tell me you need me

субин тянет руки ближе к потолку, приятно растекаясь по кровати — вставать не хочется. за огромной чередой кошмаров наконец-то приснился неплохой сон, хотя чхве не понимает его значения. когда-то давно-давно, как говорится, за лесами и полями, много лет назад, субин только научился ходить, вот именно тогда у него был лучший друг. кажется, его звали ужун или лужун… или джун… точно! бин ударяет себя по голове, лампочка внутри лба загорается — чхве енджун. их родители… хотя к чему тут речь об этом? они сами дружили довольно продолжительное время: вместе делили игрушки, становились взрослее, ходили на набережную, кстати, вспоминает бин, там его укусила чайка. встречали любимые енджуном закаты и полюбившиеся позже субином рассветы. но, как вспоминает наш герой, всему приходит конец. сцена прощания была излишне трагична: субин плакал, бежав за уезжающей машиной, пока парень чуть постарше держался ладошкой о запотевшее заднее стекло. всему приходит свое время и, к сожалению или счастью, никто не в праве с этим спорить. во сне же та самая знакомая, но уже позабывшаяся в памяти за долгие годы, машина останавливается. енджун бежит и пропадает в стоящем и, видимо, тонущем в собственных слезах, субине. только маленьком. а тот повзрослевший стоит в одном из переулков, выглядывая из одного из знакомого ранее дома, ностальгирующе смотря вслед. — приснится же, — он вздыхает и чешет затылок, томно поднимаясь с кровати. вставать всегда так ужасно трудно. — к чему снятся старые друзья? — субин быстро спрашивает это у сири во время чистки зубов и явно видит ответ: придется вернуться к старым делам. — блять, так и знал, что начальник снова даст этот проект. я же сказал, что реально не могу ничем помочь, — берется за голову, зажимая щетку меж зубов. по дороге на работу он всегда идет в одно и то же кафе. там подают самые вкусные эклеры и кофе, которое субин раньше ненавидел, но, предполагает, это единственное, помимо заката, что он помнит о енджуне — тот безмерно обожал американо, поэтому… — мне американо и один сливочный эклер, пожалуйста, — так быстро собрался, что в рюкзаке остался полный бардак. найти бумажник становится непостижимой задачей, пока субин не замечает его на самой глубине. интересно складывается пазл в голове: утонул также, как маленький он когда-то. — а раньше жмурился от любого глотка, — за стойкой где-то слабо хихикают, рука бина предательски дрожит и глаза отрываются от тяги к несчастной пропаже. — давно не виделись, правда? денег не нужно, я угощаю, но при одном условии: если вспомнишь меня. неплохая сделка? субин смотрит на человека напротив, ямочки появляются на щеках, а сам он готов утонуть в слезах вновь. хотя он так редко плачет, на самом деле. кажется, на работу сегодня он уже не успеет, да и время больше не отсчитывает ход. глаза другого улыбаются не менее ярко, а взгляд такой ужасно мягкий, что бин снова очутился в своей уютной постели. — так сон не был к проекту, — блаженно закатывает глаза и выдыхает он. — ты о чем? — я рад видеть тебя вновь, енджун, — субин кладет свою руку поверх чужой, но колеблется: он не знает может ли сделать так. желание обнять переполняют. только одна незадача: стойка так чертовски мешает, что младший предпочел бы сломать ее прямо сейчас. — так ты правда полюбил кофе? — больше и любить то было нечего.