Как выжить в этом мире?

      Голова болела. И не виски или макушка, а прям вся голова. Казалось, что что-то стучит в голове изнутри. Методично. Бесяче. Будто поднялась по лестнице к выходу из метро. Виски сдавили невидимые клешни. Я застонала от боли. Хотелось залесть на стенку или потолок. Да хоть куда-нибудь, чтобы эта боль ушла. Такой боли я не ощущала уже давно. Будто давление подскочило под 150. Как же плохо. Что-то прохладное опустилось на лоб. Холодные капли потекли по лицу и шее. Это было мокрое полотенце… Мне никогда этот способ не помогал, даже самые сильные таблетки или порошки не снимали эту тупую боль. Это нужно просто перетерпеть. Нужно попытаться заснуть, и завтра я буду, как огурчик. Но, к удивлению и счастью, боль очень медленно уходила. Но все равно уходила! Теперь не ощущалось это невозможное давление на голову. Я не знаю сколько прошло времени с момента пробуждения. Казалось, что так пролежала целый день. Одна, оставленной с головной болью в одиночестве. Хотелось неимоверно спать. Провалиться в темную непроглядную пучину сна. Не хотелось видеть сны. Не хотелось открывать глаза, чтобы не прогнать этот удивительный лечебный эффект и накатывающую дрёму. И резко темнота. ......................... Перед глазами пробегали воспоминания. Вот я стою на площади с букетом цветов, а сама не дотягиваюсь и до бортика фонтана. Вот меня подхвативают сильные мужские руки и кружат меня или подбрасывают и ловят. Отцовские руки. Вот я слышу женский смех, такой добрый и ласковый, а перед глазами огромный букет цветов с несколькими разноцветными ягодками. И так он изумительно пах, что я поддалась вперед и уткнулись лицом в него. Женщина рассмеялась ещё сильнее. Смех матери. Вот и я лежу на кровати, а рядом со мной женщина и мужчина. Я аккуратно положила голову на выпирающий живот женщины. Мужчина нежно приобнял нас двоих. Мама и папа. Вот я стою на коленях. Все размыто, по щекам текут слезы. Небо пасмурное. А перед глазами совсем рядом друг с другом стоят два камня. Надгробных. Следующие мгновения в просмотре отрывок воспоминаний прошли настолько быстро, что я не сразу поняла, что что-то не так. Это были не мои воспоминания! Меня прошибло понимание. Все, что я сейчас вижу — не моя жизнь. Я проживала заново чужую судьбу. Но свою предыдущую я не забывала. Это было жутко. Очень жутко. Будто я одновременно проживала сразу две жизни. Будто меня было две, но одновременно меня и не было. Я потерялась в этих жизнях. Я не знала, где настоящая я, а где клон. Кто я? Такой простой, но и одновременно сложный вопрос. Для меня вдвойне. Я Виктория или Катрина Донна Малер? Я не знаю. Я не знаю что делать. Я не знаю кем быть. Нужно ли мне вообще выбирать между этими двумя…моими личностями? Что происходит? Почему это происходит со мной? Чем я насолила высшим силам, что они так поступили со мной? Для некоторых это может показаться благословением, но для меня это проклятие. Проклятие для всех, кому есть что терять в своем мире и нечего обретать в другом. У меня были друзья, работа, любовь… А теперь все потеряно.       Да. Я попала в Тейват, город Монштадт, в тело нпс, которого все ненавидят из-за любви к другому персонажу. ................. Я открыла. Резко и молниеносно. Было ощущение будто меня подкинули и бросили обратно на кровать. — О, вы проснулись? — я повернула голову в сторону очень знакомого голоса и в шоке уставилась на девушку сидящую на стуле около кровати. Салатового цвета волосы с ушками, глаза цвета мёда, очки, шапочка. Да, это была Сахароза. Глазам своим не верю. Что она здесь делает? Я не помню, чтобы она была хоть какой-нибудь знакома с Донной. Она вообще мало с кем общается из-за своей стеснительности. — Вы хорошо себя чувствуете? С вами происходило настолько невероятные вещи, что мы очень боялись за ваше здоровье! С такими необычными и пугающими изменениями, мы думали, вы не выживите! — девушка всё говорила и говорила, а в это время у меня кружилось столько вопросов в голове, что, боюсь, цельную мысль я не смогу даже сформулировать. Но попытаться надо. — Извините, — мой голос был хриплым, прямо как у пожилого мужчины, постоянно курящего сигареты. Он меня слегка испугал, и мысль, которую