one hit of your love addicted me

Уен распушал свои волосы, стоя перед зеркалом, когда вдруг услышал странный звук, исходящий из его спальни. Он вздрагивает от шума, пальцы дергаются в волосах от резкого звука, его голова поворачивается к источнику. Он выходит из ванной и начинает медленно, на цыпочках, идти по небольшому коридору, который соединяет его ванную комнату и спальню. Он выглядывает из-за угла, чтобы посмотреть в комнату. К его облегчению и счастью, это не злоумышленник. Просто милый черный кот. Парень все еще подпрыгивает при виде этого зрелища, не зная, чего ожидать. Кот так же удивлен, увидев Уена, он застыл на своем месте на подоконнике, где он собирался снова ударить лапой по окну, его поразительные янтарные глаза широко раскрыты. Уен тихо подошел к окну, стараясь не делать резких движений, чтобы еще больше не спугнуть кота. - Ты заблудился, малыш? - тихо спрашивает Уен. Кот смотрит на него так, словно вопрос парня его не особо волнует, но все равно подходит к Уёну поближе. Он прыгает от окна к столу из красного дерева под ним, который Уён отремонтировал, найдя на обочине дороги. Кошачье тело с глухим стуком ударяется о него и с любопытством смотрит на Уёна. Уён протягивает руку, чтобы кошка понюхала ее, все еще пытаясь подойти к животному спокойно, без резких движений. Котенок обнюхивает руку не более секунды, прежде чем любовно потереться о нее лицом, громко мурлыкая. Громче, чем Уён когда-либо слышал мурлыканье кошки. - О-о-о, ты милый котик, не так ли? У тебя есть дом? Я не вижу на тебе ошейника. Кошка выглядит слишком грязно, чтобы быть домашней, но при дальнейшем осмотре у нее, похоже, нет блох или клещей. Кроме того, животное, конечно, не стерилизовано.. Уен задумывается на мгновение. Он не хочет отнимать у кого то чье-либо драгоценное животное, но похоже, что этот кот больше бродячий, чем домашний. «Что ж, я всегда могу оставить окно открытым на некоторое время и позволить ему приходить и уходить, когда ему заблагорассудится. Таким образом, если он чужой, не будет никакого вреда, никаких неприятностей.» Уён мычит себе под нос в подтверждение своего плана, почесывая котенка на затылке, маленький ангел все еще мурлычет. Когда Уен продолжает двигать свою руку к кошачьему подбородку, почесывая немного сильнее, поверхность, которую он чувствует под своими пальцами, заставляет его остановиться. Это не похоже на обычную кошачью кожу — нет, это было немного более плотное вещество, как мягкая, но все еще напряженная мышца. Кроме того, она горячая по температуре, намного теплее, чем собственная кожа Уёна, и кажется, что кот вот-вот вспотеет. Обеспокоенный Уён быстро перебирает кошачью шерсть, пытаясь найти сыпь или ожог. Когда он не находит ничего существенного или необычного, он отодвигается от того места, где склонился над котенком, ошеломленный. Когда Уён переключает свое внимание на всю кошку, она выглядит так, как будто знает что-то, чего он не знает, озорной блеск задерживается в этих великолепных янтарных глазах. Эмоция, которую Уён не может выразить словами, проходит через его тело при этом взгляде, и он качает головой, чтобы избавиться от беспокойства. - Хорошо, детка. Ты можешь оставаться здесь столько, сколько захочешь. Я постараюсь сделать так, чтобы тебе здесь было как можно уютнее. Кошка, кажется, ни в малейшей степени не возражает, медленно моргая на Уёна, прежде чем спрыгнуть вниз, чтобы прижаться к ногам человека, вибрация ее урчащего мурлыканья настолько заметна, что кажется массажем. - Давай, принесем тебе что-нибудь поесть. — Уен довольно поет себе под нос, отпирая дверь в свою квартиру, неся в руках сумку с вкусностями, которые он купил после работы для своего нового звериного друга. Поставив свои покупки на кухонный прилавок, он идет в спальню, чтобы переодеться из рабочей одежды в свой обычный домашний наряд. Он чуть не выпрыгивает из своей кожи, когда его встречает сидящая на месте кошка и что-то похожее на мышь, лежащую рядом с ним. Мертвую. - Китти, что ты сделал?! - верещит Уён, все еще держа руку на груди от того, что он увидел. У кота на морде - ни грамма стыда, вместо этого он выглядит очень гордым своей работой, стоя рядом со своей добычей. Уён фыркает. Он полагает, что это не такая уж плохая привычка, особенно для предполагаемого кота. Когда кошки приносят вам мертвых животных, это должно быть подарком, верно? По крайней мере, он не царапает покрытие на его мебели. Или не раздирает в пух и прах одеяла. - Я ценю твой подарок, китти, но мне действительно не нужна мертвая мышь в моей квартире, - упрекает Уён, - или любая другая мертвая штука впринципе. Он гладит кота по голове, пытаясь успокоить его незначительную ругань. Он берет кота на руки, нежно баюкая его. Лица в сантиметрах друг от друга, Уён продолжает свою мягкую, но строгую речь. - Больше никаких убийств, хорошо? Кот на мгновение задерживает взгляд, прежде чем наклониться ближе, снисходительно проводя языком по щеке Уена, по ощущениям словно наждачной бумагой. Уён вздыхает. Вероятно, кот не слушал ни слова из того, что говорил. — Черный кот определенно не слушал лекцию Уёна. Прошло уже больше недели, а животное все еще невероятно настойчиво оставляло Уёну “подарки” — от мышей и лягушек до белок. Он горд, как всегда, ведет Уёна к каждому убийству с надменностью в глазах, садится рядом с ними с выжидающим выражением на лице, как бы говоря: “Тебе это нравится?” Уён клянется, что вокруг тела котенка могут появляться маленькие сердечки каждый раз, когда он смотрит на кошку. Когда кот наблюдает за реакцией человека каждый раз, его фирменное урчащее мурлыканье всегда является особым гостем. Однажды, когда Уён возвращается