Nab1 & Sweety

      Йеджи обнимала плюшевого медведя одной рукой, а другой — держала телефон, прижимая динамик к уху. Она переслушивала голосовые сообщения Сыльги, радостно улыбаясь. Старшая сестра рассказывала историю о ее девушке.       «Джухён-и такая забавная. У нас есть парные пижамы. Очень милые, к слову! — доносится с динамика телефона голос девушки. — Так вот, к этим пижамам мы однажды купили ободки с ушками. Она свои перед отъездом оставила у нас в квартире, а потом первые дни в Чеджудо дулась на меня, говоря, что это моя вина. Сегодня целый день ворчала мне под ухо, а в конце дня, когда я надела свой ободок, она просто сняла его. И знаешь что сделала? Я не могу, такая она забавная. С довольной мордахой надела на себя и о-о-очень самодовольно улыбнулась. А после с милой интонацией что-то мне пропела. Я знаю ее столько лет, но все еще с восторгом нахожу такое ее поведение. Ну мне стало смешно, я засмеялась. И тут у нее сразу испортилось настроение, и она накинулась на меня! Представляешь!»       Хван смеется.       «Стала меня лупить, при этом добавляя, что я не люблю ее милую, ребяческую сторону. Ккома-я, моя девушка за почти шесть лет так и не поняла что ли, что я люблю ее так сильно, что мне без разницы, будет она со мной моей милой Джухён или серьезным и суровым юристом Айрин».       Йеджи немного неловко слышать от сестры такие слова как «моя девушка» и «я люблю ее так сильно». Сразу в разум врезается холодный голос отца, утверждающий, что отношения между девушками не должны существовать. Что это полный бред, абсолютное безумство и что это против природы.       Голосовое сообщение прерывается. Телефон начинает вибрировать в руке, а на экране появляется фотография подруги и надпись «Лиа».       — Ты не звонила мне целую неделю, — перед Йеджи предстают надутые губы девушки. — Я расстроена!       — Соскучилась? — она сильнее прижимает медведя, подбородком упираясь в голову плюшевого. — Могла бы написать мне. Я всегда готова с тобой поболтать.       — У меня были съемки, — скулит девушка, устало откидывая голову на сиденье автомобиля. — Агентство договорилось сотрудничать с брендом косметики, и у меня были трехдневные съемки в штатах. Я только вернулась.       — И сразу решила позвонить мне? — Йеджи театрально ахает. — Я так тронута.       — В самолете с сотрудниками смотрела вышедший эпизод шоу. И знаешь, что менеджер-онни мне сказала? — Лиа приближает телефон к своим глазам, показывая свое шокированное состояние. — Ты и Рюджин? Вместе?       — Что?       — В плане, — девушка усмехается, отдаляя телефон, — вас объединили в дуэт. Какой кошмар, у них все в порядке с головой?       — Рюджин задала такой же вопрос недавно.       — Что планируешь делать? — Йеджи вздыхает.       — Выступать, конечно же. Я не хочу вылететь с шоу. Если для этого мне нужно терпеть ее отвратительное поведение, то я сделаю это.       — Что она уже успела натворить? — девушка ставит телефон на опору, освобождая руки. Она опирается локтями в колени, положив голову на ладони.       — Заставила сотрудницу покормить меня. Онни пришлось потратить свои деньги, хотя моим питанием на шоу должна заниматься компания, — фыркает Хван. — Затем я подумала, что стоит купить что-то на ранний ужин. Но онни спросила, покупаю ли я это для Рюджин, и мне пришлось ответить да.       — Зачем? — усмехается Лиа.       — Я не знаю! — пищит Йеджи, пряча лицо в мехе игрушки. — Подумала, что это некрасиво покупать еще что-то для себя за деньги сотрудника. Поэтому сказала, что это для Рюджин.       — Такая ты сладкая, я не могу! — девушка пищит от восторга, а Йеджи улавливает недовольный вздох на фоне. «Бедный водитель».       — Потом было еще хуже. Это кошмар, Лиа! — она падает на кровать, все еще продолжая рукой обнимать медведя. — Мы пришли в студию, а она спала! Представляешь! У нас было учебное время, а она просто валялась на диване и спала. Безобразие!       — А в чем проблема? Может, она просто не выспалась. Ты ведь не разбудила ее?       — Конечно, я разбудила ее!       — Ты такая злая… — скулит Лиа.       — Потом к нам пришли другие участницы. Карина и Винтер — наши бывшие напарницы. Они принесли обед, поболтали, а потом я как-то ввязалась в разговор и все свелось к тому, что онни задает вопрос Рюджин, кто в ее вкусе.       — Так, вот это уже интересно, — девушка наклоняется ближе к камере. — И кто же?       — Вообще вопрос был не об этом. Карина спросила, во вкусе ли я Рюджин…       Йеджи хочет накрыть ладонями уши, когда подруга пораженно кричит ей в ответ.       — И что она ответила?       — «Такие, как Йеджи, не в моем вкусе». Фу, бесит, — Йеджи морщится, перекатываясь со спины на живот.       — Я не понимаю, ты обозлена или расстроена этим?       — Первое, — бурчит девушка.       — Знаешь, я понимаю, что вы ненавидите друг друга, но она такая врушка, — Йеджи странно смотрит на экран телефона. — В детстве она всегда тянулась к кому-то похожему на тебя. В том плане, что твоя личность ей бы понравилась, если бы вы не были врагами.       — Подожди, Лиа-я! — верещит девушка. — Вы знакомы?       — Йа! Ты смеешься надо мной? Я уже много раз об этом упоминала!       — Когда? Я не помню!       — Айш, потому что ты всегда меня перебивала, вновь продолжая ругаться на Рюджин-и, — Йеджи замолкает. Подруга говорит правду. — Ты ведь помнишь Чэён-ним? Она на шоу судья.       Девушка кивает головой.       — Перед тем как я с семьей переехала в другой район, она познакомилась с ее сестрой — Черён. Она похожа на тебя. В том плане, что вы с ней такие… не знаю, мягкие? На вас смотришь и думаешь, какие же вы драгоценные девочки. Ты настолько замечательная, что иногда мне хочется засунуть тебя в кармашек и спрятать от всех бед этого прогнившего мира.       — Я, конечно, рада слышать такие слова, но к чему ты ведешь? Зачем мне эта информация?       — Не знаю, мне показалось, что тебе нужно знать об этом.       — Я все равно не поменяю мнение о ней, ты ведь знаешь, — Лиа тяжело вздыхает.       — Ты ведь хочешь выиграть шоу? — Йеджи кивает. — Тогда тебе придется найти с ней общий язык. Если мой менеджер каким-то образом узнал, что вас объединили в дуэт, значит скоро узнают все. Люди начнут обсуждать это. Это вызовет ажиотаж, и тогда сценаристы шоу начнут творить всякую дичь, лишь бы вы поднимали им рейтинги.       — Какая тебе разница? — недоумевающе спрашивает Хван. — Я все равно не хочу пытаться улучшить с ней отношения. Она меня раздражает.       — Во-первых, я не хочу, чтобы ты стрессовала из-за этого, — начинает Лиа. — Во-вторых, Рюджин бывает бесячей, но у нее и хорошая сторона есть. Она на самом деле лапочка.       — Прошли годы, она могла измениться.       — А могла и нет.       — Чего ты добиваешься? — Йеджи видит, как подруга берет телефон в руку, открывая дверь автомобиля.       — Я просто хочу предложить тебе попытаться посмотреть на ее поведение с другой точки зрения. Каждый раз я только и слышу от тебя, как она тебя бесит. Хочется какого-то разнообразия. Так, мне пора идти. Меня ждет Белла и мягкая кровать. До встречи!       Девушка успевает только открыть рот, чтобы что-то ответить, но подруга уже сбросила видео-звонок. «Она просто предложила мне поменять мнение о Рюджин? Сумасшедшая».

