Преодолевая Судьбу

- Твою ж мать! – Мэдисон упала на подушки. – Вот принесла же их нелёгкая. Она чуть не взвыла от отчаяния. Что теперь будет? Что подумала её мать, увидев, как Элинора обнимала её, а на кресле валялась одежда Тайлера? - Мэдисон, успокойся… - девушка почувствовала тёплую успокаивающую ладошку любимой у себя на плече. Из-за двери доносились голоса родителей, но разобрать что они говорили было невозможно. Единственно, что было слышно, как возмущалась Одри, а Найджел пытался её успокоить. - Ты не знаешь мою мать. Ты не представляешь, что она могла себе нафантазировать. Чёрт! Я не позволю им выставить тебя за дверь. Мы вернёмся в Лондон! - В Лондон? В твой особняк? – Перси скептически приподняла чёрную бровь. - Мой муж вернётся в Англию минимум через год. А может, если поможет бог, его убьют индийские повстанцы или пираты. Или он попадёт в шторм. В любом случае, там нам будет спокойнее. Зря я решила вернуться в Узберн. Всё, сегодня же пакуем чемоданы и уезжаем. - МакДауэл соскочила с кровати, но ноги её подвели и у неё закружилась голова. – Эта беременность меня убьёт! – девушка села на край кровати, прикрыв глаза ладонью. - Нет! – послышалось из-за двери. – Нет! Похоже, Найджел пытался успокоить свою жену: из-за двери слышался его приглушённый голос. Но Одри его не слушала. Её визг слышался и резал по ушам Мэдисон. - Кто-нибудь заставит мою мать замолчать? Блондинка попыталась заткнуть уши руками. - Приляг, Мэдисон. И успокойся. Я пойду, приготовлю тебе чай. - Почему ты такая спокойная, Элинора? - А что будет, если я начну истерить так же, как и ты? Что измениться? – спокойно ответила девушка. В её голосе слышалась лёгкая усмешка. Она встала и начала одеваться: юбка с запахом, зашнуровала ловко корсаж, надела фартук. Быстро скрутила пучок на затылке, не став тратить время на расчёсывание и надела чепец. Взяв поднос с фарфоровым чайником и чашкой, пошла к двери. Оглянувшись, Перси всё же послала любимой добрую ободряющую улыбку. – Мы справимся, Свон. Ты мне обещала, и я тебе верю. Девушка открыла дверь и голоса МакДауэлов сразу же замолкли. Элинора сделала книксен и спокойно сказала: - Миледи хочет чаю. Разрешите мне пройти. - Да как ты смеешь?! – услышала Мэдисон голос матери. – После того, что ты сделала, ты ещё смеешь подавать голос? - Одри… - заикнулся было Найджел, но его жена прервала его взмахом руки. - Миссис МакДауэл, - спокойно, не моргнув глазом ответила Элинора, будто на неё сейчас не накричали. – Мисс Мэдисон плохо себя чувствует. Я хочу сделать ей отвар с мятой. Она его выпьет. А потом я готова выслушать всё, что вы мне хотели сказать. Но вначале чай. Простите. Могу я пройти? Мэдисон слышала всё, и улыбка тронула её губы. Элинора была невозмутима. И ей это нравилось. И это была её Элинора. Это была её женщина. Она не видела, но могла представить, как её мать ошарашенно отходит в сторону, позволяя горничной пройти. Она представила, как облегчённо вздыхает отец. Найджел и правда вздохнул. Он был удивлён и благодарен Элиноре за то, что та своей невозмутимостью заставила замолчать жену. Им всем нужно было успокоиться. А уже позже он разберётся с ситуацией. Он собирался поговорить с Тайлером и выяснить, как его одежда оказалась в комнате его дочери. Он не хотел обвинять своего друга в чём бы то ни было. Одри, конечно нафантазировала себе невесть что. Но Николас, его школьный друг, никогда бы не смог покуситься на честь Мэдисон! Он не верил в это. А значит всему есть объяснение. И слухам, что ходили среди прислуги о том, что Мэдисон и её горничная состоят в порочной связи он не хотел верить. Да, он знал, что до свадьбы дочка часто