домой с работы, кот находится на своем обычном месте у двери, как всегда. Уён считает странным, что животное точно знает, когда он приходит домой каждый раз, но он считает, что у каждого домашнего питомца есть своя рутина, верно? Уён выдыхает, он даже не заметил, что задержал дыхание. - Хорошо, что у тебя есть для меня на этот раз? Он неохотно следует за бодрым котенком туда, где тот положил еще один из своих “подарков”. Он надеется, что на этот раз это хотя бы не кролик. Он действительно не хочет плакать сегодня. Человек резко останавливается, его сердце прыгает, когда он видит, что это на самом деле не мертвое животное. На столе лежало множество красивых полевых цветов, ярких, потрясающих цветов, контрастирующих с красным деревом. Они выглядят так, как будто кто-то, кто не знал своей силы, вырвал их прямо из земли - их грубые корни обнажились, запутавшись друг в друге, комки грязи рассыпались на столе. В середине стебли раздавлены и смяты, признак сильной хватки дарителя все еще очевиден. Уён бросает взгляд на притихшую кошку, выжидающе ожидающую его реакции, ее мордочка и тело в полном внимании, кот сидит в нетерпеливой, ожидающей, уверенной в себе позе. Уён выгибает бровь, чувство беспокойства вползает в его грудь и мягко обвивается вокруг сердца. - Ты сделал это? - Недоверчиво спрашивает Уён. Кошка лениво моргает на него, почти с любовью. Она спрыгивает со своего места на столе с глухим стуком и трется боком о ногу Уена, обвивая ее хвостом и громко мурлыкая. Уен смотрит на милого кота на мгновение, когда его разум кружится и поворачивается, пытаясь понять происходящее. Как, черт возьми, кошка могла это сделать? Это должно было быть работой какого нибудь проникшего к нему в дом злоумышленника пока его не было, и теперь друг-кот Уёна пытается дать ему предупреждающие знаки, что он потенциальная жертва будущего убийства. Хотя это кажется слишком неаккуратно… Неужели человек действительно оставил бы букет таким грязным и неаккуратным? Или это была часть того ебаного сообщения, которое он пытался отправить? Действительно ли кошка убивала этих грызунов все это время или кто-то другой? Его отчаянный ход мыслей прерывается, когда котенок тянется своим телом к ногам Уёна, как будто прося, чтобы его подняли. Уён подчиняется, сердце колотится в груди. Есть только один способ, который он может придумать для этой ситуации, чтобы проверить, действительно ли его тайный странный поклонник - кошка или это на самом деле какой-то крипер-сталкер. - Ты, мистер, останешься со мной на ночь. — После того, как он расхаживал по своей квартире с тревожными мыслями, прыгающими в его, вероятно, чрезмерно параноидальном мозгу и сверлит взглядом сорванные полевые цветы дольше, чем необходимо, он решает, что достаточно измотал себя, и удрученно готовит себе ужин. Он готовит самгёпсаль и делится им немного с котом, который пожирает свою порцию почти в мгновение ока. Уен игриво предлагает животному кусочек своего панчхана из бобовых ростков и смеется, когда оно комично морщит свою милую мордочку от предложения, уши прижимаются к голове, а тело отшатывается от отвращения. Чувствуя себя легче и бодрее после совместного ужина, Уен принимает душ, пар и тепло снимают напряжение после запутанного и странного дня. После этого он распластывается на своей кровати, маленький, но громкий тревожный голос из прошлого теперь стал слабым шепотом, для Уёна теперь это наименьшая из его забот. Ладно. Трудно беспокоиться, когда ты на три пальца глубоко в себе. Громкое хлюпанье от чрезмерного количества смазки, которое он использовал, настолько непристойно для его собственных ушей, что он горячо задыхается, неторопливо постукивая по своему сладкому местечку, впиваясь ногтями в бедро, которое он прижал к груди. Его спина выгибается, когда он сгибает пальцы, набирая темп. Парень весь взмок от пота, чувствуя, как бусинка скатывается по виску и попадает в складку шеи. Уён думает, почему он решил сделать это после душа. И почему он, черт возьми, захотел надеть безразмерную футболку-бойфренд, когда-то свежий хлопок теперь пропитан по́том. Образы маячащего, сильного присутствия, нависшего над ним, мелькают в его сознании, его желание усиливается. Уён сильнее сжимает руку на бедре, желая, чтобы его согнули пополам и хорошенько трахнули. Застонав от разочарования, он вытаскивает пальцы из себя с влажным звуком и шарит по прикроватному ящику, доставая свой любимый вибратор. Он не такой уж и впечатляющий по размеру, но зато компенсирует это своей формой и шириной, кончик немного изогнут со слегка вытянутой длиной. Быстро смазав игрушку, он, не теряя времени, погружает ее в себя и щелкает переключателем, предмет оживает. Хриплые всхлипы срываются с его губ, когда парень возобновляет свой прежний темп, отрывая бедро от груди, чтобы широко раздвинуть ноги. Раздается жужащщий звук, и Уёна будто простреливает электрическим током по позвоночнику. Глухой удар эхом разносится по комнате, но Уен игнорирует его, слишком возбужденный и не в своем уме, чтобы обращать на это внимание. Это, вероятно, кошка, в любом случае. Он подносит свободную руку к своему ноющему члену, предварительно размазав предэякулят по всей длине. Он подскакивает при прикосновении, скуля на высоких тонах. Он поглаживает свой член, продолжая ритм руки, держащей вибратором, его брови хмурятся, пальцы ног сжимаются и все его тело сводит судорогой от сокрушительного гигантского пламени, собирающегося в его животе. Стоны увеличиваются по высоте и громкости, его тело начинает напрягаться, оргазм быстро приближается. Он начинает быстрее дрочить себе, потирая свою чувствительную розовую головку. И о черт, его