Если бы не ты

Тэён стоял на автобусной остановке. Растущее рядом дерево шелестело салатово-зелёной листвой, на интерактивном щите, мелькая, сменялась реклама, мимо проносился оживлённый поток машин и общественного транспорта. Парень запрокинул голову к ясному васильковому небу, на котором не было ни облачка. "Тебе не привыкать, Ли Тэён, ничто хорошее не длится вечно, а те, к кому ты привязываешься, всегда уходят из твоей жизни," подумал он с горечью, обращаясь к самому себе и ковыряя носком кроссовка асфальт под ногами. Какая-то его частичка где-то глубоко внутри хотела, чтобы Джэхён побежал следом за ним, догнал и схватил за руку, но он тут же отбросил это желание, качая головой, торопливо выходя из лифта и шагая к остановке за углом здания. Теперь он стоял один, смотря на оживлённое шоссе и пряча руки в карманах толстовки. "Я не имею никакого права его удерживать, но почему мне так больно от мысли, что он может уехать? Он должен поступать так, как лучше ему, я не хочу быть обузой, которая, словно якорь, удерживает его здесь." Он залез в подошедший автобус, плюхнулся на сиденье в самом конце и прислонился виском к окну. "А ты уже размечтался, что наконец-то не один, что наконец-то спустя столько времени появился человек, которому ты небезразличен... как глупо и наивно." Он смотрел на проплывающую за окном улицу, здания, магазины с разнообразными вывесками и остановки. "Да, я очевидно ему нравлюсь, но разве это нечто большее, чем просто влечение? Есть ли у нас хоть какой-то шанс на совместное будущее? Он... он мне нравится. Я позволил себе влюбиться в Чон Джэхёна." В горле встал противный комок, в глазах слегка защипало, и Тэён сделал несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться и не дать волю непрошенным слезам. "Нечего тут разводить нюни. Ты сильный и со всем справишься. По крайней мере, проблема с долгом уже совсем скоро решится. А к одиночеству и правда не привыкать, так что нечего жалеть себя." Автобус затормозил на остановке, и Тэён, поднявшись с места, пробрался к выходу. Сошел на пустой остановке на окраине города и побрёл вперёд по дорожке, окружённой деревьями. Купил маленький букетик белых и небесно-голубых цветов у продавщицы, торговавшей на обочине, и двинулся дальше. Вскоре по левую сторону началась каменная ограда и, пройдя немного, юноша свернул на территорию кладбища. Птицы безмятежно пели в кронах высоких деревьев, шуршащих густой листвой, и их звонкие трели и чириканье разносились по округе, только вот спящие вечным сном не могли их услышать. Тэён медленно зашагал по гравиевой дорожке, шурша кроссовками и сжимая в руках букетик полевых цветов. Слева и справа тянулись длинные ряды каменных надгробий и могильных плит, некоторые были усыпаны большим количеством свежих цветов, другие выглядели заброшенными, очевидно, их не навещали долгое время. Тэён свернул вправо и двинулся вдоль ряда. Притормозил у знакомой каменной плиты и несколько мгновений смотрел на неё, чувствуя странные, смешанные эмоции. Он помнил ранее детство и грубоватые, тёплые руки отца, его неумелую заботу, которая с годами стала проявляться всё слабее и постепенно исчезать. Отец всё чаще пропадал вне дома, играя в карты с приятелями, всё чаще приходил подвыпившим, а однажды заявился домой и вовсе в стельку пьяным. Тэён тогда сидел у себя в комнате, заканчивая домашнюю работу по математике, которая давалась ему с трудом и поэтому пришлось сидеть допоздна, склонившись над учебником и тетрадью со сложными уравнениями. Услышав стук, он побежал в коридор и, открыв дверь, увидел еле стоящего на ногах отца, от которого за версту несло алкоголем. Тот что-то бессвязно бормотал, а потом вдруг начал кричать, чтобы Тэён учился лучше, больше делал домашних дел, что он сплошное разочарование и вообще это он виноват, что мама умерла при родах и лучше бы он не рождался вовсе. В тот вечер он впервые ударил сына, и утром, протрезвев и вспомнив, что сделал, умолял простить его и жалел о