Быть рядом

      Ночь. Распахнув свой смолисто-чёрный плащ, она заботливо укрывала весь город. Серебристые тучи закрывали луну и звёзды, окончательно погружая улицы в липкую, но приятную темноту. Летний ветерок с нежным шуршанием оглаживал бока квадратных зданий и будоражил случайных прохожих, смело вышагивающих вдоль влажных дорог. Недавно прошедший дождик оставил после себя свежесть и расслабляющую прохладу. Казалось, что не хватало лишь какой-нибудь лёгкой романтической музыки, для того чтобы окончательно дополнить царящую в городе атмосферу.       Мужчина, откинувшись на спинку чёрно-белого геймерского кресла, быстро щёлкал мышкой, судорожно что-то делая в компьютере. Лёгкое напряжение в плечах выдавало его торопливость с головой. Хотя, всё же, он выглядел больше невозмутимым, чем обеспокоенным. Было видно, что дело отнимало много сил, сосредоточенности и нервов, но в результате отдавало бесценное удовольствие.       Дверь бесшумно открылась. Мужчина, заметив на полу по нежному-тонкий луч света, невольно приподнял уголки губ, но сделал вид, что ничего не заметил. Не слишком уж робкие шаги за спиной позволили расслабиться и наконец перестать насиловать компьютерную мышку нервными ударами пальцев.       Наушник легко выскользнул из уха, больше не давая возможности скрываться. Мужчина легко улыбнулся, когда на плечо легла чья-то рука. Бережно огладив пальцами чужую ладонь, он кинул в сторону возлюбленного нежный взгляд, как бы беззвучно говоря: «Я тебя слушаю.».       — Ещё долго? — парень словно специально понижал голос, чтобы казаться более серьёзным или убедительным. Это умиляло и в то же самое время вгоняло в тоску.       — Пару минут, — недоверчивое молчание. — Буквально парочка звуков осталась, — ладонь на плече легко заменил чужой подбородок. Мужчина попытался всунуть наушник обратно в ухо. Парень поймал его руку в воздухе и, отобрав наушник, воткнул в ухо.       — Включи послушать, — попросил он. Мужчина выдохнул и, десять раз подумав над возможными вариантами объяснений, которые его точно не спасут, за провод вытянул наушник. Над ухом раздалось озадаченное «Эй.»       — Завтра файл тебе скину и послушаешь, — пообещал мужчина. Парень раздражённо закатил глаза и покачал головой. Чувствовалось, что он готов вот-вот выхватить наушник из чужих рук лишь ради того, чтобы утолить свой извечный любопытный голод.       — Хорошо, — с явной неохотой буркнул парень, сминая чёрную ткань чужого худи. — Не жарко тебе?       — Ты меня отвлекаешь немного, — с мягким напряжением сообщил мужчина. Парень усмехнулся и отпустил рукав, как бы давая разрешение продолжать работать. Мужчина на несколько секунд удовлетворённо зарылся пальцами в кудрявую шевелюру, а затем вернул руку обратно на клавиатуру.       