Он будет лучшим в твоей жизни. Обещаю

Это не Чарли, а целое стихийное бедствие. Я выдыхаю, как только Чарли хлопает дверью и выходит из кабинета. Ладно, проветрится и вернётся. Я пока узнаю немного о её жизни. Я беру папку с настоящим именем Чарли. Облокачиваюсь на стол, открывая её. "Энди Харпер Майер, 18 лет. Рост - 172 см. Вес - 36 кг. Наличие ран, синяков, причинения вреда - имеются. Зависимости - имеются. Причина - убийство. Срок - 10 лет." Я чувствую дрожь в руках. Нет, я всё-таки боюсь Чарли. Но что меня ещё удивило, так это её вес. Нормальный подросток весит от 40 кг примерно. И то, 40 кг - это просто минимальный вес. Опасно для здоровья, возможна такая болезнь как анорексия. Особенно при росте 172 сантиметра. Походу сказался образ жизни. Я пробегаюсь взглядом ниже, но не нахожу ничего о семье. И о родителях в том числе. Так, что за хрень? Я хмурюсь. Надо поискать ещё некоторые дела Чарли. Может найду что-то о её родителях. Я слышу в коридоре какой-то шум. Откладываю дело Чарли, отталкиваюсь от стола и выхожу из кабинета. Собственно, ничего удивительного. На улицу вели преступников. Там стоит специальная машина. Я возвращаюсь в кабинет, но останавливаюсь в нерешительности. Выхожу из кабинета, направляясь к Марку. *** Я прожигаю взглядом стопку папок. Здесь было около семи папок, и все они о Чарли. Я даже не прикасалась к ним с тех пор, как принесла сюда. Я смотрю на время. И хмурюсь. Время четыре, а Чарли ещё нет. Мне звонят. Я смотрю на дисплей. Неизвестный. Я беру трубку: - Да? - Аня? - слышится оттуда голос. Я облегчённо выдыхаю: - Чарли, тебя где носит? Давай возвращайся. - Хорошо, давай. Она сбрасывает трубку. Я же вдруг задумываюсь. Откуда у Чарли мой номер телефона? Ладно, спрошу у неё. Я выдыхаю, беря в руки первую папку. И тут же удивлённо вскидываю брови. Скарлет? Скарлет Эванс. - Да нет, серьёзно? - не сдерживаюсь я, открывая эту папку. Да, это Чарли. Я захлопываю её, отбрасывая в сторону. Нет, я не хочу сейчас это всё смотреть. У меня путаница в голове. Я ещё устала, поэтому нет. Я займусь этим позже. Я убираю её дела в сумку, как вдруг слышу голос: - Привет. Я вздрагиваю, оборачиваясь. Ну да, Чарли, кто же ещё? Я выдыхаю: - Ещё раз так меня напугаешь - я тебя напугаю, понятно? - Конечно. - усмехается Чарли, засовывая руки в карманы джинс. Я закатываю глаза, после чего мы выходим (Чарли почему-то решила превратиться в собаку) и идём в машину. Чарли снова стала человеком, и мы поехали туда, где будут хоронить Кевина. *** - Чарли.. - слышу я шёпот Ани, чувствуя как она гладит меня по плечу. Я зажмуриваюсь, чтобы не заплакать. Я сидела перед могилой Кевина, еле сдерживая слёзы. Приходили несколько людей, и то я их не знаю. Но сейчас все ушли и остались только мы с Аней. Я хочу в голос разреветься, молить Бога вернуть Кевина, разбить в кровь руки о мрамор. Но я просто сижу, не в силах сделать хоть что-то. Аня садится рядом со мной и обнимает меня. Я тут же обнимаю её в ответ, не контролируя силу. Слёзы сами льются из глаз, стоит мне обнять её. - Тихо-тихо.. Успокаивайся... - шепчет Аня, начиная гладить меня по голове. Почему я? Чем я заслужила такую жизнь? Я не виновата в том, что родители выгнали меня из дома! Я не виновата в том, что мне не рассказали что правильно, а что нет! Я жила сама, жила как могла, но я не