Путь в бесконечность.

       Стоило мне перешагнуть порог своей берлоги, которую мои близкие знакомые называли двушкой, рюкзак слетел с уставший плеч, прежде чем встретиться с холодным полом, прикрытого светлым линолеумом с запоминающийся ромбоватым узором. Следом за портфелем с тела слетела грязная рабочая куртка, небрежно повещенная на крючок для верхней одежды по правую сторону от входной двери. Следом за курткой слетели и резиновые пенки, напрочь измазанные в белом строительном материале, в который пришлось мне вынужденно наступить во время моей неблагодарной работы.        Стенув с головы, плавно перекочевавшие на шею, беспроводные наушники голубоватого цвета, на лецевых панелька которых красовались три большие буквы «JBL», как из их динамиков заиграла ненавязчивая мелодия. Постояв пару секунд в тихом ступоре, правая рука проснулась в карман штанов, выуживая потрёпанный, но ещё в терпимом состоянии, вибрирующий телефон с подсветившимся экраном вызова. На блеклом, уменьшенным практически до минимума яркостью, экране проигрывалась анимация звонка от абонента, забитого как «Юлия Работа», перекрывающая причудливую картинку с экрана блокировки, на которой был изображён мой старый, но красивый рисунок. Мгновения на раздумий и левая рука нехотя затащила наушники обратно на голову, прикрывая уши, а большой палец провёл по экрану, давая дозволение подключиться к разговору.        — Привет, Андрей, не отвлекаю? — раздался довольно-таки приятный женский голос на другой стороне провода.        — И вам доброго вечера. — не скрывая своей зевоты, проговорил я, продвигаюсь в глубь берлоги. — Нет, я сейчас свободен.        — Спасибо что вышел в свой выходной на работу. Не знаю, что бы мы делали без тебя… — мелодичный голос Юлии сопроводил меня до кухни. — В общем, завтра у тебя выходной, так что не переживай. И ещё раз спасибо.        — Любой каприз, за ваши деньги. — лениво бросил я, достав из левого кармана практически пустую пачку сигарет марки LD и дешёвую красную зажигалку из ларька в моём районе. — Хороших вам праздников, выйду как обычно в понедельник.        — Хорошо и тебе удачных майских праздников! — после этих слов забили быстрые, но на столько нудные гудки окончания разговора, после которых я лишь устало выдохнул.        В этот момент продолжил проигрываться мой плей лист из Вк, застряв на ремиксе прекрасной немецкой рок-группы Rammstein и тоже относительно известной tatu с названием «Покажи мне любовь». Обычное повторение слов под музыкальное сопровождение одной из песен немецкого певца. Под эту ненавязчивая песню я осмотрел свою маленькую, но до прекрасного уютненькую кухоньку, в которой ремонта не производилась с советских времён. Самые обычные тёмные обои с незамысловатыми узорами светлых цветов, древние шкафчики под всякую утварь, старенький, но уверенно фурычищий советский холодильник марки «Смоленск-2». Взгляд медленно перетёк на заляпанную в жире и ещё какой-то хрени плиту, на которой скромно стоял чайник из нержавейки. Следующим пунктом стопорения моего взгляда стала раковина с замоченной кастрюлей и чугунной сковородкой, которая была брошенная ещё с утра в это металлической корыто.        — Ладно, пожалуй стоит посмотреть, что я сегодня нафоткал. — устало прошептал и мои губы, когда из кармана был выужен телефон.        Одно движения пальца и экран блокировки сменился на экран ублюдского дизайна используемой мной соцсети, заставляя вспомнить старый, но до боли практичный из прошлого. Несколько мгновений и палец упал на сенсор, отправляя меня на рабочий стол, на котором было множество различных папок с различными приложениями. Секунда и мной была открыта галерея, отправившая меня к моим фотографиям. Пейзажи вечереющего города, десятки случайно попавших в объектив камеры людей и просто красивые арты, которые были скачены мной во время перерывов быстро проскакивали всего одним движением влево. Ещё одно такое движение и я остановился на одной фотографии, сделанной мной практически месяц назад, на которой красовались два парня, положив их друг другу на плечи руки и по дурацкие растянув свои рты в улыбка. В этот момент я решил присесть на стул за столом, уже на автомате выуживая из пачки сигарету и вставляя фильтр в пересохшие губы. Мгновения и пара чирканий зажигалкой возле сигареты дали слабенький огонёк, заставляя завёрнутый табак поджечь я. Первая затяжка, как всегда немного неприятная, но дающая иллюзию расслабления и выпущенный серый дым на доли секунд перекрыл мне вид экрана. Секунда и мой взор снова упёрся в экран телефона, внимательно всматриваясь в лица двух парней.        