Огонь и лёд

Ослепительная сцена. Огни, от которых невозможно отвернуться. Шум аплодисментов и рукоплесканий. Чары этого места. Чувства, что ты – хозяин этой реальности. Роли, которые можно играть в любой ситуации. Может быть, это и есть судьба? Из за занавеса выходит грациозной походкой молодой мужчина в черно белом фраке без рукавов. Под фраком белая рубашка, на шее черный бантик бабочка. Черные штаны с белыми полосками из ромбиков по бокам. На ногах черные лакированные туфли. Монохромный загадочный образ идеально подходил рыжеволосому актеру. Выйдя в центр сцены, он так же грациозно и с легким пафосом поклонился и сказал: - Добрый вечер. Мы рады видеть вас в этом замечательном месте. Выбирайте ваш заказ, я сделаю все, что вы скажете.... Нет той роли, которую он не смог бы сыграть. Нет той эмоции, которую он не мог бы повторить. У него была красивая аристократическая внешность. От него так и веяло аристократизмом. И еще от него исходило ощущение власти – властного самоутверждения. Он казался состоящим из одной воли, скрытой в четкой последовательности мелких движений – того, что все называли характером. Хотя, может быть, под этим подразумевалась присущая ему непредсказуемость. Однако, он мастерски менял себя, как будто маски. Ему действительно нравилось играть для огромной публики. А зрителям нравилось на него смотреть. *** После очередного выступления актер устало выдохнул и зашел в свою комнату. Он сел перед зеркалом. В целом, он был собой доволен. - Лучший актёр, хаха, - актер искоса смотрел на свое отражение в зеркале со странной улыбкой. - В прямом смысле от Бога... Он положил ногу на ногу и откинулся на спинку кресла. Внезапно, дверь в комнату открылась и послышался голос. - Лютер, сегодня хорошо выступил, молодец. - Ага... Что то случилось? Обычно вы ко мне не заходите просто так. - не поворачиваясь ответил он. - Да. Скоро ты будешь выступать не один. Завтра к нам приедет один начинающий актер из Японии. Надеюсь, вы хорошо поладите, - сказав это, человек сразу же закрыл дверь, оставив Лютера в недоумении с кучей вопросов. Ничего хорошего от таких неожиданностей он не ждал. Но работа есть работа. Ему даже стало интересно, как актер из Японии будет смотреться рядом с Лютером. Играть вместе? Да нет... Но все равно интересно, хе-хе... На следующее утро Лютер проснулся в не особо хорошем настроении. Быстро переодевшись, он вышел из комнаты и быстрым шагом пошел по коридору. Зайдя в зал, он увидел, что все работники театра уже собрались встречать новичка. - Доброе утро, - с этими словами он подошел к собравшимся и сел рядом. - Наконец то ты пришел. Познакомься с новым актером. Лютер устало повернул голову и увидел стоящего перед собой юношу. На нем была белая рубашка с перекрещеным галстуком, сверху черный жилет с темно синим узором. Черные штаны в обтяжку... Выглядел он достаточно красиво. Но внимание Лютера привлек его взгляд. Синие глаза парня были глубокими и холодными, словно лед. От них можно было замерзнуть насмерть. Некоторое время они внимательно друг на друга смотрели. Первым нарушил тишину незнакомец: - Меня зовут Сатору Тсукада. Я очень рад, что буду играть вместе со столь талантливым актером, - он улыбнулся. - Приятно познакомиться. Думаю, мне не нужно называть свое имя, - Лютер сразу попытался показаться дружелюбным и с улыбкой пожал руку Сатору. - Жду не дождусь, когда увижу, на что вы способны на сцене. Сатору кивнул и улыбнулся в ответ. Его улыбка напоминала осенний ветер, дующий через поле. Лютеру показалось, что в глазах Сатору мелькнуло что то похожее на восторг, а может, ему это только показалось. Он решил не заострять на этом внимание. В конце концов, все это лишь актерская игра. Лютеру было необходимо притворяться, что он рад с кем то разговаривать и у него это всегда получается. Вскоре все уже обсуждали свою работу и готовились к предстоящему выступлению. - Мне нужно отойти, - сказал Лютер и вышел за дверь. Он устало выдохнул. "Слишком много людей.... Боже." - подумал он. Прошло несколько минут, и он вернулся. Сатору снова сидел за столом, и на его лице опять сияла улыбка, которую Лютер почти забыл. Он сел в паре метров от Сатору и стал внимательно, но как можно более незаметно рассматривать его. Лютера терзало неприятное ощущение тревоги. Как будто вот вот что-то должно произойти...