Мия

 September 1.   В этот день я снова пошёл к фонтану, но, зная, что школьники уже идут в школу, я не думал, что встречу её там. Кроны деревьев до сих пор были зелёными, но некоторые листочки уже постепенно желтели и осыпались. Поднимаясь на холм, я думал, что если не встречу её, то вся эта красота пропадет с моих глаз. И, дойдя до вершины, я увидел её, сидящую на своём излюбленном бордюре. – Мия, привет! – я подошёл к ней, она встала и обняла меня. – Ты сегодня не должна пойти в школу? – Не хочу.. – пробормотала она, печально глядя себе в ноги. – Ну хорошо, – я посмотрел на те две "М" на бордюре. Мы снова сидели и разговаривали, смотрели друг на друга, смеялись. Солнце все сильнее припекало голову. В этой чудесной атмосфере послышалось вибрирование телефона. Я поднял трубку, не глядя. – Да, – сказал я, все так же глядя на Мию. – Марти? Почему на занятия не пришёл? Ремонт уже закончили, – послышался знакомый голос учителя физики. Моё выражение лица потускнело. – Да, извините, забыл. – Приходи сейчас! Мне надо тебе кое-что сказать насчет университета, – поспешно сказал он и сбросил трубку. Мия смотрела на меня своими грустными глазами: она уже поняла, в чем дело. – Мия, я туда и обратно, быстро вернусь! – я вскочил и побежал в сторону серых домов. – Буду ждать! – крикнула она мне вслед. Её слова будто были допингом. Я побежал ещё быстрее. Наконец я увидел свой филиал.  Неприятно было его видеть после тех моментов с Мией. Я неохотно вошёл туда и меня с ходу встретил профессор. – Марти, ты рассеянный какой-то, – нахмурился он. – Извините.. – Ты и рюкзак не взял? Не сможешь сегодня позаниматься? – Извините, не смогу... – Ну, в общем, я замолвил за тебя словечко и поздравляю тебя! Уже в декабре, при сдаче экзаменов конечно, ты будешь принят в высший университет при школе Либерти. – Ничего себе! Спасибо! – я действительно обрадовался: все мои годы обучения были совсем не зря. – Только вот не расслабляйся! Ходи ко мне на уроки обязательно. – Да, хорошо, – я вновь потускнел. На улице было все так же хорошо. Я шёл к своему холмику и был немного не в духе. Совсем уж не хотелось приниматься за учебу после таких ярких дней с лучшей девушкой мира. Я терпеть не могу эти серые дни. Это серое настроение постепенно начинало заполонять меня, но меня спасала лишь моя подруга, мои мысли о ней.   – Прости, что покинул тебя, – сказал я, поднявшись. – Да ничего, – улыбнулась она. – Опять учеба?.. – Да, – ответил я грустно. – Все равно будем видеться. Я посмотрел на её глаза, залитые печалью. Посмотрел на этот фонтан, подаривший мне свободу.. Этого всего теперь не будет? Вновь возвратится унылый облик окружающего мира? Я посмотрел на небо, затем снова на Мию. Глаза залились слёзами, я сел на бордюр и заплакал. Я не плакал, когда меня избивали в школе, я не плакал, когда у меня были неудачи в школе. Я не плакал с того самого детства, когда я был совсем ещё ребёнком. Я впервые заплакал по-настоящему. Мне было все равно, что подумает Мия, мне просто было паршиво от того, что яркие краски, которые я обрёл, растекутся в сером, полном грустной реальности, мире... – Нуу, Марти, хватит, – она неловко подошла ко мне. – Не плачь, мы не будем расставаться.. Мы будем видеться с тобой, обязательно. Она потянула меня за руку и обняла. Так сильно и нежно обняла меня, так искренне и крепко.. Я вцепился в неё, мне совсем не хотелось отпускать её, никогда! Я уткнулся в её ярко-жёлтую блузку и истерически вдыхал и выдыхал воздух. Она успокаивала меня, как маленького ребёнка. В этот момент, мне казалось, что она моя мать. Даже та никогда так не жалела меня, как Мия. Мои родители полные тираны по сравнению с