надевала одежду умершего брата, седлала коня и каталась по полям. Этому тоже могло быть объяснение: тоска по Мэйу. Мэдисон, его милая дочурка не подвержена содомскому греху. Да, он очень любил свою тётушку Беатрис, но не хотел бы, чтобы дочь оказалась такой же. Нет! Мэдисон замужем за уважаемым человеком! А то, о чём болтают на кухне, это всё больные выдумки тех, у кого больше не о чем поговорить. - Разговор ещё не окончен, - пробормотала Одри. Мэдисон в халате пила чай, стоя у окна. Элинора растапливала камин. Голова, вроде не кружилась. На подоконнике стояло блюдце с бисквитным пирожным. Ложечкой блондинка отломила кусочек и положила в рот. Она понимала, что это может испортить аппетит перед завтраком, но она была благодарна Перси за то, что она принесла ей что-то перекусить. И если честно, то ей совершенно не хотелось видеть сейчас родителей и Тайлера. Если мужчина вообще выйдет к завтраку. Вряд ли мать позволит ему это. Скорее всего, Николас сегодня уже покинет их дом. Найджел постучал в дверь комнаты, в которой жил его друг. Николас открыл глаза. Рядом с ним спала девушка. Он не помнил её имени, но ему было на это плевать. И что она ещё делала в его кровати? Все слуги уже давно встали и должны заниматься своими делами. Она что, возомнила, что раз он одарил её своим вниманием, то она может забыть о своих обязанностях? Молоденькая горничная открыла глаза и бесстыдно улыбнувшись, потянулась и одеяло сползло с её обнажённого тела. Снова раздался стук, и девушка испуганно натянула одеяло на тело. Тайлер встал и накинув халат, пошёл посмотреть, кто там его решил разбудить. Вряд ли ещё наступило время завтрака. Выглянув за дверь, мужчина увидел МакДауэла. - Найджел, что-то случилось? Доброе утро! - Николас, мы можем поговорить? – мужчина толкнул дверь, намереваясь войти в спальню друга и застыл на пороге, увидев в постели одну из новых горничных. Девушка испуганно охнула и с головой спряталась под одеяло. Найджел, прочистив горло, уставился на Тайлер, а тот пожав плечами, улыбнулся. - Ну да…Прости, друг. Похоже, Тайлер считал всё произошедшее вполне себе нормальным. - Сюзи, оденься и иди вон. С тобой я ещё поговорю. Николас… Пойдём в кабинет, - МакДауэл кинул уничижительный взгляд в сторону кровати и, развернувшись, вышел из спальни. Тайлер спокойно опустился в кресло и с улыбкой посмотрел на МакДауэла. - Ладно, Найджел! Ну что с того, что я покувыркался с твоей служанкой? Это ничего не значит и не меняет моего намерения жениться на де Труа. - Твои отношения с леди Эллой меня не касаются, Ник. Мне, если честно даже наплевать на то, что ты обольстил Сюзи. Хотя всё же неприятно, что ты сделал под моей крышей. - Ты сам разве никогда не развлекался со служанками? – искренне удивился Тайлер, на что получил шокированный взгляд друга. – Нет? А зря, они весьма искусны бывают. - Замолчи! – взорвался Найджел, стукнув ладонью по столу. – Я считал, что с грешками прошлого ты завязал. А ты не только спутался с моей горничной, но … - мужчина чуть оттянул ворот шёлковой сорочки, как будто ему не хватало воздуха. - Я сегодня обнаружил твои вещи в комнате моей дочери. Ты можешь объяснить мне это? Тайлер встал с кресла, засунув руки в карманы своего халата. Какое-то время он смотрел на свои необутые ноги, которые уже стали замерзать, несмотря на то, что в кабинете на полу лежал ковёр. Зачем Найджел попёрся утром комнату Мэдисон? Хотя, это в любом случае бы всплыло. Он поднял глаза на друга, в которых сквозило смущение. - А что сама Мэдисон тебе сказала? - Я ещё не разговаривал с дочерью. У неё какое-то недомогание. Раньше она никогда не жаловалась на здоровье. Тайлер почесал