Freedom.

Ночью иная степень свободы. Что же мы подразумеваем под словом ,, свобода ”? Проявление своей воли в условиях осознания законов развития природы и общества. Независимость, отсутствие стеснений и ограничений. Отсутсвие каких-либо ограничений. Состояние того, кто не находится в заключении, в неволе. И какую же свободу она выбрала? Дарящее тепло солнце давно ушло за горизонт, уступая своё место серебряному серпу. Лёгкий ветер прошёлся, по ещё не распустившимся до конца почкам листьев, проникая в открытое настежь окно одной из комнат гостиницы, заставляя девушку поёжиться. Царил полумрак. Если бы не уличный свет от фонарей, она едва ли могла бы разглядеть человека, сидящего на краю кровати. Этот взгляд серых глаз направлен на её голубые. Никаких слов, им и так известно, для чего они здесь. – Ты так и будешь просто сидеть ?- не прерывая зрительного контакта, Юмеко достала пачку сигарет, вытащив одну, пошаркала по карманам – вот чёрт, снова потерялась – слишком равнодушно. По комнате раздался тихий скрип матраса. Из темноты вынырнула мужская фигура. Свет от фонарей очертил каждый сантиметр его тела. Прошёлся по мускулистому телу, чуть заметным блеском пробежался по таким же тёмным волосам и маленькой точкой остановился в его глазах. Этой ночью Куроро казался ещё более красивым. В его руках появилась нужная девушке вещь. Ловкое движение пальца по катушке, как их лица, находившееся на непозволительно близком расстоянии, осветил огонёк от зажигалки. Девичьи губы сомкнулись вокруг сигареты, вдыхая горький дым, такой необходимый в данный момент. –  К чему торопиться? - шёпот у её губ, заставил волну мурашек пройтись по всему телу. Выдох. Клуб дыма, так и не растворился. Давно выработанная схема. Губы Люцифера поймали этот мираж. Мысли девушки путались. А ведь и правда, некуда торопиться. Она прекрасно знала, он не уйдёт, не оставит её одну. Пока… Почему же Юмеко задумалась об этом только сейчас? Он столько ночей уделял ей. Что может измениться? Хотя, понимание того, что придёт время, когда он наиграется с ней и выкинет, как любую другую вещь. ,, Вещь” - нервный смешок вырвался из лёгких девушки. Хотелось расплакаться, но допустить волю слезам перед человеком, что находится напротив неё, было нелепо. Нельзя давать волю никаким чувствам. Нельзя любить. Нельзя жалеть. Нельзя сочувствовать. ,, Нельзя, нельзя, нельзя…” Будто прочитав о чём думает, какие мысли тревожат Юмеку, парень с твёрдостью в голосе произнёс: –  Если пытаться всех удержать, можно руки сломать - глубоких вздох. Он тоже устал, но никак она. Он не любил, просто секс. Разрядка, высвобождение эмоций, чувств, не любовь. Ему нравилось делить с ней постель, но не больше и не меньше. Оба устали друг от друга, оттого, что их связывает, словно цепи, из который выбраться невозможно. Или всё же возможно? – Вот оно как… ну, да, близкие люди всегда уходят- бычок полетел в открытое окно. Чувство неизбежного наполнило всю душу девушки. Они не будут вместе. Гнобить себя за наивность не хотелось. Она давно через это прошла. Исход был ясен с самого начала. Так почему ей так больно? Когда он стал ей так дорог? В девичьей голове кадр за кадром стали прокручивать фрагменты из тех дней, когда они только встретились. Ровно 4 года назад. Всё начиналось не принуждено, легко. Ночь через ночь. Больше ничего не нужно. Ни ей, ни ему. А что сейчас? В грудной клетке защемило. В голову ударила мысль - ,, время пришло”. Самое трудное - знать час расставания и пройти через него. – Сегодня я отпускаю тебя…а не сделай я этого, ты всё равно уйдёшь сам- так легче, внушить себе, думать, что справишься, не будешь жалеть - кто-то из нас обязательно уйдёт. Лучше я сделаю это первая. Он смотрит, не спешит говорить.  Нет, он не знает, что сказать.   Куроро провёл тыльной стороной ладони по женской щеке. Может Юмеко и думалось, что каждую ночь она растворялась в нём, хотя это он растворялся в ней. Ему не страшно умереть. Не страшно потерять кого-то. Ему страшно быть узником этих неоднозначных чувств. Потерять свободу. Секунда, как его губы накрыли её. Поцелуй, такой невесомый. Прощальный… Хотелось схватить, удержать его. Попросить, чтобы он ещё остался, но их пути уже разошлись. Чуть отстранившись, Люцифер приподнял подбородок девушки большим и указательным пальцем, подталкивая Юмеку посмотреть последний раз в его глаза. Никаких слов, им и так известно, для чего они здесь. Вокруг, вместе с тишиной сгущалась тьма. Ни шум от машин, ни шорох деревьев, качающихся на ветру, ничего, только звук закрывающейся двери и тихий всхлип. Теперь можно любить, жалеть, сочувствовать.