От судьбы не уйдешь, но попытаться можно.

19 июля. 09:30. Квартира Даши и Антона. Дарья открыла глаза и посмотрела на потолок. Яркие лучики солнца рисовали незамысловатый рисунок, пробиваясь сквозь тень тяжелых портьер. Девушке хватило последней недели, что бы каждое утро начинать сомневаться в том, что она проснулась дома. Осторожно выдохнув воздух из легких, Краснова медленно повернула голову налево и с облегчением обнаружила там кудрявую шевелюру, лежащую на соседней подушке. Невольно улыбнувшись, она протянула к завитушкам парня палец и, еле касаясь, дотронулась до своего избранника. Дашке очень хотелось убедиться в том, что Шастун, который мирно спал рядом, действительно существует и никуда не испарится в последующие пару секунд. Дарья посмотрела на часы и, решив не будить Антона, встала, оглядев масштабы бедствия: ее вещи и одежда Шаста были рандомно разбросаны по всему периметру спальни, начиная с прикроватной тумбы, заканчивая полом. Девушка ухмыльнулась, вспоминая флешбэки вчерашней ночи… Той ночи, которая была наполнена любовью и нежностью, той ночи, о которой она грезила в минуты разлуки, той ночи, которая поставила черту под ее сомнениями. Решив, что вытаскивать свой халат из-под спящей туши Шастуна было плохой затеей, блондинка подобрала с пола его бирюзовую футболку. Надев ее на голое тело, Дашка покинула комнату, что бы приготовить завтрак. Краснова разбила несколько яиц в тарелку, энергично взбивая их венчиком. Она бормотала какую-то веселую песенку себе под нос, иногда с улыбкой поглядывая в окно. Да, безусловно, проблемы в ее жизни не рассосались сами собой, но тот человек, который помогал их решать, теперь вновь был рядом и служил опорой, заставляя Дашу, оптимистично смотреть на вещи и верить, что в скором времени черная полоса закончится. С этими мыслями Краснова вылила содержимое на сковороду и принялась нарезать овощи, аккуратно разложив их на разделочной доске в последовательности, понятной только ей самой. Но этому намерению не суждено было сбыться: теплая ладонь накрыла Дашину руку и осторожно вытащила из нее нож. — В нашей паре колющие и режущие лучше держать подальше… — прошептал Антон на ухо Даше, обдавая горячим дыханием шею девушки. — Предлагаешь кусать помидоры и огурцы по очереди? — засмеялась Дарья. — С твоих губ съем все, что угодно, — ответил Шаст, прокладывая пальцами дорожку от запястья к плечу блондинки, — моя футболка идет тебе намного больше, чем мне, — продолжил парень, стягивая с плеча возлюбленной бирюзовую ткань, оставляя на ее коже еле заметный поцелуй. — Антош, омлет… — Ты хочешь это теперь так называть? — Да дурачок, жарится… — Я и против «жарится» ничего не имею, как тебе угодно, — подначивал Краснову Шастун, поднимая край футболки наверх к животу девушки. Даша пятой точкой отпихнула Антона, стоящего позади и демонстративно выключила плиту. Девушка с ухмылкой глянула на кудрявого, который меньше всего сейчас думал о завтраке. Опьяненный присутствием Даши на его кухне, Шаст жадно рассматривал девушку, пытаясь запечатлеть в памяти каждое ее движение, эмоцию и улыбку. Антон, который не выпускал из рук край Дашиной футболки, настойчиво притянул за неё девушку в свои объятия. Краснова, немного смутившись, слегка коснулась мягких губ парня, запуская свои пальцы в непослушные кудряшки парня. Пара стояла на кухне, наслаждаясь долгожданным обществом друг друга, но их идиллию разрушил звонок в дверь, сопровождающийся стуком. Шастун недовольно простонал, не выпуская из своих лап Дарью. — Думаю, что стоит открыть, Антош… Вдруг это из полиции… — Да они затрахали, скоро ночью будут приходить, что бы посмотреть, не убиваю ли я кого-то прямо здесь и сейчас. — Стучат громко… Вдруг ОМОН сейчас вломится, а я без белья, — вновь почему-то смутилась Дарья, отводя взгляд от зеленых глаз. — Аргумент от мастера аргументов… Парень без энтузиазма отпустил Дашку и направился в коридор, из