Я буду ждать

Орион зевнул в кулак, солнце за окном садилось опаляя город красным горящим закатом. Чёрное полотно совсем скоро накроет небо, краски ночной жизни будут добавлены огнями столицы. И только Пакс все ещё сидит в своем кабинете заканчивая с документами. Увы, но красоты этого вечера должны пройти за его спиной. В глуши раздаётся тихий медленный и два быстрых стука. Так делает только один человек, Орион, усмехнувшись, улыбнулся. Для него не нужно разрешения, он только оповестит что пришел. Блондин заходит в кабинет, подросток поднял руку приветствуя старшего. Прикрыв дверь подходит к вставшему из-за стола архивариусу. Пакс улыбнувшись осторожно касается чужой скулы и гладит пальцами под мочкой уха, так делал только он. Это было приятно, Бамблби кошкой мурлыкал от этого жеста, что был адресован и предназначен только для него. Орион делал это только для своего Бамблби. Подросток прильнул к этой теплой ладони слегка повернувшись и ткнувшись носом в ладонь. — Могу я кое-что сделать? — Конечно. — В таком случаи. — Подросток легко дёрнул Ориона за ворот рубашки к своему лицу. — Мне нет дела до этой глупой разницы в девять лет, мне нет дела до твоего и моего статуса, до того что скажут другие. — Голубоглазый тянет сильнее выдохнув в сухие холодные губы завлекая в поцелуй своими тёплыми. — И я буду ждать твоего ответа столько сколько понадобится. Орион чувствует как горит лицо, отпускают и улыбаются ему. Подросток действительно ждёт, не торопит, только глаза прикрывает. Пакс не знает что ответить, это было так неожиданно что он немного заикаясь попросту открыл рот. Архивариус кашлянул в кулак, краска продолжает пылать на его лице и кончики ушей горят. — Я, кхм, я пока не могу ответить… — Орион отвёл голову бросив только беглый взгляд. — Я воспользуюсь тем что ты дал мне время. — Он сводит немного брови прикрыв глаза от смешанных чувств. — Но… Ты уверен? Это может быть просто возраст. — Да я шестнадцати летная малолетка, что пытается украсть сердечко очень милого архивариуса. — Бамблби задорно убрал руки за голову потянувшись. — Если нужно буду ждать, мне некуда спешить. — Он наклонил лицо немного вперёд улыбаясь как то по другому, без детского задора. Так ласково и понимающе. — Все мое ожидание, время будет только для тебя.

***

Оптимус проходит в зал храма. Копьеносец только тихим звоном защелкнул свое оружие с крепления на спине. Он, усмехнувшись, поднял голову бросив только глаза в сторону мужчины. Маска на лице скрывает горькую улыбку, бандана на голове не даёт разглядеть волосы цвета свежего поля ржи. Автобот остановился перед разбитыми лесенками на которых стоит парень. — Бамблби. — Неужели сам Прайм пришел ко мне? — Наемник прокрутил свое копьё с ленточками красного и синего цвета рядом с наконечником. — Кого заказать решил наш миротворец? — Могу я дать тебе мой ответ? Из парня вырывается смех, его плечи мелко трясутся, но в этом хохоте только злость и ненависть без веселья. Блондин прожигает лидера голубыми глазами, что теперь стали светлее от гнева напоминая стекло. Копьё указывает на грудь Прайма, несколько лет он терпел автобота. Желал вернуть того кого любил, но получал в ответ только пустоту. Прайм не был его Паксом, когда Бамблби потерял надежду вернуть своего возлюбленного покинув автоботов стал наемником, Оптимус понял что любит этого резкого и неугомонного человека. Лидеру понадобилось несколько лет что бы осознать свои чувства и три долгих года что бы найти его. Наемник прославившийся своим мастерством владения копья, наемник способный убить любую цель за которую возьмётся по своему собственному кредо. Потерявший смысл из-за того что теперь перед ним совершенно другой человек. С другой сущностью, мыслями, душой и телом. Все в Оптимусе Прайме было не его Орионом Паксом, это заставляло рану в груди кровоточить посеяв ненависть к лидеру. Холодные глаза сощурились, зрачок от гнева сузился. — Мне не нужен твой ответ, Прайм, я дал это время для Ориона. — Блондин скалится под маской. — А ты убил его, забрал у меня. — Би. — Я даю тебе время только для того что бы убрался прочь из моей жизни! — Рявкнул парень. — Или Альфа Триону с Мегатроном придется хоронить тебя! Предатели забывшие о нем! — Рык вырывается болью. — Позволили Ориону умереть! Оптимус не двигается с места. Бамблби рычит оттолкнувшись от пола, он слетает с лестницы и замахнулся что бы припугнуть лидера. Прайм поставил руку в блок, наемник вздрогнул прокрутив оружие и в руку ударяет только железное основание. Бамблби смотрит на Оптимуса, в эти васильковые глаза, где-то там всегда был блеск родной радужки. Прямо сейчас они темнеют от понимания. Наемник замерзает на месте, то как в груди все сжалось не давая дышать. Он не может навредить этому человеку. Все ещё видит в автоботе того самого архивариуса, работника архива которого любил не по детской наивности, а по-настоящему. Ждал ответа, никогда не торопил, но Ориона выбрали как следующего Прайма. С тех пор Пакса не стало, Бамблби старался, все тщетно. Ничего не выходило, Оптимус был другим, другой человек с глазами любимого. Того кого больше никогда не увидит, не услышит ласковый добрый голос, не почувствует эти мимолётные прикосновения, что были уникальны, только для него, Бамблби никогда больше не сможет слушать часами о какой-нибудь глупости из летописей архива. Наемник потерял смысл жизни, безвольным ронином скитаясь в одиночестве. Прайм же был в полном смятении от внимания юноши, не знал об чувствах между его прошлой личности и блондином. Голубоглазый проявлял заботу, был верным товарищем и другом, а после ушел. Автобот возненавидел лидера не зная что сам Прайм наконец почувствовал то чего так хотел Би, взаимность, но было поздно. Мужчина хочет вернуть все назад, начать сначала. Его вторая рука поднимается к застывшему наемнику, то самое прикосновение. Касается скулу за маской, пальцы гладят под мочкой уха массируя хрящики. Руки наемника невольно падают выронив оружие, глаза раскрылись опешив. Оптимус наконец убирает блок чувствуя боль в месте удара. Снимает маску парня. — Теперь позволь дать уже тебе время на ответ, — лидер наклонился к лицу, — я буду ждать его так же долго, как и ты. Но, — Оптимус остановился в паре сантиметрах от чужих губ, — я бы хотел кое-что сделать. Бамблби не отстраняется, он позволяет Прайму заключить сначала беглый невесомый поцелуй переходящий в более настойчивый ласковый. Манящий, пальцы продолжают гладить кожу чувствуя как она начинает медленно гореть. Оптимус отстранился и его сразе же встречает удар лбом в переносицу. Автобот отшатнулся назад от неожиданности, наемник поднимает свое копьё и кончик лезвия упирается в ключицу неудачливого романтика. Маска выпала брякнувшись об пол. Радужка сверкают в потёмках тени что бросает бандана, Бамблби морщит нос скривив губы со злостью. Вот только глаза предательски выдают счастье и радость, а лицо загорелось румянцем. Прайм даже чувствует удовлетворение пускай ему только что два раза врезали. Кровь капает на блестящее лезвие. Наконец парень разрывает повисшую тишину. — Я подумаю над твоими словами и дам ответ немного позже. — Нам некуда спешить, Би.