Ну давай поиграем

— Фёдор Михайлович, я принёс отчеты, — Гоголь бросил пачку бумаг на стол своего босса. Достоевский молча одарил своего работника взглядом снизу вверх и не притронулся к документам.  — Ты снова заполнил все не по госту. — процедил Фёдор, без единой эмоции на лице.  — Вы даже не притронулись к моей работе, а уже делаете выводы! — Николай повысил голос и встал в оборонительную позу, чутка вздёрнув брови выше к переносице. Глава организации небрежно взял в руки первую страницу отчета, которые Гоголь заполнял весь вечер и быстро пробежался глазами,  — Ааах Николай, ты снова перепутал шрифт, а где нумерация страниц? Я же высылал тебе образец заполнения. — Достоевский в этот раз взглянул на Гоголя с неким пренебрежением, однако в глазах его можно было заметить едва уловимые нотки задорного издевательства.  — Но вы сами сказали мне переделать все именно с теми требованиями которые указали в тот раз, — Николай постепенно выходил из себя, стараясь держаться изо всех сил чтобы не бросить эти бумажки начальнику в лицо. Послышались лёгкие постукивания по столу и тихий ехидный смешок.  — Николай Гоголь, ты забавный, — брюнет сложил руки на столе и оперся на них, приняв расслабленный вид,  — Я не мог тебе ничего такого сказать, гост он и есть гост. Достоевский указательным пальцем придвинул кипу бумаг к своему подчиненному.  — Жду переделанный отчёт через пару часов, и да, на этот раз стучи громче, я все-таки тут важными делами занимаюсь, — Фёдор Михайлович развернулся на стуле спиной к Гоголю. Блондин вне себя от бешенства, взял бумаги и направится прямиком к выходу, но снова услышал издевательский голос своего начальника,  — ах да и принеси мне чаю, Иван взял больничный, и теперь его ближайшее время будешь носить мне ты. Гоголь фыркнул, и резко открыв злосчастную дверь, вылетел из кабинета. Фёдор довольно потёр руки, хоть после каждого появления блондина и сложно было на чем-то сфокусироваться, работа всё-таки оставалась работой и ее нужно закончить, чем Достоевский нехотя и занялся, отложив мыслишки о своём сотруднике на потом. Николай Гоголь ранее подрабатывал в ночном клубе, зарабатывая деньги своей невероятной харизмой и красивым телом. Да, работа может была и не благодарная, но платили хорошо, мужчины и женщины были от него в восторге. Однако вскоре он отказался обслуживать одного очень влиятельного владельца крупной корпорации и за такую «наглость» парня выперли взашей, оставив без гроша. По стечению обстоятельств этот клуб был одним из любимейших мест для расслабления Федора. Он приходил в него переодически после работы, выпить и посмотреть на красивые тела, извивающиеся под кислотную музыку в свете стробоскопов. Ещё тогда Достоевский приметил Гоголя, но довольствовался лишь наблюдением со стороны. Николай был и в самом деле даже слишком во вкусе Федора, эти длинные волосы так и хотелось обмотать вокруг изящной шеи и придушить, чтобы тот начал прерывисто хватать воздух, накрашенным блеском для губ ртом, трахнуть до кругов что расплывались бы перед крашенными глазами. После того как брюнет узнал о том, что Гоголя уволили, он стал реже приходить в это место, так как оно утеряло свою изюминку в ярких блестках. Какого же было удивление Достоевского, когда буквально через пару недель на пороге его кабинета стоял Николай, с заявлением о принятии на работу. Не воспользоваться таким шансом было бы равносильно не подобрать мешок с алмазами лежащий на пустой улице. Удивление Фёдора, достигло пика, когда Гоголь предъявил ему диплом о высшем образовании.  — Я мог где-то видеть вас? — украдкой спросил Достоевский, заглядываясь на длинные ноги.  — Это вряд ли, я хорошо запоминаю людей с которыми приходилось иметь дело, — Николай лишь пожал плечами и сделал серьёзное выражение лица. Этот парень был может и не лучший работник, но он всегда старался выполнять свои задания по совести. Гоголь легко влился в новый коллектив, постоянно громко шутил, притаскивал коллегам разные вкусности. Общие правила на него не работали, в то время как все работники ходили в униформе, этот же, сказав что такой крой брюк его стесняет и ходить ему не комфортно, стал таскать на работу свои обтягивающиеся цепляющие взгляд полосатые джинсы, которые подчёркивали его фигуру, даже слишком хорошо. Хоть и устроился в компанию Коля не так давно, успел стать объектом пристального внимания брюнета. Все эти мимолетные взгляды, или же наоборот изучающе высматривающие, Гоголь подмечал, попытки вывести из себя, такое чуткое внимание и подколки тоже не остались незамеченными.  — И почему я должен пресмыкаться перед ним, да ещё и так унизительно? — бормотал Гоголь, неся поднос с травяным чаем.  — Тоже мне босс, — скорчился в брезгливой гримасе юноша. Поскольку руки были заняты пахучим напитком, постучать в дверь кабинета Коле пришлось каблуком своего кожаного ботинка.  — Входите, — послышался приглушённый неразборчивый ответ. Без лишних слов Гоголь зашёл к начальнику, поставил поднос на стол и уже заспешил удалиться, однако бархатистый голос одернул его.  — Николай, ты так скоро? Даже не останешься на чашечку чая? — Достоевский обвёл Гоголя взглядом, от чего тот лишь пристальнее стал всматриваться в глубокие лукавые глаза.  — У меня много работы ,которой вы меня так щедро наградили, — сложив руки на груди Коля огрызнулся,  — Так что если не возражаете, я должен идти. Фёдор , отхлебнув напиток, расплылся в неоднозначно хитрой ухмылке и протянул Гоголю чашку.  — Попробуй, — Достоевский смотрел мягко и казалось явно без какого-либо подвоха. Николай недоверчиво взял горячую чашку из холодных рук и легонько отхлебнул содержимое.  — пожалуй, теперь моим подручным будешь ты, — брюнет встал из-за стола и плавно обойдя Гоголя, зашел за его спину, мягко, но настойчиво положил на неё свою руку и медленно провёл вдоль по позвоночнику, чуть сдавливая кожу.  — Твой чай мне нравится намного больше чем Ивана, да и с этой работой ты справляешься лучше, — голос его звучал сейчас очень сладко и одновременно настораживающие опасно.  — Прошу меня извинить, но, пожалуй. Я вернусь к своей прежней работе, — бросил Гоголь уходя хлопая дверью. Что-то екнуло в подсознании блондина в этот момент, что-то шутливое и азартное заиграло в его душонке, план дальнейших действий соорудился за считанные секунды. — Пора отбросить эту «правильную» маску и вспомнить ,чем я занимался последние несколько лет. Думаешь я не понял чего ты хочешь? будем играть с тобой в твою же игру, — подумал про себя Гоголь и рассмеялся себе под нос. Вечерело. Сотрудники начинали расходиться. Николай весь оставшийся день разгребал свою работу, пытаясь наконец-то разобраться со всеми капризами и придирками Достоевского и спокойно уйти домой. Наконец-то, когда в офисе осталась лишь пустота и одна единственная уборщица, Гоголю оставалось закончить лишь пару страниц. Резко дверь кабинета распахнулась и из неё вышел Фёдор, с сигаретой в руке. Вид у него был расслабленный, дым кольцами валил из полуоткрытого рта. Достоевский обогнув несколько столов с компьютерами, почти в плотную подошёл к Гоголю и одурманеным взглядом уставился в его отчеты.  — Ну что, домой я смотрю совсем не собираешься, — брюнет выдохнул дым куда-то в сторону Колиной шеи. Гоголь который в свою очередь очень любил запах табака, сделал глубокий вдох и наиграно сладко выдохнул с придыханием.  — Босс, дай прикурить, я так устал, — Гоголь быстрым движением развернулся и теперь сидел лицом на уровне паха Достоевского. Николай даже не думал отодвигаться дальше, лишь смотрел просящим взглядом снизу вверх. Фёдор опешил от таких открытых действий блондина, признаться честно, он не ожидал что Гоголь позволит себе так сделать, несмотря на его характер.  — Вот ты как заговорил, не боишься увольнения за такие вольности? — Достоевский устремил свой взгляд в разноцветные глаза.  — Оооочень боюсь бооосс, не поверишь на сколько сильно, — Николай сменил свою интонацию на издевательскую, растягивая гласные. Фёдору определено нравилось происходящее, однако одновременно и бесило, что Гоголь позволяет себе так разговаривать с начальством, все-таки хотелось поизмываться над ним подольше.  — Нет, курить ты на работе не имеешь права, — сказал Достоевский делая новый затяг. Николай распрямила плечи встал почти вплотную к брюнету и все той же интонацией протянул,  — как же досадно, — ростом Гоголь был как и Фёдор, заглянув начальнику в глаза и просмотрев так 3 секунды, прищурился. Затем он решительно отобрал сигарету, сделал затяг и выдохнул дым в сторону Достоевского, расплывшись в ехидной ухмылке.  — До завтра красавчик, пойду выпью и хорошенько потрахаюсь, — Николай качнул бёдрами и направился к выходу.  — Смотри не опаздывай, а то ты на дополнительные часы нарываешься, — Достоевский не отрывая взгляда от задницы в полосатых штанах, прикусил губу. Эти новые откровенные выходки, поистине заставляли воображение кипеть как бурлящее на сковороде масло, оставалось только поддать огоньку. Гоголь был в полнейшем восторге от таких выкрутасов, но больше всего ему нравилось предвкушать, что же будет дальше и куда они оба смогут зайти. Признаться честно, этот Фёдор был довольно красивый и будоражащий воображение человек, да и если бы Гоголю он не понравился, такой качественной игры в поддавки бы не было. На следующее утро, Фёдор был в приподнятом настроении, все эти игры с Николаем начинали завлекать все больше. Достоевский сидел в своём кабинете и переписывался с директором соседней компании о заключении важного договора по сотрудничеству. Рабочее время уже началось и все сотрудники были на месте кроме одного. Стоило Фёдору задуматься об этом, как дверь кабинета с грохотом открылась и в неё вошел Гоголь. У Достоевского на какую-то секунду перехватило дыхание, глаза округлились, уголки губ поползли вверх, лицо его выражало не поддельное удивление и восхищение. На пороге кабинета стоял Гоголь с распущенный длинными своими волосами, которые привычно были собраны в косу, они доходили ему до поясницы и очень завораживающе прикрывали широкие плечи. На руках были кольца и какие-то браслеты, На ногах уже привычные черно-белые полосатые джинсы, высокие кожаные ботинки и белая рубашка, которая почему-то была застегнута лишь до середины. Николай, словно идя по подиуму, приблизился к директорскому столу и вытащил из-за спины чашку.  — Твой чай, босс, — промурлыкал Гоголь и склонился ближе к лицу Достоевского. Фёдор невольно засмотрелся на шальную белую прядь, которая упала прямо возле его носа.  — удивительно, кто-то кажется говорил, что не будет заниматься такой «унизительной работой» и что я вижу, — Фёдор подул подчиненному в лицо и прядка дразнившая сознание улетела на своё место.  — Что, хочешь надбавки или отгул, раз решил так задобрить меня этим утром. Гоголь приподнял бровки и не много насупился, приняв вид обиженного ребёнка,  — Какого же ты обо мне плохого мнения босс, вообще-то я сделал это по собственному желанию, — блондин облокотился о стол и почти лёг на него. Фёдор понимал что такое отношение неприемлемо для работы, но делать с этим полосатым недоразумением ничего не хотелось, желание смотреть что будет дальше, превысило все свои полномочия. Вдруг раздался металический бряк где-то под ногами Достоевского.  — ой, кажется мое кольцо свалилось, Фёдор Михайлович, ты не достанешь, а то боюсь, будет не правильными подчиненному валяться в твоих ногах, — Гоголь говорил абсолютно спокойно. Достоевский лишь хмыкнул и исподлобья посмотрел на шутника,  — А от чего же не правильно, по-моему все как раз таки верно, если тебе так нужно твоё колечко, залезай да доставай его сам. Николай на секунду впал в ступор, однако мгновение и он уже лезет под стол. Кольцо как некстати или же наоборот закатилось в самый дальний угол, так что дотянуться легко бы не получилось. Гоголь встав на карачки пополз прямиком в ноги Достоевского, тот как нарочно расставил их шире, преградив тем самым лёгкий путь до Добычи. Фёдор был доволен сложившейся ситуацией, игра полностью шла по его плану. Но так ли это было и кто на самом деле вел эту игру, в чью пользу она ведётся? Гоголь будучи человеком натренированным и нисколечко не зажатым, спокойно прополз под ногами Достоевского, потянулся дальше вслед за пропажей. Перед глазами Федора открылся новый вид: оголенная поясница — последствие задранной рубашки и полосатая задница которая так и бросалась в глаза и так и тянута к себе. Достоевский приоткрыв рот, принялся грызть ноготь большого пальца, одёргивая себя от мысли дотронуться до этих полос. Пару усилий и кольцо было найдено. Гоголь решил раз уж пошла такая пляска, надо заканчивать феерично, поэтому вернувшись к ногам Достоевского он просунулся в отверстие между его телом и столом, выпрямился в полный рост и оперся на поверхность. Фёдор несмотря на то, что ждал чего-то подобного, не смог сдержаться от пошлой ехидной улыбки.  — нет, ещё слишком рано, — уговаривал себя в голове брюнет.  — ты получишь его, потерпи не много.  — А вот и моя пропажа, — нацепив кольцо на большой палец пропел гоголь.  — пей чаек босс, а то остынет, а я пошёл работать, — Николай перелез через ноги Достоевского и плавной фирменной походкой вылетел из кабинета. Фёдор остался один в смешанных чувствах и явным напряжением в штанах. Желание завладеть им становилось все сильнее, Достоевский устал постоянно возбуждаться и сдерживать себя, опустив руку на стоявший член, он едко рассмеялся. Гоголь был очень доволен собой, но он настолько заигрался, что давно забыл когда именно его главной целью стал секс с преставучим начальником извращенцем? Они были похожи, даже слишком, оба ненасытные и азартные суки. Ближе к вечеру Николай разговорился с одним из своих коллег Иваном Гончаровым, болтали обо всем: о жизни, увлечениях, парнях и девушках. Николай сидел нога на ногу, волосы были заплетены, рубашка застегнута, а улыбка надета. Они переодически мило улыбались друг другу, пихались в плечо или просто смеялись. Гоголь даже стал думать, что смог наконец найти друга. За всем этим долгое время наблюдал Фёдор из своего маленького офисного окна, взгляд его был холодным и пристальным. Что это было? Ревность? Собственничество, Фёдор уже приметил этого красавчика себе и делиться явно не собирался. Невозмутим снаружи, но с раскусаной губой внутри, он словно устал ждать и решил действовать. Достоевский вышел в из офиса в рабочий зал и похлопав несколько раз в ладоши произнёс,  — Всем спасибо, все свободны, сегодня отпускаю вас раньше, вы хорошо поработали на этой неделе. Работники радостно заголосили и все как один повалили в раздевалку, все включая Ивана и Николая которые практически вплотную ринулись к выходу.  — А вас Николай, я попрошу остаться, я хочу перепроверить ваши отчеты и убедиться что вы выполнили всю данную вам работу, — властным и холодным тоном огласил Фёдор и сложил руки на груди. Гоголь несколько опешил и разозлился на Достоевского, ведь они с Ваней уже договорились поужинать в кафе. Поцеловав Гончарова в щеку, Коля так же сложил руки на груди и недовольно уставился на брюнета. Когда все покинули территорию, первым подал голос Николай,  — Ну и вот и что ты наделал босс, обломал мне клёвый вечер, — гоголь театрально надломил свой голос и звучал как очень расстроенный человек.  — тащи свои отчеты ко мне в кабинет, — дверь закрылась. Гоголь пару минут мирился с желанием психануть и уйти домой со всеми, но все же взял стопку бумаг и понёс их на строжайший суд начальнику. Открыв дверь, Николай не увидел Достоевского в кабинете, поставил Кипу документов на стол и стал оглядываться. Тут сзади он почувствовал холодные еле ощутимые прикосновения рук на своей шее.  — Ты снова, сделал все не по госту, да, Коля, — брюнет сладостно прошептал блондину в шею. Николая пробила дрожь по всему телу. Ледяные руки с белыми манжетами продолжали гладить нежную кожу, плавно переходя на плечи.  — Ты ужасный работник Гоголь, уволить бы тебя, — бархатный шипящий голос вводил в некое состояние опьянения. Николай, чувствуя что игра начинает разворачиваться решил не поддаваться, резко развернулся к Достоевскому и плавно проведя влажными языком по обкусанным губам затянул того в поцелуй. Языки сплелись между собой, стало невыносимо душно и тесно, оба целовались так будто, не дай бог, оторвёшься хоть на секунду и точно земля из-под ног уйдёт. Фёдор был настойчивее, пропихнув язык на столько глубоко, что у второго закатились глаза, укусил нижнюю губу до ранки, принялся стремительно высасывать из неё сладкую кровь. Гоголь, не ожидав такого напора, рвано простонал тому в губы и вцепился ногтями в острые плечи, так что даже через пиджак останутся следы. Федора сейчас будто током прошибло, он наконец забрал себе эту яркую непокладистую сучку — Николая блять Гоголя. В эту секунду Гоголь оказался у стола, сильные руки вжали его, выпутаться не переставлялось возможности, да и не хотелось. Блондин очень любивший подобные вольности, стал тереться своим Пахом о стояк брюнета, ехидно улыбаясь и пропускай бессовестные вздохи.  — Ну куда ты так торопишься, — прохрипел голос Достоевского, который тоже постепенно переходил в тяжёлое прерывистое дыхание. Будучи отвлеченным подобным видом, Достоевский утерял хватку и за него принялся Коля. Гоголь не в силах больше сдерживать свои истинные намерения, стал расстегивать брюки Федора, сладостно облизываясь и не переставая отрывисто дышать. Член оказался за щекой, мягкий язык принялся вылизывать каждую выступающую венку. Гоголь был мастером минета и Фёдор смог это прочувствовать на себе в полном объёме. Гетерохромик всасывал член так активно, что у брюнета начинала плыть комната перед глазами.  — Ааах, сколько времени тебе понадобилось чтобы научиться так мастерски сосать, Гоголь-Кун, — простонал Фёдор и по хозяйски положил руку на светлую макушку вдалбливая его глубже. Гоголь был рад собой, годы практики прошли не в пустую и сейчас он чувствовал себя очень гордо. Блондин, понимая что без внимания оставлять себя тоже не желает, засунул руку в полосатые штаны и принялся и надрачивать давно изнывающий от нехватки внимания стояк. Достоевский увидя это, прекратил сие ласки и одним движением, подняв Гоголя с колен вжал его лицом во все тот же стол.  — Э нет, Коля, так дело не пойдёт, — выдохнул пытающийся отдышаться Фёдор. Николай что-то недовольно пробурчал, но слышно его не было.  — Что ты бормочешь, говори громче, тебя не слышно, — Фёдор приподнял блондина за шею и дал тому перевести дух.  — трахнешь меня, Фёдор кун? — пошло и уверенно просил Гоголь. Глаза Достоевского заблестели, о как давно он хотел услышать эти слова. Рука потянулась в ящик расположенный под столом, достав и вылив смазку на указательный и средний палец, мягко провёл по изнывающим стенкам.  — Ну не томи, это что за запах виш.аааах, — оба пальца оказались внутри ануса и сразу стали активно набирать темп.  — Ммм Коля, а ты говорил вчера, что будешь ночью трахаться, однако ты такой узкий, — Фёдор сделал паузу,  — обманываешь меня, — он оставил влажный поцелуй на искалеченной спине. Откуда эти шрамы, Фёдор догадывался, но решил позже спросить. После, пальцы сменились членом. Бумаги, канцелярия, все полетело к чертям со стола, оставляя место лишь для самого прекрасного — Гоголя. Николай стонал очень громко, не сдерживаясь, царапал ногтями лакированное покрытие мебели. Достоевский переодически оставлял шлепки на заднице, которые потом расплывались алым рисунком на белом теле, он наслаждался каждым миллиметром прекрасного тела и иногда тоже срываться на протяжные стоны.  — твою мать, — простонал Фёдор когда Коса Гоголя коснулась его живота. Наконец Фёдор нашёл заветную точку и Гоголь охнул, сладко прося,  — да, да, да, именно туда, — это был тот редкий случай когда кончить он мог даже без прикосновений к себе. Достоевский однако, чувствуя скорую разрядку, прижался всем телом к Гоголю и стал ему активно мастурбировать не давая возможности вдохнуть. Пару минут спустя оба кончили, тяжело дыша.  — курить будешь, — спросил Федор севшим голосом.  — буду, — Николай еле слышно ответил. Оба сидели приобнявшись на все том же столе и выдыхали клубы табачного дыма.  — Ты бы хоть на свидание меня позвал, Федя, — Гоголь не много съёжился. Фёдор впервые за долгое время по настоящему ласково улыбнулся,  — поехали ко мне, расскажешь мне всю свою историю, а я закажу роллы, годится? — произнёс брюнет, кладя руку на макушку Николая.  — а как же работа, завтра же рано вставать босс? — Коля съехидничал и подпихнул начальника в бок.  — А завтра мы с тобой берём отгул.