Белая глициния

— Извините, можно войти? — глубоко вдохнув, Хуан открыл дверь. — Вы меня звали, дядя? Кабинет встретил парня ослепляющим больничным интерьером. Так казалось из-за обилия белого цвета: белых стен и кресел, высоких окон и полностью стерильного порядка. В центре комнаты за письменным столом сидел статный мужчина лет пятидесяти. Увидев этого человека в первый раз, тебе бы могло показаться, что этот мужчина ангел во плоти. Теплая улыбкой и добрые глаза цвета аквамарина на пару со сладкими и лестными речами легко сбивают людей с толку. В свое время Хуан также повёлся на это доброе личико, которое оказалось лишь маской, за которой скрывался лицемерный и жадный до денег человек. — Доброго вечера, Хуан. Пожалуйста, присаживайся, — произнес мужчина, полностью соответствующий своим гордым видом интерьеру комнаты. Ли Фухуа — родной брат матери Хуана, по совместительству главврач этой больницы. Их семья уже давно владеет огромной сетью больниц по всей Азии. Они очень богатые и влиятельные люди, но при этом очень строгие, поэтому Хуан сейчас здесь, а не в Китае. Изобразив на себя самую дружелюбную и покорную улыбку (видимо, двуличие у семьи Ли в крови), Хуан подошёл к креслу и сел напротив дяди. Натянув на руки рукава больничного халата, парень пытался скрыть дрожь и не выдать своего волнения. От этого человека можно ожидать чего угодно, и лучше лишний раз не показывать ему своего страха. — Может хочешь чаю? — Я очень устал, поэтому просто скажите, зачем меня позвали и я пойду домой. Словно намеренно задерживая Хуана, Фухуа медленно достал кружку и также медленно стал наливать в нее заваренный чай, сладко отдающий ароматом медовой орхидеи. Теперь руки тряслись совсем не от волнения, скорее от желания разбить к чертям кружку, а лучше сразу и лицо дяди. Хуан сейчас очень опаздывает, и такого издевательства в свой адрес терпеть не хочется, но у него просто не было выбора. Ни в коем случае нельзя дать и малейшего повода на подозрение. — Уверен, что всё-таки не хочешь выпить со мной? — мужчина отпил глоток чая, продолжая испытывать терпение своего племянника. — От такого прекрасного чая грех отказываться. — И всё-таки я откажусь. Если вы позвали меня только для этого, то я пожалуй пойду, — Хуан хотел было уже встать с места, как дядя достал две фотографии. — Ты ведь знаешь этих парней? Хуан слегка вздрогнул, но смог сохранить спокойное лицо. Конечно знал, с обоими где-то неделю назад спал. Познакомился с ними в клубе и своим обаянием развёл на секс. Парни то неплохие, но такие скучные и пустые. Как бы жестоко не прозвучало, но для секса только они и годны. Подработки ему хватает, опять же, захотелось слегка развлечься. Не думал Хуан, что так глупо попадётся. — В первый раз вижу. — Правда? А мне говорили, что ты встречался с ними не так давно. Примерно неделю назад, я ведь не ошибаюсь? Не ошибся. Всё-таки Хуан прокололся. — Неужели я обязательно со всеми сплю? У меня разве друзей быть не может? — В мотеле? Это уже невыносимо. Хуан и так весь на иголках, скоро и вовсе параноиком станет из-за чувства постоянного контроля. — Хватит постоянно следить за мной! Я уже не маленький ребенок, у меня есть своя личная жизнь, которая вас не касается. — Как раз таки касается. Ты приехал сюда не развлекаться, а учиться и воспитываться. — Да пошёл ты, — Хуан резко поднялся с места и поспешно пошёл в сторону двери. — Неужели хочешь, чтобы я сообщил твоим родителям? Хуан замер, так и не успев выйти из кабинета. Мудак. Чуть что, сразу тычет родителями. Если они узнают, что их ребёнок так и не перестал спать с парнями, отправят обратно в Китай. Там уж точно ему жизни не будет. — Чего ты хочешь? — Ничего особенного, просто отдай свою карту. Я давал её тебе только за хорошее поведение. — А на что ты мне жить предлагаешь? Мне даже на подработку устроиться нельзя. — Неужели тебе не хватает тех денег, что я тебе плачу? Ах да, ты же у нас богатенький мальчик, который привык жить в роскоши, — насмешливо произнес Ли Фухуа, видя, как Хуан начинает злиться. — Но ты должен запомнить, что за каждый проступок следует наказание. Мужчина протянул руку. Наказывают, словно провинившуюся собаку и это неимоверно бесит. Постоянно держат на коротком поводке, может ещё и кастрируют, чтобы не спал с кем попало. Сжав кулаки до побелевших костяшек, Хуан с трудом сдерживался. Как же это раздражает. Понимая, что иного выхода нет, Хуан сделал глубокий вдох и расслабил руки. Лучше лишний раз не спорить с дядей и сдерживать свой гнев. Как ни крути, только благодаря дяде он до сих пор тут, а не в какой-нибудь психушке. Хоть