содеянном. Однако этот раз не стал единственным и, лишившись работы на заводе из-за нерегулярной посещаемости, отец запил лишь сильнее и иногда позволял себе поднять руку на Тэёна. Это случалось не слишком часто, но с тех пор Тэён старался избегать отца по мере возможностей и после работы, на которую он был вынужден пойти, бросив учёбу в школе, он никогда не торопился домой. Ли отвёл взгляд от потемневших на каменной плите букв и зашагал вперёд. Спустя несколько минут он остановился возле небольшого мраморного надгробия в самом конце ряда у ограждения. - Ну здравствуй, Юта. Он присел на корточки и положил цветы. Помолчал какое-то время, прежде чем заговорить. - Знаешь, я думал, что больше никогда не влюблюсь в кого-то так, как я был влюблён в тебя. Но я ошибался. Безмолвие кладбища нарушало лишь отдалённое пение птиц где-то высоко да шелест ветра в листве деревьев. - Я полюбил одного человека, он такой заботливый, у него красивая улыбка с ямочками и он так потрясающе целуется... - уголки губ непроизвольно поползли вверх, складываясь в улыбку, мягкую и грустную. - Я хочу вместе с ним завтракать по утрам и ужинать в конце длинного дня, гулять вдоль реки и в парке недалеко от дома, хочу держать его за руку. Хочу засыпать рядом с ним, потому что именно рядом с ним мне больше не снятся кошмары. Он замолчал, слушая мелодичные трели пташек в кронах деревьев. Порывистый ветер трепал его волнистые волосы, шевелил лепестки на лежащем возле надгробия букете. - А он скорее всего уедет... и я пойму, если он так поступит. Но я не хочу его терять. Я больше не хочу терять тех, кого люблю. Он медленно поднялся на ноги, спрятал руки в карманы. - Ты всегда говорил, что я сильный и что я не должен сдаваться. Ты прав, если вдруг Джэхён исчезнет из моей жизни, я снова это переживу. Снова буду двигаться дальше, несмотря на боль. Кажется, это и значит быть сильным и стойко принимать удары судьбы? Не хочу, чтобы он понапрасну спас меня в тот день и поэтому буду жить дальше. Но ничего и никого нельзя удержать, верно? Если Джэхён захочет уехать, я не должен этому препятствовать. Лучи солнца пробились сквозь крону высокого ясеня и залили тёплым ярким светом надгробие с высеченным мелкими буквами именем и датой. - Тебя больше нет. Я навсегда запомню твою дружбу, поддержку, твою невероятную способность выслушивать и твою целительную улыбку, но нужно двигаться дальше. Спасибо за всё, что было. Спи спокойно, Юта. Солнечные лучи, золотясь, играли на мраморе. Взявшаяся из ниоткуда маленькая лимонного цвета бабочка, взмахивая хрупкими крылышками, на мгновение присела на белый цветок букета и взлетела, растворяясь в воздухе. - Я просто хочу, чтобы он был счастлив. Пусть вдали от меня, но зато живой и здоровый. Да, так будет правильно. Я должен поговорить с ним. И если он всё-таки решится отправиться заграницу, я должен успеть сказать, что люблю его. На этот раз я должен признаться, потому что тебе я так и не успел. Он бросил последний взгляд на окутанную солнечными лучами могилу и отвернувшись, быстрым шагом пошёл прочь. Джэхён говорил, что закончит работу поздно вечером, и Тэён, утолив голод в маленьком кафе в центре города, решил прогуляться по парку и вечером вернуться в редакцию, чтобы не откладывать разговор. "Возможно, не стоило так убегать, не дав ему объясниться. Мы должны поговорить о его планах... и о том, кто мы вообще друг другу", думал Тэён, по привычке покусывая нижнюю губу и неспешно прогуливаясь по живописной дорожке многолюдного парка. Впервые за многие годы у него выдалось столько свободного времени, он слишком привык много и усердно работать с подросткового возраста и мало отдыхать. Фонтанчики негромко и мелодично журчали, цветы на аккуратно высаженных клумбах благоухали и поражали глаз разнообразными оттенками: лиловыми, тёмно-синими и алыми, и ярко-жёлтыми. Мимо проехала компания подростков на скейтах, что-то весело крича друг другу и смеясь; следом пробежала девушка в спортивном костюме