подбородок. - Даже не знаю, как тебе сказать, друг. - Говори, как есть. Ты решил обольстить и мою дочь? Она замужем, ты не забыл? И она – леди, чтобы домогаться до неё. И это же Мэдисон! - Найджел-Найджел, успокойся… - мужчина как бы подавил вздох. – Я не собирался соблазнять твою девочку. - Тогда почему твой камзол и сорочка были в её спальне? Ты наконец объяснишь мне? - Ну… Твоя дочь сама… - Тайлер дёрнул плечами. Он видел, как глаза МакДауэла расширились от шока и неверия. – Да, Найджел. Я не хотел тебе говорить об этом. Но Мэдисон сама уже давно пыталась добиться меня. Лет с двенадцати или тринадцати. - Ты несёшь бред! - Я не говорил тебе, потому что ты мой друг. Я пытался образумить её. Но я же мужчина, а она… Она стала очень красивой молодой женщиной. МакДауэл схватился за голову и стал мерить кабинет шагами. Он не верил, он не хотел верить словам Тайлера. Но как тогда одежда мужчины оказалась там, где оказалась? - А Элинора? - Что Элинора? – переспросил гость. - Что она утром делала в комнате Мэдисон? - Эм… Чёрт… - пробормотал Тайлер. – Все эти слухи про твою дочь и её горничную – это всё правда. Прости… Ты не должен был знать. Найджел упал на диван и поставив локти на колени, уронив голову в ладони. Что он сейчас услышал? Мэдисон, Перси и его школьный друг? Как такое могло произойти? Это не укладывалось в голове. МакДауэл поднялся и подойдя к шкафу, достал оттуда бутылку с виски и стакан. Ещё не было восьми, но ему срочно нужно было залить такие новости хорошей порцией алкоголя. Правду говорил его друг или врал? Но не верить Николасу он не мог. У него были смутные подозрения на счёт Мэдисон. Теперь же он понял, что все эти шушуканья слуг у него за спиной, любовь дочери к мужской одежде, говорило всё о том, что она не прочь развлечься с женщинами. Но вот то, что она уже давно пыталась соблазнить Тайлера, это было ударом. Мужчина налил себе почти половину стакана и резко опрокинул в себя. - Найджел, - Николас подошёл к МакДауэлу и положил ему руку на спину. – Я виноват. Я должен был как-то усмирить Мэдисон. Но я поступил как подонок. И я пойму… - Оставь меня. Я хочу побыть один. - Ладно, - Тайлер кивнул и вышел из кабинета. Виски на голодный желудок подействовал быстро. Но Найджелу было всё равно. Ему хотелось залить своё горе. Его девочка, его Мэдисон оказалась даже хуже, чем про неё говорили слуги. Не верить Нику, его лучшему другу, у него не было причин. Он знал, что его друг был тем ещё бабником. Но он был джентльменом и никогда бы силой не принудил женщину лечь с ним. А значит инициатором была Мэдисон. Нет! Они не могли с Одри воспитать их дочь так ужасно. В комнату постучали. Элинора поднялась с колен и пошла открывать. На пороге стояла Одри. - Выйди вон, я хочу поговорить с дочерью, - спокойно сказала женщина. Блондинка повернулась от окна и посмотрела на мать. - Всё, что ты хочешь сказать, можешь говорить при Элиноре. Но вначале я хочу сказать тебе кое-что. Я не знаю, что ты там себе нафантазировала, - пока Мэдисон произносила эти слова, Перси отошла, пропуская миссис МакДауэл внутрь. Одри с презрением посмотрела на горничную, но ничего не сказала, - но мистер Тайлер вчера домогался меня. Этот так называемый друг отца пришёл вчера пьяный и едва меня не … - «изнасиловал» нужно было сказать, но блондинка не смогла произнести это слово. – Он хотел принудить меня лечь с ним. - Это правда? – пробормотала Одри бледнея. Она посмотрела на Элинору, и та кивнула. - Миссис МакДауэл, вы присядьте, - девушка подвела женщину к креслу и усадила ту в него. – Я должна была помочь миледи переодеться ко сну. Когда на мой стук никто не ответил, я начала