ТЫ МОЙ КОСМОС

Джин пытался подползти к лежавшему на полу Альфе. Тот не подавал признаков жизни. — Отец! — Джин дотянулся до холодной руки. — Отец! Не оставляй меня! Ты не должен умирать. Кто нас теперь защитит? Не умирай. Слышишь?! Не умирай. Омега упал головой Альфе на грудь, обнял его и зарыдал. Несколько мгновений спустя он вдруг услышал слабое биение сердца. Джин встрепенулся. Он быстро утёр слёзы, задержал дыхание и снова приложил ухо к груди. Пара таких длинных секунд, и снова еле слышный стук. Живой! Дрожащими руками Омега распахнул на груди у Альфы рубашку и попытался рассмотреть ранение. Затем Джин дотянулся до аптечки. Ещё утром они с Тэхёном перебирали содержимое, пополнив её самодельными бинтами из старой, выцветшей от времени простыни. Омега достал шприц и первым делом вколол кровоостанавливающий препарат, а затем перевернул отца на бок, чтобы убедиться в том, что ранение сквозное. Джин, как мог, перевязал Альфу, уложил его на спину, а затем подполз к ближайшим грядкам, где Тэхён выращивал огурцы. Он вытащил из земли толстую суковатую палку, которая раньше была опорой для растений, а теперь будет опорой ему. Стараясь щадить раненую ногу, Омега кое-как поднялся. Он и сам не так давно потерял много крови. Для ослабленного болезнью, а затем нападением хищника организма это было слишком. Джина покачивало от слабости. Однако он решительно направился к выходу из теплицы. По лестнице Джин спускался так долго, будто заново учился ходить. Руки едва держали импровизированный костыль, голова кружилась, а любое движение отдавалось резкой болью в раненой ноге. Шатаясь, словно пьяный и сильно хромая, Омега всё же спустился на первый этаж. Там он увидел не только лужу крови, но и распахнутую настежь дверь. На улице было темно и тихо. Куда-то исчезли все звуки, да и выстрелов больше не было. И эта тишина была страшнее, чем то, что они слышали днём. Джин замер в нерешительности. В темноте за стенами дома могло таиться всё что угодно. Оттуда веяло опасностью, но оставлять дверь открытой было ещё безрассуднее. И Омега решился. Ружьё отца, лежавшее на диване, он проигнорировал. А толку от него, если Джин даже поднять его не сможет? И потом, он совершенно не представлял, что ему с ним делать. Не приучен. Поэтому Омега понадеялся на собственную удачу и похромал к открытой двери в надежде, что успеет её закрыть раньше, чем на него нападут из темноты. Подойдя ближе, он заметил с той стороны, прямо на ступеньках, чьё-то тело. Присмотревшись, понял, что это один из телохранителей отца, и лежит он с перерезанным горлом. Трис оказался такой сволочью! А Джин ведь лично советовал Тэхёну присмотреться к этому Альфе. Как он был глуп. Омега вздохнул. Когда ему оставалось сделать всего несколько шагов до двери, на улице послышались выстрелы и какой-то шум. Джин поторопился, споткнулся о ковёр и, теряя равновесие, со всей силы наступил на раненую ногу. Боль пронзила его от макушки до пяток. Он уцепился за косяк и попытался отдышаться, но боль не собиралась отпускать, разрастаясь и парализуя. Джин почувствовал, что начинает терять сознание. Это конец. Соприкоснуться с полом ему не дали чьи-то крепкие руки. Омегу окутал тёплый аромат коньяка, кожи и сухих осенних листьев. А затем знакомый голос произнёс ему на ухо: — Ты живой! Я успел!

