Плохая идея

— Во-первых, это плохая идея. Во-вторых, какого хрена я иду, а ты нет? Макс возмущённо запихивает остатки учебников в шкафчик и поворачивается в сторону Гоши. Тот факт, что им выдали шкафчики, вовсе не обозначал, что жизнь стала похожа на американский сериал. Потому что, как минимум, дверь его шкафчика отваливалась буквально в руках. А что вы хотели в бюджетном госучерждении? — Во-первых, я тебя не заставляю, это твоя идея. Во-вторых, я не хочу вам мешать, — лица Гоши не было видно, но Макс был на все сто процентов уверен, что друг сказал это с улыбкой от уха до уха. Причем эту улыбку он знал хорошо: она появлялась только тогда, когда это красноволосое чудо думало о чем-то неприличном, — И вообще, у меня занятия по литературе. — Ты у нас прям журналист, сука, расследователь. — А то. Так что вы останетесь наедине. Ммм, школьная романтика: только вы вдвоем, мячи и физкультурный зал. — Ой заткнись а. Под совместное хихиканье они вышли из гардероба и направились к раздевалкам. Предлог «чел, научи меня играть в баскетбол» и правда сейчас не казался Максу такой прям классной идеей, но пасовать было уже поздно. Коридоры школы были уже почти пустыми — уроки кончились часа два назад. — Ох ты ж ёпт… Макс остановился в дверях, неподвижно взирая на голую спину на другой стороне раздевалки и боясь даже вдохнуть. — Призраков в раздевалках не бывает, — Гоша заглянул ему через плечо и тоже замер. В этот момент фигура натянула футболку с плеч на всё тело и, поправляя ее, повернулась, — Здрасьте. Алекс перевел глаза с помахавшего рукой Гоши на всё ещё знатно удивлённого Макса, приподнял одну бровь и через секунду улыбнулся. Даже у Гоши что-то внутри ёкнуло, а максимово сердце сделало кульбит. — Виделись. Макс, ты идёшь? После лёгкого тычка по ребра от друга Максим опомнился и активно закивал, проходя вглубь раздевалки. — Да. Только переоденусь. — Окей, ключ я взял. А ты… — Алекс перевел взгляд на Гошу. Тот усмехнулся и пожал плечами. — Не, без меня, ребят. А то будут травмы. Да и у меня занятия через пять минут. Не буду вам мешать. Макс сделал пометку в голове, что за этот ехидный тон, которым была сказана последняя фраза, он должен, как минимум, подзатыльников отвесить этой свахе. Но Алекс, кажется, никакого подвоха и не заметил и через минуту уже сидел напротив, перелистывая какой-то учебник. «Образцо показательный ученик выпускного класса, блин» Собрав все (и приличные, и неприличные) мысли в кучу — что получалось плохо и далеко не с первого раза — Максим начал переодеваться. Пальцы немного дрожали, поэтому пуговицы поддались не сразу, и он молился, чтобы Алекс этого не заметил. Через пару минут парень повернулся: — Я всё. Можем идти? — Угу, — Алекс отложил книгу и двинулся к выходу, Макс последовал за ним, созерцая носки своих кроссовок, но через секунду чуть не налетел на друга, — Закрыто. — В смысле? — Максим похлопал глазами и через секунду почувствовал себя идиотом. — Ну в прямом. Закрыто. Алекс демонстративно подёргал ручку двери. Сердце снова сделало кульбит. Нет, никто не удивился. Оба учились в этой школе достаточно, чтобы знать — двери здесь живут своей жизнью и не подчиняются никому. Ни законам физики, ни законам УК РФ. А потому закрываются и открываются они когда хотят. А вот перспектива провести неопределенное количество времени наедине с Алексом, тем более в таком сравнительно небольшом помещении, Максима пугала. И совсем не потому что, что у него мог случиться приступ клаустрофобии. От мыслей, за каким занятием они могут скоротать это время, по телу разлилось неуместное тепло, а по лицу, ушам и шее краска. — Мдам. Надо звонить Гоше. Он умный, — пытаясь скрыть румянец, Макс прошел обратно к рюкзаку и выудил телефон. Набрав знакомый номер, он услышал пару гудков, после чего телефон жалобно пикнул, и на дисплее показалась загрузка системы, а после и уведомление о том, что аппарат разрядился. «Очень, сука, вовремя» Макс повернулся на друга, как-то виновато улыбаясь и поднимая вверх телефон. — Мой сел. У тебя есть номер кого-нибудь, кто есть в школе? Алекс стоял неподвижно, сложив руки на груди, и наблюдал за младшим: — Есть. Но другая проблема. — Тоже сел? — Нет, заряжен. — Так звони, а не изображай каменное извояние, — Макс поморщился от того, как грубо это звучало. Грубее, чем задумывалось, но нервы