За линией жизни

Я никак не могла предугадать, где же живет госпожа Арха, но явно не в городе. Мы шли через зеленое поле, по нейтральной территории. Арха шла впереди и я удивлена такой походкой. Она выгибает спину, слегка поджимает под себя верхние плечи и идет, будто торопясь. Ее рост позволял бы идти куда быстрее, но я чувствовала, она помнит, что не одна и старается уступать мне. За всю дорогу она ни слова не проронила, мне эта тишина казалась очень давящей, я искала темы, на которые можно пообщаться: — Как вы познакомились с Айру? Я в надежде смотрела на нее, чтобы она смогла меня отвлечь, но видимо, не судьба. Она продолжила идти не отвлекаясь. Смирившись с тишиной, я расправила крылья и взлетела на порыве ветра. Арха посмотрела на меня и тяжело вздохнула, продолжила свой путь, неся мою сумку. В ветре я пыталась забыть ту печаль, которую я переживаю. В жизни ведь люди так же умирают, так же не видят и им со временем становится плевать, а чем же хуже я? Может, в тех людях все еще живет надежда, что они встретятся вновь? Солнце пекло, мне хотелось упасть но я продолжала плыть по воздуху. Под моими глазами лишь точка шла уже более ускоренно. Арха шла своим ходом. Мое зрение искало то, что было хотя бы отдалённо похоже на место ее обитания. Иногда голову я опускала вниз, следила, далеко ли улетаю, но по движению моего нового учителя, я даже слегка отстаю. В конце концов, она остановилась, я пропарировала вниз, сваливаясь в траву. Арха стояла посреди поля, моя сумка рухнула в зелень. Медленно подползя, я взглянула на ее маску. От тени солнца, не было видно глаз, но и точек зрачков не наблюдалось. — Арха? — я шепнула, словно ветер. Ее волосы колыхнулись и она вывела перед собой руки, все четыре кисти. Счелкнув одновременно, перед нами появилась дверь. Обычная, дубовая дверь с золотистой ручкой — мы пришли. И она потянула ручку вниз. Дверь со скрипом открылась, а внутри нее черное пространство. Поднявшись с травы, я взяла свою сумку. Проход остался открытым. Немного обойдя дверь сзади, я увидела… ничего! Двери как будто и не было. Побоясь упускать из виду, я обернулась обратно к открытой и шмыгнула туда. Внутри было темно, словно ночью. Я слышала стук каблуков, который довольно прилично отдалился от меня и поспешила на звук, вытянув руки перед собой, ибо эта чернь затмевала все зрение. Звук капающей воды, немного сырости давало мне уверенности, что я хоть капельку вооружена. Шаги прекратились, я услышала женское кряхтение и как появилась полоска света, ослепив меня моментально. Ужасный скрип тяжелых, каменных дверей, полоска расширялась, пока передо мной не вспыхнуло огромное помещение. Я увидела зал. Большой зал, с кучей полок книг, сине-бирюзовые тона. Стало намного светлее и уверенней взяв сумку, я пошла за Архой. Войдя в помещение, боковым зрением бросились кристаллы, чей свет был приятно голубым. Это был первый зал. Тут больше света, больше пустых полок и один, простенький стол. Под моими ногами оказался ковер, я рассмотрела узор. Этот ковер был будто вытащен из обычной, советской квартирки. Самое странное, что без него, было бы совсем не уютно. Арха скрылась из моих глаз, я прошла во второй зал и моя челюсть отвисла от того, какого же огромное пространство бывает в библиотеке. Потолок был в высоту восемь этажей, размах моих крыльев самый раз, чтобы разлетаться. Потолок был открыт, но этажи все равно были выведены по балконам.На самом верху росли кристаллы, чей свет прекрасно доставал до самого низа. Такие кристаллы использовались для экономии свечей в больших помещениях или аристократических фамилий. Достаточно одного лучика света и он умножается в несколько раз, да так, что легко можно было ослепнуть на пару часов или вовсе спалить себе глаза. Минералы доставались тяжело, от того их могут иметь не все. Книжные полки были везде, книги, много разных цветных переплетов, обложек и запах старой древесины. Это был большой рай для книжного червя. Несколько человеских жизней не прочтет тут все. Весь зал был украшен в синие тона. Лишь драпировки, на стенах были красного цвета, но это не играло никакого контраста. Пол здесь был выведен из черно белой плитки, а дерево, из которого сделаны полки, было темно синего цвета. Это драконье дерево, которое добыть не легко. По крайней мере сейчас. По мою левую руку стояла полу винтовая лестница, ведущая на второй этаж, перед ней стол, покрытый красной скатертью, а за этим всем красная драпировка, которая, оказывается, служила шторой. Арха скрылась там. Одним взмахом крыла я подошла к красному полотну и коснулась его рукой. На ощупь тяжелый шелк, немного пыльный. Отогнув ткань, я заглянула в подсобное помещение. Высокая коробка, пару пустых, сломанных стеллажей и опять книги, только более потрепанные. — Арха, а что это? — Мой архив, — по стеллажам она забралась наверх, на самую верхнюю точку, где висел гамак. Запрыгнув на него, она растянулась во весь свой рост и тяжело вздохнула — теперь ты тут живешь некоторое время. Может и навсегда. Ее слова приносили не очень хорошие чувства — Ты так много читаешь Я сказала это приглушенно, чтобы не прерывать ее дрему. В моих руках появилась книга на руническом языке. Я раскрыла на рандомной странице, прочла пару строк и закрыла обратно — Я живу здесь около трех тысяч лет. От таких цифр у меня закружилась голова — А тебе здесь не скучно? — Скучно. Я посмотрела на ее силуэт. Верхние запястья потянулись к застежкам и она сняла маску, кладя себе на живот. Решив не мешать ее отдыху, я еще раз рассмотрела помещение и вышла. Этот зал был пропитан разного рода знаниями. Подойдя к столу, моим глазам бросились часы, работающие на огне. Внутри огонек горел верно, медленно и вовсе не хотел затухать. Это чудо технологии, если не больше. Значит, Арха имеет огонь? Мне начинает становиться интересной эта личность. Только, осадок от того, что она напала в моем же доме все еще меня смущает. Скорее, я негодовала не от того, что она напала на меня, а от того, что я не смогла защититься. Я медленно опустилась на стул и тяжело вздохнула. Смотря на близкий потолок.

