Солнце

Я не буду смотреть телевизор. И телефон спрячу подальше. Не буду. Я знаю, я чувствую – что-то сегодня случится. Я знаю ЕГО. Уже три года. Два из них мы встречаемся. Если это можно так назвать. Мы познакомились на съёмках. Всё шло, как обычно. До поры до времени. До того, как я стал замечать, что мой персонаж становится мной. А я - им. До того, как понял - это уже не игра. Это всерьёз. Просто убийственно серьёзно. Грело одно -это случилось не с одним мной. Это было взаимно. Мы упали в эти отношения, новые для нас обоих, как в бездонную пропасть. Но падение превратилось в полёт. Самый прекрасный, захватывающий дух, заставляющий сердце колотиться от восторга, полёт. Полгода бурной переписки. Редкие, и от этого бесценные встречи. И два месяца безумного счастья. Когда были вместе. Когда видел и касался только его. Жил и дышал только им. Строгий запрет не напугал нас. Сделал только ближе. Мы просто стали осторожнее. Правду говорят старые люди: счастье любит тишину. Оно и было тихим, но таким всеобъемлющим. Казалось, крылья, выросшие в момент, когда мы признались друг другу, стали шире и крепче. И можно лететь всё выше и дальше. Беда пришла неожиданно. Людские: жажда наживы, тупая, звериная ненависть, и равнодушие. Пострадала моя семья: отец, сестра, мама. Досталось и бывшей девушке. Тогда мне впервые стало страшно. Тогда я впервые задумался о том, что выходом может стать наше расставание. Только лишь для того, чтобы уберечь всех. Его в том числе. И сказал об этом ему. Он ничего не ответил. Только одним июльским вечером, с огромной сцены, глядя прямо в камеру. Глядя прямо мне в глаза, мне в душу, пропел-прошептал-прокричал: - Я ПРОСТО ХОЧУ БЫТЬ РЯДОМ С ТОБОЙ! Я тоже этого хотел, несмотря ни на что. И были наши каникулы в Париже. Несколько дней подлинной свободы. Столько мы не целовались даже, наверное, и в то НАШЕ лето. «Парижские ночи» - для меня это не пустой звук, не просто расхожая фраза. Для меня это – наши руки и губы, наши шёпот и стоны, наши нежность и страсть. А после случилась зима. Эпидемия и изоляция. И много-много размышлений и переосмыслений. И мои метания между холодным голосом рассудка, твердившим, что расставание - возможно, лучший выход для нас обоих. И страстным шёпотом, идущим из самых глубин сердца, что никто не будет любить меня так, как он. И что я сам навряд ли полюблю кого-нибудь так же ярко, неистово и трепетно одновременно. Так же сильно. И я почти сдался, решив всё-таки расстаться. Но он не принял этого. Нет, он не устроил громких разборок. Не надоедал звонками и сообщениями. Он просто раз за разом намекал, очевидно, но недоказуемо, что он по-прежнему верен себе, своим чувствам. И мне. Не надо. Я не стою этого. И каждый раз, словно слышу голос его персонажа. Его голос. «Стоишь». Ну что мне делать с тобой, упрямый ты Овен?! Мечусь по квартире, как тигр в клетке, то и дело бросая взгляд на часы. 19.30: Концерт уже начался. Что ты придумал на этот раз? Зачем надел то "пёрышко" – привет из НАШЕГО лета, символ нашего счастья? Что ты хочешь мне сказать? 20.00: Пусть отключат электричество, пожалуйста! Тогда я не смогу включить телевизор. И связь заблокируют. 20.30: Почему так сердце колотится? 21.00: А-а-а! Гори оно всё синим пламенем! Быстро щёлкаю кнопками пульта, переключая каналы. Вот, вот знакомый ведущий - ещё одно напоминание о том незабываемом лете. Беседует с женщиной в очках. По сцене почему-то носятся и орут двое мальчишек-близнецов. Ты, наверное, уже выступил. Так что я просто посмотрю концерт. Женщина раскланивается, забирает детей и уходит со сцены. А сердце проваливается куда-то. От звука твоего имени. Ты не балуешь фанатов частыми постами на Вейбо. Но твои фото со съёмок и фотосеты постоянно мелькают в ленте новостей. Я смотрю, и не могу насмотреться. Твои волосы, в которые я так любил зарываться носом, сейчас коротко подстрижены. Как же тебе идёт! Твои глаза. Я видел в них и море нежности, и темень страсти, и всполохи гнева. Твои руки. Я помню их силу и тепло. Каждое их касание. О! Ты всё-таки снова надел его. Кольцо. То самое. После того памятного фотосета ты купил два одинаковых. Ты часто носишь его. Не позволяя забыть. А моё лежит в банковской ячейке. Я ни разу не решился надеть его. «Я больше всего боюсь услышать новости о тебе». А что они могут рассказать? Работа. Работа. Работа. Не надо. Не бойся. «Надеюсь, моё страстное желание не звучит криком печали. Я вдруг соскучился по тебе». И я скучаю по тебе безмерно. «Мы были самой прекрасной песней, превратившейся в два трагичных фильма». Хватит! Перестань! Тебе же больно! «Наше прошлое такое сладкое, такое красивое, такое безумное, такое страстное». Пожалуйста! Не рви мне душу! Мне больно! «Мы будем сожалеть…» Уже! Каждую секунду сожалею! Я ошибся! Я запутался! «Ты боишься любить и сдался». Не боюсь я любить! Как тебя не любить!? Люблю я тебя! ЛЮБЛЮ! «Я просто хочу быть твоим солнцем в твоём сердце. Даже если не могу быть рядом с тобой». И дрожащая рука. С нарисованным солнышком. Где этот проклятущий телефон?! Вытираю глаза. Выученные наизусть цифры номера. Набираю только два слова. Отправляю. *** Я буквально убегаю со сцены. Мне просто необходимо побыть одному. Хоть мгновение. Ли Чань понятливо разгоняет репортёров. Вежливо, но непреклонно. Захлопываю двери гримёрки. И без сил валюсь на диван. Лежащий на столике телефон тренькает оповещением. Не хочу. Не возьму. Через пару секунд тянусь за ним, вдруг это мама. Чуть не роняю, увидев номер. Руки трясутся ещё сильнее. Ну, же давай, чего теперь уже бояться? Я сделал всё, что мог. Открываю. Читаю. Два слова. СОЛНЦЕ МОЁ…