Доктор Райан говорит

      Доктор Райан был тем редким человеком, с которым общаться было вроде и приятно, но его пристальный взгляд и осторожные попытки выведать что-то большее напрягали. Анаит редко общалась с ним. Лишь тогда, когда он сам пытался говорить с ней, начиная с того, что очень необходимо остаться и поработать с отчётами или препаратами сверхурочно или испытать на полигоне Б оружие из призрачной «несуществующей материи», заканчивая тем, что ему очень приятно с ней общаться и он хочет познакомиться поближе. Ему наверняка больше тысячи, как ему может быть что-то интересно?       Доктор Райан говорит:       — Мисс Анаит, можете пройти на мостик после обеда?       И нужно было всегда соглашаться, ведь он наверняка предложит что-то хорошее, чтобы разрядить обстановку после инцидентов: подшутить над доктором Бредли, похожим на типичного злого офисного клерка; перекрыть обзор для камер охранника Джереми, чтобы он, злобно виляя обглоданным хвостом из стороны в сторону, как добродушный уличный котяра, раз за разом ходил проверять их; или же подсунуть в камеру CN-10-31 что-то эдакое…       Доктор Райан говорит:       — Мисс Анаит, пройдите в мой кабинет.       Вызов на ковёр означал лишь что-то плохое. Наказание за несогласованные или чрезмерные шутки; или же лишение премии за то, упустила KW-01-12. Но дело даже не в этом. В кабинете главы отдела и промахах Анаит не было ничего страшного. Страшным был Райан, за спиной которого скрывалась сама Тьма, а в глазах, за зрачками, плескался хищный голубой океан, созданный будто бы самой богиней, готовый в любой момент затащить на дно, к морским демонам, кракенам и ещё бог знает чему. А ты даже вздохнуть не успеешь.       Доктор Райан, необычайно трезвый для нахождения на корпоративе, говорит… шепчет на белоснежное ухо, крепко сжимая плечо Анаит длинными пальцами с острыми ногтями:       — Чтоб была в медотсеке через три минуты.       И тогда вообще не было ничего понятно: зол он или просто не лучшим образом предложил уединиться; наградит подзатыльником или выпьет всю кровь досуха, оставив навеки плескаться в водах светлых радужек глаз; уничтожит одним словом или же успокоит и скажет, что нужно выпить таблеточек, чтобы протрезветь поскорее, ведь завтра вновь нужно работать…       Доктор Райан шипяще говорит:       — Беги! Дура, беги! — и тот же миг кривит губы, обхватывая ладонью своё разорванное вдребезги горло, но всё же стоя на ногах, пока может.