Вечер того же дня

Из-за того, что здание большое и кроме кристаллов здесь никакого освещения нет, я не понимала, какое время суток сейчас. Только лишь изредка спускалась вниз, чтобы глянуть на часы. Весь день я потратила на изучение книг. Много информации о камнях, о магии, стихиях, как ими правильно пользоваться, оружия, их виды, особенности. То, что не особо впечатляло меня. На одной из верхнушки полок первого этажа я нашла мешок пластинок и проигрыватель, чтобы не сидеть в тишине, я обчистила только первые два этажа. Что на остальных, все никак не могу добраться. Сидя на полу, я листала очередную книгу и у меня уже болела голова от полученной информации. Внизу раздалось шуршание и стук каблуков. Выглянув из-за перил, я увидела Арху и мои глаза снова округлились. Она вышла без маски, тянулась и открывала свой маленький ротик, демонстрируя острые зубки в зевке. Почесав свой затылок, она пригладила волосы и подошла к своему столу возле лестницы. Села, обмакнула перо и открыла толстую книгу, продолжая писать. Свое чтиво я закрыла, поставила обратно там, где взяла и пометила закладкой, чтобы не потерять книгу. На мои шорохи она резко встала, быстро ушла за полотно и вернулась уже в маске — Да ладно, можно было бы и не прикрываться — я спустилась по лестнице вниз. Ответа от нее не последовало — А что ты пишешь? Я подошла сзади и в мой нос проник сладкий аромат абрикоса. На секунду я задумалась, неужели этот запах исходит от нее. Мой вопрос так же остался без ответа — Госпожа Арха — я встала перед столом, пытаясь привлечь ее внимание — Давайте поговорим. Вам наверняка было здесь все это время одиноко. — Я не настроена на разговор. — сухой ответ. Неужели мне придется здесь торчать все время? Она даже разговаривать со мной не хочет. Я надула губу и отвернулась, вздымаясь вверх. Найдя свою книгу, я продолжила чтение.

***

Так и пролетел целый год, как Айру пропал с моих глаз. Я продолжала искать информацию о настоящих создателях мира, но в каждой книге говорилось по разному. Арха не питала ко мне особой любви, она делала вид, что не замечает меня. Иногда я слышу ее бормотание, словно она разговаривает сама с собой, хихикает, ругается и злится без причины.

Август, Архив госпожи Архи.

