happiness

Почесав затылок, Минхо открыл глаза. — Айщ… Ты что, потерялся? Совсем не знаешь… — Прости. Прости, пожалуйста. — Минхо поднял глаза и был удивлён, увидев знакомые черты лица. Парень почесывал свою каштановую голову, судорожно бегая глазами по всему силуэту Ли. — Ничего… ничего страшного. — Ли, осознав, что всё еще прижимает незнакомца к стенке, резко отпрянул. — Правда, прости. Я… я не видел, куда иду. — Я же сказал, что всё в норме. — парень напротив казался невероятно взвинченным. «Боится меня?» — Прости. — брюнет нырнул под руку Ли и со скоростью света скрылся за ближайшей дверью. «Ладно.» — Минхо не стал заострять своё внимание на чудаковатом парнишке. Он поправил закатившуюся футболку и вышел наружу впервые за сутки пребывания в этом месте. Как и ожидалось, задний двор учреждения встретил парня своими громкими криками, смехом и воплями, из-за которых лопались барабанные перепонки. Но, как только Минхо заметили все присутствующие, повисла долгая тишина. В центр вышел новый «друг» Минхо. — А вот и наш ссыклявый малыш. — он раскрыл рот в своей саркастичной усмешке, а все вокруг подхватили его слова, поддакивая и смеясь, словно стая гогочущих лошадей. Кулаки Минхо снова сжались, и он уже сбился со счета, в который за день раз. — Поменял штанишки? — старший (Минхо был уверен в том, что подросток старше него, смотря на его сложение и комплектацию тела) всё не мог угомониться и подходил ближе к Минхо. Ногти стали впиваться в кожу, и Ли почувствовал знакомую боль в ладонях. Громила приближался, продолжая прыскать ядом в лицо: — Малыш, ты наверное сильно испугался. Что, дома никогда не вляпывался во что-то мерзкое? Или ты у нас гроза всего штата в прошлом, а? Наверное, весь район ходил под сие величество, Ли Минхо. Но здесь тебе не вонючий Сент-Пол, усёк? Здесь… — он вдруг подошёл вплотную. — Мы разбираемся со всем жестко и радикально. — старший схватился за ворот футболки Минхо. «Сам напросился, долбаеб.» Минхо немного качнулся назад и со всей дури приложился головой о лоб напротив, вложив в удар всю свою мощь и ярость. Ткань футболки тут же отпустили, а ещё секунду назад стоявший перед лицом Минхо парень пошатнулся, зашипел и схватился за переносицу, куда пришлась основная боль от удара. — Вот ублюдок! — пара парней справа и слева от него подхватили своего друга и вновь вернули на ноги. Подбежав назад к Минхо, он уже было замахнулся рукой для удара, но Ли перехватил и скрутил его руку за спину, пнув ногой сзади. Парень упал на зеленое поле, распалившись ещё больше. Он поднялся и всё же успел ударить Минхо по лицу, воспользовавшись секундным сомнением Ли. Но опередив его триумф и премерзкий смех, Минхо вновь перехватил его руку, выкрутив её до легкого хруста и снова ударил лбом в лоб. — Возможно у тебя теперь вывих, сладкий. — на этих словах Хо подошёл к лежащему на траве подростку, схватив того за волосы, и оторвал его лицо от травы. — Ещё раз назовёшь меня малышом или ссыкуном, сам будешь через калоприемник кишечник опорожнять, а еду будешь себе через трубочку соками в ближайшем травмпункте запихивать. Усёк? — Минхо откинул голову стонущего обратно на траву. Сейчас Ли выглядел действительно пугающе: на губах расплылась игривая ухмылка, волосы были немного взъерошены, а в глазах блестели больные искры. — Ли Минхо! Паршивец, ты что творишь? «О, а вот и тренер.»

