Зависть (2) Зависть богов

Не возвращайте меня в сознание. Я не хочу. Если сознание значит затяжные мысли об унылой жизни и куче потемочных лиц, которым никогда нельзя доверять, не возвращайте меня туда. Люди настолько заигрались и забылись в своих обманах, что только это в итоге стало называться нормальным. И это же стало главным правилом. Они скрыто насилуют, калечат и затягивают петли друг на друге, прикрываясь правилами. Но это ложь. Они всегда выбирают это и делают это только потому, что МОГУТ и потому что НЕ могут ДРУГОГО. Не возвращайте меня в сознание. Потому что я вернусь во всякое такое про священную войну, где баррикады увязли в непроходимых болотах среднего класса между богатыми и бедными. И это будет значить, что я так стремлюсь попасть в руки своего врага, продавая душу ни за что, лишь за ее руки. Пленяющие обманы, обвившие мою шею, пробравшиеся до легких и сердца. И что же, я снова гонюсь за дьяволом! Жду с распростертыми объятиями и сердечно прошу меня обманывать. Когда я выжидала адекватное время, чтобы отправиться за покупкой нужного гаджета, я успела почитать на Максовском ноуте секс-рассказики, принять душ, и даже — приготовила завтрак. Все это время барабаны внутри меня не смолкали, их дробь раскатывалась то сильнее, то глуше по моим нервам. Сейчас, сидя на скамейке в парке, я смотрела на свои руки, и я боялась своего тела. Мои руки, ноги, мое тело и каждый орган словно думали сами по себе, они были непредсказуемы для меня самой, они обладали всеми теми своими чувствами, которые я никогда бы не смогла объяснить, потому что мозг мыслил лишь как отдельный инструмент в этом полном нот оркестре. У меня не было слов или определений. Но я не мужчина — моя священная война вовсе не за равенство, потому что люди, как и звери, все разные (со своими способностями и все такое); не за религию, потому что религия полна духовного насилия; не за правду, потому что правд множество и имя им легион. Священная война женщины всегда — лишь за ее чувства и понимания! Возможно, я борюсь за нечто неосязаемое, подобное эфирам и запахам, соединяемым парфюмером — за душу, за жизнь, за волю и за счастье. Но если честно, я даже не борюсь. Я просто голый персонаж, попавший в гущу армии орков, и без танка. Что мне делать? Ну я просто стою (переместилась с лавки за ворота парка). Бог вышел из машины. Она была в льняных брюках и в воздушной однотонной блузе, украшенной нечастыми вставками торчащих пучков цветных ниток. Но эти отвлекающие элементы отнюдь не мешали зреть сквозь просвечивающую ткань белый лифчик (и я даже узнала коллекцию)! «Развратский дизайн», — у меня готовы были скрежетать зубы. Имея восхитительные природные формы, бюстгальтерами Зоя порой предпочитала вовсе не обременяться, но не поддеть сюда значило бы, что были бы видны соски. Поздоровавшись лишь взглядом, Зоя деловито по-рабочему общалась по телефону. Я чувствовала от нее напряжение. Видимо, что-то там пошло по кочкам и не по сценарию. Такое у нее случалось, и я заставала подобные моменты раньше. Хотя мне очень хотелось взять ее сейчас за руку или приветственно полуобняться, но лучше было не трогать. Зоя смотрела то в сторону, то на меня, подперев бок. Ее мимика менялась несколько раз, и я в тайне упивалась скользящей многоплановой выразительности моего рыжего бога, словно незаслуженно посвящаемая — в самые разные ее состояния и аккорды. Наконец Зоя рассмеялась, почти беспечно отшучиваясь напоследок. Иногда мне казалось, она могла сохранять юмор, даже находясь в горящей избе с падающим потолком! До такой степени ее просто вдруг ничего морально и никак не касалось! Вы же должны совершенно точно понимать, какая же она ведьма с этими ее дикими слегка вьющимися рыжими волосами, колыхаемыми от порывов ветра на открытом пространстве у парка, и с синими чарующими глазами, заставлявшими терять волю (в чем лично у меня давно не оставалось ни малейших сомнений)! — Привет. — второй раз за утро поздоровалась Зоя, теперь уже глядя прямо на меня. То ли от ветрености, то ли от недавних разборок у нее образовался легкий румянец на щеках. Мобильный она быстро закинула в наручный клатч и ловко застегнула на молнию. — Хочешь романтичных прогулок по набережной? Пойдем. Из-за шума внутренних барабанов я немного терялась, следуя рядом. — А ты их не хочешь? — был логичный