Unnecessary feelings

      Хёнджин бежал по лестнице, интуитивно вспоминая, где расположена дверь в его квартиру.       Хлопок. Он дома. Выдох. «Блять…»       Боль внутри сжигала, распространяясь по всему телу. Сердцу хотелось кричать. Парень прислонился спиной к двери и, глядя в потолок, начал прокручивать весь день от момента встречи до признания. — Я БЫЛ ТАК СЛЕП. «Всё слишком очевидно, но я не хотел замечать» — Да пропади всё пропадом, он мне не нравится. Я просто привязался и чего-то себе надумал, ха-ха. Точно, я просто всё придумал и мои чувства — пустой лепет. Ничего не было, всё хорошо. Рад за них, любви и счастья молодой парочке.       Он так и не заметил, как обессиленно сполз на пол и дал волю эмоциям. Непрекращающийся поток слёз, параллельно с бормотанием одной и той же фразы: «Всё хорошо» наполнили тишину квартиры.       Само помещение приобрело мрачную атмосферу, словно хамелеон, подстроилось под душевное состояние своего хозяина. На улице вечерело, поэтому темнота медленно опускалась на город и без приглашения заходила в не зашторенные окна.       Спустя пару часов, стало совсем темно, в квартире не было больше ни звуков, ни других признаков жизни. Звенящая тишина. Именно та, которая ввела бы в тревогу каждого человека.       Хёнджин так и лежал у порога: обутый, в одежде и смотрел в потолок. Он был благодарен приходу ночи, что та умело прятала его искажённое от боли лицо. Его мысли были направлены только на образ Феликса. «Кажется, я действительно потонул в этом омуте, под именем Феликс. Только сейчас начинаю понимать, насколько мне нравятся его глаза, что так радостно и нежно меня встречали. Теперь этот взгляд принадлежит Чанбину. Обожаю его веснушки, такие милые… безумно ему идут. А вместе с блондинистыми волосами так вообще ахеренно… миленькое солнышко. Его образ настолько чистый, ничем не испорченный, что где-то щемит» «Не смогу забыть, как они переплели пальцы. Мне хочется также, именно также, и только с Феликсом. Надеюсь, они не поняли, что я это заметил. Хотя его паренёк только и ждал моей реакции. Скотина бездушная» «Интересно, его губы такие же мягкие, как в моём воображении? Каковы они на вкус?» «Это настоящее чудо, Феликс? Это настоящее испытание или пытка. Скорее всего, второе» «Как всё надоело. Ладно, раз уж я попал в такое дерьмо, то…» — ТО, ЧТО БЛЯТЬ???       Крик разорвал устоявшуюся тишину. Хван встал на ноги впервые за долгое время неподвижного лежания, поэтому кровообращение дало о себе знать в виде покалываний.       С горем пополам раздевшись, он побрёл на кухню выпить воды. Сидя за барной стойкой, Хёнджин продолжил ненавидеть себя, последний раз прокручивая одни и те мысли по сотому кругу перед отключкой. Его организм настолько истощён морально, что уже вырубался. — Смешно блять, что мой единственный лучший друг - Феликс. Мне не у кого даже совета спросить по этому поводу, некому поплакаться. Сука, как всё странно. Ладно, если он счастлив — я буду улыбаться, буду просто другом.       Он побрёл на диван, выжитый, как лимон. Без эмоций, без сил. — Люблю тебя, мой друг… Феликс.