Касания

Жить всемером довольно сложно, особенно учитывая то, что каждый хочет остаться иногда наедине с собой. Сначала такое провернуть было очень сложно, потому что у агентства не было достаточно денег, чтобы обеспечить им нормальное жилье, где были бы отдельные комнаты, и со временем мемберы привыкли. Привыкли видеть друг друга каждый день, привыкли натыкаться друг на друга не только на кухне, но и в ванной. Для них это стало рутиной. Поэтому не все обрадовались, когда смогли наконец разделиться по комнатам. Некоторые всё ещё делили собственный уголок с кем-нибудь ещё. Например, как Чимин и Тэхён, которые не могут отлипнуть друг от друга дольше, чем на две секунды, потому что они — соулмейты, — и это признают абсолютно все и даже сами парни. Им это нравится. Они стали друг другу так близки, что могли доверить даже то, что когда-то держалось под семью замками. А были те, кто с радостью улетел в свою комнату, вдыхая долгожданное спокойствие. Это были Юнги и Хосок, который как бы не выглядел шумным и очень дружелюбным, всё же нуждался в личном пространстве даже больше, чем кто-либо из них в этой группе. Юнги же просто по натуре своей не любит очень долго с кем-то находиться, если это не направлено на написание новой музыки. Его называли трудоголиком, который очень скоро запрётся в своей студии и больше никогда не выйдет, и Мин предпочитал отмалчиваться на это заявление, потому что оно было недалеко от правды. Только вот здесь есть одно маленькое 'но', которое портит абсолютно всю малину: Юнги нуждается в прикосновениях. Не может он долго где-нибудь сидеть без этих надоедливых ребят, которые буквально заменили ему семью. Поэтому он каждый раз выбирался на кухню ночью в надежде застать кого-нибудь и пополнить свой запас прикосновений, но ему постоянно не везло, потому что остальные мемберы давно спали в своих кроватях. Это расстраивало, Юнги никак не привыкнет к этому чувству слабости, которое накрывает его, стоит только вернуться в свою студию ни с чем. Как же он тогда проклинает всё это, но сделать ничего не может, только ждать.

***

Вставать каждый раз рано утром очень утомляет, хоть ты и привыкаешь к этому, потому что кроме репетиций у них есть ещё обязанности, которые не сделаешь по одному щелчку пальцев. Например, создание мелодий и текстов для очередной песни. Это всё делается отнюдь не быстро, но репетицию никто не отменяет: концерты на носу, к ним нужно готовиться, чтобы фанаты были довольны. Да и не только фанаты, мемберы тоже, ведь им важно доставлять Арми удовольствие, когда они смотрят на них, когда смотрят на сцену. Это заставляет гордиться собой, поэтому Юнги тоже старается, как бы не ненавидел все эти танцы, лишние телодвижения, он хочет сделать людей счастливее, даже если ему придётся очень много трудиться, он это переживёт. Лучше всех с тренировками справлялся Хосок, но оно и неудивительно. Пускай и у этого парня бывают проблемы, но опровергать его профессионализм никто и не собирается, потому что именно Чон является тем, кто может объяснить им непонятные движения, если нужно: свою семью ты понимаешь с полуслова. Вторым по танцевальным навыкам идёт Чимин — очень талантливый малый, не зря же он занимался бальными танцами. Плюс очень упорный: не уйдёт из зала до тех пор, пока не поймёт, как исправить неудавшийся элемент. Как раз в таких ситуациях руку помощи подаёт Хосок, готовый сделать всё, лишь бы остальные мемберы поняли всё с первого раза и не перенапрягали себя, рискуя здоровьем. Третьим идёт Чонгук, а рядом с ним и Тэхён. Вот эти двое упорнее Пака в несколько раз, что не является хорошим признаком. Именно эти двое постоянно крутятся вокруг Хосока и просят его объяснить абсолютно всё, чтобы было идеально. Чон никогда им не отказывает, пусть и не понимает, почему они так зациклены на безупречном результате. На самом деле, это стремление понимает лишь Чимин, который тоже хотел когда-то преодолевать всё на пределе своих возможностей, лишь бы показать себя с лучшей стороны, но последствия этого поступка смогли показать, что стоит прислушиваться к своему организму, если не хочешь попасть в больницу с полным истощением сил. Поэтому все хёны наблюдают за младшими, пытаясь сдержать их порывы. Самым обеспокоенным в таких случаях оказывается Юнги, потому что он слишком мягок для всего этого дерьма. Тэхён устало оседает на пол, сверкая своей широкой улыбкой, потому что в этот раз у него получилось всё идеально с первого раза. Чонгук улыбнулся ему в ответ и они дали друг другу пять. Потом Ким резко переключил своё внимание на Юнги, аккуратно дотронулся до его руки и улыбнулся чуть менее широко, но слишком очаровательно. -Хён, ты устал? – спросил Ким, заботливо убирая с чужого лица мешающие прядки. – Я могу попросить Хосок-и сделать перерыв подольше. -Не стоит, Тэ, всё в порядке, спасибо, – сказал Мин, улыбаясь одними глазами и сжимая большую ладонь в ответ. Ещё он надеялся, что никто не услышал его облегчённого вздоха. Главное, что б этот тонсэн не видел дальше своего очаровательного носа.