В некоторые дни по вечерам Андрей вёл себя не как взрослый парень, а как маленький мальчишка, которому попросту не хватало внимания от любимого человека. Иногда это раздражало мужчину и раззадоривало парня, а иногда оставляло лишь приятное чувство умиления и такой лёгкой, скорее подростковой, влюблённости.       Внезапно, когда мужчина вновь с головой ушёл в работу, в круглую серьгу в ухе проскользнуло что-то мокрое и шершавое, запустив по всему телу толпы мурашек. Никогда прежде Андрей так не делал, но, судя по настойчиво-аккуратным движениям языка вокруг чёрного колечка, давно хотел.       — Андрей, — мужчина не озвучил просьбу, но подумал, что по строгому голосу всё должно было быть предельно понятно. Парень послушно убрал язык, поняв, что сейчас возлюбленного лучше не напрягать.       — Я завтра уже улетаю, — вместо того, чтобы предпринять какие-либо действия, жестоко напомнил Андрей, продолжая смущающе обдавать чужую мочку уха горячим дыханием. Металл, покрытый слюной, контрастно холодил кожу.       — Если ты продолжишь меня отвлекать, то завтра улетишь без... — мужчина резко замолчал, поняв, что сболтнул лишнего.       — Ты хотел полететь со мной? — удивлённо спросил Андрей.       — Нет.       — Валер?       — Не-ет, — Андрей знал, что Валера панически боялся высоты. И даже факт существования под собой нескольких километров, приводил его в нестерпимый ужас. Именно поэтому чаще всего на самолёте к возлюбленному летал как раз таки Андрей(который, к слову, высоты боялся не меньше. Но, как говорил сам парень:«Слабоумие и отвага»). Валера же предпочитал добираться до Белгорода поездом. Поэтому даже предполагать о возможном полёте Валеры с Андреем было тупо и крайне самонадеянно.       — Ладно, — мужчина облегчённо вздохнул и продолжил работу.       В комнате царила тёмно-синяя темнота, прорезаемая лишь тонким светом из коридора. В луче пролетали редкие пылинки, как бы напоминая, что вместо работы не помешало бы заняться уборкой всей квартиры. Андрей от скуки попытался поймать одну из пылинок. Маленькая частичка проворно уплыла от чужой ладони по воздуху и скрылась в темноте. Парень ещё более удручённо продолжил следить за работой Валеры.       Спустя несколько минут раздался восторженный хриплый вскрик, ознаменовавший окончание долгой и сложной работы.       — Всё? — Андрей заглянул в монитор и попытался разобрать хаос из звуковых дорожек царящий там. Валера чуть сполз с кресла, думая, что уснёт прямо тут.       — Голова болит, — хрипло сообщил он, зарываясь ладонью в светлую шевелюру. Андрей сочувственно накрыл его ладонь своей и заботливо расчесал спутавшиеся локоны.       — Пошли спать.