я так тщательно сформулировала, улетучилась. В голове было пусто. Вот перекати-поле прокатилось по горячему песку подгоняемый ветром. — Эээ? Мы обе молчали. «Что говорить в такой ситуации?» — явственно читалось на наших лицах. Бедная девушка вся покраснела, даже ее ушки, несмотря на невозможность данного фактора, стушевалась и уставилась на пол. В ее руках все ещё был планшет с помятыми листочками. Я тоже опустила глаза, правда на простынь, но сил хватало только на поддержание туловища, по сути, стоя на локтях. А на какое-то другое действие я себя выжила. Энергии вообще не было. — Я лучше позову Мастера Альбедо! — и больше не сказав ни слова, убежала, только ветер всколыхнул шторы. Уф, истинное дитя ветра. Пролежав ещё несколько минут, я решилась-таки встать. Пол неприятно удивил холодом, однако, к моему сожалению, тапочки не нашлись. Ладно, пока и так сойдёт. Но на этом мои потуги встать и что-нибудь сделать провалились. Полностью и бесповоротно. Тело не слушалось, а ещё болело. Не просто болело, а БОЛЕЛО. Так не пойдет! Нужно что-то с этим делать. Но что? И зачем? Зачем я вообще встала и что собралась делать? — Мастер Альбедо, она уже проснулась, — за дверью послышались шаги, голоса и непонятное шуршание. Я напряглись. Вот только недавно проснулась, а уже привлекла внимание двух важных героев, непорядок. И клише одно уже собрала, осталось только сделать гарем из всех прекрасных мужчин и мальчиков и влюбить по уши в себя человека, который ненавидел Донну больше всех. Дилюк Рагнвиндр. В комнату вошёл вышеупомянутый алхимик. На его лице была мягкая улыбка, но взгляд был слишком пристальным, изучающим каждый сантиметр моег тела. — Мисс Катрина, — парень пододвинул стул ближе ко мне, сел и достал из походной сумки блокнот и карандаш. — Как вы себя чувствуете? Что-то болит? — Ну, на данный момент у меня болит всё тело, — я пыталась правильно подобрать слова, чтобы он понял меня верно. И кажется мне это удалось, так как алхимик кивнул, хмурясь, и стал делать пометки в блокноте. — Ещё слегка голова болит, саднит горло и… Ну, пока всё. Больше ничего. — Понимаете, то, что происходило с вами ранее, за гранью понимания здоровья человека в общем, — я с недоумением уставилась на него. — Пожалуй начну с самого начала. Четыре недели назад вы упали в обморок, у вас был сильный жар, и вы никак не хотели просыпаться, поэтому к вам прислали пастора, мисс Барбару, но, к её удивлению, вы даже спустя неделю не выздоровели, а затем… Как вам правильно сказать? Буду предельно ясным, у вас начались изменения тела: кости ломались и практическим сражу же срастались, ваша кожа и волосы меняли цвет, иногда даже вырастали новые части тела. Вы, наверняка, уже заметили, что ваша внешность не та, что была раньше. К сожалению, я не смог пока определить, что послужило причиной всего этого, но попытаюсь выяснить. Однако это будет очень сложно без вашей помощи. Я слушала внимательно, неперебивая его. Что ж это ничерта не объясняет, что со мной случилось. Классическое перемещение душ? Ну а что случилось с настоящей Катриной? И что мне теперь делать? Столько вопросов и так мало ответов. Мда, а ещё нужно узнать, почему именно он взялся за это дело. Хотя я являюсь необычным случаем, как Альбедо и говорил, поэтому алхимику, естественно, было интересно, что со мной происходит. Просто исследовательский интерес, как в случае и с Итэром. О! А основные события сюжета уже начались? Если так, то вероятно, путешественник уже проснулся и идёт в Монштадт. — Но вы не волнуйтесь, с вами также будет находиться наш почетный рыцарь, он тоже объект исследования, — значить борьба с Двалином уже завершена, и эти двое встретились. Прекрасно. — Думаю, мне стоит согласиться, всё-таки у кого-то другого произойдет этот же случай, но он может не выжить, — и правда, лучше уж так. Надеюсь, он не будет заставлять меня пить какую-нибудь бурду. Однако было бы лучше, если тело не изменялось. — Прекрасно! Когда почетный рыцарь приедет, мы все трое встретимся, я пошлю к вам Тимея. Скорейшего выздоровления, — Альбедо встал, забрал свои вещи и вместе с Сахорозой вышел из комнаты, а затем и из дома. — Фух, наконец-то никого нет, можно сдаться апатии.