этой прекрасной девушкой. Боже, я так люблю её! Наконец, успокоившись, я медленно приподнял голову с её мокрой от меня блузки. Я посмотрел на неё и ужаснулся. – Что такое? – Мия удивилась моему выражению лица. Я протянул руку к её носу. Там была кровь. Я зачерпнул её пальцем и показал ей. Она резко вытащила из сумки свои салфетки и стала вытирать лицо. – Ох, Марти, прости, я не испачкала тебя? Мне было все равно, испачкала она меня или нет. Я не мог понять, как она умудрилась удариться, что у неё пошла кровь. А главное, когда!? – Мия, что... Происходит? – Видимо, ударилась.. – Когда ты успела? – Не знаю я, – нервно отвечала она, закрывая ноздри салфетками. – Извини, Марти, мне пора! – Ты в порядке? – поспешно спросил я. – Давай до дома провожу! – Я не беспомощная, – отнекивалась она, – сама дойду. Увидимся! Даже в такой ситуации, с окровавленными салфетками в носу, она умудрилась улыбнуться мне. Мия развернулась и медленно зашагала домой. – Хорошо, Мия.. Люблю тебя. Она вдруг остановилась. «НАФИГА Я СКАЗАЛ ЭТО!?» – в панике подумал я, увидев, что она замерла. Но она постояла так несколько секунд, будто собиралась с мыслями, и пошла дальше своей дорогой. Я громко выдохнул. Может она вовсе не приняла слова всерьёз? Даже не знаю. У меня в голове была путаница, я чувствовал ответственность за то, что у неё пошла кровь из носа. Я думал пойти за ней, но решил все-таки отправиться домой. Весь заплаканный, как маленький ребёнок, я спускался с холма. Голова начинала болеть, и я просто смотрел на небо, не смотря под ноги. Проходя мимо площадки, я опять обратил внимание на Тогами. Он все также одиноко стоял около качелей и смотрел на клюющих зерно голубей. Мне было все равно на него, вокруг него царил какой-то холод, мне не хотелось связываться с таким человеком. Все мысли были о ней, мне казалось, она обиделась на меня. Я поступил как жалкая тряпка, заплакал при подруге – это низко. Если бы я мог извиниться как подобает.. За мои злосчастные занятия, за моё нытьё сегодня.. Прости меня, Мия.   Квартира была мрачная и скучная. Я не знал, чем себя занять, разве что мог сделать заготовки по чертежам. Пока я делал задачи по физике, я вспомнил, что можно взять у Мии телефон, чтобы каждый день разговаривать с ней, независимо от моего графика. Странно, что раньше я не додумался до этого, я действительно туповат. Уроки я делал не долго и лёг рано, чтобы хорошенько выспаться перед завтрашним тяжёлым днем.   September 2.   Я выбежал на улицу с болтавшимся на мне рюкзаком. На моё удивление, меня встретила не ясная и тёплая погода. Тёмные тучи заполонили всё небо, становилось немного прохладнее, но все же тёплый ветер немного согревал. Я бежал со всех ног, чтобы не опоздать на очередное занятие. Умудрившись несколько раз навернуться на холме, я добежал до фонтана и увидел Мию. Она стояла на краю вершины и смотрела вперёд. – Мия! – вскрикнул я. – Опять не в школе? – Да что ты со своей школой.. – она медленно оглянулась на меня. – Дай мне свой номер, будем созваниваться! – настойчиво сказал я. Она подошла ко мне, показала свой номер на телефоне, я его переписал. Теперь уж точно никуда наше общение не денется! – Сегодня я вернусь поздно.. – сказал я, опустив глаза. – Буду ждать звонка, – подбодрила она меня. Мия подошла ко мне и обняла. – Беги давай, опоздаешь ещё! – Я позвоню, – сказал я, развернувшись, – обязательно позвоню! Так и бежал я до самого филиала. В мыслях было смятение. На половине пути я почувствовал прохладные капли дождя. Как же бесило всё окружающее. Хотелось просто посидеть с Мией в каком-то тёплом месте, побеседовать о чем-то. Мне почему-то казалось, что я её люблю, но ведь я даже не знал этого чувства. С Мией я был знаком всего две жалкие недели, и уже успел к ней привязаться как никогда. Ничего нового я не узнал из этого занятия, мы только повторили старое, и я крупно пожалел, что пришёл сюда. Единственно, профессор мне сказал кое-какие новости, и то нехорошие. Видите ли, экзамены переносят на период с 26 октября по 2 ноября. Мало то, что времени на подготовку у меня совсем мало, так ещё и день рождения не за горами. Тем не менее, мне ничего не остаётся, как прогнуться под эту систему...   