Мою шею сдавливала сильная рука, чьи когти проткнули кожу, мне не было чем дышать. Она держала меня на весу за перилами, где от падения меня разделяла только ее хватка. Мои крылья саднили, они были вывернуты, я чувствовала, как кровь пропитала мою рубашку и по кончикам пальцев капала вниз. Высота была большой, я наверняка разобьюсь. Мои глаза видели перед собой лишь треснутую маску, ярко горящие глаза и безумную улыбку. Она обнажала свои наружные клыки и зубы. Ее волосы растрепались и небрежно свисали на плечи — Гос-спожа Хар-рха! — слышен был лишь мой хрип. У меня не было сил кричать, как и вдохнуть. Ремни на ее голове порвались, она отшвырнула фальшивое лицо в сторону и резко притянула к себе — Ты будешь страдать, ты станешь моим пленником, я буду кормиться тобой — нет, это был не ее голос. Это был голос совершенно другой души. Судорожные пальцы схватили за тонкие запястья, я пыталась успокаивающе ее погладить, но ее рука резко разжалась, воздух поступил в легкие, но меня стало притягивать вниз. Удар об пол сопроводился хрустом костей крыльев и моим криком. Перед глазами было темно, лишь четыре точки, что прыгали вокруг меня и ослепляли, пока пола не оказалось подо мной, а ледяное лицо прижалось к моей шее. И темнота. В темноте мне было всегда спокойно. Она не пугала. Не отталкивала. Я чувствовала ее теплоту, мягкость, как я набираюсь сил и силуэт души, что всегда был со мной в темноте. Он присел рядом со мной на колени и я увидела голубые точки — Даже не думай что либо мне говорить. Сегодня явно не твое время. Эта душа иногда могла сказать четкие слова, их прекрасно было слышно, но чаще всего он издавал лишь лишь гул и дьявольские вопли, что оглушали и не давали выспаться. Я никому не говорила о том, что в состоянии смерти я вижу душу, которая могла поговорить со мной, составить мне компанию, пока я приходила в себя — Она тебя ест. Я удивленно взглянула на душу. Он приобрел мужскую фигуру, был виден лишь глаз и уста, что изгинались в улыбке. Его слова на секунду заставили меня сконцентрироваться и почувствовать, как она доедает мою руку. — Я все еще в сознании — я посмотрела наверх черноты, в надежде увидеть что то похожее на свет — почему она так ко мне относится? Это ведь уже не первый раз Силуэт сел в позе лотоса и сгорбился. Ответ на этот вопрос он не дал, его губы растворились в силуэте. — Почему вокруг все скрывают, кто такие Артур и Кимура? Почему в каждой книжке разная информация? Неужели в нашем мире так много авторов? — Я продолжала беседовать сама с собой, а душа меня слушать, — я знаю, что мы не рождаемся. Мы уже существуем, лишь перерождаемся. Нас сначала мира было много. А ведь они нас создали. эта мать и отец всего и вся. — я медленно легла на черный пол, смотря туда — Почему Кимура мертва? Почему мир стоит без нее? Где Артур? Почему живому миру нельзя узнавать о мертвом мире? Живой мир казался мне таким дефектным. Там столько было недочетов, столько мерзкости, наш, мертвый, был совершенен, словно грани идеально заточенного камня. — Живой мир — лишь плоть, которая идет на поводу своих чувств, эмоций. Рациональных душ там мало. Он снова одарил меня своими мудрыми речами. — скажи — я поднялась в сидячую позу — а если все-таки живой мир, состоящий из плоти проникнет сюда, в мир мертвых, что тогда будет? Душа долго на меня смотрела, словно пыталась подобрать слова, тем временем, я почувствовала, как остатки моего тела испарились в каменной пыли. — Люди, физически, опасные существа. Чего они только не вытворят, только бы выжить. — Самосохранение, это единственное, что ими движет? Мы ведь обладаем природными силами, разве это не делает нас сильнее их? — Почему ты не защитилась от Архи? — и его части лица исчезли. Этот вопрос заставил меня влиться в отчаяние. Он прав. Я не смогла защититься, потому что не было чем. Арха вывернула мои крылья, руки слабо слушались, да и я сомневаюсь, что в тот момент я могла сорвать перья и прицелиться в один из ее проклятых глаз. Я невольно утонула в своем бичевании и ругала себя, что так бесполезна. За столько времени я очень редко использовала силы, чтобы что либо сделать. Арха выходила из архива, иногда приносила новые книги и пару продуктов, готовя и питаясь сама. Спасибо, что она мне немного оставляет. Иногда, сидя на верхних этажах, я наблюдала за ней, как она пишет, тянется, снимает маску, чтобы почесать глаза. Я тоже могла позволить себе выйти из архива ненадолго, чтобы добраться до ближней речки в лесу и искупнуться, да насладиться солнцем, благо его предостаточно. Однажды, я увидела, как Арха сама принимала водные процедуры и это было прекрасно. Мои щеки невольно покраснели, мне нравилось думать о ее плечах. Руки были тонкие, тело стройное, талия почти осиная и грудь, она была полная, упругая, немного тряслась, когда Арха шла по воде. Это делало ее прекрасной девушкой. Она была мудра, красива и спокойна. Только вот, все время молчала. Целый год я пыталась поговорить с ней, чтобы узнать хоть что то, бесилась, ругалась и даже устраивала погромы, которые она заставляла убирать. Ее образ жизни не всегда подвижный. Она может около трех дней сидеть, не вставая и писать. На мой вопрос, что она пишет, отвечала коротко: — Историю мира. — это сказал силуэт, на который я подняла глаза. — Ты снова читаешь мои мысли? — он сидел напротив, смотря прямо на меня. Мои мысли задержались, я легла снова на пол и закрыла глаза. Восстановление идет долго, я уже успела соскучиться. Может, и здесь смогу уснуть, дабы увидеть прекрасные сны.