которого продолжали доносится громкие звуки выноса входной двери. Девушка села за барную стойку и продолжила заниматься нарезкой овощей. — Мама?! — Да, мама! Ты не берешь трубку столько дней, Антоша! А потом и вовсе телефон выключил… Дашин номер тоже недоступен. Я звонила Диме, но он уходил от ответа и только Сереженька мне вчера сказал, что ты точно дома. Антон, что происходит? Я же помню наш разговор о том, что Дарье грозила опасность… И вы оба пропадаете! Что вот мне думать? Кто так с матерью поступает? — начала приветственную тираду Майя Олеговна, попутно снимая обувь и вытаскивая из сумки какие-то баночки с вареньем. — Ну маааам… Всё нормально же… Мама Шастуна бросила на сына суровый взгляд и Антон понял, что во всей это кутерьме не звонил домой больше недели. Парень почувствовал себя снова маленьким кудрявым второклассником, которого мать отчитывает за то, что он получил двойку и долго не возвращался с прогулки. Даша, увидев, что Майя Олеговна залетела на кухню как ошпаренная, немного напряглась. Ее внешний вид не располагал к тому, что бы принимать гостей, особенно маму ее возлюбленного, с которой они виделись лишь однажды. Девушка попыталась натянуть футболку до колен, но какой бы безразмерной она не была по бокам, в длину ткань растягивалась намного хуже. Дашка была не самого маленького роста и при попытке перетянуть ткань вперед, оголялись обнаженные ягодицы девушки — это бы радовало глаз Антона, но явно не его матери. — А… Ой… Здравствуйте, Майя Олеговна, — сказала блондинка, тревожно поглядывая на Шаста и присаживаясь обратно за барную стойку, — а Антон не предупредил меня, что Вы приедете… — Антона бы кто предупредил, — пробубнил кудрявый и получил сумкой от матери. Парень слегка улыбнулся, закрываясь руками от удара. Дашка заметила эту отработанную привычку Шастуна на уровне врожденного рефлекса. — Дашенька, здравствуй, а что с вашими телефонами? Неделю не выходить на связь! Как не стыдно то… — женщина немного пожурила Дашу, но по сравнению с коридором, ее взгляд заметно оттаял, когда она увидела немного сонную Краснову на кухне сына. — Извините… У нас были проблемы, но мы их почти решили, — коротко ответила блондинка, вновь посылая зрительный сигнал Антону, который, вскрыв банку малинового варенья, уже залез туда пальцем и громко причмокивал. — Антон! — хором сказали дамы, воплем призывая парня перестать есть сладкое. — Ой, началось… — прошипел Шаст и мягко вывел маму из кухни, давая возможность Красновой надеть хотя бы нижнее белье. Спустя пару минут парень вернулся на кухню к Дашке, которая надев шорты, экстренно готовила еще одну порцию завтрака. — Что делаешь? — спросил Антон, как будто, не замечая действий блондинки. — Хочу еще омлет. — Дааааша, ну не при маме же, — засмеялся кудрявый, давая смачный шлепок по ягодицам возлюбленной. — Вот тебе бы все извратить. Я себе омлет хочу, эти две приготовленные порции для тебя и Майи Олеговны. Последняя же тихо стояла при входе на кухню и молча наблюдала, как ее сын явно не по-дружески касается Дарьи и что-то шепчет ей на ухо, от чего девушка заливается румянцем и смущенно хихикает. Улыбнувшись, женщина так же незаметно ушла, как и пришла. Она списала недельное отсутствие звонков от сына, на его долгие попытки убедить Дашу быть с ним, и судя по увиденному, Антон был крайне настойчив. Дарья на скорую руку организовала завтрак, накрыв стол всевозможными нарезками, тостами, и, конечно же, омлетом, запах которого выманил из комнаты семью Шастунов. Антон сел рядом с Дашей, а Майя Олеговна разместилась напротив них. Ребята еще не сообщили ей, что они теперь вместе и блондинка опасалась реакции женщины на то, что она встречается с ее сыном. Возможно, эта дурная мысль посетила Дашкину голову из-за внезапно накатившего материнского инстинкта: ей бы меньше всего хотелось, что бы ее сын связал жизнь с девушкой, из-за которой ему пришлось бы преступить