***

В сознание Джин приходил медленно. Кто-то ласково гладил его по волосам. А затем к его губам поднесли фляжку с водой.       Джин сделал глоток и закашлялся. — Тихо. Тихо. На него, улыбаясь, смотрел Чимин. — Господи, Чимин? Это точно ты? — Это точно я. Мы прибыли, как только смогли. Генератор уже запущен. Совсем скоро силовое поле заработает на полную. Отряд твоего отца зачищает город, — начал он вводить в курс дела Омегу, — а мои друзья охраняют дом. Твоего отца перенесли в спальню, Хосок пошёл за врачом. Надеюсь, врач живой и невредимый, и Хосок вернётся не с пустыми руками. Твоего отца необходимо прооперировать. Так Юнги сказал. — Юнги? Кто такой Юнги? — Джин попытался сосредоточиться. — Юнги — это мой Альфа. А твой Альфа сейчас принесёт тебе горячего чая. — Сколько можно говорить, что он не мой…, — Джин замер. В голове молнией пронеслась мысль. — Тэхён! Нам нужно срочно забрать моего брата из лап этого упыря! — Упыря? Какого упыря? Мы ещё не успели осмотреть весь дом и понять, что тут у вас произошло. У твоего отца огнестрельное ранение… — В том то и дело. Это сделал Трис. Он вступил в банду Чуёнга, и они, как я понял, попытались воспользоваться ситуацией и забрать власть в городе. — Вот же сволочь! Не зря он мне никогда не нравился. А я говорил Тэхёну… Так, значит, Тэхён у Триса? — Я не знаю точно, где они сейчас. Но тот унёс его со словами, что сделает из него свою подстилку. Не думаю, что он его изнасилует, но у него начался гон. Омеги посмотрели друг другу в глаза. Тэхён всего раз провёл с Трисом его гон и потом жаловался, что Альфа слишком груб и думает только о своем удовольствии. Именно поэтому он решил разорвать с ним отношения. Но Трис был настойчив. Он продолжал приходить к ним в дом, принося мелкие подарки. В основном это было что-то из еды, которая в Прибежище ценилась на вес золота. Ради семьи и по просьбе брата, Тэхён так до сих пор и не поставил жирную точку в этих отношениях. И вот, во что это вылилось. Альфа давно стал подозревать, что Тэхён не то чтобы строить отношения, но даже течки проводить с ним больше не будет. Поэтому он становился всё злее и агрессивнее. А сейчас он ещё и на инстинктах. Вряд ли он будет нежным и ласковым. Джин побледнел. Чимин, внимательно за ним наблюдавший, сказал: — Ты пока полежи тут, а я разберусь в ситуации, — он поднялся на ноги. — Я обещаю тебе, что мы вернём Тэхёна домой. Я ухожу, а с тобой пока побудет Намджун. Ты даже не представляешь, как он за тебя переживал. Я его еле выгнал отсюда, а то он, когда нервничает, наводит много суеты. Вон чашку твою любимую разбил. Ты тут присмотри за ним. Успокой, так сказать. А мы за Тэхёном… Омега быстро вышел из комнаты. — Чимин! Но того уже и след простыл. Джин посмотрел на выход, где через секунду выросла широкоплечая фигура Намджуна. Альфа зашёл внутрь, закрыл за собой дверь и, сев на стоявший возле кровати стул, немного помявшись, сказал: — Привет. Как ты? Джин внимательно осмотрел забинтованную голову Альфы, его рваную и грязную куртку, следы слизи на штанах, то, как он смущенно мял руки, и, улыбнувшись, ответил: — Я в порядке. А ты всё же прилетел. — Да, я прилетел. Они посмотрели друг другу в глаза. И столько было в этих взглядах всего, что слова были излишни. Омега был несказанно рад, что в его жизни появился тот, кто захотел его защитить. А Намджун был счастлив от того, что успел спасти Омегу, которого выбрал его внутренний Альфа. Первым от наваждения очнулся Джин. — Мой отец. Как он? Ты поможешь мне добраться до него? Намджун подскочил, чуть не опрокинув стул. — Да, конечно. Он уже пришёл в себя. С ним рядом один из наших друзей, а Хосок пошёл за врачом. Будем надеяться, что всё обойдется. — Пришёл в себя? — Джин заволновался. — Помоги мне, — Омега приподнялся и попытался спустить ноги с кровати. — Да, конечно, я сейчас. Намджун нагнулся и, словно пушинку, поднял Джина на руки. — Что ты делаешь? — Помогаю тебе. Ты же сам попросил. Намджун совершенно невинно посмотрел на Омегу. Тот вздохнул. — Я имел в виду, подать мне руку, а не обе сразу. Я и сам могу передвигаться. — Ну да, я видел, как ты это делаешь. Ещё чуть-чуть, и ты бы разбил голову об пол. Нет уж. Я сам тебя отнесу. Ты не бойся, я хоть и бываю очень неуклюж, но свою драгоценную ношу не уроню. — Драгоценную ношу? — Джин улыбнулся уголками губ. — Так меня ещё никто не называл. Тогда ладно. Неси свою драгоценную ношу. Омега ухватился покрепче за шею Альфы. — А это что? — спросил он, кивнув на забинтованную голову. — Это я к тебе так спешил. Намджун посмотрел на Джина, и увидев в его глазах море тепла, немного расслабился. Омега его не отталкивает, но самое главное — он тут, рядом с ним. Живой. А остальное они ещё успеют. «Как минимум трое детей», — подумал Намджун, выходя в коридор и прижимая к себе такого дорогого его сердцу Омегу.