Закончил я поздно вечером. Дождь лил, как из ведра. Я поскальзывался на лужах, еле добежал до обливающегося грязью холма и с трудом поднялся наверх. Мии не было. Я грустно посмотрел на фонтан. На небе сверкнула молния, так, что я вздрогнул. Небо было чёрное от многочисленных тёмных туч. Я ринулся вперёд. Грязь не позволяла ускорить шаг, и я еле-еле спускался с холма. Почти у подножья послышался грохот молнии, я вздрогнул и поскользнулся. Кто знает, чем это могло закончиться, если бы я так упал с вершины холма, но здесь я кубарем покатился вниз, захлёбываясь в жирной грязи. Фонари не работали, везде была тьма. Я медленно встал с грязной лужи, было до жути холодно. Я медленно поволок промокший рюкзак, и посмотрел вдаль. Недалеко от детской площадки, я увидел Тогами, который бежал к себе домой. Кроме него не было ни души. Молния сверкнула ещё раз. Дождь то и дело попадал в глаза, и я часто спотыкался. Вдруг в кармане штанов я почувствовал легкую вибрацию: мне кто-то звонил. Я, перекинув рюкзак на плечи, поднял трубку. – КТО? – закричал я. – Почему кричишь так? – послышался чей-то голос. Я сразу узнал его.. Это была моя сестра. – ДОЖДЬ ИДЁТ, СЛАБО СЛЫШНО! – кричал я. – Марти, я не собираюсь перезванивать, и так сейчас все на взводе.. – ГОВОРИ, ЧТО ХОТЕЛА. – В общем, мама и папа погибли в авиакатастрофе.. Мне жаль такое говорить, Марти. Они пропали ещё два дня назад, потом уже нашли самолёт, и.. Это был их самолёт. –Н...НЕ СЛЫШУ ТЕБЯ, ПОЗЖЕ ПЕРЕЗВОНЮ, – я прекрасно услышал её, мои мысли в тот момент были самые смешанные. – Вот идиот! Я же знаю, ты слышишь меня! Где ты шляешься всё время!? Звонить тебе больше нет желания , ты уже должен быть ответственным, и я не намечаюсь тебе в няньки! Тебя никогда и не считали нормальным ребёнком, Марти, учись хоть до отвалу. Ты бесчувственный! – она будто отсчитала меня. – Их квартиру я уже выставила на продажу, с деньгами разберёмся позже, я наберу тебе, – она резко сбросила трубку, будто пропала связь. Злое небо огибало меня, ледяной дождь убивал меня. Грязь сбивала меня с ног, мысли о родителях отяжелели мои ноги, неужто единственным близким мне человеком осталась Мия. Папа был тем, кто заставлял меня учиться, был тем, кто хотел от меня светлого будущего, заплатив своим. Мама, которая воспитала меня в детстве.. Тоже погибла вместе с ним. Я заплакал тогда, дорога домой казалась мне бесконечной. Слёзы смешались с дождём на моём лице, даже хорошо, что мой плач был незаметен. Наконец мои ноги каким-то образом дошагали до подъезда. Я, весь мокрый, дошёл до квартиры и скинул там вещи. Открыв рюкзак, как и ожидалось, я убедился, что все мои тетрадки по черчению, физике и математике промокли. Скинув вещи в стирку, я принялся за новые тетради. Любому другому человеку – я уверен – стоило проплакаться весь оставшийся день, будь они на моём месте. Но я откинул эти мысли на задний план и принялся заполнять новые тетради информацией из старых. Так прошёл этот ужасный для меня день. Так и не удалось позвонить Мии...   September 3.   