мятного цвета, совершающая ежедневную пробежку. Апельсиновое солнце светило ослепительно, напоминая о приближающемся лете. Тэён наблюдал за людьми, вдыхая тёплый, пропитанный цветением и запахом травы воздух. По дорожке бегали дети, догоняя друг друга или размахивая мороженым на палочке, кто-то играл в бадминтон на лужайке, проносились энергично крутящие педали велосипедисты, гуляли, держась за руки, парочки. Тэён невольно вспомнил день знакомства с Джэхёном, поломанный велосипед и содранные в кровь ладони, участливый взгляд и поддерживающие мягкие руки. Скользнув взглядом по милым парню и девушке в парной одежде, тут же подумал, что хотел бы носить парные наряды вместе с Джэхёном. "Но не думаю, что этому суждено сбыться. Он поступит так, как считает нужным, а я не сомневаюсь, что он не захочет упускать такой шанс для карьерного роста. Я не тот человек, ради которого он смог бы остаться." Тэён опустился прямо на землю, недалеко от семьи, устроившей пикник, и провёл рукой по короткой бархатистой траве, пропуская её сквозь пальцы. "Останься. Я так хочу ему сказать: останься со мной". Он вздохнул, упорно стараясь выкинуть мысли о Чоне из головы, и лёг на траву, заводя руку за голову. Над головой простиралось необъятное, бездонное небо, синева которого застилала глаза. Казалось, можно провалиться в этот безграничный небесный океан. Лежать вот так, под ласковым солнцем и безбрежным небом, было хорошо и приятно. Он мог бы вернуться к Джэхёну домой, но не хотел уезжать далеко от редакции, считая часы до окончания рабочего графика младшего, не хотел быть один в пустой квартире, где они все эти дни были вместе. "Не хочу ощущать его отсутствие". Он почувствовал, как его бока что-то коснулось, и открыл глаза. - Простите, аджусси, - пропищал маленький мальчик, поспешно хватая мячик и вприпрыжку удаляясь обратно к семье. "Аджусси", весело усмехнулся Тэён, провожая его взглядом, и снова расслабленно закрыл глаза, подставляя лицо тёплому ласковому солнцу. Перед глазами неустанно возникал образ Джэхёна, мягкая улыбка с глубокими ямочками и нежный, внимательный взгляд карих глаз красивой формы. У него и нос тоже красивой формы, такой прямой. И этот волевой подбородок, и большие горячие ладони, которые просто не умеют касаться грубо... Тэён гулял по парку и городу весь остаток дня, до тех пор, пока часы не показали долгожданное время. Юноша подошёл к зданию, чувствуя, как сердце ускоряет свой ритм, зашёл на первый этаж, совсем пустой, потому что почти все сотрудники уже покинули рабочие места и поспешили домой, радуясь окончанию работы и предстоящим выходным. Где Джэхён может быть сейчас? Вероятнее всего в студии? Ли зашёл в лифт, нажимая кнопку необходимого этажа, чувствуя, как в груди щекочет от волнения и предвкушения встречи. "Хочу посмотреть в его глаза, даже если он скажет: я собираюсь уехать. Так сильно хочу увидеть его, не смотря ни на что. Хочу услышать его голос. Что, если он всё-таки скажет, что останется?... Нет, Ли Тэён, не фантазируй зря, будь готов к любому его решению." Они не виделись лишь несколько часов, но Тэёну казалось, что канула целая вечность с тех пор, как он подписал контракт, увидел злополучное письмо и сбежал. Двери лифта распахнулись с коротким музыкальным звуком, и Тэён шагнул в коридор. И внезапно остановился, не в силах сделать следующий шаг. Джэхён стоял спиной к двери студии, и его крепкие руки держали тонкие предплечья стройного беловолосого парня, чьего лица не было видно и который тесно прижимался к фотографу. Кажется, их лица разделяло всего лишь пара сантиметров или же... Поцелуй? Тэён ощутил, как зашумело в ушах, кровь прилила к лицу, а частое сердцебиение сбилось, пропуская очередной удар. Он быстро развернулся, не чувствуя ног, выскочил на лестницу и побежал вниз. Будто сквозь туман услышал за спиной: "Хён, подожди, Тэён-хён!", но не замедлил шаг, перепрыгивая через ступеньку и чувствуя, как сердце падает вниз и разбивается на тысячи осколков.