***

      Прижимать родное тело к себе, ладонью нащупывая быстрое сердцебиение, ощущающееся прямо под футболкой казалось таким обычным, но таким трепетным делом. Ощущать под ладонью родное учащённого дыхание, словно запертое в грудной клетке и заставляющее хотеть проводить с этим человеком ещё больше времени. Родные губы, так отчаянно не выпускающие из поцелуя, и заставляющие прижиматься к разгорячённой коже. Ещё больше. Ещё теснее. Желание быть вместе — вот что заставляло их так усердно рваться в другой город за сотни километров. Лишь бы повидаться на пару секунд. Лишь бы ощутить тепло родного тела. Лишь бы просто быть рядом.       Они целовались так, словно виделись в последний раз в своей жизни. Словно больше никогда не смогли бы услышать этих родных вздохов и полустонов, то и дело срывающихся с губ. Словно они больше никогда не смогли бы прикоснуться друг к другу так, как делали это сейчас: нежно и жадно. Словно они больше никогда не смогли бы смотреть друг на друга так, как делали это сейчас.       Андрей оставил на шее возлюбленного мокрую дорожку из поцелуев, а затем снова приник к его щеке. Валера впился ногтями в любимую талию, словно больше никогда не смог бы огладить её горячими ладонями. Они оба действовали так жадно, будто являлись самыми корыстными людьми на земле. И страстью своей они считали не деньги, а друг друга.       Андрей со вздохом оторвался от зацелованной шеи, покрытой частыми багровыми пятнышками.       — Леопард, — усмехнулся парень и, не дав Валере вставить какую-нибудь самовлюблённую шутку или фразу, жадно впился в любимые губы. С этим поцелуем к нему словно возвращались все потерянные за долгое время силы, нервы и желание жить. Приосанившись, он заставил Валеру послушно потянуться за ним вверх, словно тот был на невидимом поводке.       Соседи не ненавидели их за шум по ночам, потому что возлюбленные не нуждались в бесконтрольной всеобъемлющей страсти.       Валера положил ладонь на затылок Андрея, не позволяя отстраниться. Ему было плевать на воздух, столь стремительно покидавший лёгкие. Ему было плевать на потраченное время, так быстро утекающее словно песок сквозь пальцы. Ему было плевать на гематомы на шее, которые потом не получится скрыть даже под тоннами тонального крема и одеждой.       Потому что всё это они щедро разделяли между собой на двоих.       Андрей чуть отстранился от любимых припухших от поцелуев губ. На его лице заиграла лёгкая расслабленная улыбка, заставившая сердце старшего биться быстрее. Валера провёл ладонями по скрытым под футболкой рёбрам и прижал возлюбленного к себе, размеренно оставляя на открытых ключицах поцелуи. Андрей зарылся ладонью в светлые волосы, заботливо перебирая локоны пальцами.       Они покидают общество друг друга всего на месяц и смогут видеться по видеозвонкам, но чувство скорой разлуки всё равно давит где-то в груди непосильным грузом.       — У тебя же вроде голова болела, — Андрей уложил подбородок на взлохмаченную макушку и вдохнул мятный запах ещё влажных после душа волос. Он обожал так делать, чем часто смущал возлюбленного.       — Уже нет, — Валера прикусил бледную кожу на шее, а затем бережно зализал следы от зубов языком. Ему нравилось в этом человеке всё: начиная от беспорядочных кудряшек по утрам и заканчивая надоедливым трудолюбием, странно граничащим с ленью. Он не был идеален, но вызывал такие чувства, которые нельзя было назвать ничем кроме восхищения и безраничного обожания.       Наконец, кажется, насладившись друг другом, они позволили себе отстраниться. Андрей отполз на свою часть кровати, для того чтобы поставить телефон на зарядку. Валера же с влюблённой внимательностью наблюдал за каждым его действием.       — Поставишь будильник? — спросил парень, что-то проверяя в телефоне.       — А ты нет? — Валера взял в руки телефон и открыл приложение с иконкой часов.       — Боюсь, что не сработает.       — На сколько? — Андрей убрал телефон под подушку и залез под одеяло. Маску для сна он благополучно с собой не взял, а потому процесс погружения в сон обещал быть крайне долгим.       — На шесть, — словно от осознания скорого пробуждения, парень зевнул. Поудобнее устроившись под одеялом он повернул голову на Валеру, настраивавшего будильник, — Только на максималку звук выкрути.       — Не проспим, — Валера отложил телефон в сторону и залез под простыню. В отличие от Андрея, летом он предпочитал спать не под тяжеленным пуховым одеялом, из-за теплоты которого нередко хотелось взвыть, а под лёгкой простынёй.       — В прошлый раз ты также говорил, — Андрей притянул возлюбленного к себе за плечи и обнял, нехотя высунув руки из под жаркого одеяла. При встречах они почти всегда так спали. Уткнувшись носом в мерно вздымающуюся грудную клетку, Валера улыбнулся. Но не по-привычному ехидно, а добро. Скорее даже блаженно.       — Спокойной ночи, — тихо сказал Андрей.       — Спокойной.