Опять иду на занятие... Дождь после вчерашнего дня оставил на асфальте кучу луж. Иногда даже было сложно их обходить и я проходил прямо по воде. Но больше я был в шоке с холма. Подниматься было невозможно. Липкая и скользкая грязь не давала пройти наверх. Я расставил ноги крестом, будто лыжи, отломил ветку с первого попавшегося кустарника, и, опираясь на него, поднимался. С пунктуальностью у меня были явные проблемы, поэтому я уже опаздывал, будучи почти у вершины. Наконец, почти не запачкавшись, я добрался до фонтана. На моё удивление Мии не было. «Наверное, учится, – думал я, – вот и молодец!» Я опять встал у спуска горы и думал, как теперь спускаться. Не знаю как, но как-то я спустился, несколько раз было оступился, но удержал равновесие. Вот я уже бегу по городу среди зеркальных тёмных асфальтов, среди шумных автомобилей и красочный вывесок магазинов. Я думал о родителях, ужасался сам от себя: «Как так безразлично я могу себя вести после смерти родителей? Что со мной не так?». Для меня, наверное, уже давно Мия была как мама (утешала, жалела, обнимала меня), как папа (торопила меня, когда я опаздывал, давала советы), как старшая сестра (настаивала на том, что я достоин лучшей жизни, поддерживала увлекательными разговорами, угощала меня), она заменила мне всех. Она – моё всё... Поэтому я могу сказать, что люблю этого человека. Никто не сможет оспорить это, люблю её, и точка. Для меня этот учебный день был более менее полезен. На нём прошёл основы квантовой физики вместе с профессором, новые шаблоны чертежей и многое другое. На кинематографии я даже забылся и впервые сконцентрировался на уроке.   Тем не менее, вышедши из филиала, я вновь уставился на тёмное небо. Вдалеке, за ясными серыми облаками, виднелось полнолуние. Луна выглядела огромной. Все ещё оставался запах дождя, но с неба ничего не капало. Я накинул рюкзак на плечи и ринулся к моему любимому холму. На часах уже десять. Я, иногда поглядывая на часы в телефоне, уже добрался до фонтана. Мии все так же не было. «Неудивительно, – думал я, – в такое-то время она уже должна спать». Я подошёл к бордюру фонтана, сел и набрал номер Мии. Хоть я уже был измученный учебой, и голова не работала, я очень хотел услышать её нежный голос. – Марти? – она подняла трубку. – Мия, привет! – я обрадовался, будто ребёнок, которому подарило леденец. – Я не отвлекаю? – Да нет, не отвлекаешь. – Ты сегодня в школе была? – Ну..да, – ответила робко она, – ты не волнуйся, я завтра скорее всего буду сидеть у фонтанчика весь день. Буду ждать тебя! – Мия, я так много тебе хочу сказать.. – я вспомнил про гибель родителей, про скорый экзамен, и потускнел, – но...лучше расскажу при встрече.. Так же я хотел сказать про свои чувства к ней, все таки я не мог так долго в себе это держать. – Ээй, п-пацан! – послышался голос сзади. Я обернулся и увидел напившегося в край мужчину лет сорока. Он еле стоял на ногах, то и дело шатаясь. – Ладно, Мия, увидимся завтра, – медленно сказал я с испугом и сбросил трубку. – Да че ты боишься, пацан? Марти же вроде? – он грузно подошёл ко мне и я разглядел в нем отца Мии, Такаши. – Такаши-сан? – Сан, не сан... Деньги есть у тебя, Марти? Деньги нужны мне сейчас.. Я засуетился, при мне была только мелочь – Да че ты, не боись, верну всё, клянусь! – сказал опьяневшим голосом Такаши. – Нету совсем, извините... Он посмотрел внимательно на мой рюкзак, затем посмотрел мне в глаза своим пустыми взглядом. Он хотел было что-то сказать, изречь какую-то мораль, сопровождаемую бурными жестами, но словно забыл человеческую речь и прошёл мимо меня в сторону своего дома. – Такаши, – я вскочил. – Зачем вы так напиваетесь? Что подумает Мия? Он проигнорировал мои слова и пошёл своей дорогой дальше. Никогда бы не поверил, что такой человек, как он, будет напиваться. Делать мне больше было здесь нечего, и когда Такаши скрылся за кустами, я направился домой. Я опять вспоминал родителей, но уже без слез. Единственное, что я хотел сейчас – приступить в универ и часто видеться с Мией. Но почему-то два этих дела было сложно совместить.   