Жизнь M5

      Солнце заглянуло в окно, падая на расправленную постель. В ней уже не было никого. Дима встал сегодня, как ни странно, раньше десяти и уже доставал Артура, не давая ему заниматься в гараже его любимой работой. Он лез к нему, расспрашивал про вчерашний день, да и в целом просил пойти с собой, поиграть в плейстешн, мол, одному скучно. — Ладно, пошли. — наконец сдался младший, кладя на стол недоделанный реквизит для фокусов и направляясь за обрадованным Евтушенко. — Тебе понравится, я пиццу заказал. — оправдывал свою затею Дима, поспешая в комнату и оборачиваясь на Томашевского. — Вот, Дима, тебе что, заняться нечем? — продолжал возмущаться Арт, искренне непонимая, почему старший его просит именно сейчас. Однако, стоило парням начать играть, как это продлилось до вечера, постепенно переходя на совместное кино и задушевные разговоры. — Переспим? — эта фраза прозвучала из уст Евтушенко в самый подходящий момент — когда на экране телевизора целовалась влюблённая пара, а диалог друзей вышел на уровень «О личном». — Ты шутишь? — Артур смущённо заулыбался, всё ещё разумом находясь в сюжете фильма. — Нет. — ответил старший спокойно смотря в карие глаза напротив и медленно приближаясь к его губам. Когда между ними осталось сантиметров пять Арт закрыл глаза, что Дима принял как знак и сократил расстояние до нуля, нежно целуя его и получая ответ. Евтушенко свалил младшего, заставляя улечься во весь диван и упереться головой в подлокотник, а сам навис над ним, продолжая целовать и спускаясь к шее и ключицам. — Димон, оно нам это надо? — сбивчиво спросил Томашевский, задыхаясь от ощущений и сжигающего изнутри стыда. — Ну… Я хочу. — состроил щенячьи глазки Евтушенко, попутно задирая футболку оппонента и целуя его в область возле пупка. От этого вида Арт лишь закатил глаза, делая одолжение как непослушному маленькому ребёнку, что пока не выпросит — не успокоится.       Получив разрешение Дима снял с обоих футболки и, смотря Артуру прямо в глаза, прошёлся языком вверх по груди, очерчивая выступающие рёбра и играясь с сосками. — Дима, блять! — полушёпотом ругнулся Томашевский, невыдерживая больше такого издевательства. Он одной рукой схватился за растрёпанные волосы старшего, притягивая его к себе и целуя в губы, а второй — огладил его шею и зарылся в волосы на затылке.       Парни не стали переходить на кровать. Евтушенко перевернул Артура на живот, ставя его на четвереньки, делая растяжку и, спустя восемь минут, входя. Самое нелюбимое для Димы, что было в младшем — это его молчаливость. Только попадание по простате могло заставить его застонать, чего старший сразу же добился. Парни кончили уже спустя пять минут. Блондин перенёс брюнета на кровать, накрывая его одеялом и напоследок целуя в губы. Это всё, что им было нужно. Как и в случае с Респектом — на кону не стояли отношения, никто не был никому должен. Просто секс на одну ночь. Без обязательств.       Евтушенко накинул на себя одеяло, укладываясь рядом с другом, но в тот же момент услышал тихий стук в дверь. — Чёрт, кого там ещё принесло?! — заворчал блогер, вновь вставая, подходя к двери и по пути надевая трусы и футболку. Он открыл щеколду, приоткрывая дверь так, чтобы не было видно его ног и всего, что находится за ним. — Дима, ты идёшь снимать новый… — Никита запнулся, всё-таки увидев, что друг стоит без штанов — Что происходит? Мы же договаривались сегодня в семь часов вечера детектор лжи снимать. Ты до сих пор не собран? — на лице Голева читалось негодование. Он рывком оттолкнул дверь, непонимая, зачем Евтушенко что-то закрывает, и увидев Артура пришёл в ещё большее смятение — Арт? Что он здесь делает? Я его по всему дому ищу! Нам детектор надо снимать! Гости пришли! Вы издеваетесь? — Так, Некит, не поникуй. — попытался успокоить его блондин — Мы сейчас соберёмся и вместе придём. — У вас пять минут. Ясно? — Можно полчаса? Начинайте без нас! — Ты серьёзно? — Да. Я не одет. Артур вообще спит. — И почему ты не одет? Ты же всегда дома в одежде ходишь! — продолжал недопонимать младший — И что Артур делает в твоей постели? — Это не важно, Некит, поверь. Просто дай нам полчаса. Мы собирёмся и придём. Пока Бороду или Респа допрашивай. — Через полчаса жду! — Хорошо. — Голев наконец-то вышел из комнаты, позволяя Диме глубоко вздохнуть — Блять, что же делать? Как я мог забыть, что мы сегодня снимаем детектор?       