***

      Йеджи опоздала на тренировку, чем Рюджин, конечно же, была недовольна. Она в течение получаса бухтела на напарницу, называя ее безответственной, пока Хван в это время разминалась. Наён сидела на полу, опираясь спиной на настенные зеркала. Сотруднице нужно было отснять хореографию, чтобы девочки убедились, что они хорошо поработали над визуальной составляющей выступления.       И в принципе Йеджи была довольна проделанной работой. Они синхронно двигались, не пропускали элементы в связке и даже добавили пару тактильных движений, чтобы угодить сценаристам. А что самое главное, за два дня работы над хореографией они ни разу не поругались. Да, Рюджин продолжала периодически выпускать какие-то колкости в сторону напарницы, но Хван особо не обращала внимание на нее. Да и было это всего раза два, что уже достаточно удивительно.       — Мне все нравится, — начинает Рюджин. Руки заведены за спину, опираясь на пол, а ноги свободно раскинуты по паркету. — Хорошая работа, Люси.       — Согласна, Джоанн, — Йеджи смущенно отводит взгляд, но все-таки успевает поймать мимолетную улыбку напарницы, пока голос Наён не прерывает их небольшой момент.       — Мне не нравится.       На самом деле сотрудница впервые дает какой-либо оценочный комментарий. Обычно она говорила Йеджи, что судьям это понравится или что девочки молодцы и прочее. Но сейчас что-то было не так.       Наён поджимает губы, повторно изучая взглядом видео.       — Что не так, онни? — спрашивает Рюджин, чуть наклоняясь к сотруднице.       — Ты же знаешь, Рюджин-и, что я наблюдала за Йеджи и ее напарницами последние полтора месяца. Всегда все было хорошо, но сейчас… это не то, что от вас ждут.       — Они могут ждать что угодно, мы не будем танцевать лирику, — твердо говорит девушка. — Мы хорошо проработали хореографию, в чем проблема?       — В эмоциях. Вы как две деревяшки. Выбрали такую песню, но она никак не вяжется с вашими движениями. Между вами даже никакой химии нет.       — А мы разве похожи, не знаю, на реагенты какие-нибудь, чтобы между нами была химия? — Йеджи тихо усмехается. Рюджин нечитаемым взглядом смотрит на нее.       — Я бы посоветовала вам придумать еще одну хореографию. Завтра репетиционный день, если сценаристы решат забраковать ваше выступление, то вы не успеете ничего нового придумать.       — Ты нас недооцениваешь! — защищается Йеджи.       — Вот именно! — поддакивает Рюджин.       — Как скажете, — устало вздыхает девушка. — Только когда такое произойдет, я вам мои слова еще припомню.       Напарницы согласно кивают головами, а после дают друг другу пять. После достаточно громкого хлопка комнату заполняет неловкая тишина. Йеджи и Рюджин уводят взгляды в сторону. Они явно не ожидали, что в порыве эмоций сделают что-то подобное. «Мы просто устали», — стараются убедить себя девушки.       Сотрудница лишь усмехается, поглядывая на часы.       — Раз вы не хотите принять мой совет, то пора собираться домой. Я бы предложила вам поужинать, но подруга назначила мне свидание вслепую, так что мне нельзя опоздать.       Рюджин сразу же встает с пола, подбегая к уложенным на диване вещам. Она подхватывает толстовку, натягивая на тело. Йеджи сразу же замечает, как напарница, надев капюшон, поправляет его, выпуская уши наружу. «Мило», — думает девушка, опираясь плечом о стену.       — Почему ты не собираешься? — интересуется Наён. Она нервно поглядывает на телефон.       — Хочу немного поработать над хореографией в одиночку, — Йеджи ловит взгляд Рюджин на себе, — чтобы не накосячить потом. Не хочу с собой тянуть кого-то на дно.       — Тогда я останусь, — опечаленно говорит сотрудница.       — Нет-нет! — сразу возмущается Йеджи. — Джимин-онни занимается допоздна. Минджон, скорее всего, с ней, а значит Йери-онни тоже с ними.       Рюджин активизируется, услышав знакомые имена.       — Они не живут в общежитии, — подмечает она.       — Йери-онни может проводить меня, — пожав плечами, отвечает Хван. Рюджин вскидывает бровями. Йеджи уже запомнила, что когда такое происходит, это значит, что ее напарница начинает думать о чем-то. — Я могу попросить, чтобы тебе сообщили, когда мы пойдем к общежитию. Ты же не думаешь, что я буду врать?       — Люси из правильных девочек, — добавляет Рюджин к речи Йеджи. — Такие обычно правила не нарушают.       Наён смотрит сначала на одну девушку, затем на другую. Она вздыхает, покачивает головой из стороны в сторону, а затем вновь смотрит на экран телефона.       — Ладно, — Йеджи радостно хлопает в ладони, слегка подпрыгивая на месте, — но только обязательно отпишись. Я тебе доверяю. Пойдем, Рюджин.       Сотрудница покидает комнату. С коридора доносятся ускоряющиеся с каждой секундой шаги. Походу Наён опаздывает.       — Может мне остаться? — внезапно предлагает напарница. Она опирается спиной на дверь, заинтересованно изучая реакцию Йеджи.       — Зачем? — с паникой спрашивает девушка.       — Ну… там темно на улице. Еще я знаю, что по пути в общежитие есть один бар и магазин, где часто ошиваются пьяные дяденьки. Вдвоем не так опасно.       — Спасибо, — Йеджи игнорирует тот факт, что сердце начинает бешено стучать. Она просто паникует. Вдруг Рюджин узнает правду? — Не стоит.       — Как скажешь, — пожав плечами, девушка выходит в коридор, закрывая за собой дверь. Хван облегченно выдыхает, расслабляя все тело. Она даже не заметила, когда успела так напрячься.       Дверь со скрипом открывается. В небольшое пространство просовывается голова Рюджин. Йеджи пугается, но сразу успокаивается, замечая выпячивающиеся из-под капюшона ушки.       — Все же в порядке? — девушке становится неловко, когда напарница взглядом изучает ее с головы до ног и обратно. — Ничего не случилось?       — Все в порядке, — Йеджи проглатывает застрявший ком беспокойства в горле, — Рюджин. Я просто не хочу испортить выступление. Ты можешь считать меня последней тварью, но я не буду тянуть тебя с собой на дно.       Она видит, как Рюджин хочет что-то сказать. Рот отчаянно открывается, но с него не слетает ни звука. Напарница просто нервно кусает губу, кивает головой и уходит, не забыв попрощаться с Йеджи.       — Фух! — она приглушает свет в студии, а после устало валится на диван. — Пора спать.

