keep on loving you

— Поговорим? - обрывает между собой и Томлинсоном воцарившуюся тишину после того, как они сели напротив друг друга перед своими тарелками с недавно поджаренными наггетсами, которые Гарри отыскал в морозилке, когда думал над ужином, прожигая до этого внутренность холодильника, в котором были лишь банка горошка, истраченное наполовину молоко и какие-то йогурты и фрукты, некоторые из них уже непригодны для употребления. Возможно, кудрявому стоит завтра озаботиться вопросом наполнения их холодильника, потому что выглядело это печально. Луи весь день был дома и мог сам сходить в ближайший супермаркет, чтобы купить хотя бы полуфабрикатов, как эти наггетсы, которые спасли их от голода. Точнее, Гарри спасли. Томлинсон давно не помнит что означает поистине это чувство «голод», то объедаясь, то ограничиваясь йоркширским чаем и кипятком, обжигавшим язык. Последний месяц выдался неудачным. Академический отпуск скоро закончится и ему придётся вернуться в университет, а сил по-прежнему нет. На работе его изводят, как черта, и он не успевает уже оценивать и отписывать заданное, как на него накидывают очередной проект. Даже работая дома - выматываешься. У Гарри были смены в пекарне. Посмотришь на него и даже не поверишь, что он серьезно посвящал этой работе себя, наслаждался, кажется. Луи бы не выдержал работы с едой, особенно с выпечкой и сладким. Его неконтролируемый прилив, подобный зверскому голоду, или как называет его Гарри и остальные - переедание, с которым молодой человек часто сталкивается опять, не позволит ему управляться на кухне. Хотя, в интернете твердили на некоторых форумах, что готовка помогает оставаться в контакте с едой и при этом не есть ее. Нет. Он ужасно готовил, это не хобби для Луи. А также, ему не очень хотелось бы наесться сырого теста, чтобы потом сожалеть об этом неделей и больше. — О чем? - шатен крутит вилку в руках, прожигая взглядом несколько кусочков курицы в панировке, которые он безжалостно раскромсал и раздавил несколько бобов консервированного горошка на тарелке, размазав и кетчуп немного. Он создавал впечатление, будто был заинтересован в том, чтобы есть и не иметь к себе вопросов, но Гарри оказался сосредоточен на его фальшивом поведении. — О тебе,- сразу почти отвечает Гарри, накалывая горошины на зубцы вилки, отправляя себе в рот, недолго пережевывая,— Чем ты занимался помимо работы? Ощущение, будто Стайлс собирается упрекнуть его в том, что он занимается расточительством времени. Он знал, что Луи много уделяет часов своей работе, просиживая дни, иногда половину ночи, за ноутбуком в гостиной их квартиры. Он волновался за его перетруд, нередко об этом говоря, только для старшего это пустые суждения, не имевшие никакого повода волноваться. Луи родом из Донкастера, достаточно скромного города и далеко не из богатой многодетной семьи. Он обязан работать, чтобы их жизнь с Гарри не напоминала выживание, заодно и перечислять каждый месяц копейку девочкам, что остались без матери год назад, живя теперь с отцом, но для Луи отчимом. В декабре его будет ожидать второй год без Джоанны, которая боролась несколько лет с раком крови. Ее смерть стала катализатором рецидива для Луи, но он не вправе винить ее. Это все он сам. Его выработанная привычка с юности, когда утешением стали сладости, которыми мама не жадничала для детей и остальные факторы по жизни, которые в итоге подвели его к двери частного психиатра для просьбы о помощи годами назад. Пришлось выговариваться, быть искренним, но в итоге он получил только диагнозы, по сути, ярлыки, рецепты на препараты и совет обратиться к определённым психологам, что ему скинули по what’s app. Луи не был рад подобному исходу, но пропил какое-то время назначенные медикаменты, воздержался от алкоголя и правда стал чувствовать себя на следующий год чуть лучше, чем было. Тогда показалось, что белая полоса наконец-то наступила в его жизни, он познакомился с Гарри в баре у стойки, когда со своим приятелем Лиамом решил отдохнуть летним вечером. Их роман завязался довольно быстро и красочно. Они веселились, беззаботно проводили время вместе, страстно целовались, пробовали новое, съехались.. Но потом накатила рутина, а состояние Луи постепенно ухудшалось. Он предупреждал Стайлса, что имеет некие душевные проблемы, так скажем. Но Гарри не боялся их, думая, что с любыми вещами они будут способны справиться. На самом деле, он впервые слышал о пограничном расстройстве личности и об его подводных камнях. Он вычитал первую попавшуюся статью в гугле про это расстройство и усомнился в том, что это действительно Луи, потому что тот выглядел и вел себя стабильно, а его спонтанность никогда не выходила за рамки адекватности.