***

Глаза открылись. Сначала было ощущение, что я пришла из другого мира, не помня, кто я и откуда. Перед своим носом я видела, слегка покрытыми трещинами, потолок. Вытянув руку, пальцы коснулись штукатурки. Воспоминания резко нахлынули на меня и я приподнялась на гамаке, где от пола было много метров. Я в подсобном помещении. Перевернувшись, ловко приземлилась на ноги и вышла из комнаты в главный зал. Первое, что бросилось на мои глаза, это пару перьев и пятно на полу черноватого цвета. Архи нигде не было, поэтому я подошла к столу, где мое внимание привлекло письмо. Когда мое зрение разглядели золотые чернила, я замерла, мое сердце сковало страхом. Закусив губу, мне на ум приходили разного рода мысли. Скрип двери помог мне очнуться и я перевела взгляд на входной зал. В проеме стояла Арха, на ней была мантия, голубых оттенков и сумка через плечо. Сняв капюшон, она сбросила сумку на пол и сняла элемент одежды. Стала подходить ко мне. Мне нужно было поговорить. — Сколько я спала? — Месяц. Я возмутилась — Ты мне врешь? — Нет, с чего мне это делать? — Я не могла спать месяц. Арха недовольно взглянула на меня и указала голубым ноготком на конверт — Здесь пыль, посмотри какой она толщины. Его принесли через неделю, как ты уснула. — Это причина, по которой забрали Айру? Меня тоже так же заберут? Да? Она печально посмотрела на меня и тяжело вздохнула. Впредь, маски на ней больше не было, ее лицо отвлекало меня от бед. — Прочитай. Арха с шумом поставила сумку на стол и стала доставать книги одну за другой. Когда я взяла письмо, оно было уже надрезано, но не вскрыто. Я усмехнулась — Ты хотела его прочитать? Щеки Архи немного покраснели в смущении, меня это умилило. Ответа на вопрос не было. Когда я достала лист, он явно отличался от того, какое было у Айру. Чернила, здесь они золотые и светились, переливались солнцем.

Повестка военного комиссариата на вступление в гвардейский союз для уточнения сведения воинского учета или для отправки в воинскую часть, для прохождения гвардейской службы

Дорогая Хафран Райцер. В соответствии с законом о воинской обязанности вы обязаны вступить на военный комиссариат не позже трех месяцев, после получения письма.

В случае отказа, ваши документы будут недействительными, а ваша личность будет объявлена в розыск.

Место явки: Дворец Льдов, город Селицио, кабинет 102

— Ты побледнела Немного опешив, я не понимала, от чего удивляться больше, от слов Архи в мой адрес, что бывает крайне редко или то, что это действительно официальная версия письма, которое было у Айру, но более. деловое? — Арха — она посмотрела на меня еще раз — что здесь написано? Мои дрожжащие руки протянули ей листок и она пробежалась по нему глазами — Тебя призывают на гвардейскую службу. Только это письмо написали так, будто ты будешь личным охранником самой госпожи Евапавлии… — она повертела лист в руках — Почему я? Она задумалась, прижимая пальцы к подбородку, ее взгляд был устремлен в одну из полок — Во первых, ты наверное знаешь, что здесь фамилии играют разные роли, так? Когда ты получила свой паспорт, твоя фамилия, а именно Райцер, занеслась в базу данных на призыв. Короче говоря — она положила листок на стол — выбора у тебя не было особо. Была бы другая фамилия, тебя бы не призвали. Айру военный, а ты его ученица, я бы могла тебе дать свою фамилию, но тогда проблем было бы больше. Я села на стул — А почему это письмо отличается от того, что было у хозяина? — А Айру обычный вояка. Это письмо не терять, возьмёшь его с собой. Завтра мы отправляемся. Она одарила меня лучезарной улыбкой, будто радуясь, что я ухожу от нее.