглядываясь, его не тревожило странное ощущение его тела. Его волновало совсем другое – объединение орденов не могли прибыть в один день и открыто атаковать Могильные Курганы. Орден Юн Мэн Цзян был ответственный за так называемый «приём». Цзян Ваньинь заранее договорился о размещении лагеря около пристанища Вэй Усяня, и подготовлении пути для отступления, но сейчас он находился не в том месте, где ложился спать вчера. Но осматриваемое место, не показалось ему незнакомым. «Это пещера, где этот придурок проводил свои эксперименты?». Цзян Чэн был обескуражен на мгновение, прежде чем странное предчувствие полностью обрело облик. Он уже подсознательно поднял руку, только чтобы убедиться, что увидит чёрный рукав ханьфу. Осмотрев себя, он понял, что это было тело Вэй Ина.

***

Спустя час фигура в пурпурных одеяниях вошла в пещеру, окружённая призраками, словно погрузилась в место, где никого не было. Цзян Ваньинь поднял свои глаза и увидел лицо, которые было таким одновременно знакомым и незнакомым. Это было непонятно чувство: он, конечно, знал, что есть такие твари, которые могли менять своё обличие, но это было не совсем то, когда ты видишь своё собственное тело со стороны. Но несмотря на это, ему не составило особого труда узнать Вэй Усяня по выражению его лица. — Старейшина Илина, что за трюки ты вытворяешь? — первым задал свой вопрос Цзян Чэн. Вэй Ин заметно напрягся. — Это точно не моих рук дела, — откровенно сказал он. — Клянусь… Цзян Ваньинь с раздражением перебил своего собеседника, ему совсем не хотелось слушать, жалкие попытки Вэй Усяня оправдаться, он уже был сыт ими по горло. Вэй Ин не стал продолжать говорить то, что планировал. — Тогда ты знаешь, что я прибыл сюда, дабы покончить с тобой раз и навсегда? — Мм, да, я знаю, — начал он. — Как только я пришёл в себя, меня позвали поприветствовать двух новоприбывших глав орденов, также они жаловались, что Могильные Курганы действительно настолько бедные, как им говорили. Цзян Чэн никак не отреагировал на то, что сказал его бывший названный брат. — Ты везунчик, Вэй Усянь, — холодно произнёс юноша. — Тебе снова удалось избежать наказания. — Я не убегу, — сделав паузу, он продолжил. — Нам нужно вернуться обратно в свои тела. Вэй Ин выглядел так, словно он искренне беспокоился о жизни Цзян Ваньина, а не о своей. — А-ха-ха! Огромное спасибо, ты такой благородный, — ему было трудно сдержать смех, который таки рвался наружу. — Ты понимаешь, что сейчас происходит? Нужно быть настоящим героем, который серьезно болен на голову, чтобы такое предложить! Вэй Усянь, опустив свои глаза, не обращая внимания на свои гнев и злость, вымолвил: — Если у нас не получится вернуть всё на свои места, ты будешь должен спрятаться. Цзян Чэн скептически окинул взглядом место, где они находились, и саркастически промолвил: — Ну и где здесь прятаться? Вэй Ину не нашлось, что ответить на поставленный вопрос. Он и сам понимал, какую глупость сморозил. Но откуда же ему было знать, что случится из кожи вон выходящая ситуация. — Тогда, если тебя найдут, скажи им, что ты не Вэй Усянь. — И ты думаешь мне поверят? Предстанешь перед ними в моём теле и скажешь, что это ты Старейшина Илин, дабы спасти меня? На этот раз в голосе Цзян Ваньина было меньше насмешки, сменившись усталым спокойствием. — … С этим Вэй Ину было сложно поспорить. Подумав некоторое время, он сказал: — Нам стоит найти Лань Чжаня, дабы попросить его гуцинь. — Ничего лучшего предложить ума не хватило, да? — Ладно забудь, — он снова огляделся по сторонам. — Где Вэнь Цин? Цзян Чэн усмехнулся. — Как ты смеешь пытаться использовать моё тело в таких целях? Первоначально эта фраза должна была быть угрозой, но, когда он говорил с Вэй Усянем, который находился внутри его тела, он не смог быть суровым, как раньше, а вместо этого немного смягчился. Мгновение и он уже схватил Вэй Ина за руку, уставившись на него, он тихим голосом спросил: — Вэй Усянь, почему я не чувствую твоего золотого ядра? Где оно? — Оно немного не подходило для пути, которого я выбрал, поэтому мне пришлось немного над ним поработать, — небрежно ответил Вэй Ин. Цзян Ваньинь не мог поверить в то, что услышал. — Что же ты наделал! Вырвав свою кисть