По правую сторону стоял широкоплечий парень с каштановыми волосами, немного угловатым заросший лицом, карие глаза которого смотрели несколько левее, на парня рядом с задорностью. Одет этот парень был в обычную тёмно-синею расстёгнутую куртку до живота, под которой находилась белая футболка с нанесённый принятом одним беловолосым персонажем из тройки аниме-тройки. Это мой ныне почивших лучший друг и пожалуй брат, звали которого Артуром, с которым мы познакомились в далёком прошлом, когда мы были ещё подростками, сведёнными случаем в больнице областной больницы.        На меня накатила слабая ностальгия нашего знакомства, точнее сам фактор начала нашей дружбы. Как бы не было смешно, но подружились мы из-за ролиплея, выдумывая истории про некий зомби апокалипсис. Позже мы узнали, что играли в одну до чёртиков знаменитую в странах СНГ украинскую игру сталкер и волей случая нам импонировала одна группировка из этой же игры. За время проведённое в больнице мы тогда в первые обменялись нашими контактами в выше упомянутый сети и не редко ночью херачелись часами на пролёт в ролку, только уже в текстовую. Но всё хорошее имеет свойство заканчиваться, и хотя даже сейчас я не упомню кто первый свалил с больницы, но мы стали поддерживать неестественную связь, списываясь минимум раз в неделю и проводя своих отписки уже по всё возможным вселённым.        Хоть роком судьбы мы и не виделись порядка лет семи, просто непросто проживая в разных городах, но наша дружба крепчала из года в год и мы начали называть друг друга братьями по вере в не существующего цифрового бога — Монолит. Сначала в шутку, а потом это как то перетекло в привычку. Что я могу сказать об этом ебонтяе, который любил пригубить абсолютно любой алкоголь? Он был для меня опорой, а я в ответ старался быть и ему опорой в ответ, не редко подставляя своё, сначала конечно, виртуальное плечо, а после объединения в реале и простое плечо. Человек, ставящий себя лидером, находившийся подход к любому человеку и во истину ведущий под своим именем не малое количество сообщников. Душа компаний, активист и просто парень, который старался помочь всем, зачастую отвергая помощь от других. В отличии от меня, который просто ловил кайф от общения с неизвестными людьми, лентяем и просто тунеядцем, которому дай только повод забить хуй и просто поебланить. Как говорится в народе: противоположности притягиваются.        По левую сторону стоял я — Андрей Серов, одетый в обычную чёрную майку. Несколько округлое лицо, пышная, но не ухоженная растительность на лице в виде бороды, усов и бакенбард, держащий пресловутую на половину выкуренную сигарету в зубах. Слабая плешь, широкий лоб и зеленоватые глаза, нос со слабым бугорком и с характерной, хоть с первого вида не видимой особенностью: не характерным разрезом по середине губы в виде треугольника. На левом плече красовались на спор набитая тату в виде «герба» монолитовца, которая толком и не видна на этой фотке.        Фотография была сделана всего за пару дней, до трагично гибели моего брата. Его гибель выбила меня из привычной колеи, заставляя ещё больше перекрыть для себя социум. После его похорон я тогда ушёл в недельный запой, который мог бы растянуть я и на дольше, если бы не помощь двух дорогих мне людей: моей девушки и близкой подруги, которую я ласково называл своей «второй» мамой. Если бы не их поддержка, то я бы сейчас не был в трезвом уме и относительно здравии.        На штанину упал, не выдержав силу притяжения и мою нерасторопность, уже значимый кусок пепла, прикосновения которого вывело меня из своеобразного транса. Практически беззвучно выдохнув очередную порцию вредного дыма, я отправил остатки сигареты в пепельница, прежде чем лениво подняться с насиженного мной, тёплого места. Одно касание пальца и экран вернулся обратно к рабочему столу, после которого сразу же был запущен вк. В этот момент в наушниках заиграла очередная песня рамштайна — «Reise, reise», несколько выбивая дурные мысли из головы.        — Если загробный мир существует, я тебе морду набью. — со скорбь проговорил я, разворачивать и решив перебраться в свою комнату. — Так что жди меня, Артур, мы ещё встретимся.        