Парень поднял с пола свои брюки, надевая их и подходя к кровати. — Арт… — он потряс парня за плечо. Тот успел провалиться в сон, так как не спал всю ночь, а соитие выбило последние силы. — М? — чуть слышно отозвался парень. — Представляешь, мы совсем забыли, что сегодня снимаем детектор лжи. — истерически улыбнулся Евтушенко, одновременно залипая на милое выражение лица напротив. — Что? Серьёзно? — Томашевский даже приподнялся с подушки, с ужасом вспоминая об этом. — Я до последнего помнил… — Давай примем душ и будем собираться, Некит нам только полчаса выделил. — парни впопехах направились в уборную, приводя себя в порядок и потом помогая друг другу подобрать наряд. Они пришли в зал, где велась трансляция, присаживаясь рядом с Бородой. — Что интересного мы уже пропустили? — поинтересовался Дима, отвлекая внимание мужчины на себя. — Ещё только начало. Разминка, так сказать.       И вот начались эти мучительные минуты ожидания своей очереди, каверзные вопросы, краснение от дикого стыда, и куча кринжатины, которая обязана всплыть на миллионы людей. — И так, Дима Евтушенко, это правда, что ты спишь с учаниками Megic Five? — Никита придумал этот вопрос сразу после увидинного в комнате. Хотелось узнать правду. — Эх… — блондин тяжело вздохнул, про себя думая «спалился» — Да. Это правда. — Это правда. — подтвердил его слова полиграфолог. — Тогда: это правда, что твоими любовниками являются Респект и Артур? — А Респект тут причём? — не понял такого приплетения Евтушенко. — Это догадка. Она правдива? — Нет. — Это ложь. — опроверг такой ответ специалист. — Серьёзно? — удивился Никита — Ты реально спишь с Респектом? Но Артур то зачем тебе? — Так, давай это вырежем. — Нет! Уже поздно. — Зачем ты задаёшь такие вопросы? Или мне рассказать всем, что ты тоже спал со мной?! Давай расскажем, что абсолютно все здесь связаны через постель! Это ты хочешь? — вспылил Дима, начиная забрасывать Никиту ответными провокациями. — Ладно, Дим, прости меня. — Голев виновато опустил взгляд. — Нет! Уже поздно! — процитировал его же слова Евтушенко, вставая изо стола, снимая с себя оборудование и выходя из комнаты, на прощание кидая — Сука!       Никита бросился за другом, но за место прощения, получил звонкую пощёчину. — Отстань от меня! — Дима не собирался уступать младшему. Тот оскорбил его честь, а это не может быть заглажено одним «прости». Шатен схватил отбивающегося от него старшего за запястья, поднимая их на уровне его головы и прижимая к стене, тем самым полностью обезвреживая. — Я прошу у тебя прощение. — твёрдым, настойчивым голосом произнёс Голев, давая понять, что не отстанет. — Пошёл ты в сраку, Некит! Ты знал, что мне это не понравится, но всё равно стал расспрашивать! Зачем тебе это? Ревнуешь? Да! Именно! Тебе обидно, что я не был с тобой. Но разве тебе не важна твоя же репутация?! Теперь все будут знать, что у M5 какая-то не такая ориентация! Теперь мы в глазах людей будем посмешищем! Нас даже из Украины за это могут депорт… Ммф. — Никите надоело слушать тысячи пререканий, поэтому он просто заткнул старшего поцелуем, недавая больше сказать ни слова. Он целовал страстно, грубо и в то же время трепетно и нежно, как бы моля о прощении и обещая, что больше такого не повторится. — Отстань от меня, придурок! Помогите! Насил… Мф. — шатен вновь заткнул Диму поцелуем, доводя его и себя до белого каления — возбуждение хлестало через край у обоих, только старший не хотел ему поддаваться и даже не отвечал на поцелуй, упрямо настаивая на своём. Поэтому сделав пару попыток смягчить строгость блондина лаской, Голев решил сменить тактику. Всё ещё целуя в губы он взял Евтушенко под колени, сгибая их и укладывая себе на бёдра, попутно снимая пиджак и рубашку, а затем — штаны и нижнее бельё, но на половину, чтобы потом было легче всё это поправить и продолжить снимать видео. Растяжка не нужна, поэтому Никита сразу насадил Диму на член, наконец отрываясь от распухших губ старшего, но при этом закрывая говорливый рот рукой. Он начал движение, медленно наращивая темп и каждый раз меняя угол входа до тех пор, пока не послышался громкий стон, и глаза Евтушенко не закатились. Блондин сам насадился на орган, продолжая стонать и сводя тем самым младшего с ума. Он сорвался на бешеный ритм, вдалбывая менталиста в стену и всё также закрывая его рот ладонью, тем самым запрещая ему издавать более громкие звуки. Конец пришёл совсем скоро. Парни одновременно кончили, сотрясаясь от оргазма и обессиленно выдыхая. — Я ненавижу тебя… — хриплым голосом произнёс Дима, когда рука Некита соскользнула с его губ. — Я тоже тебя люблю. — в стиле капитана Америки сделал вид, что не заметил этих слов Голев.       Парни привели свою одежду в порядок, возвращаясь на съёмочную площадку. Думаю, больше Никите не понадобятся доказательства или расспросы ребят про их отношения. Они все завязаны в них, поэтому для каждого будет полезным молчать, не давая лишних намёков зрителю.