и с помощью таких отвратительных методов. Достав из чехла телефона карту, парень снова подошёл к дяде и отдал ее. Подавись! — Умница, а теперь можешь идти. Ты ведь уже домой собирался. Или же, куда-то ещё? — И куда мне по твоему ещё идти. У меня же нет друзей, забыл? — Доброй ночи, Хуан. Выйдя из кабинета Хуан на миг хитро улыбнулся. Старый идиот. Хуан не собака, он лис. Хитрый и наглый. Стал бы он так рисковать, когда устраивался в «Белую глицинию»? Ли Фухуа бы быстро смекнул, откуда на карту еженедельно приходят зачисления довольно немалой суммы. Хозяйке Белой глицинии решила помочь Хуану в его тяжелом положении и сделала тому карту, записанную на имя Саюри Ивасаки. Она была единственной, кто узнал о проблеме парня. Все сотрудники ее семья, она готова помочь и защитить любого. Так Саюри приняла в свою семью и Хуана, хоть как-то спасая от надзора дяди. Белая глициния единственное место, где Хуан может по-настоящему почувствовать свободу. Никаких нравоучений от родителей и постоянного контроля от дяди, только спокойная жизнь рядом с прекрасными сестричками. Как же печально, что не они его настоящая семья. Хуану до сих пор кажется, что встреча с «мамой», так просила называть себя хозяйка «Белой глицинии», была подарком судьбы. У судьбы он никогда в любимчиках не был, но в тот момент, когда Хуан уже был на грани, удача словно снова повернулась к нему. В тот день он чувствовал себя просто отвратительно. Вся жизнь словно обернулась против него. Практика в Корее под надзором дяди, измена любимого человека… За те последние полгода жизнь Хуана медленно, но верно уходила в пучину отчаяния. То, ради чего он согласился на эту практику, оказалось бессмысленно. Знал бы он сразу, чем закончится эта глупая влюблённость, ни за что бы не согласился на условия родителей. Даже мимолетные встречи с симпатичными парнями из клубов уже никак не спасали от отчаяния. Хуану срочно нужно было сменить обстановку, найти в кои-то веки друзей… Нет, у Хуана был притягательный характер, люди всегда к нему тянулись, но в этой больнице он просто боялся с кем-то лишний раз сближаться. Ляпнешь что-то не то и ты уже в кабинете дяди, слушая очередной выговор. А строить дружбу с теми, с кем спал, он тем более не хотел. Интернет друзья? Тоже такой себе вариант, Хуан все ещё не был уверен в том, что даже его сообщения никто не контролирует. Такое чувство, что везде и всюду за ним следят. Следят за каждым его действием. Словно все люди вокруг нанятые родителями актеры, которые должны следить за их глупым сыном. Даже находясь в собственной квартире Хуан не чувствовал себя в безопасности… Это чувство невыносимо, оно просто морально убивало Хуана, превращая его в чёртового параноика. Ещё немного и угодил бы в психушку он уже не из-за своей ориентации… Хотелось напиться до беспамятства, чтобы хотя бы на одну ночь ощутить себя чуточку свободнее. Забываться в алкоголе глупо, но Хуан уже просто не вывозил. Было плевать, если об этом узнает дядя. Плевать на последствия. Он слишком долго страдает из-за желания защитить других, надо хотя бы раз в жизни подумать о себе и своем состоянии. Первым местом, которое нашёл Хуан, оказалось заведение с названием «Белая Глициния». И как же так вышло, что вместо алкоголя ему предложили работу? Видимо, он выглядел настолько несчастным, что тронул сердца всех девушек в заведении. А кто же не захочет помочь бедному лисенку, попавшему в беду. Но на самом деле Хуан просто настолько устал, что не успел и второй чаши вина выпить, как рассказал все гейше, которая села рядом с ним. Она и отвела его к хозяйке, которая в итоге приняла бедного лиса в семью Саюри — добрая и богатая женщина, пережившая немало трудностей в жизни. Белая глициния для нее не просто заработок, она была открыта с одной целью — помочь тем, кто оказался в беде. Так это место оказалось приютом и для Хуана. Хоть хозяйка не очень горела желанием принимать парней, но Хуан ей очень понравился. Мимолетно взглянув на часы, Хуан понял, что опаздывает. При этом жуть как опаздывает! Этот чертов дядя. Сначала запряг работой как лошадь, а потом ещё и к себе в кабинет вызвал. Ебучая практика с таким же ебучим дядей! Не поторопиться и будет получать уже от сестриц. Но пока Хуан в зоне больницы, ему не стоит рисковать и спешить. Если у дяди возникнут вопросы, боюсь, он быстро получит ответы. Стоит сразу предупредить хозяйку, что он опоздает. В этом особо ничего страшного, но если вдруг у него клиент, то Хуан ой как сильно всех подведёт. Только спокойствие, Хуан, только спокойствие. Никогда ещё он их не подводил, не подведёт и сейчас.