Несколько шагов и я зашёл в свою маленькую, полошённую в приятных для глаз полумрак, комнату. Обычная комната со старым советским шкафом и сервизом, ножка которого была подпёрта шахматной доской ещё прошлыми съёмщиками квартирки. Усталый взгляд нехотя пробежался по полкам в этом шкафу, показывая мою давнюю, ещё с детства, страсть — конструктору Лего, собранные в подобие военной техники из несочетающихся между собой цветовыми характеристиками. На этих же полках находились и фотографии, закрытые в красные и чёрные рамки, в которых за частную мелькали силуэты дорогих моему сердцу людей. Там же стояли рисунки моего карандаша, разбавленных произведениями Лиды, моей девушки. Неутомимый взгляд скользнул дальше в глуби комнаты, падая на место моего творческого беспорядка, ну или в простонародье — стол. Оно было забито всякой всячиной: листки с зарисовками, карандашами с ластиками, смятыми неудачными концептами, множеством скейчбуков и главным хозяином этого беспорядка — стареньким ноутом марки «Acer», прослужившего мне верой, правдой и какой-то матерью практически шесть лет. Само место располагались под окном, по правую сторону которого располагался выход на меленький, но с прекрасным видом на рассвет, балкончик, сделанный мной местом для раздумий и просто бесцельного времяпровождения. По левую сторону от стола небрежно поставлена гитара, время для которой находилось крайне редко и так, типа потренькать от скуки. Хотя при своей лени я смог выучить несколько песен одного из моих любимых групп «Кино», которые я мог сыграть и с закрытыми глазами.        Дальше взгляд упал на разложенный уютный диванчик, который застелался всего раз в пол года. Откинутая к стенке одеяло показывало мне мягкую подушку, возле которой разлёгся спящий плюшевый кот белой расцветки с двумя тёмными кругами на животе и номе. Это так же был подарок Люды, подаренный мне на моё семнадцатилетние. Может быть для кого-то это и смешно, но без этого гада, которого я назвал Вадиком, я спал тревожный сном и совершенно не высыпался. На стене над диваном к стене были прибиты и пара-ка моих рисунков, один из которых и стоял у меня на обоях телефона. Парень лет семнадцать с яркими длинными красными волосами, держащий в своих руках чёрно-красную катану. Отличительными чертами у этого перса являлись симметричные три полоски на щеках и гетерохрония: один глаз был красным со звериным зрачком, а второй являлся чёрным, в котором не было видно зрачка. Персонажа я назвал тогда Лешим и он был моим главным героем пишушегося и по сей день фанфика.        Лениво бросив телефон с наушниками на постель, руки уже на автомате расстегнул молнию кофты. Секунды и кофта полетела на пол, расположившись рядом со спинкой дивана, на который я приземлился через секунд пять. Желания производить любые телодвижения не было, усталость всё же брала верх, принуждаю организм наконец закончить на сегодня свою бурную деятельность. Этого хотел и уставший мозг, опуская потяжелевшие веки, закрывая мои глаза для очередного скорейшего перехода ко сну. Но было одно, из-за которого я послал эту идею в дальний ящик, а именно мой телефон, издавший протяжный звон вибрации. Секунды заторможенности и взятый кусок пластика показывал на своём экранчике сообщение от моего хорошего знакомого.        — Вечер в хату, друг.  — пришло сообщения от Влада, которого я в шутку называл песцом.        Потупив взгляд несколько секунд, устало выдохнул и поднялся с дивана, беря свои наушники и проходя ь к столу. Несколько движений и оба моих извечных попутчика оказались на зарядке, пока я правой рукой поднимал экран ноутбука. Следующие пол часа прошли за перепиской с моим одним из первых читателей, который помогал мне с идеями для моей «книги». Электронный циферблат в правом нижнем углу показывал всего без пяти девять вечера, а живот протяжно забастовал против своего хозяина. Делать было особо не чего, из-за чего предупредив своего собеседника о рандеву с кухней, я быстренько удалился из-за стола.        Но на моё тихое удивление холодильник практически пустовал, показывая мне остатки копчёной колбасы и всего пару яиц. Безвыходно пожав плечами, взялся за скромные запасы и сварганил подобие облета. И захавал я это чудо моего производства прямо из сковородки, решив не пачкать и так малочисленные чистые тарелки. На приём пиши ушло меньше времени, чем на её приготовления, из-за чего вновь вытащенная сигарета устремились мне прямоком в рот, пока моя немного довольная морда расселась на стуле.        ~ Похавать что ли сгонять купить? — растягивая табачное изделие, грустно подумал я. — Завтра то мне в падлу будет из берлоги выбраться. А так ночным воздухом подышу, прогуляюсь. Пожалуй да, так и сделаю.        Докурив и затушив остатки в пепельница, поднялся со стула, лениво протягивая руки в верх и раскрывая рот в зевоте. Но мысль о вечерней прогулке отстранила желание поспать на третий план, из-за чего остатки пачки с зажигалкой мигом полетели в левый карман штанов. Дальнейший мой путь лежал прямиком в комнату, что бы взять более менее парадно-блядовую куртку и портфель, предназначенный специально для прогулок и моих походов по местам распродажи всяких вкусностей. Зайдя в комнату, быстрым шагом прошёлся до шкафа, предварительно включив до невероятного яркий свет, забраясь в него, как говорится, с головой. Пара минут лазанья по шмотью и я выудил верную ветровку с тёмными рукавами и голубоватым торсом, которая сразу же была одета на моё