пальцы так хорошо ощущаются на его уздечке, он собирается вот вот сильно кончить- Оглушительный грохочущий и шелестящий шум толкает Уёна от падения через край, и он полностью застывает, останавливая свои движения, его сердце сжимается в груди. Кажется, что шум и треск становятся громче с каждой секундой, как будто кто-то выкорчевывает дерево прямо здесь, в его спальне. К своему ужасу, Уён обнаруживает, что звук исходит от его теперь изменяющего форму друга-котенка, который незаметно проскользнул к нему в комнату незамеченным, его тело вытягивается и трансформируется, становится все выше и выше, звук его 'преобразования' похож на звук разрывания тысячи тугих резиновых лент. Уён вскакивает с кровати, выключает вибратор и съеживается у стены. Он смотрит широко раскрытыми глазами, разинутым ртом, ногами, приросшими к земле, ошеломленный. Когда ужасные звуки прекращаются, Уен потрясен, обнаружив, что результат этой безумно извращенной эволюции покемонов… Весьма горяч? Бывший кошачий друг Уена теперь превратился в высокого, громоздкого, крепкого мужчину – ну... Вроде как? Его тело и форма напоминают человека, но на его фигуре виднеются пятна черной, шерстистой, обвитой венами плоти, как будто кто-то взял две рваные ткани и беспорядочно сшил их вместе. Черные, шерстяные пятна в основном рандомизированы по всему его телу, одно большое пятно оборачивается вокруг части его бока, в то время как другое выглядит так, как будто человеческая кожа была вскрыта когтями, чтобы показать контраст. Однако пятна на его красивом лице симметричны. Отметины очерчивают нижнюю сторону его челюсти, усиливая и без того невероятную костную структуру. Его глаза остались теми же поразительными янтарными, кошачьи зрачки теперь расширились. Волосы на голове коротко подстрижены, черные как смоль и блестящие, как пятна на его коже. Кустистые, но почему-то идеально изогнутые брови добавляют общей резкости его лицу, выступающим скулам. Его точеный пресс немного блестит на свету, как свежие дымящиеся булочки, и Уён чувствует, как его руки дергаются от желания прикоснуться к ним. Впечатляющая мускулатура также развита на остальных частях его тела, от рук до грудных мышц и бедер. Возможно, самая неземная часть этого инопланетного симбиота-человека - это его член, стоящий тяжело и гордо между V-обра́зных бедер. Головка губчатая и странно заостренная, грибовидная форма человеческого пениса все еще присутствует на кончике, но несколько трансформирована. На нем блестит что-то, что кажется его собственной естественной смазкой, ее намного больше в сравнении с обычной человеческой предэякуляцией. Эта влажность блестит вдоль всего члена и гребней его невероятной длины. У основания есть узел, чуть шире его истинного размера. Его яйца огромны и болтаются прямо под членом, почти юмористически большие, крепкие, и готовые выплеснуться наружу. Уён моргает, ошеломленный. О боже. Почему это так сексуально? И почему ему даже сейчас трудно сдерживаться? Разве он не должен закричать и выбежать из комнаты в безудержном ужасе? Его челюсть тупо открывается и закрывается, пораженный тем, что перед ним, и тем, как это вызывает такой странный водоворот эмоций, катящихся на американских горках по его нервам, пронзая его мозг. Уён, кажется, не может оторвать глаз от массивного, замысловато блестящего члена, который подпрыгивает между ног охуенного гибрида-человека. - Ч-что… Кто ты? - Спрашивает Уён, наконец обретая голос, отрывая глаза от того места, где они изучали впечатляющую головку на члене симбионта. - Зачем тебе эта дурацкая игрушка, когда я здесь? - Существо игнорирует его вопрос, его голос гремит и гипнотизирует, раздраженно моргая на Уёна, как будто он не просто превратился из милого питомца Уена в- в буквальном смысле – сексуального зверя. Уён брызжет слюной. Какого хрена? Симбиот шагает ближе к Уёну, пока они не оказываются в нескольких сантиметрах друг от друга, тепло тела существа ощущается очень хорошо, и Уен чувствует, как его противоречивый член шевелится от близости. Ему приходится вытягивать шею, чтобы поймать взгляд другого, симбиот почти на две головы выше человеческой. Какое бы крошечное ощущение ужаса Уён ни ощущал раньше, оно быстро тает, его тело ловит то, что подразумевает инопланетный человек. - Ты можешь называть меня Сан, - начинается он, - я не хотел тебя напугать, ты просто выглядел так хорошо, корчась на кровати, весь потный и стонущий, такой красивый. И... Я знаю, что могу сделать лучше, чем эта игрушка. Итак, я здесь, - заканчивает он неуклюже, его пугающее первое впечатление исчезает в воздухе. Уен сдерживает смех в ответ на немного 'роботизированное', но нетерпеливое предложение. Он милый. Сделав глубокий вдох, Уён решает, что он может также воспользоваться одной из своих самых сокровенных грязных фантазий, воплотившихся в жизнь, и он вступает в свою обычную кокетливую природу 'шалуньи'. - Разве ты не собираешься поцеловать меня первым? - Уен дразняще парирует, хлопая ресницами. - У нас уже был наш первый поцелуй, разве ты не помнишь? Существо — Сан — наклоняется вперед, его гладкая, острая челюсть томно опускается, открывая невероятно длинный, блестящий жилистый, скользкий язык. Он лижет низ скульптурной челюсти Уена, пачкая слюной нижнюю часть его подбородка, прежде чем он проносится вверх по его щеке. Сан облизывает его по щеке точно так же, как он делал в своей кошачьей форме прошлым вечером - на этот раз все гораздо более слюняво и скользко, но так же ласково. Язык убирается со щеки Уена, чтобы спуститься к его шее, густая, горячая слюна стекает по одной из его выступающих вен на шее. Язык Сана настолько длинный, что щекочет верхнюю часть