Место, чтобы поплакать

На улице моросит небольшой дождь в перемешку с маленьким ветром, что ближе к вечеру утихает, оставляя за собой влажную поверхность на земле, да и в общем-то везде. И вновь идя по тем же дорогам, пропитанные водой, в груди ощущается что-то на подобии унылой и печальной тоски. Хочется остаться здесь, вместе с каплями прохладного дождя, что продолжают непроизвольно капать, отчего возникает сырость. Если бы это было другое время года, скажем осень, или даже весна, он бы давно простудился и сидел дома с градусником, с горячим лимонным чаем, а не шёл бы туда, куда несомненно знал путь. На улице лето, следовательно дождь-это всегда хорошо. Настало то самое время, когда можно погрустить, сидя за окном или даже в тёплой постели, проводя время за компьютером, иногда поглядывая в столь одинокое окно. Но ведь кому-то удобней и намного спокойней стоять там, где всё промокло, даже ты сам, и вот вторично стоя там, ожидая что вот вот, и все наладится со временем. Одинокий парень, идёт по родным улицам своего города, в чёрной толстовке и с наушниками в ушах. Нет, он не боится, что уже давно стемнело, и возможно ходить по тёмным переулкам, где бомжи устраивают свои тусовки — опасно. Но Ване честно, настолько наплевать на них, ведь видел их уже немалое количество раз, поэтому опять он идёт на то место, куда и ходил раньше, когда ему становилось по настоящему печально и одиноко. Это место, казалось ему, знает исключительно только он, или же другая алкашня. Молодой юноша, на вид лет девятнадцати с русым оттенком волос и приятным личиком с зелёными глазами, как та трава, которая блестит, после не сильного дождя, любил подобную погоду. Нередко ему нравится гулять в одиночку, так как друзей ибо мало — то есть один, два человека, ибо их вообще не было, поэтому, надел один наушник в левое ухо, включив с телефона тонкую мелодию музыки на свой вкус, идёт в одно интересное, и казалось таким уже близким для него местом. За небольшими гаражами, есть маленькая речка, а возле неё небольшой берег. Туда часто приходят люди, чтобы покупаться в ужасную жару, когда на улице сильное пекло, а Иван приходит туда, чтобы наконец скрыться от тех лиц, что уже до тошноты надоели ему. Всем чего то нужно, все чего то постоянно требуют, а Ваня просто хочет побыть хоть на чуть чуть, хоть на немного один, и задуматься уже о своих проблемах, которые успели накопиться. Придя на тот уже до боли привычный берег, что ходил туда беспредельное количество раз, он присел на корточки, облокотившись головой о нетолстую берёзку, что так успокаивает и будто помогает тебе выслушивать все твои размышления и эмоции, которые прятались глубоко в душе, словно это живой человек, который и вправду сумеет тебе хоть чем-то помочь. Как же Ване не хватает этого. Он всегда хотел быть кому то нужным, чтобы о нем правда заботились, любили и опекали его просто так, а не за что-то. И порой, зеленоглазый парень хочет убежать далеко далеко от такой жизни, что проживает её, стараясь побыстрей дожить этот день, и с ненавистью ожидать новый. Он желает убежать куда угодно, на любой другой край света, но только чтобы с ним был близкий человек, который будет путешествовать по всему миру с тобой, и они будут только вдвоём, иначе один — он просто не справится. Ваня постоянно перед сном прикрывал глаза и думал, как бы хорошо было иметь настоящих и полноценных друзей, или же свою любовь, с которой и в огонь, и в воду — не страшно. И на самом деле, пол человека ему был не важен. Пускай хоть девушка, хоть парень — главное чтобы был (а) всегда рядом и не отпускал (а) Ваню, держал (а) на устойчивых ногах. Это Иван понял и уяснил ещё давно. От таких мыслей Ваня пускает слезу, которая начинает замедленно скатываться по лицу, в перемешку с дождиком, что всё так же продолжает моросить. Слёзы текут ручьём, одна за другой и падают вниз на и без того мокрую землю. Ему правда не легко справляться в одиночку, но он сможет может быть, когда появится нужный человек. Тихий всхлип, и Ваня прикрывает глаза. Бессмертных Иван сидит уже тут продолжительный период времени. Он может тут находиться хоть целую ночь напролёт в одиночку и когда уйдёт отсюда — неизвестно. Просто ему нравится это, очень. Здесь всегда бывает тихо и так спокойно. Вроде бы ничего необычного, а так завораживает, смотря на речку, которая понемногу движется от незначительного потока ветра. Он медленно одной рукой залезает в карман своей толстовки, ища там железное лезвие, которое он брал в руки множество и уж точно не один раз. Хруст веток. В этот момент становится