бренное тело. Следующим шагом было взятие моих «друзей, которые уже успели зарядить я и выключение переносного компа. Напялив наушники на шею и закину в телефон в карман, убедился в выключении асера, после чего прошёлся до входа, возле которого лежал очередной подарок моей Лиды: компактный городской портфельчик, в котором нашли своё прибежище не толстый скейч с парочкой карандашами и повербанк, который не редко спасал мою жизнь во время прогулок. Пара движений и сумка села на моей спине, а я направился кв выходу, что бы взять ключи и кошель с карточкой, расположившийся в рабочем портфеле. Пара минут и важные вещи были разложены по карманам, а на ноги уже были одеты видавшие лучшие времена кросы с тремя полосками по бокам.        Сделав последние приготовления, одев наушники и подключив их к телефону, решительно открыл дверь, выходя на лестничную площадку и закрывая дверь на замок. Пара шагов и я встал перед дверьми лифта, предварительно нажав на кнопку вызова, ожидая прихода этой кабинки на мой седьмой этаж. Пара минут, потраченных на включения музыки и передо мной открылись двери, с нагло обсосанным углом, лифта, одаривая мой нос неприятным запахом. Мотнув головой и зайдя в кабину, неглядя0, уже по памяти, нажал на кнопку первого этажа, смотря какой трек включился у меня на этот раз. April Rainсо своей довольно-таки грустной композицией «Tabulа Rasa», мелодично начавшей играть в наушниках, пока старенький лифт потихоньку отпускал меня вниз.        ~ Никакого уважения к работе уборщиц. — подумал я, вспоминая что и моя родная мать в одно время работала уборщицей подобного подъезда. — Ну да, шкодить — это нам не убирать. Легче и веселее.        Пять минут и я уже внизу, выхожу через парадную дверь. Глубокий вдох прохладно го вечернего воздуха и открылась ещё одна моя тяга — ночные прогулки, во время которых я не редко залипал в ютубе, либо безудержное строил своё творение. Ночь тянула меня своим прекрасным воздухом, малым количеством людей и как когда-то сказал мой отец: «Темнота друг молодёжи», ведь особо то и не видно лица прохожих, да и не хотелось обращать внимания на других. Постояв пару минут и просто выдыхая ночные потоки кислорода, я всё же решился направить я в свой путь до круглосуточного, находившегося всего в кварталах пяти от моей панельки. Пройдясь пару метров и повернув в право, я отправился в путь по вечернему городу под сопровождением уже поменявшейся песни с нотками тоски и печали. Названия песни я так и не вспомнил, просто подняв взгляд на закрытое серыми тучами небо, чувствуя слабую усталость и резко накатившее желание завалиться под одеяло.        ~ К дождю. — грустно подумал я, медленно вышагивая по треснувшему тротуару вдоль очередного высотного дома.        Удивительно, но факт — если меня резко потянуло в сон с ничего, то это к дождю. Проверено годами, ведь к этому мой организм нередко был частично подвержен. Сколько бы я не думал, как я так угадывал о смене погоды, ничего разумного не находил, так что каждый раз спуска это всё на тормоза.        Следующие пол часа спокойного шага с углубление в мысли привели меня прямиком к круглосуточно у магазину «Пятёрочки», внутри которой у кассы толпилась маленькая очередь. Минута моего наблюдения и знакомая мне девушка в зелёной желтка с пятёркой на спине, открывая вторую кассу. Секунды раздумий и правая рука сама скользнула в карман, уменьшая громкость музыки, прежде чем я вошёл в магаз. Недолго думая взяв с собой пластмассовую корзинку, из так удачно поставленных рядом со входом, направился в павильон. Минут пять блуждания и я уже стоял перед кассой знакомой, ставя несчастную корзинку на дорожку, ловя приветливый взгляд продавца.        — Привет, Андрей, как дела? — прозвучал довольно приятный девичий голосок из-под маски, еле заметно улыбаясь.        — Да всё так же, одна морока. — кисло улыбнулся я, скину одну лямку и переходя на другую сторону кассы. — А у тебя чего нового? Когда на чай позовёшь?        — Да у меня тоже всё по старому. — грустно выдохнул а Полина, так зовут мою знакомую, начавшую пробивать продукты. — Вот устроиться к нам и я подумаю над твоим предложением.        — Не, пожалуй откажусь. — шуточно подняв ладони на уровень груди, пугливо проговорил. — Мне хватило недели беготни с этими стеллажами и поправлениями всего что поправляется.        — Но я то тут работу и ничего же страшного. — улыбка глазами и последний продукт прошёл пикание. — Тебе как обычно пачек шесть?        — Ты знаешь меня, как ни кто другой в этом магазине. — утвердительно кивнул я, закидываю в рюкзак пару палок колбасы, двухлитровую бутылку дюшеса и хлеба.        — Так ты практически постоянный покупатель. — хмыкнула та, открывая хранилище табачный продукции сверху, доставая шесть пачек лд-ек. — Ну, с тебя одна тысяча пятьсот тридцать один и девяносто шесть копеек.        — Как обычно, всё по карте. — по доброму улыбнулся я, достав карта ку и прилаживая ту к терминалу. Секунды и произошла оплата, а мои вредные палочки полетели следом за остальными продуктами. — Ладненько, хорошей смены, ещё свидимся.        — Ага, и ты не болей. — проговорила она, начав обслуживать следующего клиента.        А я тем временем отправился на выход, закидываю рюкзак на спину. Выйдя на улицу, снова прибавил до максимума звук и медленным шагом отправился обратно дальше по улице, решив пройтись до парка. Парка, в котором я зачастую засиживайся с Артуром, просто страдая хернёй и шемя всякое быдло от нечего делать. Точнее, шемануть этих гопарей всегда была идея идиота с целью сделать мир лучше, а давать ему одному получать по щам я не хотел. Учитывая, что я не особый любитель руко-ного махания, пришлось быстро учиться делать правильные выпады, прикрывая спину друга, ведь гопари редко ходят в единичном экземпляре. В особенности пьяных, которые от нечего делать нередко промышляли мелким грабежом слабых и обездоленных.        И вот я уже медленно вышагивая по слабо освещённой редкими фонарями дубовой аллеи, коптя недавно достланную сигарету и слушая песню группы Би-2 «Полковнику никто не пишет», раздумывая о всякой чепухе. Резко по моей спине прошлись мурашки, а интуиция забила тревогу. Учитывая что сам по себе я человек, как многие скажут, шуганный, резкий разворот и шаг в право позволил мне быстро отойти от наобум брошенного коричневого камня, пролёте вашего в сантиметрах пяти от меня. Левая рука сразу же стянул наушники на шею, а взгляд у стремился в сторону отправителя, упираясь в трёх парней в кожанках.        — Ну здравствуй, Кот. — поддатый голос парня в кожанке посерёдке полнился сарказмом. — Ты чего в столь поздний час один швыряешься по тёмным уголка нашей территории?        Передо мной стоял давно знакомый мне гопник обыкновенный — Влад Гидрант. Один из чёртов, который нередко получал от меня с Артуром в тыкву со своими дружками, ведь что не суббота, так мы постоянно вываливались на его группу. Парень широкоплечий, с русыми волосами, прикрытой чёртовой вязанный шапочкой, на вид мускулистый и до чёртиков больно бьёт. Взгляд, еле видны от сюда зелёных глаз, был наполнен озорством и желанием пустить мне кровушку.        Под этим взглядом так и хотелось резко развернуться и поддаться обычному предохраняющему чувству вида людского, как говорится, беря руки в ноги и бегом за уходящими солнцем. Но принцип, нажитый жизненным опытом заставлял меня стоять на месте, сверля главу шайки усталым взглядом. Правая ладонь опустилась на замок молнии, опуская тот несколько ниже на уровень грудины, показывая мою неизменную часть интерьера, покоющубся на шее: тряпичную чёрную маску с нанесённый принятом нижней части черепа — челюсти и пустой переносицы.        — А где же твой бойфренд? Поругались? — язвительный пьяный голос ударил мне по ушам, прогоняя секундную заминку. — Странно всё же, что ты без Алхимик этого.        — А чем тебя твоё гей-пати не устраивает? — прошептал довольно чётко я, вызывая звериным рык всей шайки. — Вроде вам в задницу долбить я проще, зачем вам новый член?        Защитная реакция, выработанная у меня так же годами — подъёб к месту и не очень. Не редко стараюсь перевести и чёрный юмор, если некоторые индивидуумы стараются влезть в мою зону комфорта.        — Да ты видно берега попутал! — по звериному взревел главарь, потянувшийся было к карману своей кожанки.        ~ Ну что, дружок, доигрался? Сейчас нас будут бить. Может даже ногами. — раздался несколько иной от моего внутри голос.        ~ Ой всё, начинается… — устало выдохнув про себя, левой рукой натянул тряпку на себя. — Ну ты то не начинай, Саня, и без тульпы час от часу не легче.        ~ Что не начинать? — фальшиво удивился голос, пока я поправлял маску. — Ты сам ему нагрубил, пока у тебя был шанс медленно, а затем и быстро свалить. А теперь обоим…        Внутренний голос тульпы, созданной мной недавно заткнулся, а мой взгляд зацепился за вытащенный из кармана парня пистолет. Старенький, вытянутой пистоль, марку которого знали пожалуй все заядлые игроки игр про великоотечествееную. Дуло ТТ-шника быстро устремились на меня, большой палец снял маленькую машинку для убийств с предохранителя, сопровождал это характерным щелчком. Указательный палец, хоть в темноте этого особо и не развиднеть, упал на с пусковой крючок, слабо напрягаясь. Вслед за ним напрягся и весь мой организм, смещая центр тяжести чуть левее, готовясь о прыгнуть в подходящий момент.        ~ Шакал, от куда у него пистолет? — нахмурился я, чувствуя как ладони с руками еле подрагивают. — И видно я вякнул не по делу, раз он решил огнестрелом воспользоваться.        — На колени, сучара! — рыкнул Влад, решив попонтоваться перед дружками и вскинув оружие по «гангстерски».        — Может тебе ещё и подрочить? — сорвалось с моих губ раньше, чем инстинкт самосохранения дал мне порцию адреналина.        Хлопок, довольно-таки громкий и оглушающий, изрёкся со стороны Влада, закладывая мои уши. Резкий рывок влево, напрасны, как оказалось парой секундами позже. Жгучая боль в груди, где-то в районе рёбер, глухое, но до чёртиков больное столкновение пробит ого бока с асфальтом, а за ней новая вспышка боли. Громкий крик сам выбился из моего рта, с каждой секундой стихая и превращаясь наполненный болью стон. Секунды и я разразился кашлем, слаживаясь в позе эмбриона и начиная откашливать что-то вязкое, с привкусом железа, прямиком на тёмное дорожное покрытие. Звуки стали утихать и только звук из динамиков довольно-таки громко бил по ушам. Но слов я понять так и не смог, только концентрируя медленно расплывающийся взор на красном пятне.        ~ Ну вот и приплыли. — грустно подумал я, чувствуя как остатки сил, которые я поленился набраться при помощи сна, медленно улетучиваются. Веки тяжелеют, дыхание становится более глубоким, вызывая немыслимую боль и новый приступ кровавого кашля, на что тратится снова же энергия. Резкая мысль у меня пронеслась в голове, от которой под маской появилась слабая ухмылка. — Жаль, что я не герой своего произведения… У которого выносливости вагон и состав следом… А ведь я хотел сделать предложение Лидке на её день рождение, а по итогу… Загнусь тут, за не хуй собачий.        Слабый истерический хохоток вырвался с очередным кровавым сгустком, как в поле моей видимости побежала девчонки с каштановыми длинными волосами, одетая в бежевое пальтишко и с причудливой голубой шапкой, которая создавала ощущение какого-то дефекта. Маленькие девичьи ручки резко повернули меня на спину, заставляя почти угасший организм встряхнуться, открывая глаза несколько шире. Теперь я понял этот непонятный «дефект» шапки. Подобие пластиковых ушек оттопыривали две верхушки. Взгляд, который начал размазывать всякое очертание упал на миниатюрное девичье личико, на котором не было и грамма «штукатурки», свойственно нынешней молодёжи. Но из запоминающегося были только испуганный глаза золотистого цвета, что у меня сразу же ассоциировалось с контактными линзами, который можно легко купить в любом онлайн-магазине за приемлемую цену.        Девушка что-то говорила, но её голос словно не доходили до моих ушей, а взгляд медленно перешёл к небу, которое соизволило немного проясниться. Тёмное полотно с множеством звёзд, которые еле проглядывались через раскиданные ещё пустые ветви деревьев, обдавали холодом. Я не боялся смерти, ведь являлся оптимистом-реалистом с высокой тягой к жизни. И это желание жить начало бить новым ключом, давая мне немного сил, когда хрупкая деваха сначала посадила меня, а потом и начала поднимать с холодного каменного покрытия. А я что? Я поддался и решил выжить, давая девушке закинуть мою еле сгибающуюся руку через свою шею. Тёплая ладонь легла на мою, пока мы продвигались в сторону выхода из парка.        ~ Что-то пустовато. — еле шагая и намереваясь грохнуться на каждом шагу, подумал я. — Обычно на звук выстрела сразу же сбегаются и зеваки, и менты, и даже люди с медицинским образованием. — Не уж то людям на столько похуй? Может и так.        Фокус потерялся, движения давались мне слишком тяжело, высасывая не маленькое количество сил из меня любимого. Минуты и мы почему-то оказались на автобусной остановке, всю исписанной связкой хернёй и иным непотребством. Тяжёлый взгляд упал на мою спасительницу, видя лишь размытый очертание шатенки, от чего губы лишь слабо дрогнули.        — Спасибо. — хрипло выдохнул я, всё же упав и с кашлянув сгусток крови.        — Ты пойдёшь со мной? — всё же услышал я голос девчонки. Довольно милый голос, я бы сказал.        — Кто же кавалера с пулевым на свидание приглашает? — хрипло поинтересовался я, утвердительно качнув головой.        Не успел я услышать ответа, как к остановке подъехал красный автобус, моментально раскрывший свои двери. Старый ЛиаЗ в салоне которого с моей упавшей позиции никого не видно, резкий подъём девушки и я в старом, обтрёпанном салоне. Резкое движение под мой стон на старое коженные деление и звук переключающейся передачи. Холодное стекло приняло мой лоб, а взгляд у стремился на улицу, наблюдая за медленно набирающем свой ход транспорт. И так размытый вещи стали размываться сильнее, а моя рука из последних сил натянул наушники на голову. Веки опустились под тяжестью и я в слушал я в успокаивающую симфонию природы, которая сейчас играла в наушниках.        ~ Аливедерчи мир, прости Лида и встречай меня, Артур. — пронеслось у меня в сознании, прежде чем я вырубился.        Сон. Такое приятное место, где тебя не волнует ни чего, кроме того, что ты видишь. Место, где возможно абсолютно всё, обладать супер силой или же переживать разные жизненные ситуации. А предсмертный сон какой? Вопрос возник из неоткуда и вышел в никуда, ведь я почувствовал слабый толчок в бок, заставивших меня открыть глаза. Вечерний бульвар вдоль разных кафешек, в которых сидят парочки или группки друзей, весело общаясь между собой. Увесистый толчок в плечо заставил меня взглянуть на нарушителя моих глупых, детских мыслей.        — Уснул что ли? — обидчиво скорчилась небритое лицо. Лицо Артура.        — В облаках витаю. — всунув язык и оттопырив средний палец, ответил брату. — Чего ты меня вывел из моих славных раздумий?        Парень был одет по простецки: джинсы, берцы и тёмная кожанка. В руках баночка «Балтики», а на лице недоумение и раздосадованность. Пара шагов и брат, наигранно конечно, бросил взгляд в землю, подняв к голове левую культяпку и ответив мне тем же действием. Это действие вызвало у меня удивление, что сразу же отразилось и на моём лице, что не утаилось и от быстрых глаз Артура.        — Благодарил я тебя, чудо ты облачно, что смог замок на «базе» вскрыть, ничего не сломал. — надувшись, проговорил он.        — Дык не за что. — пожал я плечами поднёс я к губам алюминиевую банку с пивным содержимым, делая глоток. — Кстати, какие планы на счёт бизнеса?        — Деньги есть, ты в охапке, план продуман. — хитрая ухмылка и парень взметнул руки вверх. — Снимем помещение, купим тебе станочек и просто разного оборудования. А там и автомастерская сама заладится.        — А, да не разбираюсь я в авто. — выдохнул я, на секунду закрывая глаза. — Не моё. Вот мото-техника да, особенно Советская, но не авто.        — Да ладно тебе, всё будет в ажуре. — подмигнул тот, когда мы начали спускаться по лестнице. — Главное, что бы…        Последний слог раздался в крик, стоило моему другу пропустить всего одну несчастную ступеньку. И я в этот момент отвернулся посмотреть на проезжающую в этот момент авто-технику, лишь запоздало понимая главную мою ошибку. Резко повернув торс и втянув руку, я попытался поймать своего собрата по духу, который уже начал набирать стремительно скорость, падая на каждую ступеньку. Секунды и друг разлёгся на бетонной плите, разброс в свои руки по сторонам, когда я поспешно начал спускаться к нему. Спустился, нагнулся, увидел слабо вздымающуюся грудную клетку и сразу же вызвал неотложку. Зря, как потом выяснилось, друг умер у меня на руках, озарив своё лицо слабой улыбкой и быстро тухнущими карими глазами. Тогда я не смог не проронить слёз, тогда я начал кормить себя за витание в «облаках», свою некоторую тормознутость. Скупые мужские слёзы падали на куртку друга и брата, а в голове выросло осознание своей хреновой дружбе.        Слабо моргнув, я почувствовал невыносимую духоту, нечто серое расплывчато стояло у меня прямиком перед носом. Промогавшись как следует, я увидел серую обшивку, а за ней и скромное сиденье. В глаза били солнечные зайцы, идущие от куда-то спереди, от чего голова неволе повернулась вправо. Секунды осознания, разглядывая и тут я молча открыл свой рот: перед ликом великого и могучего меня находилась кирпичная стена в плюще, зелёный газончик и огораживающий его бордюр.        ~ Зелёная трава. Насыщенная зелёная трава и плющ, который растёт летом? — спустя несколько секунд подумал я, безбожно хлопая глазами.        Вместо присуще го приступа страха и непонимания, в голове висело только одно немое удивление. Когда-то в прошлом мне говорили, что я умру не своей смертью, и как по заказу я получил пулю в свой замечательный бок. Угадал, гад всё же, тот человек, а это видимо что-то вроде чистилище, если брать православную ересь, где будет решаться моя дальнейшая участь. Ад или рай? Мне было абсолютно по боку, ведь я сожалел о многом, что не успел сделать и что «поспешил» за своим другом.        Нервный хохоток сам вырвался из сухих губ, а взгляд упал на мой тёмный портфель, на котором красовался переделанный значок с символикой выдуманного клана. Откинувшись обратно на сведение и не глядя кинул руку на портфель, потянул замок, что бы выудить из недр рюкзака купленную жидкость. Маленько усилия и крышка слетела с резьбы, давая мне способ немного утолить жажду.        ~ И всё же, жарко… — грустно подумал я, расстегнул куртку, бросая взгляд на место своего пробития. — Ни отверстия, ни крови. Грустно.        