ключицы Уена, действие заставляет парня издать жалкий, протяжный стон. Большие, сильные руки скользят по бокам Уена до воротника его гигантской футболки, грубо толкая одежду вниз по плечам Уена, обнажая его грудь и красноватые соски, отчаянно требующие внимания. Сан отрывается от восхитительной шеи Уёна, чтобы полюбоваться своей работой, урча от удовольствия при виде того беспорядка что он натворил, его тяжелый член дергается. Уен задыхается от прохладного воздуха, ударяющего по его чувствительным соскам, и выгибает грудь, надеясь, что Сан поймет намек и скользит этим умелым языком дальше на юг . К счастью, он делает это, не жалея ни миллисекунды, чтобы наклонить голову и полностью накрыть сосок губами. Сан грубо сосет и щелкает зубами вокруг красного бутона, прежде чем потянуть его на себя, царапая своими слишком острыми клыками чувствительную плоть, отрываясь от него спустя время. Уен визжит от восторга из-за щепотки боли, его член истекает предэякулятом ещё больше. Сан переключает свое внимание на другой сосок, лаская его так же, как он обхватыватил, сосал, лизал и массировал другую покинутую грудную клетку. Глаза Уена закатываются, он начинает тяжело дышать, задыхаясь, когда Сан скользит своей не занятой рукой вниз, чтобы обхватить ягодицу Уена. Он сжимает ее в твердой хватке и тянет за гибкую плоть, обнажая то место, где Уён растянул себя, смазка все еще виднеется на его дырочке и капает наружу. Уен протяжно скулит на низких тонах от этого ощущения, его дырочка сжимается вокруг воздуха. Сан издает ответный стон на скулеж Уёна, отрываясь от груди парня, чтобы поцеловать его должным образом на этот раз, нежно. Уён вздрагивает от резкого сладкого обращения, прежде чем раствориться в поцелуе, мыча от приятного ощущения удивительно мягкого и плюшевого рта Сана напротив его. Они целуются дольше, чем ожидалось, странно романтический момент, учитывая непристойность всей ситуации и их текущего положения. Уен не может не хихикать над нелепостью всего этого, но звук был приглушен ртом Сана. Мягкая сапфировость момента разбивается вдребезги, когда Сан приоткрывает рот Уёна своим языком, чувственно толкаясь внутрь, прижимая Уена еще сильнее к стене. Парень стонет от большого тела Сана, заключающего его в клетку, его член дергается, оказавшись в тесноте. Сан с новой силой хватает Уёна за задницу, и человек извивается, высоко поднимая ногу, чтобы обхватиться ею за бедра Сана. Их члены сталкиваются мокрыми головками, создавая ещё бо́льший беспорядок. Уен сильно дрожит, когда Сан на несколько секунд обхватывает их вместе, его колени слабеют. Член Сана кажется намного тяжелее и толще, чем у Уена, и он не может не жалобно хныкать от такого резкого контраста. Сан хрюкает, срывая мешающуюся футболку с Уёна, прежде чем схватить оба бедра парня и поднять его прямо с кровати, как будто он весит меньше воздуха. Все дыхание вырывается из легких Уёна из-за резкого подъёма, и он хватается за крепкие трапециевидные мышцы Сана, чтобы удержаться на ногах, его верхняя часть тела сильно вдавливается в стену, когда один из многочисленных гребней на члене Сана трется и соприкасается прямо с его головкой члена. Бедра Уёна пытаются дернуться, чтобы хоть как то снова обеспечить трение, с его члена капает, возбуждение в низу живота усиливается в сто раз, когда Сан начинает тереть их бедра вместе. Пятно естественной смазки Сана покрывает почти всю промежность Уена, и жидкость делает скольжение намного горячее и влажнее, выпуклый узел задевает нежные яйца человека. Хныча, Уён изо всех сил пытается двинуть своими бедрами в пьянящее пространство Сана, но неумолимая хватка симбиота заставляет его жалко сопротивляться, поднимая жар к его щекам и усиливая уже почти зудящее, неприятное ощущение пустоты глубоко в животе. Он стонет громче, собираясь озвучить свои ощущения пульсирующей пустоты и призвать мужчину уже трахнуть его, но Сан прерывает его. - Хочешь мой толстый член, детка? Хочешь, чтобы я глубоко вошел в тебя, наполнив своей спермой? Ммм, я чувствую, как сильно ты жаждешь этого. - Сан заканчивает свои грязные разговоры грязным, слюнявым облизыванием челюсти и шеи Уена. - П-пожалуйста! Пожалуйста, дай это м-мне- так пусто! - Уен заикается в своем ответе, едва формируя слова в одно предложение, так как Сан-кот одним лишь своим внешним видом превращает мозг Уена в короткое замыкание. Сан поправляет хватку, которую он держит на бедрах Уёна, поднимая его выше к стене, чтобы выровнять головку своего члена с дырочкой парня. Уён наклоняется ближе к чужому лицу, обхватывая чужой член, чтобы облегчить проникновение, задыхаясь, когда понимает, что едва может сомкнуть пальцы вокруг обхвата Сана, и – святое дерьмо, этот монстр-кок вот-вот будет внутри него. Сан жарко стонет ему в рот от прикосновения, и Уен вскрикивает, когда толстая головка члена наконец проникает в него. Естественная смазка Сана и предыдущие действия Уена, к счастью, позволяют ему легко войти, но массивный обхват заставляет Уёна чувствовать, что его распирает, и он беспомощно сжимается вокруг члена. Огонь горит все ярче и ярче в его паху и животе, когда Сан входит глубже, его тяжелые округлые яйца встречаются с гиперчувствительной кожей задницы Уёна. Когда Сан полностью входит до основания, Уён делает экспериментальное движение, и его немедленно будто простреливает током по позвоночнику, и он визжит, пугающе близко к краю. Уён карабкается на плечи Сана, крепче обвиваясь вокруг симбиота руками и прижимаясь лицом к лицу другого, пытаясь успокоиться. Попытка оборачивается неприятными последствиями, твердая фигура Сана и тепло чужого тела только сильнее возбуждают его, запах пота и секса