***

Жизнь — чертовски странная штука, потому что сначала она даёт тебе прекрасную возможность отдохнуть, а потом ты сидишь два дня без сна и абсолютно ничего не понимаешь. Очень сложно соображать без спасительного отдыха, но жаловаться рано. Нужно добить запись, чтобы Хосок и Намджун не ждали слишком долго. Пускай Юнги и назвал число, которое будет ещё не скоро, всё равно хочется сделать всё побыстрее, поэтому он и сидит в три ночи в своей студии, прослушивая полученную мелодию. Ему бы перекусить и выпить кофе для бодрости, хотя вряд ли оно поможет в таком положении. -Хён? – раздался голос, отвлекая старшего от работы. И поворчать бы на это, но он рад. – Я могу зайти? Принёс покушать и немного чая. -Залетай, – кивнул Юнги, сохраняя файл и отворачиваясь от компьютера, чтобы уделить всё своё внимание зашедшему Тэхёну. Вот вообще не удивительно. Ким поставил контейнер с горячими макаронами и рядом кружку чая с мелиссой, – скажи мне, ты святой? -О, хён, не сказал бы. К тебе хотели зайти ещё Хосок и Чонгук, но подумали, что меня ты пустишь с большей охотой, чем их. -Они правы, – пробурчал Мин с набитым макаронами ртом. Как же это офигенно. Окей, гугл, нужно срочно поставить этому тонсэну памятник, – ты молчишь чаще, чем они, когда я работаю, это очень ценно. -Ты попросил не отвлекать тебя, когда ты работаешь, поэтому я и молчал, – склонил голову к плечу Тэхён, внимательно смотря на старшего, который уже мысленно готовился отбиваться, – но, если ты не будешь против, я могу начать разговаривать чаще. -Как бы я ни любил твой голос, я против этого предложения, иначе рано или поздно я кину в тебя кружку и ты пожалеешь, что вообще захотел отвлечь меня. -Ту кружку, которая твоя самая любимая, хён? -Именно её, потому что она будет у меня под рукой, а ты знаешь, что это моя самая любимая кружка. Уверен, что хочешь лишить меня единственной радости? -Это очень жестоко, Юнги-ши, ты разбиваешь моё сердце, – признался Ким, накрывая лежащую руку на столе своей и заглядывая в глаза. Всякие держания за руки ещё можно одобрить, но этот Тэхёнов взгляд выдержать просто невозможно. Мемберы явно поймут о чём он. -Признаюсь, это было чересчур. Приношу свои извинения. -Спасибо!

***

У него просто ужасное настроение. Хочется убивать и закапывать. Какого чёрта они вообще пытались уговорить его на это? Мило кривляться на камеру на данном этапе их успеха? Серьёзно? Им уже давно не восемнадцать, чтобы заниматься этим. "Извините, не доводилось слушать раньше ваших песен, но теперь, глядя на вас, понимаю, почему вы так быстро набрали популярность. Порадуете фанатов своим эгьё?" И вообще-то Юнги не принципиальный человек, поэтому мог бы сделать что-то такое, но предложение, в контексте которого это было произнесено, испортило все планы. Хорошо, что это была не прямая трансляция, а то перед фанатами было бы стыдно, но сейчас он может спокойно сидеть себе в гримёрке и ждать, когда остальные закончат разговаривать, чтобы они все могли отправиться домой. Эх, все эти ваши люди так утомляют. Почему ему нужно видеть кого-то? Было бы прекрасно сидеть в студии и никого... -Хён, – раздалось над ухом, отвлекая от мыслей. И Мину не нужно было даже смотреть в зеркало, чтобы понять, кто это. Кажется, этот парень что-то знает, – у тебя что-то случилось? Ты вышел из комнаты с таким расстроенным и злым выражением лица. -Было слишком заметно? – спросил Юнги, тяжело вздыхая и надеясь, что всё было не так плохо. И объяснение, что он просто устал, совершенно не поможет. -Нет, хён, не переживай, – поспешил заверить друга Тэхён, кладя свои большие ладони на чужие плечи и начиная несильно их сжимать в попытке расслабить, – я знал, что тебе такая просьба вряд ли понравится, поэтому и наблюдал внимательнее остальных. Если что Намджун-хён не злится. Я бы сказал, что он тебя понимает. Мин лишь качнул головой, не сдерживая усмешки. Всё же их лидер тоже не обладал безграничным терпением, поэтому не мог выносить что-то такое слишком часто, хотя и старался. Именно из-за своей реакции, рэпер чувствовал вину, но сейчас, зная, что один из самых спокойных людей здесь его поддержал... Что ж, после этого можно было выдыхать спокойно. Так что Юнги позволил себе расслабиться и прикрыть глаза, полностью наслаждаясь тяжестью на плечах. И если он и услышал чужой смешок, то решил проигнорировать это. Ему было всё равно на остальное, но только до тех пор, пока он ощущает эти прикосновения.