Минута обмозгованния и бутылка отправилась обратно, а я встал и блаженной потянулся, услышав слабые хрусты в спине. Медленно вытащенный телефон показывал на своём экранчике немногословную дату и время: 12 июля, 13:54. А вот с годом прошёл напряг, было выставлено начало нулевых. Сети не было, а зайдя в пресловутый GPS показал мне фигу, от чего телефон от не надобности полетел обратно в карман. Ещё раз бросив взгляд в окно, лицо погрузилась в гримассу грусти и нежелания что-либо делать. Но здравая мысль о не приходе водителя так же явственно дала мне дать понять, что придётся вытаскивать свою кошачью задницу на свежий воздух. Да и портить салон чужого транспорта своим сигаретным дымом не было не единого желания, так что протянутая правая рука на автомате потянула за лямку мои вещи.        В этот момент где-то спереди поднялось тело мужского рода, одетое в тёплый тулуп, зимние джинсы и тёплые сапоги. Каштановая голова в тихом шоке у него крутилась так, что можно сказать — «без шарниров», а блеклые губы что-то шептал себе под нос. Секунды и парень повернулся в мою сторону, показывая своё ничем не примечательной лицо, половина которого была закрыта довольно длинной чёлкой, доходящей до кончик носа.        — Где мы? — испуганно спросил парень, делая шаг ко мне, протяну в руки на уровень моих плеч.        Сутулый, но выше меня на десяток сантиметров парень подошёл и встревоженная повторил вопрос. Глаз не видно, руки дрожат, колени наверное тоже.        — Хз. — пожал я плечами, намереваясь выйти на улицу. — Пошли, эм…        — Семён. — как то скованное ответил он, делая пару шагов назад.        — Андрей. Можешь и Котом называть. — махнул я ему, продвигаюсь к открытой двери, пройдя вперёд парня лет 17.        На улице во всю играло солнце, приветливо даря обитателями нынешнего места энергию и счастья. По край не мере весёлые детские крики были слышны за воротами, которые встали перед моим взором, когда я вышел с автобуса. Две медных статуи молодых детей, поращенные в зелёный ворота, в центре которых сияла красная пяти конечная звезда. Поперёк дверей шла надпись: «Пионер-лагерь», а сверху красовались само названия этого места.        — Совёнок. — удручённо проговорил я, вытащив из кармана пачку. — Сёмыч, ты от куда?        Ответа не последовало, что несколько напрягло меня. Быстро повернув голову в право, я увидел рассевшегося на ступеньках автобуса знакомого, напрочь побледневшего и раскрыв его свой рот. Поймав мой взгляд, парень дрожащий рукой показал на воротины и сипло проговорил:        — Это ведь… Лагерь…        — Хм… — задумчиво окинув воротины, выдохнул ответ с табачным дымом. — А почему нет?        — Но… — потерянный голос парня заставил меня повернуться к нему полу боком и озадаченно взглянуть на него. — Но их ведь все позакрывали…        — А ты из какого года? — чисто из интереса спросил я, снова достав телефон.        — Две тысячи семнадцатого… — тихо прошептал тот.        — А я двадцать второго. — пожал я плечами, сделав на быструю руку снимок не глядя. Палец машинально прошёлся по экрану, открывая последние снимки, когда я взглянул в телефон. Поперхнувшись дымом, открыл рот удивления, всматриваясь в свою собственную фотографию…        С экрана на меня смотрел парень лет семнадцать, без лишней растительность на лице, смотрящий куда-то в сторону. Одежда, которая была на нём гораздо большего размера, чем положено, немного свисала, а голубые наушники казались гораздо больше, нежели должны были. Левая рука медленно прикоснулась к щеке, подавая тактильным чувствам почувствовать гладкую пухловатую кожу. Всмотревшись в экран, увидел парня, ростом примерно метр семьдесят, с несильно выпирающим животом, еле заметными мешками под глазами. Чем дольше я смотрел на фотографию, тем больше к моему разуму подходило осознания неожиданного омоложения. И тем больше разум начинал отвергать увиденное, отдаваясь нервным стуком в висках звуком удара молота об наковальню.        Моё удивлённо выражение лица заметил немного отошедший Сёма, крякнувший что-то про моё удивление и решивший подняться с насиженного места. Но резкая головная боль, пришедшая из неоткуда, варила с такой силой, что мои колени стали по ощущению ватой. Секунды и я уже сижу на асфальте, смотря на выроненную из рта сигарету, судорожно перебирая возможность такого.        ~ Нет, этого не могло произойти… — прикрыв глаза и погружая видимость во мрак, сделал пару глубоких вдохов и вдохов. — Слишком…        ~ Фантастично, да? — раздался голос моего воображаемого друга. — Ты это, глаза открой, кто-то дверь открыл, видимо за нами тремя!        Глаза нехотя раскрыли веки, а голова повернулась в сторону ворот, замечая сначала две свисающие длинные блондинистые косы, а затем на улыбающееся лицо с хорошими пропорциями. Мгновение и видимость снова погрузилась в мрак, заставляя один мой редко используемый орган заработать с немыслимо производительностью…