из рук Цзян Чэна, он шагнул назад. — Это мой выбор и к тебе не имеет никакого отношения. Хотя, прости, теперь, когда ты в моём теле, это имеет к тебе непосредственное отношение. Если бы он сейчас был в своём теле, то сильно бы ударил своего шисюна, у него даже сейчас получилось спровоцировать его. — Разве ты не носил с собой меч? — возразил он. Только после того, как вымолвил эти слова, ему вдруг показалось, что в этом теле нет золотого ядра. Но с каких пор? Он всё ещё продолжал надеяться, что Вэй Усянь прямо сейчас пойдёт к тому углу, где лежал его меч, дабы взять его, но так как он это не собирался делать, ему пришлось сделать это самостоятельно. Только что вынутый из ножен меч был подобен льду, отражающему лицо его названного брата, но выражение на нём было похожим на ностальгию. Вэй Ин безразлично бросил слова по этому поводу: — Я не могу его использовать, если говорить по-честному. Ещё тогда, когда он впервые увидел Вэй Усяня, вернувшегося с Могильных Курганов, Цзян Ваньинь уже знал, что он мог управлять призраками, и в ту самую ночь сквозь дыру в крыше он достаточно насмотрелся на то, как Вэй Ин контролировал дух мёртвой женщины. По уверениям самого шисюна, это было, как-то так: «Могильные Курганы – это моё давнее пристанище, и я до сих пор немного дружу со здешними обитателями». Цзян Чэн последовал за Вэй Усянем к Могильным Курганам. Слушая время от времени то, что болтал Вэй Ин, он внезапно понял. — Ты притащил меня сюда, чтобы показать мне Могильные Курганы? — напрямую спросил он. — Здесь есть такие места, где я бываю редко, — ответил Вэй Усянь. — Ты должен не забывать избегать эти места, поднимаясь и спускаясь отсюда. — Прежде чем делать каждый день доброе дело, может стоит сначала поинтересоваться у других, примут ли они твою заботу? Нужна ли мне твоя забота? — Цзян Ваньинь снова не смог сдержаться. — То, что тебе это не к чему, это не значит, что другим оно не надо, — прошептал Вэй Ин. Они увидели призрак девушки на старой могиле к западу Могильных Курганов. Она была такая же угрюмая, как и другие призраки в этом месте, в ней чувствуется мощная энергия обиды, но она свободно двигалась и явно имела разум. Такие призраки в основном самые злые, самые злобные и они точно не могут идти ни в какое сравнение с каким-то безмозглыми лютыми мертвецами. Вэй Усянь остановился достаточно далеко от призрака и громко крикнул: — Сестрица, прости меня, пожалуйста, за беспокойство! Цзян Чэн не мог отвести от него глаз: так много времени прошло с того момента, но Вэй Ин так и не поменял свою манеру речи. А когда же он использовал его тело, дабы так себя вести, Цзян Ваньинь, глядевший на него, чувствовал себя немного странно. — Всё в порядке! Девушка-призрак крикнула ему в ответ издалека, словно не удивившись тому, что Вэй Усянь был в совершенно другом теле. Словно так и должно было быть. — Сестрица чувствует мою душу, а моё тело и кровь видит прозрачным, но для нас, живых, это является очень важным. Я не имею никакого понятия, почему она так внезапно стала заинтересованной в обмене моей души с душой Главы Ордена Цзян. — Ну…не то, чтобы мне это было интересно, — она была спокойной. — Я умерла от ненависти, поэтому я очень переживаю из-за сильных желаний других…К тому же, кто-то из вас этого так желал, вот я и исполнила это. Она говорила невинным голосом, но ни один из них не верил этому. — Как вернуть всё на свои места? — спросил Цзян Ваньинь, сдерживая свой гнев. Девушка посмотрела на него. — Это желание. Когда исполнишь его, всё вернётся обратно. — Какое к чёрту желание? — Тебе виднее. И вообще почему ты меня об этом спрашиваешь? — спросил призрак в ответ. — Хоть я и являюсь проводником, но ключевая роль у вас. Вэй Ин нахмурился, выражение его лица стало напряжённым. Призрак девушки явно его не боялся. — Не будем говорить о том, что, если ты меня упокоишь что-то поменяется. Потому что это не от меня зависит. Цзян Чэн с раздражением бросил: — Откуда же мне знать, какое у меня желание? Он снова глянул на Вэй Усяня. — Чего ты хочешь? Вэй Ин ничего не ответил, но вместо этого посмотрел на девушку-призрак. — Но почему это желание заставило наши души поменяться местами? Призрак просто пожал плечами.