опьяняет. Уён жалобно хнычет, не в силах остановить движение бедер, которое длится всего пару секунд, прежде чем он чувствует, как все его тело напрягается и дрожит. Когда член Сана врезается в его простату, Уён кончает, бессильный перед своим оргазмом. Весь дрожащий, потный и такой тугой, он издает пронзительное мяуканье, когда его член подёргивается между их телами, покрывая их животы его спермой. Сан чувствует себя невероятно большим, огромным, когда Уён напряжён после оргазма, как тетива лука, его дырочка сжимается вокруг чужой толщины и отказывается отпускать его член. Сан издает громкое рычание на оргазм Уёна, его бедра мгновенно начинают интенсивный ритм, эта животная часть его хочет разорвать этого прекрасного человека на куски и собирать его снова и снова. - Мой член заставляет тебя чувствовать себя так хорошо? А? Не смог даже продержаться одну минуту, котенок. - Сан сопровождает каждую фразу своих грязных вопросов резким толчком, трахая Уёна на любую его попытку ответить. Голова Уёна болтается, когда удовольствие и боль спутываются в один гигантский клубок в его паху, его член доблестно остается наполовину твердым, несмотря на толчки глубоко внутрь и тягу к Сану. Парень чувствует, как его дырочка сильно сжимается с каждым жестким толчком симбиота, сила которого толкает его вверх по стене. Уён визжит, смущенный тем, хочет ли он опустить свои бедра ещё ниже или наоборот, приподняться прочь от члена и поскорее, удовольствие-боль смешиваются ещё сильнее, пальцы на его ногах сжимаются. Сан решает за него, рыча на попытку Уёна убежать от его члена. Он укрепляет хватку, чтобы сильнее держать меньшего за задницу, отталкиваясь от стены, так что Уёну не остается никакого выбора, кроме как позволить гравитации погрузить его дальше на толстый член. Уён издает хриплый стон, когда Сан входит еще глубже, обхватывая дрожащими ногами идеальную талию другого, и заглядывает между ними, чтобы мельком увидеть, где они соединены. Однако парень ошеломленно открывает чуть шире глаза, когда замечает большую шишку в своем животе, она появляется и исчезает с каждым мощным движением бёдер Сана. Ошеломленный и так невероятно возбужденный, Уён протягивает дрожащую руку, чтобы погладить выпуклость. Он хнычет, закатывая глаза от порочности всего этого. Боже. Это реально? - Я же говорил, что буду намного лучше этой хлипкой гребаной игрушки, - напыщенно рычит Сан. Если бы Уен в настоящее время не чувствовал бы чужой член глубоко в своих кишках, он бы посмеялся над глупой ревностью Сана к его любимому вибратору. Сану не о чем беспокоиться – Уен с удовольствием выбрал бы этот сказочный влажный сон вместо любого куска пластика. Каждая мысль стирается из головы Уёна, когда Сан меняет тактику, поднимая человека, чтобы он подпрыгивал на его члене снова и снова. Уён не может остановить смущающие громкие звуки от скольжения, постоянный поток стонов теперь вырывается из его рта, когда он раскачивается вверх и вниз. Его руки не могут решить, за что им ухватиться, ошеломленные замечательной мускулистостью Сана. Симбиот встречает каждое его падение ударом бедер, хлопанье их кожи непристойно в безмолвной комнате. Бедра и нижняя часть живота Уена начинают дрожать, удовольствие уже почти довело его до предела, и он снова пытается убежать от пронзительных толчков, но ему некуда. Он жалобно стонет, чувствуя каждый дюйм, выпуклость и гребень члена Сана, и он крепко сжимается, находясь прямо у края во второй раз. Сан, кажется, больше 'страдает', когда Уён сильно сжимается, его толчки становятся небрежными, каждый выдох заканчивается хриплым стоном. Заметив удовольствие симбиота, Уен сжимается еще крепче и начинает говорить вперемешку со стонами. - Сан-ах, С-Санни! Санни, пожалуйста, пожалуйста, ты заставишь меня кончить снова, пожалуйста! Сан стонет глубоко и низко, опуская подбородок лизнуть красный, вставший из-за ласк левый сосок Уена. Прикосновение только увеличивает громкость парня, он дрожит, когда Сан играет с его чувствительными сосками, извиваясь в его крепкой хватке. Сан скользит своим языком вверх по шее Уена и кусает, боль от укуса острых клыков Сана чуть ли не небесна, и Уен кричит, впадая в экстаз. Сан не размыкает своих челюстей, когда Уен дрожит и трясется во время своего второго оргазма, каждый мускул в теле человека сводит судорогой, ногти впиваются в уже покрасневшие от его хватки напряжённые, гладкие мышцы на мускулистых плечах Сана. Сквозь звон в ушах и полное смятение в голове Уен слышит ревущий, животный стон, исходящий от Сана, челюсть симбиота все еще сомкнута на нежной шее Уена. Мышцы Сана напрягаются, когда он достигает своего пика, его набухший узел втискивается в дырочку Уена, прежде чем он проскальзывает еще глубже в следующий порывистый толчок, Сан грубо дергает парня, чтобы тот остался на месте. Уён вскрикивает от ощущения, что его буквально заткнули, этот звук обрывается, когда он чувствует, как сперма Сана выплескивается в него, его челюсть тупо опускается, поскольку поток, кажется, не останавливается. Сперма Сана ощущается так, как будто она практически вытекает из его члена чуть ли не фонтаном с каждым грязным хлюпаньм бедер, существо рычит теперь самодовольным мурлыканьем. Звуки, издаваемые Саном постепенно затихают, когда оргазм освобождает его из своих тисков, но поток спермы отказывается останавливаться. С любопытством Уен смотрит на свой живот. Он задыхается, когда видит, что объем спермы Сана раздул его живот еще больше, форма члена симбиота теперь не так заметна, как раньше, абсурдное количество жидкости его размывает контур. Черт возьми, внутренний голос Уёна скулит на этот вид. Если бы он мог умереть от того, что