***

      Пасмурное небо невозмутимо нависало над аэропортом. Серые, свинцово-тяжёлые тучи слились с ранее синим небом. Картину дополнял мелкий противный дождик, который налипал на всевозможные поверхности, сильно раздражая. Дороги сопливо хлюпали от подошв ботинок, колёсиков чемоданов и чёрных шин грузных автобусов.       — Точно всё взял? — спросил Валера. В вопросительном тоне проскользнула нотка мольбы и разочарования.       — Ты чё мне как мамка? — несмотря на беспечный тон, парень всё же проверил сумку на наличие документов и билетов. — Всё на месте.       — Жаль, — тихо сказал Валера. Андрей с усмешкой развёл руки в стороны и по-дружески обнял мужчину, несколько раз похлопав его ладонью по спине. Грудная клетка встревоженно вздымалась.       — Ещё увидимся, — пообещал парень, с слишком уж явным нежеланием отпуская Валеру из крепких объятий.       — М, кстати, — Андрей вопросительно вскинул брови, наблюдая за тем, как Валера что-то искал в телефоне, вскинув вверх палец, в просьбе подождать. Эту привычку он перенял у Андрея, что последнему показалось забавным. — Помнишь вчерашний файл?       — Помнишь, — кивнул Андрей.       — Я тебе его сейчас скину в телегу, — спустя пару секунд телефон в кармане завибрировал. С присланным сообщением громогласно прозвучало и объявление с просьбой пройти к пункту досмотра, — Всё, — Андрей включил телефон, желая посмотреть: Что же за загадочный файл скинул ему Валера? — Нет, — на экран телефона легла ладонь. Андрей поднял озадаченный взгляд на мужчину. — В самолёте, — пояснил Валера.       — Ладно, — нехотя согласился парень и, под пристальным взором возлюбленного, спрятал телефон обратно в карман.       — Точно всё взял? — напоследок спросил Валера, поправляя капюшон худи. Андрей взял его за руку и пожал. Слишком долго для дружеского рукопожатия и слишком грубо для чего-то более близкого, чем просто старые приятели.       — Да, — прозвучало как жестокий вердикт.       — Иди, — Валера отвернулся и пошёл на выход из здания. Андрей улыбнулся ему вслед, зная, какая буря эмоций сейчас разрушала всё внутри его возлюбленного. Ведь ощущал он почти то же самое.       — Увидимся, — сказал парень, направляясь к пункту досмотра.

***

      Андрей рассеяно смотрел в иллюминатор самолёта. На окна сокрушённо прилипал тот самый мерзкий дождик. Хотелось стереть его горячими подушечками пальцев и вытереть об обивку кресла. Чтобы не раздражал. Чтобы не напоминал.       В самолёте царил уже давно привычный гул: кто-то не мог разобраться с местом, кто-то не мог впихнуть ручную кладь на её законное место, а кто-то уже мирно сидел на своём месте и переговаривался с соседями или родственниками. Андрею же оставалось встревоженно пялиться в серое окошко, словно в ожидании чего-то.       Погода на улице вызывала внутри лишь пустоту и холодную апатию. Парень вздохнул и посмотрел на выключенный экран телефона. В наушниках до невозможности громко играла музыка, выбивая из головы все нужные и ненужные мысли. Какой-то иностранный исполнитель, которого Андрей добавил в плейлист ещё давно. Даже несмотря на свой хороший уровень английского, слова он разобрать почти не мог. То ли от громкости звука, то ли от банального нежелания становиться частным переводчиком для самого себя.       Андрей включил телефон и зашёл в телеграм. Он легко улыбнулся, когда увидел непрочитанные сообщения от Валеры: Удачного полёта Напиши, как долетишь       Андрей перевёл взгляд чуть выше. Долгожданный файл с какой-то музыкой уже скачивался на телефон. Парень в предвкушении чуть понизил громкость на телефоне, зная особое пристрастие Валеры к электронной музыке, которой тот занимался уже не первый год.       Наконец, файл загрузился. Андрей выдохнул, успокаивая бешеное сердцебиение и включил музыку.       Первым делом прозвучало аккуратное вступление, которого Андрей раньше не слышал. Он удивлённо посмотрел на экран телефона. Почему-то ему казалось, что это будет какая-нибудь аранжировка или трек, сделанный на заказ, которых Андрей уже успел наслушаться. И только после этого в голову пришла мысль прочитать название файла.       «Быть рядом».       Андрей смущённо улыбнулся, самозабвенно продолжая слушать новый и пока не совсем доработанный трек на пол минуты, в котором даже не было слов, кроме вышеупомянутого названия. В звуках чувствовались торопливость и аккуратность, с которыми делался трек. Андрей поджал губы, чтобы не выглядеть слишком уж счастливым и ненормальным для окружающих его пассажиров.       Он вернулся в их переписку и написал ответ:

Иногда я поражаюсь тому, насколько быстро ты способен работать, если это нужно И если ты этого хочешь Спасибо