волноваться. Если бы я не осмелилась и не вошла без разрешения, то неизвестно, чтобы сделал бы мистер Тайлер. К счастью я появилась вовремя и выставила его за дверь. Миссис МакДауэл ахнула, приложив ладони к губам. – Мэдисон, дочка… - пробормотала женщина. Она встала и подойдя к дочери обняла ту за плечи. – Как я могла подумать про тебя такое ужасное! Но что она, - женщина кивнула в сторону Перси головой, - делала в твоей постели? - Миледи боялась оставаться одна, - ответила за блондинку Элинора. - Она попросила меня остаться. - Это правда? Мэдисон кивнула, послав любимой благодарный взгляд. Перси разрулила ситуацию, при этом и она, и Элинора остались невиновными. А Тайлеру теперь не отмыться. И его вышвырнут из замка, как паршивую собаку. - Я надеюсь, что твой отец выставит мистера Тайлера за дверь. Если честно, мне он никогда не нравился. Тем более я знала по рассказам Найджела, что он вытворял в молодости. Но я закрывала на это глаза, - женщина погладила дочь по белокурым волосам. Что же пережила Мэдисон вчера? Каково это испытать на себе домогательства мужчины? Того, которого она считала другом семьи? Она, благовоспитанная леди, жена уважаемого человека. – Элинора, я тебе благодарна, - выдавила Одри. Это ей далось с трудом. Но она понимала, что должна как-то попросить прощения у горничной за свои дурные мысли в отношении неё и Мэдисон. - Я должна беспокоиться за безопасность мисс Мэдисон. Она моя госпожа, - просто ответила Перси. Она видела, что миссис МакДауэл переступила через себя, произнеся слова благодарности. Она не попросила у неё прощения, но в принципе ей это не было нужно. И она на самом деле очень переживала за Мэдисон, пока Тайлер был в замке. Если Найджел не прогонит его, то, что произошло прошлой ночью, может повториться. А просыпаться каждое утро в постели с Мэдисон она не могла, не вызвав подозрений. - Ладно, дочка. Я пойду. И тебе тоже нужно приводить себя в порядок, - МакДауэл взяла Мэдисон за подбородок и посмотрела в зелёные глаза. – Ты выглядишь бледной. Что с твоим здоровьем? Надеюсь, ты не больна? - Всё хорошо, мама, - улыбнулась блондинка. Одри посмотрела на Элинору, и та кивнула. - Если бы миледи была больна, то я бы знала, - потупив взор промолвила брюнетка. - Пусть будет так, - женщина поцеловала дочь в щёку и вышла из спальни. Когда дверь за женщиной закрылась, Элинора улыбнулась. - Мисс Мэдисон, я должна переодеть вас к завтраку. - Господи, как я не хочу, - закатив глаза, пробормотала блондинка. – Может быть нам правда вернуться в Лондон? - Тогда тебе придётся начать вести жизнь светской дамы со всеми вытекающими. И встречи с твоей кузиной – это самое малое. Ты будешь обязана навещать или принимать у себя жён офицеров твоего мужа. Может быть тебя даже как-нибудь пригласят на бал в Сент-Джеймсский дворец, а быть может и в Букингем-хаус. (Прим. Первый был резиденцией монархов, а чуть позже Георг III приобрёл Букингемский дворец) - Не издевайся, - нахмурилась блондинка. – Я тебя услышала. Когда МакДауэл вошла в гостиную, увидела, что её отец о чём-то беседует возле окна с Николасом Тайлером, а мать с весьма недовольным видом сидит на диване и обмахивается веером. В её глазах было столько ненависти, то она, наверное, если бы эта ненависть материализовалась, могла бы спалить весь их замок. - Можно подавать завтрак для господ? – спросила Сюзи. - Да, Сюзи, - не поворачивая головы ответил МакДауэл. - Мэдисон, - как ни в чём ни бывало улыбнулся гость. Тут блондинка просто резко развернулась и пошла прочь. Ни сказав ни слова. - Мэдисон! – Одри вскочила на ноги и бросив на мужчин взгляд полный презрения. – Можете завтракать без нас!