слишком возбужден, он бы умер в этот момент, его размягчающийся член болезненно покачивался от безумия всего этого. Издав болезненный звук, голова Уёна чувствует себя слишком тяжелой на шее, и он падает вперед на плечо Сана, зарываясь носом в пот и мускус, которые он там чувствует. Парень не думает, что в хотя бы в одном словаре есть хоть одно слово, которое могло бы описать то, что он чувствует сейчас, истощение от того, что все его сумасшедшие фантазии о монстрах ожили, поселившись глубоко в его костях. Он чувствует, что начинает дремать, полностью удовлетворенный, когда чувствует, что Сан выскользнул из него, когда узел слегка уменьшился. Уён издает мягкий, испуганный звук от внезапного движения в своей дырочке, звучащий так же, как котенок, которого неожиданно разбудили. Сан целует шею и лицо Уёна, чтобы успокоить его, приглаживая и убирая его взъерошенные, потные волосы с лица. Уён мычит в задумчивости, слепо ища рот Сана, его глаза все еще упрямо закрыты из-за накатившей на него сонливости. Сан с радостью ему отвечает, и благоговейно целует меньшего, но не задерживается надолго, наклоняясь, чтобы посмотреть в темные глаза Уёна. Парень лениво и нежно моргает, глядя на Сана, больше похожего на кота, чем на человека-кота перед ним, усталое блаженство написано на его лице. Симбиот возвращает ему нежный взгляд, тихо посмеиваясь. - О, дорогой, ты действительно думал, что я закончил с тобой? Сан бросает его на кровать с чуть большей силой, чем необходимо, Уён почти кувыркается назад от силы Сана, визжа от резкого изменения в чужом поведении. Симбиот ловит его в прыжке за бедра и тащит к краю матраса. Он тянет бедра Уёна вверх, вверх, вверх, пока его тело не подвешено в воздухе, верхняя часть спины и плечи глубоко вдавливаются в матрас, а ноги бесполезно болтаются в воздухе. Мускулистые руки удерживают нижнюю половину Уёна, чтобы держать его в вертикальном положении, хватает одного движения, чтобы схватить ногу Уёна и перебросить ее через мускулистое плечо, удерживая крепкой хваткой Уёна на месте. Сан немного приседает на кровати, чтобы идеально выровнять свое лицо с тем местом, где он только что развел гигантский беспорядок. Уён все еще едва оправился от своего второго оргазма, и он глубоко мяукает в своем новом, уязвимом положении. Его использованная растянутая дырочка блестит и сжимается под чужим вниманием, он чувствует себя таким открытым и грязным от того, что Сан выгрузил в него, много слюней и пота стекают по его бедрам. - Давай я тебя почищу, детка. Грубый голос Сана посылает еще одну дрожь по позвоночнику Уёна, его бедра дергаются и безрезультатно прыгают в попытке подавить глубокую боль в паху и члене. Сан открывает рот, чтобы выпустить свой гибкий, нетерпеливый язык, потянувшись сначала к внутренней стороне бедра Уена. Его язык ловит жирную каплю, стекающую дальше по Уёну, прихлебывая ее, когда Сан чмокает губами вокруг бедра Уена. Парень стонет от разврата, когда Сан с энтузиазмом ест свою собственную сперму, и покачивает бедрами в твердой хватке симбиота, его стон становится громче, когда это только заставляет Сана сжать его крепче. Сан сосет покрытые спермой бедра Уена, намеренно избегая того места, где Уён жаждет его больше всего, дразня. Человек скулит и пытается поднять бедра, чтобы подтолкнуть Сана к нужному месту, его тоскующая дырка сжимается вокруг пустоты, выталкивая больше спермы Сана наружу. Симбиот засасывает синяк в том месте, где бедро Уёна встречается с его пахом, прежде чем он успокаивает парня и прижимает свой скользкий, горячий язык прямо к трепещущей дырочке. Первое прикосновение языка Сана к дырочке Уёна заставляет парня беспомощно мяукать, ощущение гладкого языка там посылает молнию удовольствия прямо к члену Уёна, его дырочка снова сильно сжимается. Рот человека приоткрывается от удивления, когда влага полностью обволакивает его зад, он все еще не до конца привык к чужеродному языку симбиота у него в заднице. Сан с настойчивостью толкается в ноющую, сжимающуюся мышцу, периодически замедляя свой ритм, чтобы Уён мог чувствовать каждый сантиметр горячего, влажного языка в том месте, где он наполнил его, всасывая свою собственную сперму. Дыхание Уена уже прерывистое и неровное от удовольствия, но стоны застревают в его горле, когда Сан замедляет свой темп. Издавая знойный скулеж, Уён чувствует внезапную пустоту, его пустая дырочка ощущается отчаянно болящей и пустой. Чувство пустоты, щемящее у него в животе в паре с тем, что Сан так быстро покинул его, заставляет его сильно извиваться в ослабленной хватке Сана, ища талантливый язык симбиота, член или пальцы – что угодно чтобы снова наполнить и насытить его. Уён пытается озвучить свою потребность, но его речь невнятна, он слишком разморен ласками и у него кружится голова от удовольствия, он лепечет чепуху. Уён зарывается головой и плечами еще глубже в матрас, постанывая во вселенском раздражении от своей неудачной просьбы, прибегая к сексуальным изгибам своего тела, слегка дергаясь, насколько это возможно, в своей скомпрометированной позиции, пытаясь привлечь внимание Сана. Симбиот предупреждающе урчит, когда Уен ерзает, его хватка усиливается, еще более крепкая, чем раньше, бицепсы выпирают и блестят от пота. Это только оказывает противоположный эффект на Уёна, когда огонь возбуждения омывает его гигантской волной, нет, цунами, грозный вид и ощущение силы Сана - это слишком для его и без того взволнованного характера, и он громко стонет, ерзая сильнее. Разочарованный постоянным извиванием Уёна, симбиот рычит, грубо переворачивая меньшего на живот и дергая его бедрами высоко в воздухе. Уён издает смесь хныканья и визга, подсознательно