***

Nab1: ненавижу вставать рано ко мне приехал оппа и разбудил как будто он не знал, что я сплю в такое время😭😭

me:

сейчас восемь тридцать утра, Наби

в такое время обычно просыпаются

Nab1: я другая, ты не понимаешь

me:

как скажешь😉

чем собираешься заняться сегодня?

Nab1: думаю отправить в офис брата какую-нибудь невкусную пищу или отправить ему домашнюю еду с подмешанным слабительным ему будет полезно все дерьмо из себя вытащить

me:

фуууу

следи за словами, он же твой старший брат!!!!!

Nab1: он заноза в одном месте у меня сегодня весь день занят как только доберусь до места встречи, я буду не в сети так что если захочется поболтать, я смогу ответить только ночью

me:

нееет😭😭

я буду скучать!!!!!

Nab1: давно мы перешли в стадию общения, где ты говоришь мне такое?

me:

заткнись

Nab1: шучу я тоже буду скучать🍬 а чем ты сегодня будешь заниматься?

me:

я сегодня тоже занятая леди

освобожусь только к вечеру

мне сегодня сдавать совместную работу с напарницей

ну с той, которую я ненавижу

Nab1: точно-точно, помню такую как ваше общение сейчас? она тебя не обижает? иначе я найду ее и побью😡

me:

давно мы перешли в стадию общения, где ты говоришь мне такое?

      Йеджи опирается затылком на подлокотник дивана, озорно ухмыляясь. В последнее время их отношения с Наби улучшились. Она даже готова поклясться, что пару раз собеседница с ней флиртовала. И, если говорить честно, Йеджи даже была не особо против этого. Ей даже понравилось. Nab1: ты не ответила на вопрос.       Девушка смеется, сразу же печатая ответ.

me:

она меня не обижает, не переживай

на самом деле, мы даже поладили

не настолько, чтобы перестать ее ненавидеть

но я нахожу ее достаточно милой

она хорошо выполняет свою работу

и ведет себя как профессионал

Nab1: милой? звучит как хорошее начало для дружбы так ты из-за этого встала так рано? чтобы встретиться с ней

me:

как тебе такая ужасная мысль пришла в голову

конечно нет!!!