вопрос. — Но мы УЖЕ идем, Римма. — мы действительно УЖЕ заходили в парк. — Ты, случаем, дизайн из блузки не отколупала, пока вынимала траву, набранную в поле? — Да, это забавно. Сзади ничего нет? — Зоя чуть повернулась. — Посмотри. Я вроде кое-как отряхнулась, но не знаю, что могла пропустить. — Ну да. — я забрала с ее спины приклеившуюся жухлую мелочевку, зацепившуюся за дизайн. — Теперь точно чисто? Проверь. Я же не хочу ходить, как не понятно где валявшаяся! — Но ты правда валялась не понятно где! — посмеивалась я. — Я сказала проверь, а не рассуждай. Внимательнее. На заднице ничего нет? — Нет, Зоя. — проверяя ее задницу взглядом, я ощутила легкую низинку в голосе. — Хотя погоди. Подожди. — Что там? Я с удовольствием решила отряхательно поводить по ее попе, на которой на самом деле ничего не было, кроме брюк, попутно проклиная себя за недалекость, что по тупости чуть не пропустила этот шанс так касаться ее. Она была невероятна. От касаний все внутри меня замирало и прошибало током. — Там какая-то куча травы прилепилась. — уверенно бормотала я. — Стой. — Ты издеваешься? — Зоя обернулась за спину и быстро замечала, что я, наклонившись, стряхиваю пустоту. — Что ты делаешь? — строго. — Но там действительно тьма переплетенного льна… — пролепетала я под ее пронизывающим взглядом. — Рима, меня не заводит детский сад. — я не ожидала, с какой холодностью это прозвучит, я надеялась совсем на другую реакцию. — Немедленно повзрослей. Неужели ты думаешь, я буду поощрять тебя печеньками за такие дешевые способы подката? Тем более, мы в публичном месте. Неужели все, что она говорила — что срывается с места по моему зову, что ждет меня (может, она испытывала то же от меня, что я от нее?) — ничего на самом деле не значило? Что это вообще было? Это вообще было? — Прости. — я чувствовала себя опустошенной и уязвленной до глубины души. С каждым моментом понимала, что все, что я делаю по своей инициативе, ей не нравится. У нее были свои идеи и представления о том, как все должно происходить. Я слишком часто им не соответствовала, не способная дотянуться до ее нутра и мыслей. — Может, тебе нужен запрограммированный под твои желания робот? Мы направились по аллее. — Ладно, это ты меня прости. — без особой эмоциональности и уж тем более повинности со скучающим видом сказала Зоя, убрав свободную от клатча руку в карман. — Не знаю, что мне нужно. Просто не это. Прогулка по летнему зеленому парку с щебечущими птичками грозила превратиться в ад без проблеска тепла. Я реально думала, что как в сраном кино, сейчас ниоткуда наползет туча, и будет конец света. Мне хотелось хорошенько встряхнуть Зою — она не могла так со мной поступать! Или могла? — Так что тебе нужно? — спросила я. — Ты злишься на меня или на того парня? С кем ты там говорила по телефону. Ты чертова истеричка. Зоя рассмеялась. — Сейчас ТЫ больше похожа на истеричку со своими предъявами. Я всего лишь сказала, что не знаю, чего хочу, но точно знаю, чего не хочу. Что тут не понятного? — Ты обязательно хочешь увидеть во мне истеричку? Может, это тебя будет заводить? — Рима, я извинилась. Давай новую тему. Если ты не можешь поддерживать цивильный диалог, расскажи про свою обильную смазку, может, это выведет разговор в хоть сколько-то занимательное русло? — Не думай, что я теку. — по неизвестным причинам я текла. Хотя не должна была. — Вот это уже оскорбительно! — Оскорбительно, что в моих трусах не влажно от твоих загонов? — Весьма оскорбительно. С чего это загонов? Просто женщину не соблазняют такими топорными средствам. Ты, может, к Нелле так подкатывала, или она к тебе? М? — Ответить? — Отвечай. — Но ты же просто спесивая сука, которая течет от слова смазка и всех синонимов! — не вытерпела я. А я была очень, вы знаете, терпеливой. — К чему мне отвечать на что-то другое?.. Рассказать тебе про смазку? После этого я моментально ощутила на себе разъяренный взгляд. — Хамло! Скотина! — запальчиво. — С тобой вообще нельзя по-человечески разговаривать, в тебя только пальцы вставлять, скотина. — процедила вконец Зоя. — А вот и не вставишь, мы же в публичном месте. — Ой ли? — Зоя загадочно вздернула брови, состроила непринужденно ироничную гримасу и насмешливо произнесла: — Машина не далеко, Рима. А отель за вторым поворотом. Но сначала мы романтично погуляем по парку. Возьми меня за руку. Живо.