и правда натянулись. — Он в шкафчике. Чтобы не стырили ненароком. Так что всё что у нас есть — это часы, — он постучал пальцем по циферблату наручных часов и сел на скамейку напротив Максима. — Мдам, весело, — Макс лёг на скамью и принялся перебирать варианты дальнейших действий, прожигая глазами потолок. А вариантов-то было не так много. Можно было выбить окно, первый этаж всё-таки, да и на улице тепло довольно, апрель вовсю. Но тогда у них будут проблемы после. Можно было начать кричать в надежде, что кто-то из уборщиков или учителей услышит и поможет, но шанс невелик. Время слишком позднее. Остаётся только ждать. Заметив, что Алекс не смотрит в учебник, а уже добрые пятнадцать минут гипнотизирует его взглядом, парень повернул голову. — Что? — У меня идея. — Излагай, я весь во внимании. — Раз нам всё равно торчать тут чёрт знает сколько, давай хоть в правду или действие сыграем. Всё равно скучно. — Резонно, — заключил Макс и сел прямо. Алекс тоже выпрямился, сев по-турецки, и размял затёкшую спину. План «не пялиться на чужую шею» провалился с треском, отчего у Макса во рту пересохло. Наконец они начали: — Правда или действие? Максим чуть поморщился от воспоминаний. Школьный лагерь. Пол второго ночи. Он сидит в компании Гоши и ещё нескольких человек, и все они по очереди задают друг другу этот вопрос. Тогда это казалось чем-то особенным, сейчас же лишь глупостью. В данный момент, вынужденной глупостью. — Действие. Макс решил, что для правды он ещё не готов. Алекс на пару секунд задумался. — Расскажи скороговорку про чертят. Гоша как-то говорил, что у тебя хорошо получается. Уши предательски покраснели ещё больше. «Что за подстава?! Иуда хренов» Макс нервно хихикнул и спешно, хоть и складно — привычка — проговорил заученный текст. Алекс улыбнулся. — Я тоже такую когда-то учил, но уже не помню и половины. А Гоша был прав. Улыбка, казалось, потеплела ещё сильнее. — П-правда или действие? Макс тихо ненавидел свой голос, который дрогнул в начале вопроса. — Правда, — легко ответил Алекс, с интересом наблюдая за душевными терзаниями друга. В голову взбрела любопытная мысль, но Макс послал ее далеко и надолго. Пока. — Какие предметы будешь сдавать? Парень провел пятерней по волосам на затылке. Макс и сам не заметил, как залип на это движение. — Ну вообще хотел, помимо русского, общагу. Ну и проф матан, есесна. — Фига ты умный, мне б твои мозги. Алекс хихикнул. Если бы Макс обратил внимание, то заметил бы, что парень покраснел. Вновь прозвучал стандартный вопрос. — Правда, — сразу после этого слова Макс как-то поежился, вмиг пожалев. Хотя с чего бы это? Почему он вообще смущается? Они же не чужие люди, не первый день знакомы. Не укусят же его в конце концов. Алекс тем временем склонил голову набок и ненадолго задумался, а через минуту выдал: — У вас Гошей что-то есть? Макс пару секунд как-то рассеянно смотрел на друга, а потом расхохотался так, что даже слезы выступили. — С Гошей?! Да не в жизнь! Нет конечно! Мы просто очень хорошие друзья. Да и у него свои интересы. Последнее прозвучало куда более двусмысленно, чем планировалось, но, кажется, на это внимание не обратил никто. Следующим Алекс тоже выбрал правда. — А у тебя кто-то есть? — Макс старался не выдать свое любопытство, а потому получилось как-то резко холодно. Но Алекс лишь улыбнулся краешком губ, и Макс пожалел, что это журналюга слишком далеко. Потому что ещё несколько таких улыбок и ему потребуется непрямой массаж сердца. — Я не планирую заводить отношения, от учебы отвлекают очень. Максим — снова правда. — А что ты думаешь по поводу отношений? Всякие там поцелуи, объятия и так далее. — Не обязательно состоять отношения, чтобы это делать. Главное согласие обоих сторон. Это дело только двух людей. В следующий раз Алекс выбрал действие. Честно, Макс и не помнил, что загадал. Но сам выбрал снова правду. Алекс усмехнулся. — Давай как в детских лагерях. Когда всем отрядом собирались в одной комнате после отбоя и играли в разные игры. Ты сейчас влюблен? Максим, кажется, поперхнулся воздухом. И лишь через мгновение вспомнил как дышать. «Палимся, бля!»  — Да. В голове прозвучал матный отзвук, который чуть сгладил напряжение. — В кого? — Алекс сощурил глаза и с нескрываемым любопытством неотрывно смотрел в глаза напротив. Максим в ответ выдал самую наглую усмешку. — Это уже другой вопрос. И хоть в голове парня сейчас и бегал человечек к криками «НАС ЩАС СПАЛЯТ! МЫ СДОХНЕМ!», скрывать настоящие эмоции оказалось не так сложно. Алекс последовал его примеру и тоже выбрал правду. — А ты влюблен? Алекс улыбнулся шире. Румянец на скулах стал чуть заметнее, но лампы в раздевалке работали так себе. — Допустим да. Получилось как-то с вызовом. Они помолчали пару минут, просто сверля друг друга взглядами, будто ожидая, кто первый отведет глаза и проиграет такую детскую игру в гляделки. — Действие, — резко и как-то даже слишком громко выдал Макс. Алекс застыл на пол минуты и скомандовал, улыбаясь как-то чуть по-хищному: — Закрой глаза. Мурашки вдоль позвоночника. От него по ребрам к плечам и вниз по рукам. Макс замер, тупо уставившись куда-то сквозь фигуры напротив. Но, когда смысл слов таки уложился в голове, он прикрыл глаза. И вцепился пальцами в собственные колени. Он буквально слышал, как в груди, под ребрами бьётся сердце. Точнее не бьётся, а колотится так, словно сейчас их сломает к чертям и выскочит на волю. Ему показалось — или не показалось — что губ коснулось чужое дыхание. Он как-то инстинктивно отпрянул, со всего размаху стукнулся затылком о кафель стены и подался вперёд. Тут он уже сам впечатался в чужие губы. Они оба замерли. Макс всё ещё сидел с закрытыми глазами, теперь уже боясь их открывать. Но главное никто не двигался с места. На полноценный поцелуй это, конечно, не тянуло. Скорее просто неловкое прикосновение губ. Хотя он и длилось наверное минуту. Алекс первым отстранился, и Макс тут же испугался, что друг сейчас скажет что-то и уйдет (хотя куда ему уходить, они ж блин закрыты в этой чертовой раздевалке!). Но вместо этого Алекс шепотом спросил, выдыхая практически в губы Макса:  — Правда или действие? Макс приоткрыл глаза и внимательно посмотрел в лицо напротив. Он знал его черты практически наизусть, но всё равно приятно было очертить изящную линию бровей и носа, мазнуть по губам. По щекам разлился жар. И наконец вернуться к глазам.  — Правда.  — Мне продолжить? Макс понял две вещи. Во-первых, человеческие отношения это пиздец как сложно для него. Во-вторых, видимо, он не так уж и плохо целуется. Как бы ему не особо было с кем сравнить, но факт того, что ему не врезали по щам сразу после того, как он обнял Алекса поперек спины и уже чуть смелее поцеловал в губы, уже говорил о многом. Забавная вещь. Поцелуи в фильмах это всегда романтично, красиво, гармонично. А в жизни ты вообще не думаешь об этом. Вот и Макс сейчас думал, какого хрена он вообще делает. Он не собирался сегодня никого целовать. Тем более человека, которого целовал в данный момент — и который ему между прочим отвечал. Он вообще как-то не планировал целоваться в ближайшее время. Лет этак 5. Но блин. Это было… приятно. Чувствовать тепло через несколько слоев одежды. Да и в конце концов это Алекс. Его очень хороший друг. Они доверяют друг другу. Пальцы Алекса скользнули вверх к волосам и зарылись в светлые пряди. Довольно короткие, но всё равно очень приятные на ощупь. Мягкие, но не такие, какие бывают у разукрашенных косметикой почти под хохлому девчонок. Нет. Совсем другие. Подушечки пальцев мягко помассировали кожу головы на затылке. Приятная волна расслабления прошла по шее. Как вдруг они оба услышали щелчок и в небольшое помещение резко хлынул свежий воздух. Оба друга резко отпрянул друг от друга, чуть ли не подпрыгнули, но по нехило офигевшему лицу Гоши, стоящего на пороге, оба поняли, что поздно. В руках он сжимал ключ. «Ой бляяяяяяя» — почти вслух подумал Максим, когда лёгкий шок на лице друга сменился на улыбку. А эту улыбку он знал хорошо, слишком хорошо, лучше чем хотелось бы. Она появлялась, когда Гоша думал о чем-то очень неприличном или читал моменты в фанфиках соответствующего характера. Поверьте, ни одна живая душа не хочет знать, что творится в его голове в такие моменты. Из-за спины парня показалась невысокая фигура учительницы физкультуры. — Что там… Гоша быстро развернулся и развернул ее следом: — Ольга Олеговна, я как раз хотел спросить про доклад. Можно ли сделать про… Напоследок он жестами показал «валите» и увел учительницу куда-то в дебри зала. Максим усмехнулся, подхватывая свои вещи. Этот идиот может уболтать кого угодно. Настоящий журналист, сука, расследователь.