я забыла свои ключи от комнаты, так что мне пришлось переночевать вне дома

Nab1: подожди, что? где ты сейчас?       Йеджи намеревается ответить собеседнице, когда дверь в студию открывается. У Рюджин широко раскрыты глаза. Она держит в руке телефон. Ее палец парит над небольшим расстоянием от экрана. «Походу она с кем-то общалась», — заключает у себя в голове девушка, блокируя собственный телефон и убирая его на тумбу.       — Что ты здесь делаешь, Джоанн? — спрашивает Йеджи.       — Встречный вопрос, Люси — Рюджин убирает телефон в рюкзак, задерживая внимание на телефоне напарницы.       — Я первая спросила, — с ноющей интонацией возмущается девушка. Ее напарница озадачено смотрит в ответ.       — Рано проснулась, решила приехать и потренироваться, — Рюджин трясет головой, явно прогоняя лишние мысли. Теперь Йеджи интересно. О чем же она думала? — Я подумала, раз ты так стараешься над выступлением, то мне тоже стоит.       — Ты идеальна, — внезапно выпаливает Йеджи. Рюджин роняет рюкзак на пол. — В плане… тебе не стоит. Ты уже идеально исполняешь свою роль в танце… танцуешь, вот…       Не прошло и суток, а их студия уже во второй раз погружается в неловкую тишину. Девушки остаются на своих местах, медленно обрабатывая произошедшее.       «Здесь как-то жарковато», — Йеджи тянется к щекам, ощущая жар на коже. Кондиционер работает, почему в комнате душно?       — Ты не ответила на вопрос, — словно очнувшись ото сна, выпаливает Рюджин. Она подходит к напарнице, присаживаясь на край дивана. Глубокие карие глаза смотрят прямо на девушку. Йеджи становится еще душнее.       — О-о… ну я… — ей срочно нужно придумать что-то. Рюджин не должна узнать, что она ночевала в студии только из-за того, что оставила ключ-пропуск в доме родителей. «Я в любом случае приеду к ним через два дня», — утешает себя Йеджи, не забывая все еще думать над отмазкой от вопроса напарницы. — Я тренировалась тут и… уснула.       — Подожди, ты не возвращалась в общежитие? — ей хочется надеяться, что в глазах Рюджин она не увидит беспокойства. Но как по иронии судьбы она видит четкую эмоцию тревоги. Йеджи наконец-то кивает головой. — Ты хоть спала?       Она вновь кивает.       — Наён-онни будет ругаться, — тихо говорит Рюджин, но Йеджи ее все равно слышит. Несколько мгновений они сидят в тишине. Напарница задумавшись смотрит куда-то в угол комнаты, а затем слабо кивает головой своим мыслям. Она встает, подхватывая рюкзак.       — Ты куда? — с беспокойством в голосе спрашивает Йеджи.       — Пойду куплю тебе кофе и какие-нибудь закуски. Ты не ужинала вчера, а значит голодная, — Йеджи забывает как дышать. Ей как реагировать на такие слова вообще? — Я просто наблюдательная. Онни будет зла, если увидит твою слабость.       Тело мгновенно реагирует на последнее слово. Йеджи выпрямляется в спине, максимально стараясь показать, что с ней все в порядке.       — Я не голодна, — живот предательски урчит. «Ты вовремя».       — Как скажешь, — смеется напарница, выходя из студии.       — Стой! — дверь не успевает закрыться, голова Рюджин вновь появляется в проходе. — Не нужно ничего покупать, я схожу сама.       — Прекрати, — обиженно отвечает девушка. — Я хочу тебя угостить, так что просто прими подарок, Люси.       — Холодный…       — Что? — ошарашенно спрашивает Рюджин.       — Я не люблю кофе, Рюджин. Если можно, я бы хотела холодный чай, пожалуйста, — сердце на мгновение перестает биться. Йеджи видит ямочки на щеках напарницы. «Я что сплю, или Рюджин мне улыбается?»