***

Девушка посмотрела на часы, начиная немало волноваться. Хуан должен был придти ещё минут двадцать назад, а его все нет. Да и хрен бы с ним, пусть опоздает хоть на тридцать, но у него клиент! Если этот наглец не придёт через пять минут, то пусть готовится получать нагоняй от Хотэру, старшей сестры. — Где же носит этого Хуана, его клиент уже ждёт, а его все нет, — спасибо их подруге, гейше Мэй, которая пока что успешно тянет время и развлекает клиента. — Он написал, что слегка задержится. Стоит немного подождать, Хуан еще ни разу нас не подводил, — предупредила сестру Нэтсуко, самая младшая из всех юдзе. Вдруг дверь резко распахнулась и в комнату пулей вбежал Хуан. Вспомни солнце вот и лучик. Полудохлый только лучик, готовый в обморок упасть после такой-то беготни. Никаких больше марафонов. — Простите пожалуйста за опоздание, — произнес Хуан, переведя дух. — Хуан! — радостно воскликнули девушки, усаживая парня на стул, чтобы тот ненароком не упал. — Хён, что случилось, почему ты так задержался? — поинтересовалась Нэтсуко. — Из-за дяди… — Да твой дядя самый беспощадный человек, о котором я только слышала. Зачем же взваливать на тебя столько работы, будто других людей нет, — начала возмущаться девушка. Из-за дяди он опаздывает не в первый раз. — Давай быстрее, нужно успеть тебя в порядок привести, — Хотэру кинула Хуану полотенце, чтобы тот быстрее сходил и смыл с себя пот. — К чему такая спешка? — Дурень, у тебя клиент! — Вот черт, — до того более менее спокойного Хуана накрыло волнением. — Иди и быстро помойся, мы приготовим одежду, — скомандовала Хотэру, повернувшись к их помошнице.– Юри, позови клиента. Хуан помылся за рекордные две минуты, быстро вытеревшись полотенцем и едва не запутавшись в собственных трусах. Из-за новости о клиенте Хуан слегка разволновался. Не то чтобы это его сильно испугало, но из-за незнания того, сколько тебя уже ждут, было не по себе. Он никогда не любил заставлять людей ждать. Одели, запели, нанесли макияж Хуану также очень быстро, но при этом аккуратно. Командная работа сыграла на ура и уже через пять минут Хуан был полностью собран. — Наш Хуан самая прекрасная юдзе, — похвалили парня Нэтсуко, осматривая их работу. Хуан гордо покрутился возле зеркала, демонстрируя всем свою неотразимую красоту. На нем было его любимое кимоно лавандового цвета с узором в виде цветочных ветвей и белый пояс. Волосы заплетены в простой хвостик, а по бокам нацеплены заколки с бело-фиолетовыми цветами. — Потом полюбуетесь на эту выскочку, — строго произнесла Хотэру. — Тебя уже ждут в шестой комнате.

***

Впрочем, Хуан зря переживал. Ждали его не так долго, да и все волнение мигом улетучилось, когда он увидел этого прекрасного парня. Теперь понятно, кого так бурно обсуждали сестры, пока он был в душе. Обычно Хуан никогда особо не разглядывал своих клиентов, просто выполнял свою работу и все. Но увидев этого парня со спортивным телом, покрытым различными татуировками, и следами пирсинга, Хуан не удержался от любопытства. А увидев, как клиент мило краснеет от смущения, вместе с любопытством появился неимоверный азарт. И, о Господи, Хуану впервые самому едва не снесло крышу от этих прекрасных вздохов и стонов. Это точно просто обычный парень, а не какой-нибудь подарок судьбы? Он выглядит таким неприступным, особенно когда так мило смущается от ласк. Как же печально, что он не знает имени этого прекрасного человека. Даже нарушив собственные принципы и запрет дяди, он бы с удовольствием позвал его на свидание. В идеале, лучше сразу к себе в кровать, но Хуан хотел бы получше познакомиться с этим человеком. И то ли небеса услышали его желание, то ли удача снова вернулась к Хуану, потому что проиграв спор своему другу, тот привёл его прямо к тому красавчику. Это он понял, пролистывая страницу тату мастера, которого посоветовал тот самый друг. Да, желание, которое загадали Хуану, заключалось в набитие тату. Неважно какого, неважно где. Даже если это маленький смайлик. Но Хуан решил не мелочиться. Почему бы не позволить себе такую маленькую вольность. Значит, мастера зовут Ким Тохэ, 29 лет. После недолгих раздумий Хуан всё-таки решил попытать удачу и позвать этого Тохэ на свидание.