совсем не по себе. Ваня поворачивается на прочий звук, в ожидании какого то очередного бомжа. Встаёт с холодной земли и в страхе стоит, который с каждой секундой нарастает ещё больше, а сердце в груди стучит намного быстрее обычного — это было очевидно. Но как обнаружилось нет, бездомного сегодня Ваня точно не встретит. Из темноты вышел парень высокого роста, но не гораздо выше самого Вани. Из-за темноты мрачной ночи было плохо видно лицо юноши, но луна, что освещала тонким светом его фигуру и белые кудри, которые падали на его лицо, на что он старался убрать их, заправляя за ухо. На вид он был не опасен, а наоборот даже казался милым. Но чувство страха и тревоги всё же осталось при себе. Иван смотрит на него заплаканными глазами, потому слезы остались на мокром месте, вот вот, и они спадут по щекам. — не надо этого делать. Ваня продолжает смотреть на тёмную фигуру, в надежде, что незваный пришедший гость соизволит уйти, оставив Ваня одного. — тебе то что? Почему ты не можешь попросту уйти? Ваня говорит это чуть заикаясь, потому что страшно было, вдруг он окажется маньяком например. — не бойся, я не хочу тебя напугать, просто отложи острие или отдай мне его. Сергей подходит ближе. Главное чтобы тот не напугался прихода другого человека, что нарушил покой русоволосого парня. Сергей смотрит в зелёные глаза, казалось бы он заглядывает своими беспросветными глазами в самую душу Ивана. — я Серёжа. — Ваня. Одной рукою Пешков протягивает руку дабы пожать её, а второй, та что свободна забирает лезвие у Ванюши, чтобы тот не дай бог не делал ничего с собой нехорошего, на что Ваня в ступор и обездвиженнось встаёт, не ориентируется в намерения внезапного гостя. — что ты здесь делаешь в такое позднее время? — это не твоё дело. Серёжа смеётся со слов зеленоглазого, потому что это было очевидно, это не его дело, поэтому кивает и садится, утягивая Ваню за собой, чтобы тот тоже присел, на что Иван почему то, но послушно присаживается рядом. — верни мне мою вещь. — ну нет Ванюш, это не какая-нибудь игрушка, поэтому не отдам. — я не маленький уже и ты мне совершенно не мамка. Ваня говорит это чуть грубее обычного, из-за чего тон повышается, а Сергей глаза закатывает и издаёт тихий смешок. — че ты ржёшь? — Вань, ты такой смешной и забавный когда злишься. Интересно, что было в мыслях у того юноши? Неужели ему правда нечего делать, чем застать подростка того же возраста в не самой ликующей обстановке? Бессмертных от таких слов ещё больше в шок приходит, но злость точно на второй план отходит. Он лишь взгляд от столь безупречной улыбки отводит, смотря обратно на речку, открывая вид на свой профиль Сергею, а тот любуется им, даже не стесняясь. — не смотри на меня так. — как? Но ответа не последовало. — ты не замёрз? Сколько ты тут сидишь? -… Продолжительное молчание, ведь он не хочет говорить прочему человеку, зачем он здесь, так как от этого сразу задастся вопрос, почему решил навредить себе болью на теле, что остовляло шрамы. — Почему ты здесь. Почему ты не уйдёшь просто? Разве у тебя нет других дел, допустим спать у себя дома, в тёплой постели, нежели возиться с человеком, с которым знаком от силы, минут двадцать? На слова Вани Пешков никак не реагирует, а лишь плечами пожимает. Из кармана тоненькой курточки достаёт пачку сигарет — чампан ред, и закурил одну, протягивает другую Вани. — не курю. Сергей молчит и делает ещё один тяг, отчего никотин проникает глубоко в лёгкие, разливаясь приятным чувством вишнёвого никотина. — не хочешь завтра встретиться здесь, на том же месте, в то же время? Ваня поворачивает свою голову от столь занимательного пейзажа перед глазами, смотря в тёмные очи своего присутствующего здесь же человека, потому что и вправду заинтересовался. Зачем ему это, если быть честным? — отдай лезвие. А Ваня продолжает, стоять на своём. Какой упёртый. — придёшь завтра, отдам. И Ваня сам не знает почему, но соглашается, иначе попросту было не как, потому что Сергей тоже неуклонный и упрямый на деле человек. Серёжа окурок сигареты в воду выбрасывает, напоследок на приятеля своего смотрит, уходит, вместе с лезвием, оставляя Ваню одного сидеть тут, напоследок одаривая того удовлетворенным взглядом, и даже не попрощавшись, уходит. Знает же ведь, что завтра все равно встретятся. А Бессмертных до конца так и не понял почему согласился на ещё одну встречу с незнакомым ему человеком. Думает над этим, пытаясь все переосмыслить и потянуть предоставленную ситуацию. Всё же на улице морозно, да и поздно вообщем-то, поэтому с земли холодной встаёт, к дому своему направляясь.