***

      Она нервничает. Некоторые сотрудники шоу и участницы странно посматривали на них. Йеджи было очень некомфортно. Рюджин стояла рядом с ней, наблюдая за выступающей троицей на экране монитора.       — Ты можешь перестать дергаться, — просит она. — Люди подумают, что я тебя обижаю.       — И разве они будут не правы?       — Я буквально купила тебе завтрак сегодня, — обиженно отвечает Рюджин.       — Я пыталась отдать тебе деньги! — возмущается в ответ Йеджи. — С чего ты вообще начала вести себя хорошо рядом со мной? Я же тебе не нравлюсь.       — Я обещала тебе, что не буду препятствовать на шоу, пока мы пара. Мы связаны, рада ты этому или нет.       Йеджи ничего не отвечает. Она смотрит по сторонам, надеясь увидеть в толпе кого-нибудь знакомого: Наён, Карину, Винтер или младших участниц шоу — кого угодно, с кем она могла бы поговорить.       — Йеджи, — девушка сразу выпрямляется, взволнованно смотря на Рюджин, — успокойся. Что не так?       Она не хочет говорить. «Какая ей разница?» — возмущенно думает девушка. Они работают как дуэт несколько дней, но Рюджин уже успела предстать перед ней в другом обличии. Хоть она и продолжает бесить, Йеджи не может отрицать тот факт, что местами напарница ей даже нравится. Она успела заметить несколько милых привычек, которые Рюджин делает из раза в раз. По типу того, как она каждый раз крутит рукой, чтобы определить, где у нее правая сторона, а где левая.       — Они не будут ругаться на тебя, — неожиданно серьезно заявляет девушка. Рюджин не смотрит на Йеджи, она продолжает мониторить выступление других участниц. — Я им не позволю.