***

Тэхён мычал в кляп. Он уже давно очнулся и обнаружил, что был привязан за обе руки к кровати. В комнате никого не было, но он услышал за стеной тяжелые шаги Альфы. Тот что-то уронил и чертыхнулся. Потом послышался звук наливаемой в стакан жидкости. «Пьёт», — понял Тэхён. Он скривился. Весь дом пропах усилившимся запахом Альфы. А ведь когда-то Тэхёну этот запах нравился. Но уже давно нет. Он вздохнул, потом подёргал веревки. Бесполезно. Они настолько крепко затянуты на его запястьях, что ещё немного и Тэхён не будет чувствовать своих рук. Тем временем, дверь резко открылась, и в проем ввалился Трис. Он едва стоял на ногах. — Пришёл в себя? Отлично! Я уже подумал, что придётся взять тебя прямо так, бездыханного. Альфа был без рубашки. На одной щеке — след от чьей-то крови. Трис медленно расстегнул ремень и навис над сжавшимся в комок Омегой. — Давай, малыш, повеселимся. Пока все заняты монстрами Гекаты, мы с тобой проведём много чудесных минут. Сначала я тебя трахну. Потом ты мне отсосёшь. Затем я тебя трахну ещё пару раз. Как тебе такой план? Тэхён замычал. — Ротик я твой пока не развяжу. Это всё позже. Пока меня интересует другое, — Альфа резко развернул Тэхёна к себе спиной и надавил тому на поясницу. — Прости, но сегодня придётся без прелюдий. Думаю, ты потерпишь. Тэхён замычал ещё громче и задергался, но Альфа до синяков сжал его бёдра и навалился всем телом, пресекая попытку освободиться, а затем укусил за плечо. Сильно и глубоко. Тэхён застонал. По его щеке поползла слеза, он зажмурил глаза и смирился с неизбежным. Но прежде чем Альфа совершил насилие, какая-то неведомая сила оторвала его от Тэхёна и отшвырнула в сторону. — Что же ты, скотина, делаешь?! — Голос Чимина был полон негодования. Голос Чимина. На плечи Тэхёна опустилось мягкое одеяло, укрывая его от посторонних глаз. Такие родные руки вытащили кляп, и Тэхён начал дышать. Тем временем двое Альф схватились не на жизнь, а на смерть. Пока Чимин освобождал Тэхёна от веревок, тот с расширенными от испуга глазами смотрел на драку. Темноволосый незнакомец был более скромных размеров, чем Трис, однако перевес силы оказался на его стороне. Он сделал своему противнику подсечку, свалил его на пол, и ребром руки вырубил из сознания. Словно через пелену тумана Тэхён услышал голос Чимина: — Юнги, он в шоке. Помоги мне его поднять. Давай накинем на него ещё что-нибудь. Вон тот плед подойдет. Всё это происходило словно на периферии сознания Тэхёна. Он во все глаза смотрел на незнакомого Альфу. А тот, убедившись, что противник ещё дышит, но уже безопасен, повернул голову, и Омега утонул в глубине его глаз. С данной секунды и навечно. Он нашёл его. Того, кого так долго ждал. Кто прилетел и спас его. Своего героя, своего Альфу. Мокрые от слёз ресницы Тэхёна задрожали от счастья, когда он поймал в ответ такой же восхищенный взгляд, внутри которого плавали звёзды.