***

Минхо без укора совести и каких-либо препираний выслушивал всё в свой адрес от крупного мужчины лет сорока, пока тот буквально выплёвывал одно оскорбление за другим, чередуя с упоминанием того, какое наказание ожидает подростка. Ли ждал, пока у старшего иссякнет словарный запас, выслушивая всё более красочные и нелепые обзывательства в свой адрес. Минхо про себя заметил, что поведением взрослый мужчина напоминает школьника. Он лишь прыскал в лицо импульсивными выкриками, считая, что звучит угрожающе. Но Минхо слышал и не такое о своей нескромной персоне, поэтому просто решил игнорировать шум, который исходил от него, дожидаясь своего страшного наказания. Попотеть правда пришлось. Тренер велел ему сделать десять кругов вокруг всей территории школы, сто отжиманий с прессом на спине и двести прыжков через барьер, предупреждая Минхо повторять круг упражнений, пока не закончится тренировка. Минхо три часа подряд, не останавливаясь выжимал из себя последние силы, лишь бы не казаться слабым перед этими утырками. Ноги подводили его уже на втором круге прыжков, а руки ныли уже после первых восьмидесяти отжиманий. Минхо игнорировал то, что всё тело трясло от перенапряжения и боли в мышцах, игнорировал и то, как на руках и икрах вылезли вены, принеся за собой чувство, будто скоро верхний слой кожи не выдержит физических нагрузок, лопнув и обнажив пульсирующее под ним мясо, и Минхо просто сдохнет от того, что у него разорвутся мышечные ткани или остановится сердце. Но он выдержал всё предписанное и по окончании тренировки пытался дойти до комнаты, не свалившись сразу после того, как встал на ноги после последнего подхода. Минхо дождался, пока все уйдут с заднего двора, и когда последним ушёл тренер, не забыв нахально ему подмигнуть, Ли попытался пройти весь путь до своей комнаты, стараясь не стонать от пронзающей боли во всём теле и не падая лицом в искусственное зелёное покрытие поля. Через двадцать минут он всё же дошел до двери своей комнаты, и, наконец зайдя, закрыл за собой скрипучую материю, без сил скатившись на пол. Он позволил себе шумно выдохнуть и выпустить наружу не то что бы стон, а скорее рык от раздирающей боли и усталости. Он начал безжалостно сминать свои ноги пальцами, от чего ещё сильнее заныли руки. По щеке скатилась слеза, которую Ли незамедлительно смахнул рукавом своей футболки. Разминая мышцы, подросток ощущал всю боль ещё острее, тем самым заставляя себя шумно вздыхать и издавать рычание, когда лишний раз удавалось касаться места, где мышцы были особо перегружены. Через двадцать минут упорного самолечения Минхо лёг на кровать, закрыв лицо руками. Окружённый тишиной и скрипами пружин под собственным весом, парень закрыл уши. Звуки давили всё больше, а нарастающая паника подступала комом к горлу. Когда дыхание участилось, а дышать становилось всё труднее, и руки предательский затряслись, до ушей донесся несильный стук в дверь. Минхо немедленно подскочил, немного испугавшись. — Кто? — пытаясь подавить нарастающую истерику из-за беспомощности собственного состояния и нехватку дыхания, Минхо взял себя в руки, не давая голосу сорваться. — Не госпожа Хан и не охрана. — Но я спросил: кто. — Минхо встал с жесткого матраса, вовремя схватившись за бортик кровати, что позволило ему не упасть на пол. — Я Льюис Сотер. Восьмая группа. Я не собираюсь к тебе приставать или лишний раз выводить на агрессию, просто прошу открыть дверь. — Минхо подошёл к двери и немного её приоткрыл. — Могу зайти? — Хо удивился ещё больше. — Зачем? — прозвучало больше как утверждение, нежели вопрос. Незнакомый парень поднял правую руку, открыв Минхо пакет в котором лежал пузырёк меновазина, пара эластичных бинтов, мазь и бумажный пакет с капелькой жира внизу. — Совершенно ничего криминального. — ухмыльнулся незнакомец по фамилии Со. — Ладно. Попробуй убедить меня в том, что ты не ещё один отмороженный узник этого дурдома. — Ты не в том состоянии, чтобы сейчас язвить мне. — Воу, уверен? — Абсолютно. — Льюис окинул взглядом Минхо, усмехнувшись. — Так… что ты хочешь? Не советую всё же снова выводить меня из себя. — Я же говорю, что и не собирался. Я принёс лекарства и пропущенный тобой ужин. — Почему? Нравится водиться с отбросами? Я же новенький. — перевернув изрыгнутые в свою сторону сегодня