***

С тех пор что-то между ними изменилось. И сначала Мин не мог понять, что именно. Хотя ему и не давали о чём-нибудь размышлять, потому что большую часть времени старший начал проводить в компании Тэхёна, который так и норовил схватить своего хёна за руку. Конечно, рэперу приходилось делать вид, что ему это не нравится, но всё это было лишь на публику, потому что в своей студии, когда никого больше не было, Юнги позволял себе выдохнуть и сам хватался за ладонь, пока работал над музыкой. В один из таких дней всё и решилось. -Хён, ты в последнее время очень задумчив, – нарушил тишину комнаты Ким, который сейчас служил подушкой для старшего, лежащего на чужих коленях, – что-то случилось? -Нет, всё в порядке, просто анализирую кое-что, – ответил Мин, наслаждаясь нежными поглаживаниями по голове. Хотя, если честно, он уже давно всё понял, – это касается нас с тобой. -И что же ты понял? -Обо всём я начал задумываться только недавно, хотя для этого было множество предпосылок. Просто я предпочитал не думать, а просто наслаждаться тем, что мне дарят твои прикосновения, – начал Юнги, беря чужую свободную ладонь в свою и оставляя на ней поцелуй. Младший замер лишь на секунду, но предпочёл не показывать того, как дрогнуло его сердце, и продолжил своё занятие, – они нравятся мне. И это ощущается по-другому. Прикосновения других мемберов заставляют меня чувствовать себя лучше и счастливее, но это всё из-за того, что они дорогие для меня люди. Но твои... После того, как ты начал проводить со мной больше времени, я стал ощущать что-то странное. Сначала списал это на радость от того, что я больше не чувствую себя слабым из-за потери прикосновений, потом на привязанность, но это всё оказалось ложным, хотя и в какой-то степени верным. Вывод был гораздо проще, чем я думал. Это просто любовь. -Что? -Ты даришь мне то, чего я даже и не надеялся получить, пока являюсь айдолом. Я чувствую себя рядом с тобой спокойно, защищённо. Словно мне больше ни о чём не нужно волноваться. Я хочу быть с тобой чаще, чувствовать твои прикосновения. Делать то, что могут делать другие пары – не бояться того, что нас могут заметить, когда мы случайно встанем ближе, чем нужно, или просто посмотрим не под тем углом. Я просто... хочу быть с тобой. Тэхён молчал. Лишь смотрел сверху вниз и беззвучно шевелил губами, пытаясь что-то сказать, но у него просто не хватало сил. Мин нежно улыбнулся, прекрасно всё понимая. Потому что младший ощущает то же самое, только не может признаться в этом кому-то, кроме себя. И это нормально. Бояться. Бояться того, что эти слова могут привязать их друг к другу сильнее, застилая глаза чем-то нежным, что в итоге помешает им когда-нибудь остановиться, чтобы внимательные Арми ничего не заметили. Юнги понимает, поэтому кладёт свою ладонь на чужую щёку и стирает слезу, что катилась по смуглой щеке. -Я знаю, что ты тоже. Мне хватит твоих касаний, через которые я буду знать, что не ошибаюсь в своих выводах. Ким шумно выдыхает, склоняясь ниже и соединяя их лбы. Конечно, это не совсем удобная поза, но это не важно. Ничего не важно, кроме их двоих, пока они могут делить чувства между собой. Младший шепчет "спасибо" и улыбается, сжимая чужую руку в своей. Что ж, когда-нибудь Тэхён сможет сказать о том, что любят прямо, не боясь оступиться или сделать что-то дурное, что повлечёт за собой неприятности для группы. Может быть, это будет где-нибудь на Гавайях. Или в чужой студии. Или ночью, когда они будут вместе сидеть на балконе и наслаждаться обществом друг друга. Но это будет уже совсем другая история. Сейчас они будут наслаждаться тем, что готовы дать друг другу, ведь у них ещё так много времени впереди, чтобы подарить все свои эмоции другому.