September 4.   У меня оставалось где-то 20 тысяч иен. Зная, что времени на подработку у меня вообще нет, я решил сильно экономить. Я больше не брал контейнеры с едой, чтобы подкрепиться на занятиях. Я отказался от обедов. Хоть я и так худой, стану похожим на дистрофика, но что поделать... За окном снова была ясная и хорошая погода. Ну наконец-то, будто её вечность не было. Плотно позавтракав перед отсутствующим обедом, я побежал на холм. Добежав до кустов, сквозь листву я увидел Мию. Как же я рад был её видеть! Она меня сразу же заметила по моим неуклюжим шагам, и только я вышел из кустов, она накинулась на меня с объятиями. Я все хотел сказать ей, что люблю. Я хотел признаться ей прямо тут, но.. было крайне неловко. Когда мы уселись с ней на бордюр, мы опять разговаривали о самом разном. С ней можно было вести любую тему! До занятий был ещё целый час, и я убивал его рядом с любимым человеком. К слову, я хотел сказать Мие про её отца, которого я видел вчера пьяным, но не решился такое говорить. И про смерть родителей я тоже не заикнулся. – Как успехи в школе? – спросил я, качая ногами, как пятилетний мальчишка. – Скучновато... – ответила она. Я все же не смог избавиться от своего любопытства. – Мия, а у вас.. С отцом финансовые проблемы? – спросил я тихонько. Она взглянула на меня с опаской. – Ты.. Видел отца? Я не знал, что мне ответить, и просто молчал. – Марти, не слушай его, что бы он не говорил, он иногда так.. Пьёт, – она грустно посмотрела на меня. – Все в порядке, он просто.. Просил деньги, – я тоже посмотрел на неё. – Наверное на очередную бутылку. «Зря я начал этот разговор, ну зачем мне надо было заикаться. Идиот, идиот!» – я себя мысленно бранил. Вдруг я почувствовал, как на меня капнуло. Я посмотрел на небо. Теперь оно было серое. Какого черта!? Только недавно было ясно... Послышались тихие раскаты грома, и я решил пойти на занятие, пока не начался дождь: не было желания переписывать содержимое тетрадок. Я встал и уже хотел обнять Мию, как опять увидел кровь под её носом. Она лилась оттуда рекою. – Мия! Опять кровь, – я осторожно взял её за руку. – Блин, – она опять закопошилась в сумке и вытащила упаковку салфеток, но та оказалось пуста. Я сразу же открыл свой рюкзак, вырвал страницу из конца одной тетрадки и бережно принялся за вытирание крови с её носа. – Марти.. Я сама.. Спасибо конечно, – она противилась, когда я протянул руку к её носу. Для это было даже честью, хоть что-то я сделал для неё. Послышался ещё один раскат грома, уже громкий. Полил мелкий дождь. Я окончательно вытер кровь с её носика и  скомкал листочек. – Может объяснишь, в чем дело? – нахмурился я. – Давление из-за погоды наверное.. Я не знаю, – растерянно мямлила Мия. – Мия, хватит врать! Скажи правду, – настойчиво сказал я. – Марти.. Мне пора.. Прости, – она приобняла меня и добавила шёпотом, – я тоже люблю тебя! Она развернулась и медленно пошла домой. Я стоял, как вкопанный. На мне сияла улыбка, говорящая: «Чувак, у тебя все получилось!!!». Я вмиг забыл про капающий дождь, забыл про её кровь, забыл про всё вокруг. Я лишь размышлял над её сладкими словами, которые так радовали меня... Все же эйфорию надо было обрубить: все таки дождик усиливался. Я закрыл рюкзак, подкинул комок странички с кровью Мии и пнул его куда-то вниз с холма. Я так же побежал вперёд навстречу своей удачи.