Он ошибся.

Пограничное расстройство личности - это не страдать постоянной сменой настроения, как мультяшка, которая меняет цвет. Это не изменять и не использовать людей, как думают остальные, приписывая подлые и неприятные качества. Луи стабилен, заботлив, выглядит так, будто ни о чем в жизни не тревожится, хотя волнений вокруг полно. На фоне Гарри он был ангелочком, требовавшим только немного больше любви, чем прошлые партнёры кудрявого. Он был готов принимать его звонки в три часа ночи, чтобы просто сказать «я тебя тоже люблю», напоминать ему об его идеальности и красоте, о которой старший молчал. — Смотрел телевизор,- врет Томлинсон, — И думал сходить в магазин, но.. Но не получилось,- приглушенно вздыхает шатен, ощущая, как ком легкой тошноты подступает к горлу от одного напоминания, как сегодня утром он опустошил их запасы конфет. Если Гарри захочет сладкого и увидит, что их шкафчик пуст, то сразу поймет куда они делись. — Сходим завтра. У меня выходной, я хочу посвятить тебе его,- чуть улыбнулся младший, смотря на Томмо, который выглядел наоборот скованно в своем большом сером свитере и спортивках адидас. Он поджимает губы, протягивая свою ладонь, чтобы Луи положил свою руку. Они держатся за руки некрепко, холодная конечность Томмо на секунду заставляет Гарри сдвинуть брови, но он быстро оклемался. Он видел шатена насквозь и одновременно ничего не знал об хаосе, который творился внутри него. Каждый раз что-то новое заставляло Томлинсона прятаться в свой импровизированный панцирь из толстовки и одеяла, но корень проблемы всегда один - его детство. У всех были трудности в ранние годы. Даже у Гарри, как уход отца из семьи в семь лет, переезд из Бирмингема в абсолютно неизвестный им городок в графстве Чешир на северо-западе Англии, полное непонимание того, как ему существовать после совершеннолетия, с чем связать свою жизнь. Таких, как Гарри, миллионы, если не миллиард на планете Земля. — Хорошо,- сухо отрезает Томмо, — Тогда я оставлю это на завтрак. Не голоден,- продолжил он, понимая, что ему чрезвычайно трудно глядеть на тарелку с наггетсами, пусть и изуродованных и измазанных в кетчупе. Он видит кивок Гарри и сжимает его руку крепче, с натянутой улыбкой поднимаясь с места и отпуская его ладонь, чтобы спрятать ужин в холодильник. — Увидимся в кровати, Эйч,- он целует его в лоб, оставляя мужчину одного на кухне, со своими размышлениями насчёт состояния Томмо и почему их ужин превратился в попытку вытянуть хоть словечко из уст шатена. Гарри доедает последний наггетс в своей тарелке, пряча посуду в посудомойке, которая начинает потом тихо жужжать. Решает проверить шкафчик в углу кухонного гарнитура на наличие сладостей и находит для себя полное ничего. Опустошение. Все встает на свои места вновь. Фантики двадцати примерно конфет покоятся где-то на дне пакета в мусорном баке, Гарри вспоминает, как сбегал с работы, выдумав отмазку в стиле «кошка рожает», чтобы поскорее очутиться дома и понять почему Луи строчит чуть ли не прощальные речи ему в личные сообщения. Когда шатен, смотря на него блестящими от слез голубыми глазами, сильно раскрасневшимся вокруг и опухшим чуть лицом, произнес, что съел пачку шоколадного печенья, всю новую коробку шариков Coco Pops и порцию любимого морковного торта, которую Луи купил для него в супермаркете, Гарри не сразу осознал масштаб их