***

Они вернулись обратно в пещеру. — Цзян Чэн, не волнуйся...Я.…Я найду выход. Вскоре после возвращения в пещеру, Вэй Ин снова направился к выходу. — К чему такая спешка? — спросил Цзян Ваньинь. — Сядь со мной. Он почувствовал, как Вэй Усянь топтался позади него, как какой-то юнец, поэтому повернув голову, он посмотрел на него. Так как они недавно попрощались с призраком, настроение Вэй Ина было поникшим. Сам Цзян Чэн привык хмуриться, но вот Вэй Усянь мог быть таким «Вэй Усянем», даже когда его брови были сведены. Они посмотрели друг на дружку, но в этой схватке Вэй Ин был повержен и поэтому он опустился рядом с ним. Солнце вот-вот должно было сесть. Хотя в данный момент день и ночь ничем не отличались от мрака Могильных Курганов. Цзян Ваньинь чувствовал, как поднимался холод, и медленно полз по его венам, заползая в его сердце. Цзян Чэн подумал, что Вэй Усянь, наверное, чувствовал это каждый день. Не то, чтобы он не хотел меняться телами обратно, но в тот момент, когда он открыл глаза в теле Вэй Ина, он понял, что брат обязательно должен умереть. Задолго до того, как Вэй Усянь действительно умрёт, он уже видел сквозь это тело обречённую смерть своего шисюна. Это был не его план. Его план заключался в следующем: убьёт ли он завтра Вэй Ина или же он убьёт его самого, смерть будет быстрой и жестокой. Ему только немного за двадцать, а он уже пережил бесчисленное количество смертей за столь короткий период времени. Каждая гибель приходила с ужасающим концом. У него не было шанса на сопротивление. Он мог только смириться и принять это. Но сейчас не так, ему на самом деле приходилась так долго смиряться, всё как в песочных часах, всё время, каждую секунду его голова была занята мыслью — Вэй Усянь должен будет умереть. — Обещай мне, что… — Я ничего тебе обещать не буду! Не смей говорить так, не говори мне ни слова! Даже думать так не смей! Лучше отправляйся спать, завтра всё будет хорошо.

***

В полночь, когда месяц был на середине небо, Вэй Ин вернулся на то место, где он был вместе с Цзян Чэном. Призрак девушки всё ещё медленно бродил, и неудивительно, что он приближался к нему. — Сестрица, ты, должно быть, ошиблась, потому что у меня определённо нет такого желания, — прямо сказал Вэй Усянь. Призрак захихикал. — Разве я говорила, что это твоё желание? Сердцебиение становилось всё громче и громче, но Вэй Ин пренебрёг этим, а вместо этого выдавил из себя улыбку. — Не говори таких глупостей, в этот раз Цзян Чэн явился сюда, дабы убить меня. Как же он мог не хотеть моей смерти? Кроме того, как он может быть готов умереть. Он Глава Ордена Цзян, и не может так поступить. Девушка-призрак невинно ответила: — Конечно же, он не жаждет умирать, но также он и понятия не имеет, как сильно хочет, чтобы ты жил. Её слова были подобны острию меча, которое пронзало его грудь. Спустя долгое время он наконец снова заговорил. — Я не Цзян Чэн, ты не можешь меня обмануть. Так как эта техника была создана тобой, ты определенно можешь её отменить, — сказал Вэй Усянь. — Ты вернёшь мне моё тело, а иначе… Призрак выглядел так, словно на его лице была улыбка, как будто он наконец-то хитростью заставил добычу добровольно войти в клетку. — Ты, наверное, полагаешь, что я добрый призрак? Пока ты кормишь меня энергией, я довольна, или ты думал, что мое желание будет безобидным. Например, кому-то что-то переделать или отомстить бессердечному человеку? — тихо спросила она. — Я так не думал, — улыбнулся Вэй Ин. — Ты позволишь мне высосать всю твою энергию? — Да, — не колеблясь ответил он. — Ты, что хочешь, чтобы я убила тебя? — Да. Призрак взглянул на него. — Зачем? — Знаешь, какой девиз в моём ордене? «Стремись достичь невозможного». В этот момент, стоя перед призраком, который умер много лет назад, он даже не удосужился изменить свои слова, а просто излил слова из самой глубины своего сердца. — Он всегда винил меня в том, что я слишком хорошо соответствую данному девизу и помогаю другим, но я совершил самое непоправимое в своей жизни…, — тихо пробормотал Вэй Усянь и вдруг улыбнулся. Эта улыбка появилась на лице Цзян Ваньина, его брови были расслаблены, уголки губ немного приподнялись, выражение лица было мирным в отражении лунного света. Его шиди считал себя одним из тех людей, которые не понимали этого девиза. В этот момент тени двух наложились друг на друга, из-за чего их было трудно различить. — Но не это самое главное. На самом деле я люблю его.

***

Цзян Чэну казалось, что он видел сон. Во сне это были Могильные Курганы много лет назад, с ним самим с одной стороны и группой незнакомцев из ордена Вэнь с другой, а между ними стоял Вэй Ин. Он внимательно посмотрел на Вэй Усяня, который стоял там один, его чёрное ханьфу развевалось, как будто он собирался в следующее мгновение оседлать ветер и исчезнуть навсегда. Внезапно он поднял голову и улыбнулся сам себе. В тот момент, когда он собирался что-то сказать, Цзян Ваньинь понял, что сон внезапно сменился на другой. С другой стороны стояли люди, то есть орден Цзян. Он был Вэй Ином, шисюн был им. Но он просто стоял там один и, наконец, улыбнулся Цзян Чэну.