Счастье хорошей девочки

Как только Гермиона увидела его после трехнедельной разлуки, она поняла, что хочет стянуть с себя трусики, сесть на стол для переговоров, раздвинуть ноги и дать ему себя оттрахать так сильно, чтобы завтра было тяжело встать с кровати, только вот проблема заключалась в том, что в зале заседаний они находились не одни, а в окружении еще пятнадцати человек. Гермиона поерзала на кресле, сжимая бедра, ощутила, как запульсировал от желания клитор, и посмотрела на Драко. Малфой же совершенно не обращал на нее внимания. Он внимательно слушал очередного докладчика, задавал умные вопросы и в общем и целом вел себя как примерный глава своего отдела. Словно это не он уехал на такой длительный период в командировку и оставил ее страдать в одиночестве своей квартиры. Гермиона злилась и одновременно возбуждалась сильнее, наблюдая за тем, как он вертел запонку на манжете рубашки, словно ее соски, закусывал губу, как обычно ее кожу, и проводил рукой по волосам, как делал с ее прядями в спальне. Гермиона уже была готова взорваться, однако, зачитав свой доклад, Драко тут же изменился. Она заметила его голодный, жаждущий взгляд, направленный на нее, заметила, как он сжимал подлокотники кресла, явно мечтая преодолеть стол переговоров и оказаться рядом с ней. Этот час длился просто бесконечно долго, заставив трусики Грейнджер промокнуть так сильно, что теперь она боялась, как бы на ткани ее юбки не было заметно влажное пятно. Когда собрание закончилось, Гермиона смогла вздохнуть с облегчением, потому что теперь все пути для их воссоединения стали открыты. Она кивнула Драко на дверь и отправилась первая на выход из помещения. Свернув в нужном коридоре направо, Гермиона хотела обернуться, чтобы проверить, следовал ли за ней Малфой, но неожиданно дверь кладовки распахнулась прямо перед ней, и ее толкнули внутрь узкого помещения. Малфой навалился на нее сзади, прижимаясь к ней уже твердым членом и заставляя ее застонать. — Мне пришлось приложить все усилия, чтобы не трахнуть тебя прямо на глазах у этих придурков. — А я так хотела, чтобы ты это сделал. — Я знаю, малышка. Драко быстро задрал ее юбку и стянул трусики, давая им упасть к ее ногам. Его рука скользнула между ее бедер, и он застонал Гермионе в ухо. — Уже такая мокрая для меня. Грейнджер захныкала и подалась бедрами навстречу его ладони. — Я мечтала о тебе все эти недели. — Ты ласкала себя, думая обо мне? — спросил Драко, касаясь ее клитора и начиная медленно потирать его. Другая его рука ухватилась за волшебную палочку, чтобы избавить ее от блузки и лифа. — Да, я трогала себя, но… не проникала внутрь. Драко сдавленно застонал и, положив ладонь на ее грудь, хрипло спросил: — И почему же? — Я хочу, чтобы меня растягивал только ты, папочка. — Блять, — выругался Драко, потянув ее за сосок так сильно, что из глаз от болезненных ощущений почти посыпались звезды. Гермиона застонала и едва устояла на ногах. Она так долго об этом мечтала, что сейчас каждое его прикосновение казалось в разы острее. Рука Малфоя исчезла с ее промежности, и послышался звук расстегивающейся ширинки. — Ты мечтала о моем члене, пальцах или языке? — спросил Драко глухо, подставляя член к ее входу. — О… обо всем, но больше о твоем члене. Я… так люблю, когда он до предела растягивает меня. — Черт, малышка, я готов кончить только лишь от твоих слов, — горячо прошептал он. — Значит, если ты не подготавливала себя для меня все эти недели, то сейчас должна быть неимоверно узкой. — Хоть ты и не давал таких указаний, папочка, я подумала, что тебе это понравится. Я все правильно сделала? — Черт, да. Ты такая хорошая девочка, такая умная. Я хочу сделать все, что ты пожелаешь, — Драко провел членом по ее промежности, смазывая кожу в ее соках. — Как именно ты мечтала, чтобы я проник в тебя? — Медленно, — выдохнула она, прислоняясь грудью к холодной стене и ощущая, как соски затвердели от соприкосновения с ней. — Так, чтобы я могла почувствовать каждый твой сантиметр. Малфой со стоном толкнулся в нее, неторопливо растягивая ее головкой члена, и Гермиона ощутила, как дрожь наслаждения прошла по телу, заставляя ее заскулить. — Вот так? — Да! — застонала Гермиона. — Еще, папочка. Я хочу, чтобы ты был еще глубже. Малфой тяжело вздохнул и продолжил медленно двигаться внутри нее, растягивая ее отвыкшие за эти недели стеночки. Дискомфорт придавал остроты возбуждению, и Гермиона начала дрожать от этих ощущений. Это было прекрасно — наслаждаться его членом в себе, а не мечтать об этом, мастурбируя. Драко перекинул ее волосы на один бок и скользнул губами по обнаженному плечу, прикусывая кожу. — Такая вкусная. Я так скучал по тебе, — прошептал Драко и наконец вошел на всю длину, уперевшись головкой в шейку матки. Гермиона застонала и изогнулась, потеревшись сосками о шершавую стену. Она трепетала от свалившегося на нее наслаждения. Похвала Драко, его присутствие и член в ее вагине были тем, чего ей не хватало настолько сильно, что она могла сейчас разрыдаться от счастья. — Малышка, что ты хочешь, чтобы я сделал дальше? — Трахни меня, — выдохнула Гермиона, — так сильно, чтобы завтра мне было больно ходить. — Твое желание закон для меня, — произнес Драко, прикусив мочку ее уха, и сорвался на быстрый темп. Каждый толчок глубоко внутри ее тела задевал особую точку, и электрические импульсы наслаждения разносились по ее телу, заставляя Гермиону громко и протяжно стонать. Ей было настолько хорошо, что она не могла сдерживаться, хоть и понимала, что если Драко не поставил заглушку на помещение, то ее услышит весь этаж. — В тебе просто… идеально. Ты идеальная, — слова лились из Драко рекой, словно он не разговаривал все три недели и дорвался только сейчас. — Я думал о тебе каждую секунду командировки. Я скупил, наверное, половину товаров в Италии, желая привезти тебе в подарок все, что видел. Черт, мне кажется, я сейчас проткну тебя насквозь! От заботы и любви в его голосе Гермиона ощутила, как ее возбуждение преобразилось, стало еще сильнее и острее. Ей так не хватало его голоса, рук, взгляда — всего его. — Сильнее, пожалуйста! — всхлипнула она, чувствуя, как подступал оргазм. Его член прекрасно растягивал ее изнутри, а слова подводили к краю. — Давай, детка. Будь умницей — кончи так громко, как только сможешь. Я хочу, чтобы все знали, как я тебя удовлетворяю после долгой разлуки. — Папочка! Я…. Гермиона вскрикнула и зажмурила глаза, изгибаясь в пояснице. Стенки влагалища сократились вокруг его члена, подводя Драко к краю. Не сбавляя темпа, он стал кончать в нее, подстегивая все новые волны оргазма в ее теле. Гермиона уперлась лбом в стену и счастливо улыбнулась. Она чувствовала, как его сперма теплом растекалась где-то внутри нее, а его тяжелое дыхание щекотало ее спину. Казалось, только сейчас мир приобрел четкость и правильное восприятие. Теперь Драко был рядом с ней. И все наконец встало на свои места, давая ей удовлетворенно вздохнуть.