проблемы. Он ожидал все, но точно не это, поэтому немного вспылил, понимая, что получит потом еще хорошо от хозяйки пекарни, потому что покинул заведение в час-пик клиентов, оставив одного Ника за прилавком. Он совершенно не знал, как реагировать на переедание Луи. Как помогать ему в эти ситуации, неужели придётся прятать еду? Все это навалилось так неожиданно, что Гарри просто чувствовал, как постепенно сходит с ума, а не становится счастливее. Стянув с себя футболку, Гарри остается в одних домашних шортах и заходит в комнату, которая была освещена лишь тусклым светом от лампы на прикроватной тумбочке со стороны, где лежал Луи с телефоном, укрывшись наполовину одеялом. Его взгляд прошелся по чудному торсу младшего, по его немного выцветшей уже бабочке под грудью, ветвей лавра над бедрами и птицам, расположившимся на ключицах. Каким бы уставшим или холодным не казался Томмо, но он не смог устоять перед изыском тела парня, нисколечко не разлюбив его. Гарри ложится на другую сторону, на бок, подпирая голову ладонью и смотрит на Луи, который был все еще в верхней, по сути, одежде. — Не хочешь раздеться? - тихо спрашивает Хазза, поглаживая предплечье Томмо, под тканью красовались татуировки, — Я соскучился по тебе, Лу. Томлинсон от такого вопроса готов был подавиться собственной слюной и нахмуриться сильнее обычного. Ему было тревожно сейчас стягивать с себя одежду, тогда бы он ощущал себя уязвимее, чем есть. — Мне холодно,- отвечает Томмо. — Я тебя согрею. Мы можем выключить свет,- Гарри не отступает. Он устал от ограничений, которые ему выдвигают, словно он недостоин обнять даже собственного парня, с которым встречается год и больше. Луи поджимает губы, затем вздыхая и откладывая на тумбу мобильный, по медленному стягивая с себя сначала свитер, потом уже футболку, которая скрывалась под ним, в конце концов оставаясь без верхней одежде, только в домашних штанах. Он оголил свой торс, но ненадолго, потому что сразу дернул за выключатель лампу, натягивая по шею одеяло. — Доволен? - хмуро выпаливает Томлинсон. Ему и правда стало прохладно, но сильнее его беспокоило ощущение голого наполовину тела и того, как Гарри касается его, обнимая рукой ненавязчиво, но все равно ощутимо за талию, кладя свою голову на грудь парня. Казалось, что младшему непременно противно от его полноты и делает он все из-за жалости к Томмо. На деле, у Луи не было лишнего веса, да и в зеркале он толстым себя правда не видел. Может, видение его немного и исказилось, а из-за переедания прибавилось три-четыре килограмма, но они никак почти не ощущались и не были видны. Это боязнь, которую парень сам себе внушил. — Я люблю тебя,- полушепотом отвечает Гарри, поглаживая под одеялом того, — Если захочешь куда-то уйти ночью - разбуди меня,- дополняет он, прикрывая глаза и отлипая на мгновение, чтобы поцеловать Томлинсона в губы кратко. Луи не понимает за что заслужил подобного отношения. Дискомфорт долго не позволяет ему уснуть, поэтому он пялит в темный потолок, имея в голове пустоту. Он знает на что намекал Хазза, но промолчал, стараясь посчитать это заботливым жестом с его стороны. Он перебирает отросшие пряди кудрявых волос Гарри, постепенно утопая в пучине сна, когда становится совсем трудно сопротивляться усталости. Новый день обещает быть лучше, но Луи не верит.

Он уже мало во что верит после смерти мамы.