провоцируя Сана на еле бо́льшее грубое обращение. - Сан-а! Сан-ах, пожалуйста, я... – пронзительные крики Уена обрываются, когда Сан засовывает свой язык глубоко в Уёна, не теряя времени, скручивая мыщцу, поглаживая ею по сладкому месту Уёна с поразительной точностью. Глаза парня расширяются, прежде чем закатиться назад, его спина резко выгибается от интенсивного, пульсирующего ощущения удовольствия, пронзающего его всего. Язык Сана такой большой и влажный, широкий, пронзающий его, посылающий своими движениями обжигающий огонь к его члену, и Уён чувствует, как его дырка конвульсивно сжимается вокруг чужого языка, не в силах ничего с собой поделать. Сан внезапно отрывается от его задницы, тяжело дыша, толстая, липкая струнка слюны соединяет его губы с задницей Уена. - У тебя такой приятный вкус с моей спермой внутри тебя, дорогой, - мурлычет симбиот, похотливая фраза, произнесенная этим глубоким голосом, заставляет Уена прерывисто стонать, его дыхание перехватывает посередине. Его стон превращается в задыхающиеся рыдания, когда Сан снова погружается в него еще глубже, существо переключается между траханием его языка мелкими толчками и толчками поглубже, чтобы массировать простату Уёна, снова и снова. Уён дергается, его бедра дрожат, выпуская самые жалкие мяукающие звуки с каждым непристойным хлюпаньем движений Сана. Он раздвигает ноги шире, чтобы позволить Сану насытиться, и симбиот замечает это, потирая свои горячие руки вниз от того места, где они сжимали бедра Уена, поглаживая длину его бедер в странно любящем жесте, прежде чем остановиться на мягком животе Уена. Его большие пальцы мягко обводят плоть там, сильно контрастируя с тем, как он агрессивно раскрывает Уёна своим языком, поедая его, как будто Уен был его последней едой. Когда Сан меняет свой темп на быстрые, пронзительные удары по простате Уена, парень громко визжит и в своем гребаном оцепенении собирает силу в бедрах, чтобы хоть немного двигаться на лице Сана, удовольствие теперь горит в нем слишком сильно, чтобы он мог игнорировать это. Уён двигает бедрами назад, как может, добавленные им движения усиливают тугую спираль возбуждения в его низу живота, выпуская напряженное и хриплое “А-ах” с каждым движением. Сан издает громкий стон от чужого энтузиазма, поднимая руку с того заветного места на животе Уена, чтобы сначала шлепнуть его по бедру, а затем по ягодице. Уён дергается и дрожит, когда удар превращается в хватку, Сан вытягивает ее шире, слюни текут по его уже промокшим бедрам. Уён чувствует себя мокрым везде. Он весь в поту и полном беспорядке своих предыдущих оргазмов, и он может все еще чувствовать, как сперма Сана вытекает из него с каждым новым непристойным движением чужого языка. Его член обильно истекает, предякуляция теперь постоянно капает с опухшей, чувствительной головки, как будто кто-то оставил 'кран' включенным. Он чувствует, как особенно толстая капля вырывается из кончика его члена, капая к уздечке, а после стекает вниз по выпирающей вене на нижней стороне его члена. Ошеломленный таким количеством приятных ощущений, Уён подносит руку к своему забытому члену, орган дёргается в его хватке. Ритм его бедер колеблется от нового прикосновения, и Сан осознает что делает парень, резко шлепая Уена по заднице, рыча. Не прерывая своих собственных действий в чужой задние, Сан выдергивает руку Уёна из-под него, чтобы самому потереть чужой член, грубо прижимая человека к себе. Уён издает смущающий звук, и его щеки пылают; стыд быть пойманным и намек на доминирование смешиваются вместе, чтобы послать озорно-восхитительный коктейль пылающего тепла по всему его телу. Уён борется в напряженной хватке Сан от мучительного удовольствия, и симбиот еще сильнее укреплает свою хватку с еще одним гулким рокотом, сильно нажимая языком в сладкое местечко Уёна, заставляя спираль в его животе напрягается, все туже и туже, вот-вот лопнет, и все это кажется таким хорошим, что он не может— Его оргазм рикошетит через него так сильно, что он клянется, что теряет сознание на секунду, каким-то образом все еще не готовый к собственной реакции, даже когда Уён уже чувствовал все так сильно. Все его тело бьется в конвульсиях, его раздвинутые бедра сильно дрожат от восхитительно невыносимого спазма в нижней части живота и спине, долгий, ревущий стон срывается с его распухших, приоткрытых губ. Его стоны оглушает его собственные уши, но он не может показаться смущенным, когда оргазм держит его в своих напряженных тисках, не давая ему дышать ни на секунду, пока Сан продолжает стимулировать его нежную простату. Кончив дважды, третий раз для Уёна оказывается самым мощным, его нежный член стреляет полосу за полосой спермы на кровать и достигает его груди и шеи. Оргазм все еще не совсем рассеялся, Сан громко стонет от звуков и телесных реакций Уёна, явно довольный своей развратной работой. Он отрывается от дырки Уёна и агрессивно переворачивает его на спину. Парень смутно моргает при виде симбиота, который только что подарил ему самый мощный оргазм в его жизни, его грудь вздымается. Он хнычет при одном взгляде на него, зверь выглядит таким энергичным, нависая над ним, каждый мускул напряжен и готов наброситься на человека. Его грудь вздымается так же сильно, как у Уена, член, узел и яйца огромные – кажутся такими невероятно опухшими, тяжелыми и нетерпеливыми, что человеку так и хочется их освободить. Стон Уёна переходит в мечтательный вздох, когда он подтягивает ноги к груди, выставляя себя на распутное, развратное обозрение Сану. Глаза затуманились, Уен наклоняет голову набок, обнажая свою уязвимую шею, и слегка выпячивает свою грудь вверх, его соски все еще красные. - Давай, детка, разве