Unnecessary feelings

— Какая у нас аудитория? — суетливо протараторил Чанбин. — Да погоди ты, — пытаясь отыскать нужный лист, нервничал Хёнджин.       Они опоздали на встречу первокурсников и своих одногруппников, теперь абсолютно не понимали, куда им идти. — Я всё узнал, ребят, пойдёмте за мной, — сказал Ликс, потянув Хвана за запястье, а тот в свою очередь Со.       Компания ребят была, что называется, поистине настоящими друзьями. Вместе они прошли школьные годы, а теперь им предстояла учёба в одном институте и даже одной группе. Конечно, они были рады: среди толпы незнакомцев родные лица всегда нужны для спокойствия.       Это трио было неразлучно при любых обстоятельствах: умный и тактичный папочка-решала — Чанбин; очаровашка и заботливая мама — Феликс; драматичная и инициативная королева — Хёнджин. Они хорошо дополняли друг друга.          Быть друзьями — это прекрасно, но этот год изменил многое в отношениях. Чанбин не первый месяц ухаживал за Феликсом, уделял ему особое внимание, что не осталось незамеченным вторым. Взаимные чувства довольно быстро переросли в отношения.

***

      На зимние каникулах парни строили планы. — Очень хочу уехать домой, надоело здесь, — в очередной раз начал Хёнджин, на что Чанбин уже не выдержал и ударил его легонько по бедру. — Мы поняли, поедешь скоро. — Да, Джинни, ещё немного, — неловко сказал Феликс, понимая, что останется с Бином наедине на этих каникулах.       Так и произошло. Пожалуй, это было самое милое признание в чувствах: Чанбин подарил парный свитер Феликсу, и, сидя в комнате с приглушённым светом, он решил признаться. Было страшно, но он справился. Без всяких слов было ясно, что всё взаимно. Самые прекрасные дни, когда они уделяли друг другу всё своё время, наслаждаясь буквально каждой секундой, подходили к концу. — Бинни, а мы сразу Хёнджину скажем…? — прервал тихую атмосферу сериального вечера Ликс. — Не знаю, но говорить ему будешь ты, так как вы ладите лучше. — С чего бы это? Мы с вами друзья на равных уровнях так-то… ну были, боишься что ли? — Ликси, тебе ещё изучать и изучать эту жизнь, — Чанбин невесомо коснулся губами щеки парня, после чего прикусил мочку уха. — Поверь мне, из твоих уст эта информация его шокирует в меньшей степени. — Ну ты и засранец, — наигранно обиделся Феликс, на что получил родной смех Бина и такие тёплые объятия. Ну разве кто-то устоит?    Чанбин лучше других понимал натуру людей, поэтому и не хотел сообщать это сам Хвану, он всё видел: все взгляды, поведение. Если скажет он, то Хёнджин посчитает это за соперничество и всеми силами попытается отбить Феликса, не разбираясь в чужих чувствах… а, если скажет Феликс — это станет точкой, разграничением, потому что Ликс сам выбрал, с кем ему быть. Никакого страха, просто холодный расчёт.       Бин улыбнулся своим мыслям:  — Ну твой же засранец? — Мой, — Феликс ехидно улыбнулся, после чего удобно устроился на руке Чанбина, прижимаясь всем телом. Так чувствовалась любовь и безопасность.