***

      Они в последний раз проверяют свои позиции. Рюджин стоит спиной прямо перед Йеджи. Она вполоборота поглядывает на напарницу, ободряюще улыбаясь. Хван знает, что не должна что-то чувствовать от этой улыбки, но на душе становится спокойней, а где-то в груди сеется тепло.       — У нас все будет хорошо, — одними губами шепчет девушка, отворачиваясь от Йеджи.       С динамиков доносится пятисекундный отсчет и включается музыка. Они начинают движение синхронно. «Спокойно, Йеджи. Просто танцуй, не думай», — успокаивает себя девушка. Рюджин ранее упоминала, что не стоит смотреть на публику, если она чувствует давление. Ей нужно просто расслабиться и заниматься тем, что она так сильно любит. И даже несмотря на то, что это сказала сама Шин Рюджин, ее бывшая соперница и нынешняя напарница, Йеджи ее послушала.       Она старается не смотреть в зал. Там сидят сценаристы, менеджеры некоторых участниц, сотрудники шоу и прочие. Они все смотрят на нее. Они ждут, когда она допустит ошибку. А затем перед глазами появляются розовые волосы. Йеджи не может знать, какая сейчас эмоция на лице соперницы, но она уверена, что Рюджин наслаждается их выступлением по полной.       В ее движениях ощущается решительность и игривость. До этого Хван замечала в зеркале студии какой у ее напарницы взгляд, пока она танцует. Он сильный, завораживающий и манящий. Она точно знает, что сцена и все взгляды принадлежат ей. Рюджин прекрасно осознает какой эффект имеет на публику, и она его хорошо использует. «Не то чтобы я была впечатлена», — вдруг одергивает себя Йеджи.       Они расходятся в разные стороны, встречаясь взглядами. Рюджин обеспокоенно смотрит на нее, явно желая задать какой-то вопрос. И впервые за все время Хван дарит ей улыбку. «Пусть знает, что со мной все в порядке».       Девушки делают один большой шаг друг к другу. Рюджин непозволительно близко к ней. Настолько близко, что Хван ощущает аромат ее духов. Она даже не сразу понимает, что напарница осторожно, чтобы не услышали другие, говорит ей: «Молодец!» — а после кладет ладонь чуть выше груди Йеджи. Сердце бешено стучит, а к щекам приливает жар.       Они вновь расходятся по сторонам. Девушка пытается скрыть внезапно появившееся смущение, но когда замечает усмешку на губах Рюджин, сразу же чувствует, как злость завладевает ее разумом. «Она сделала это специально? Чтобы смутить меня!»       Йеджи очень хочет ударить напарницу, но передумывает. Ей нужно закончить выступление, а позже она может обижаться и дуться, сколько ей захочется. Она знает, что хмурится и что сценаристы это явно заметили, но не подает виду. Рюджин перед ней продолжает восхитительно двигаться, и она не может не испытывать восторг от этого. «Она мне все еще не нравится, — напоминает себе девушка. — Но это же не значит, что я не могу восхищаться ей».       Йеджи обхватывает ладонью талию напарницы. Черт бы ее побрал надеть этот идиотский кроп-топ. Она, еле дотронувшись, ощущает теплую кожу под кончиками пальцев и резко возникшие мурашки на теле. «Попалась!» — она все еще зла, но приятно знать, что ее действия как-то влияют на Рюджин. Вторую ладонь Йеджи опускает на плечо напарницы, резко разворачивая к себе лицом.       Как в замедленной съемке она видит улыбающуюся Рюджин, а затем выражение лица меняется. Теперь на нем можно увидеть четкий вопрос во взгляде и нахмуренные брови. Йеджи решает последовать ее примеру, и просто хитро ухмыляется. И на удивление она не встречается с агрессией от напарницы. Она просто видит отзеркаленную ухмылку Рюджин. Злость сразу же исчезает.       Они заканчивают выступления, уходя в разные стороны. Музыка заканчивается. Девушки сразу же подбегают обратно в центр сцены, тяжело дыша. Рюджин прижимается к ней, а затем слабо щипает за бок.       — Ты отлично справилась, Люси, — с отдышкой говорит девушка, — но ухмылка на твоей мордашке была лишней.       Йеджи щипает ее в ответ. Рюджин собирается что-то ответить на это, но их прерывают.       — И что это такое, девочки?! — возмущается мужской голос. — Это ваше выступление?       — Да, — отвечает Рюджин. Ее игривость в голосе мгновенно пропадает, заменяясь суровой серьезностью. — Какие-то проблемы?       — Мы дали госпоже Им четкое указание: вы танцуете лирику. И где? Где лирика?! — кричит мужчина.       — В вашем сценарии, — дерзко отвечает девушка. — Мы не будем ее танцевать. Это выступление лучше, чем то, что вы придумали.       — Не тебе меня учить, что лучше будет представлено на экране. Кто занимался хореографией? Люси, ты?       Йеджи собирается кивнуть, когда Рюджин тянет ее за футболку.       — Я занималась хореографией. В чем проблема? — Йеджи непонимающе смотрит на напарницу. «Что она делает? Это же неправда».       — Хм, удивила. Обычно ты делаешь что-то взрывное. Это влияние Люси или что? Куда делась твоя творческая натура. Где история в вашем танце? Где эмоции? Где чувства? Вы бревна или танцоры?       — Осторожней со словами, — предупреждает Рюджин. Йеджи ощущает, как хватка напарницы на ее футболке усиливается, медленно оттягивая ткань вниз. Хван обхватывает ее за талию, ободряющее сжимая.       — Переделывайте выступление, — устало вздыхает мужчина. — Мы могли бы пропустить в эфир это безобразие, но из-за песни не можем.       — А чем вас песня не устроила? — внезапно подает голос Йеджи. Рюджин смотрит на нее удивленным взглядом.       — Ее просто нельзя использовать в этом эпизоде и все. Вам нужно все поменять.       — Вы издеваетесь! — Шин собирается сделать шаг вперед, но Йеджи вынуждает ее стоять на своем месте, усиливая хватку на талии и прижимая напарницу к себе.       — У нас два дня до съемок. Вы как это представляете? — грозно отвечает девушка. — Это нереально.       — Мне плевать. Меньше спите, не тратьте времени на еду, но поставьте новую хореографию на другую песню.       — Иначе что? — уже спокойнее спрашивает Рюджин. Йеджи замечает румянец на щеках девушки.       — В договоре прописаны штрафы за нарушение съемок, — просто отвечает мужчина. «О нет!.. Этого нельзя допустить», — неосознанно Хван сильнее сжимает ладонь. Рюджин недовольно мычит, похлопывая поясницу напарницы рукой.       — Мы поняли. Это все? — очень холодно говорит Йеджи. Сценаристы кивают. На ладони остается призрачный след тепла.