ты не хочешь отметить то, что твое? Что принадлежит тебе? - Он говорит, нахально провоцируя. Сан рычит, когда его решимость рушится, большая рука хватается за шею Уёна в мгновение ока, слегка сжимая, но все еще безопасно. Он берет свой большой, толстый член в другую руку, надрачивая себе быстро и сильно, хлюпанье его предэякулята и сперма от предыдущих оргазмов, все это звучит настолько грубо, мокро и неаккуратно, что это вырывает еще один скулеж из горла Уёна. Он тянется к чужой руке на шее, опуская голову в попытке засунуть хотя бы один из пальцев себе в рот. Сан смягчается, просовывая два пальца между нетерпеливыми губами Уёна. Парень хмыкает, удовлетворенный, и усердно сосет пальцы, вбирая их столько, сколько может, поглядывая за Сана из-под ресниц. Сан стискивает острые зубы сквозь стон. - Ты такая гребаная шлюха, тебе всегда нужно что-то хотя бы в одну из твоих дырочек, а? - Мммм... мммм, - мычит Уён сквозь полный рот пальцев, его веки трепещут от всплеска тепла, которое слова Сана посылают к его мягкому члену, лицо краснеет. Сан снова рычит, и они с жаром смотрят друг на друга, когда рука Сана ускоряется, его бедра теперь не могут сидеть спокойно. Чувствуя надвигающийся оргазм Сана, Уен вытаскивает пальцы симбиота изо рта и кладет его руку обратно себе на шею, сжимая ее своей. Он раздвигает ноги еще шире, пытаясь показать Сану, насколько грязным он его сделал, напоминая, как симбиот плевал в него и кончал, впитывая почти каждый дюйм его дырочки, задницы и бедер. - Пожалуйста, дай мне свою сперму снова, оппа, Уен-и хочет этого так сильно, пожалуйста! - Уен отчаянно умоляет, все тело жаждет огромного количества спермы Сана, чтобы покрыть его всего ею, что-то первобытное поднимается глубоко в его голове, чтобы заставить это существо отметить его как своего, желая быть Сана и только Сана. Обращение к собственничеству Сана делает свое дело, симбиот взрывно кончает, как только Уен заканчивает свою бессмысленную просьбу, издавая стоны, рычание, и щелкая зубами, когда рывок за рывком веревки спермы вырывались из его дергающегося члена на загорелую кожу Уена. Сначала он бесконтрольно дергал рукой, все еще рыча, прежде чем его задний мозг, по-видимому, передумал, и он толкнул свой пульсирующий член обратно в мокрую дырочку Уёна, затыкая ее своим опухшим узлом. Уён рыдает, когда его снова заполнили и переполнили, повторяя невнятное “да”, когда Сан продолжает накачивать в него свою сперму. Симбиот падает вперед, наклоняясь, чтобы сладко поцеловать Уёна, его рычание превращается в удовлетворенный стон. Во второй раз сегодня вечером живот Уёна раздувается от впечатляющего количества спермы Сана, даже с большим количеством снаружи, уже украшающим его кожу. Уен задыхается от этого чувства, отрываясь от их сладкого поцелуя, поглаживая рукой по шишке на животе в благоговении. - Тебе это нравится? - Он слышит вопрос Сана, заинтересованный, его надежда очевидна. Уён переводит восхищенный взгляд с собственного живота на ухмылку, украшающую красивое лицо Сана. Его сердце сжимается в груди при взгляде в глаза симбиота, румянец заливает его щеки, удивляя самого себя. Он отвечает на вопрос Сана еще одним поцелуем, его неожиданная застенчивость согревает его от кончиков рук до пальцев ног. Они долго обмениваются поцелуями, узел Сана сдувается спустя какое то время. Он вытаскивает свой член немного позже, когда поцелуи становятся более неряшливыми, и они оба шипят от ощущений, все еще чувствительные. Сан клюет Уена один, два раза, прежде чем спуститься вниз по его телу, нежно целуя всюду, куда попадут его губы. Сан выравнивает свое лицо с животом Уёна, слизывая грязную смесь их общей спермы. Уён опускает руку, чтобы отставить ее в волосах Сана, гладит, удовлетворенно мыча. Сан замедляет облизывание, останавливается, чтобы приподнять свое лицо, принюхивается, заинтригованный, как будто он что-то ищет или прислушивается к чему-то. Он продолжает свое странное обнюхивание на мгновение, Уён поднимает бровь на его странное поведение, но он слишком устал из-за их грубого секса и удивительно романтичного ухода, чтобы задавать какие-либо вопросы. Сан, похоже, нашел ответ, который искал, когда он опускает лицо обратно и начинает мурлыкать, звук грохочет по всей комнате и вибрирует у живота Уёна, немного щекоча его. У Уёна все еще так много вопросов относительно того, что, черт возьми, это значит, но он все равно хихикает над неожиданной симпатичностью Сана. Симбиот продолжает мурлыкать, возобновляя свое облизывание и поцелуи, как и раньше, от него явно ощущается счастье. - Ты доволен собой? - Ммм, - мычит Сан в знак согласия. - Очень. Хотя всегда есть возможность для улучшения. Уен снова хихикает над его шуткой и скрытым обещанием следующего раза, он в восторге. Его сердце стучит в груди, бабочки вспыхивают в животе от того, как это легко, пусть и неожиданно - как он и это странное существо так хорошо друг другу подходят. Это кажется невозможным. Или ненастоящим. Кто-то серьезно должен ущипнуть его. - Ну, к счастью для тебя, я отличный судья, - парирует Уен, преувеличенно выпячивая свою грудь. - О, да? - Мммм, - застенчиво отвечает Уен, закидывая свою стройную ногу на талию Сана. - Если мой судья такой симпатичный, то в таком случае, я не думаю, что когда-нибудь уйду с этого конкурса. - Сан ползет вверх, чтобы снова оказаться лицом к лицу с Уёном, наклоняясь, чтобы поцеловать очаровательную родинку под глазом человека. Уён борется с румянцем, поднимающимся к его лицу, смущенный и слегка взбудораженный тем, как взволнованный Сан заставляет его чувствовать всё. Он вздыхает, изображая игривое раздражение. Ему предстоит долгая ночь.