закон. — Не говори маме, что мы вместе, потом все объясню, — шикнула Антону Краснова, пока Майя Олеговна отлучилась помыть руки перед приемом пищи. Шаст вздернул брови вверх и девушке казалось, что они вознеслись до небес. — Еще чуть-чуть и они достанут самооценку Попова, — засмеялась Дашка, показывая на брови кудрявого. — Объясни, — шепотом попросил Антон, пытаясь всячески поймать взгляд блондинки. Краснова только открыла рот, как за стол вновь вернулась мама Шастуна и радостно посмотрела на ребят. — Ребята, прошу прощения за вторжение… Этого не повторится, если Антоша не будет так надолго пропадать, — Майя Олеговна немного замешкалась, потихоньку осознавая, что, скорее всего, могла сорвать небольшой медовый месяц ребят, — Слушай, Даша, говорю при сыне, что бы ему было стыдно. Я понимаю, дело молодое у вас... Заботы, работа, но не стоит изводить меня. Напоминай ему, что бы хотя бы раз в два дня мне писал или звонил… Дарье стало стыдно, что из-за событий прошедшей недели, они забыли о самом главном — о семье. Если своей маме девушка позвонила перед тем, как уехать в злосчастный недострой и потом свое затишье она спишет на недомогание или на экстренную поездку в гастрольный тур с парнями, то с мамой Шастуна было посложнее: женщина могла сорваться в любой момент и приехать к Антону. Прибудь она на сутки раньше, то вообще бы не обнаружила парочку дома и, наверняка бы, навела еще больше шумихи из-за пропажи единственного сына. — Простите нас, Майя Олеговна, я обещаю напоминать Антоше, что бы звонил Вам при первой же возможности, — улыбнулась блондинка и тепло посмотрела на парня, который, забыв о конспирации, нежно положил свою руку поверх Дашиной. Чуть не подавившись кофе, Дарья округлила глаза и предприняла попытку освободить кисть из плена шастунячьей лапы. — А есть какая-то весомая причина, почему вы не можете мне сказать, что вы вместе? Я же не слепая… — немного с обидой сказала женщина и посмотрела уже на Антона. — Честно сказать, у меня таких причин нет и выдумывать их я не стану. Я признался Даше в том, что я ее люблю, буквально на следующий день после того, как мы вернулись с Воронежа, — Шаст взял кусочек сыра и отправил его в рот, — и, слава богу, эта дама ответила мне взаимностью. — Я и не сомневалась. Все еще было понятно в первые 15 минут нашего знакомства, — Майя Олеговна довольно улыбнулась и глянула на Дашку, — ты чего боишься-то? — Что Вы не одобрите выбор своего сына. Есть ряд причин из-за которых, я, Вам как матери, могу не понравится, — девушка встала из-за стола и убрала в раковину пустые тарелки, поймав на себе удивленный взгляд женщины, — понимаете, Антону постоянно приходится меня защищать и ограждать от неприятностей. — Милая, для этого и есть мужчины. Если бы ты справлялась со всем сама на «отлично», Антоша был бы тебе и не нужен… — Есть вещи, в которых Даша намного лучше меня. Есть вещи, которыми Даша меня приятно удивляет. А есть вещи, в которых она сильнее меня, — вклинился Шастун и похлопал мать по руке, — как минимум, вчера я увидел Дашку совершенно с другой стороны. Все мои друзья вместе взятые не смогли сделать то, что сделала она, — гордо заключил парень, улыбаясь во весь рот, — не волнуйся за нас, мамуль, у нас все будет хорошо. Майя Олеговна до конца оттаяла и простила выходку сына после его волшебного «мамуль». К тому же, она была очень рада, что Антон смог завоевать сердце Дарьи, которая делает каждую минуту его жизни чуточку лучше. — Дашенька, я счастлива видеть сына таким, какой он рядом именно с тобой, — заключила Майя Олеговна, — не придумывай проблем, там, где их нет. — Вот, я ей всегда об этом говорю, — оживился Шаст, глядя то на Дашу, то на мать. Краснова ощутила, что очередной камень сомнений упал с ее израненной души. Всё-таки, семейство Шастунов умеет волшебным образом убеждать... — Как скажете, — мягко улыбнулась Дарья и потрепала Антона по кудрявой шевелюре.