Воскресший на закате.

Деней. Это имя ему дали здесь, в Иугеше. Здесь он живëт в качестве раба, безвольного существа, подчиняющегося своему хозяину. Однако, сначала этот хозяин должен зайти на аукцион рабов и отвалить кругленькую сумму за тебя. И тебе очень повезëт, если хозяин у тебя будет позволять спать ночью, а не работать. Аукцион проходит каждые три недели. Он страшит Денея, но ему куда страшнее, что его не купят. Ведь тогда его переведут в категорию Кунаров — брошенных. Отношение к Кунарам куда хуже, чем к Кселесам — обычным рабам. Кунарам нельзя есть мясо, спать на тростниковых циновках и греться у печки. Они едят корни растений, спят на холодном полу и греются у сложенного ими костерка. Деней ждëт аукцион. Аукцион проходит прямо на главной площади столицы, на подмостках стоит надсмотрщик и приказывает Крелеям — рабам высшего ранга — выводить товар. Кселесы выходят в одной набедренной повязке — большего им не позволено — и их начинают представлять Лертонам, богачам которые и покупают их. Деней не помнит себя, когда его выводят на подмостки под оценивающие взгляды возможных хозяев. Он слышит гомон толпы, отдельные выкрики, прерывистый "лай" надсмотрщика, что так напоминал чересчур уж толстую чихуахуа. Однако, скоро его болезненному ожиданию приходит конец. Его наконец спроваживают со сцены, буквально перекидывая на руки другим Крелеям, уже имевшим одежду с отличительным знаком, нашивкой белой лилии на рубахах. Деней окончательно приходит в себя уже на на своëм новом месте работы. Большой дом, окружённый огромным садом с прекрасными тенистыми тропинками и фонтанами. Жаркое солнце, влажный воздух создавали идеальные условия для разнообразных растений. Его вместе с другими Кселесами купленными на сегодняшнем аукционе быстро ознакомили с их обязанностями, домом. Сейчас им предстояла уборка Южного крыла. Денею поручили мыть полов, с чем он превосходно справлялся. Не в первой же. Ах, какой конфуз! На плитке оставалось грязное пятно, которое простым протиранием было не оттереть. Деней опустился на колени и принялся драить пол руками. Однако, через некоторое время, раб увидел чьи то изящные ступни в сандалиях. Шустро подняв голову, с целью рассмотреть пришедшего, Деней столкнулся взглядами с молодым мужчиной, лет двадцати. Его серые глаза с интересом рассматривали раба, карие глаза второго медленно спускались по фигуре пришедшего, отфиксировав наличие тоги у незнакомца. Деней запаниковал. Тога, тога! Если он полностью одет, тем более в тогу, было сразу ясно, никакой это не раб! Даже Крелеям высшего сорта не позволялось ношение тоги... Незнакомец продолжал со снисходительной улыбкой стоять перед ним. Деней как ошпаренный отскочил от него, когда этот человек решил приблизится к нему. Незнакомца, это кажется совершенно не смутило, а даже наоборот, заинтересовало ещë больше. Он медленно приближался к Кселесу, медленно прижимая его к стенке. Незнакомец продолжал со снисходительной улыбкой стоять перед ним. Деней как ошпаренный отскочил от него, когда этот человек решил приблизится к нему. Незнакомца, это кажется совершенно не смутило, а даже наоборот, заинтересовало ещë больше. Он медленно приближался к Кселесу, медленно отодвигая его к стене. Когда же Деней ощутил спиной холод стены, он как можно сильнее вжался в неë, поджав плечи и зажмурился. До его слуха донëсся тихий смешок. - Как тебя зовут, Дитя? - спросил незнакомец с плохо скрываемым удовольствием в голосе. - Этого Кселеса зовут Деней - раб даже сам ощутил, как дрожал его голос. - Вот как. А меня зовут Егеней, мне очень приятно с тобой познакомиться. - В его голосе Деней не слышал хорошо скрытого сарказма и насмешки. Через некоторое время, парнишка услышал тихие удаляющиеся шаги. Деней был не очень удивлëн узнав кем является тот незнакомец. Хозяин этого поместья. Это было неожиданно. Нет, Деней понимал, что господин Егеней точно занимает высокий пост, раз так спокойно разгуливал в тоге. Но сам факт того, что он его хозяин немного шокировал. Следующие несколько дней Денею не особо запомнились. Встреч с Хозяином больше не было, работа стала рутиной. Однако, это было ненадолго. Хозяин застал его во время мытья окон, через два дня в прачечной. Таким образом, Деней видел Хозяина несколько чаще, чем остальные. Сначала он, конечно, его шугался, но потом привык и практически не выдавал своей радости. За эти несколько дней Господин не только наблюдал за его работой, но даже заводил разговор. "- Откуда ты? Или нет, не так. Как так получилось что ты стал рабом? - Господин был весел, как и всегда. - Я жил в недавно покорённой Великим Государством Иугеш республике Сатонере. Мой отец был фермером, матушка умерла после рождения моего третьего брата. Потом Сатонере захватили, семью перебили, а меня забрали в плен - Деней аккуратно развешивал на верëвке белые простыни, параллельно рассказывая это Хозяину. - Ох, это очень грустно. Прости, что поднял эту тему - грустная улыбка взгромоздилась на прекрасное лицо Егенея." Именно после этого разговора Деней начал чувствовать влечение к Хозяину. Господин только поддерживал его быстро разгорающуюся симпатию, заботясь о нëм ( " Тебе следует больше есть, ты так худ"), показывая свою особенное к нему отношение ( " Ты прекрасен таким какой ты есть. Ты единственный в своëм роде. Лучший."), даже иногда помогая. (Глупый, беззащитный Деней, ты уверен в своëм хрупком маленьком сердечке?) Пришëл тот момент, когда они стали одним целым. Господин Едегей тогда освободил его от работы и попросил явиться к нему ночью в покои красивым и чистым. Деней покорно пришëл, ведь как можно отказать Божеству? Однако, долго не длилось счастье. Деней решил нанести неожиданный визит. Зайдя в покои к Егенею он отчëтливо услышал стоны. Деней унесся из комнат Божества, а на утро на его слëзы ответили, что Максимилиан лишь временное увлечение и всë его сердце принадлежит ему и только ему. Из раза в раз. Снова и снова несчастный Деней обнаруживал Хозяина за прелюбодеянием с новым рабом Максимилианом. Из раза в раз. Снова и снова Божество внушало ему ложь, наглую и ужасную. Егеней. Господин. Хозяин. У него много имëн, но для верного раба он всегда будет Богом. Деней простодушно верит ему, терпеливо дожидаясь капельки заботы, будто маленькой росинки, стëкшей с нежного лепестка белой лилии — олицетворении невинности и чистоты. Это описание ужасно не подходит Господину — Деней понимает это, горько усмехаясь. Его мягко освещают заблудшие лучики закатного солнца. Но Деней не сдастся. Он будет ждать, пойдëт босиком по битому стеклу, умрёт и воскреснет в лучах заката, если Господин пожелает увидеть его. Ведь, Деней терпелив и неприхотлив. Стëкла, смерть, увечья не помешают ему воскреснуть, явившись ночью в покои Господина