оскорбления, съязвил Минхо. — Здесь все были на твоём месте. Поэтому я сейчас тут. Я знаю, что сейчас тебе нужна опора. Я был в ситуации и хуже. — Ладно. Я поверю тебе. Пока. — открыв дверь шире, Минхо осмотрел взводом фигуру незнакомого парня. — Окей. Может, я и вправду выгляжу не как человек, которому хочется доверять. — Льюис протянул ему бумажный пакет. — Здесь меновазин, им растереть мышцы, потом мазь и бинты, всё по порядку и после… — Горячего душа. Я в курсе. — Тогда почему торчишь здесь в свободное время? Осталось сорок минут до переклички. Или не хочешь показываться Дэвиду? — Дэвид — это тот благоразумный гражданин, из-за которого я чуть не лишился ног? — наигранно улыбнувшись, проговорил Хо. — Именно. Через него проходят все. Местная элита. — Пфф. — Минхо закатил глаза, принимая лекарства и еду. — Может, он и не выглядит устрашающим, но за ним старшеклассники. И хер знает, как он заработал себе свой петушиный авторитет. Меня поместили сюда, когда он уже был местным королём упырей. — Ты не похож на наркошу или оторву со статьёй, так… за что мотаешь? — пропустив его в комнату, Минхо отставил на стол бумажный пакет и сжал зубы, облокачиваясь на его поверхность. — Вообще-то, статья. — без стеснения проникнув внутрь, ответил Со, расположившись на его кровати. — Расхерачил машину учителя из-за того, что он не дал мне пересдать последний решающий экзамен, ну и там по мелочи… драчун я, короче. — Минхо театрально зааплодировал в ладоши. — Сам-то тут. Даже всезнающий Дэвид не знает, за что же сидит наша новая принцесса. Так… — Я не буду об этом говорить. — отрезал Минхо. — Ой, я задел больную тему? — Нет. Просто я переполняюсь невыносимой яростью к тому, кто это у меня спрашивает. Знаешь, костяшки на пальцах чешутся. — махнув перебинтованными пальцами, заключил Ли. — Ага. Я вижу, где уже успели побывать твои угрожающие костяшки. — махнув на стену, где всё ещё виднелись кровавые подтёки, усмехнулся Льюис. — Неконтролируемая агрессия? — Разное. — Ладно. Не буду тебя трогать. В общем, я тут побыл мать-терезой, но на этом душевность и доброта моего сердца подходят к концу. И да, не стоит оваций и цветов. — поднявшись, он приложил руку к своей груди и склонил голову в поклоне. — Тебе говорили, что ты невероятно странный придурок? — Я тоже рад знакомству, Ли Минхо. И да, поешь, а то правда не дотянешь до конца недели. — Минхо еще раз взглянул на бумажный пакет на столе и прикусил нижнюю губу. — Спасибо… — Что? Что-что? Твой рот может произносить слова благодарности? — остановившись на пороге, Льюис приложил ладонь к уху. — Свали. Иначе мой рот в красках опишет, какова анатомия и строение твоего тела. А руки освоят на практике. — толкнув его в грудь, Минхо укоризненно взглянул на ухмылку на губах Со. — Ой, как нам страшно. Ладно, думаю, слишком много событий для тебя в один день. Поэтому, оставлю после себя товарищеские наставления и уйду в закат. Пока, принцесса. — Ну всё. — Минхо сорвался с места, но ноги подвели его, и он упал на колени, в то время как Сотер начал дико смеяться, и, захлопнув за собой дверь, напоследок кинул: — До завтра, злой и вселяющий во всех ужас и тлен, Ли Минхо. «Что это только что было, и почему здесь все такие неадекватные?!» Минхо не без труда поднялся на ноги и сел обратно на кровать. Подтянув к себе пакет со всем содержимым, парень достал бумажный свёрток. В нём лежал сэндвич с курицей и пачка молока, где надпись сверху гласила: «для дошкольного возраста». «Вот упырь.» Откусив кусок сэндвича и всё же отпив молока, Ли прикрыл глаза. Первый приём пищи почти за двое суток. «Ладно. Может, он и невероятно странный чудик, но всё же первый, кто заговорил со мной здесь, кроме малыша Дэ.» — Ли усмехнулся тому, как прозвал у себя в голове старшего, которому со стопроцентной уверенностью вывихнул руку сегодня, а может и разбил нос. «А… ещё та странная каштановая макушка. Он так быстро убежал. Неужели я такой пугающий… Пожалуй, надо этим гордиться.» — Минхо продолжал есть, усмехаясь глупым мыслям в своей голове. «В этом месте все странные.» «А ещё, если я не достану что-нибудь, что сможет заменить мне наушники, то достигну дна.» Доев сэндвич и осушив пачку молока, Минхо лёг спиной на холодное одеяло и затравленно выдохнул, надеясь на то, что завтра он все же не сможет проснуться.