виновата! Не виновата же?... *** Я приподнимаю голову, прислушиваясь к дыханию Чарли. Спит. Наконец-то. Я выдыхаю, снова ложась на кровать. После похорон она замкнулась. Вообще. Не реагировала, если я её звала, не отвечала на вопросы, ничего не говорила. Хотя бы удалось её спать уложить, и на том спасибо. Она дрожала у меня в руках, плакала мне в плечо, судорожно выдыхала, пытаясь что-то сказать, прижималась ко мне, как будто ища поддержки. И она получила поддержку. По крайней мере, мне так кажется. Продолжалось это всё около часа, после чего я решительно сказала Чарли, что пора ехать домой. И всё. После этого началось это всё. Я прикрываю глаза, прислушиваясь к дыханию Чарли. Мы знакомы около недели, а я уже очень волнуюсь за неё. А если будет также, как и с Камиллой? Тем более, Чарли - девушка специфичная. Это качество в ней действительно не внушает доверия. Но эти сомнения поутихают, как только я вспоминаю слова Чарли: "- Я если и предлагаю дружбу, то потом этого человека не предаю. Это у меня в крови. И в человеческой, и в собачьей." Я невольно улыбаюсь, вспоминая эти слова. Но улыбка потухает, потому что я слышу дыхание Чарли. Оно становится частым. Я хмурюсь, открывая глаза. Поглаживаю Чарли по плечу, начиная тихо шептать, чтобы она снова уснула. И действительно, её дыхание снова становится более-менее ровным, и я облегчённо выдыхаю. Закрываю глаза, ложась на кровать. Эта Чарли убьёт меня когда-нибудь своими проблемами. *** Я дрожащими руками открываю баночку с таблетками, которую я стащила прошлой ночью. Должны помочь. Я высыпаю сразу штук пять-шесть, потому что вспоминать о Кевине слишком больно. Как только я их выпиваю, то тут же убираю баночку в карман. Судорожно выдыхаю. Кевин, ты меня убьёшь нахрен.. *** - Чарли? Чарли оборачивается, выгибая одну бровь. - Ты как? Чарли улыбается. Я хмурюсь. Что произошло? - Всё нормально, лучше некуда. - весело отвечает она, садясь на диван. - Точно? - недоверчиво спрашиваю я, вставая с кресла и подходя к ней. Такое ощущение, что у неё бред. Я прикладываю руку к её лбу. Да нет, температуры нет. А что с ней тогда? Я глажу её по щекам. Тоже вроде не горячие. Может у меня температура? Чарли хмыкает, наблюдая за мной: - Всё со мной нормально, ты чего? - Чарли, ты.. Удивительный человек. - выдыхаю я, отпуская её лицо. Та улыбается, выгибая одну бровь: - С чего ты вдруг пришла к такому выводу? Да действительно. Только вчера она плакала мне в плечо у могилы Кевина, а сегодня она уже улыбается. Что-то здесь нечисто. - Ты редко улыбаешься. - нахожусь я. Правду сказала, кстати. Чарли могла насмехаться, хмыкать, фыркать, но она очень редко улыбалась по-настоящему. Та теперь действительно по-настоящему улыбается: - Серьёзно? - Да, очень редко вижу твою улыбку. - И поэтому ты подумала, что что-то не так? - Да. - хмыкаю я. Чарли качает головой: - Кто из нас ещё удивительный человек. Стоило мне провести пальцами по её щекам, как я тут же вспомнила об этих цифрах, которые меня встревожили. "Рост - 172 см. Вес - 36 кг." - Я могу задать тебе довольно странный вопрос? - интересуюсь я. Чарли хмыкает, кивая: - Можешь. - Какой у тебя рост и вес? - Тащи рулетку, будем рост измерять. - усмехается она, закидывая ногу на ногу и скрещивая руки на груди. Я серьёзно смотрю на неё. - Не смотри так на меня. Я последний раз измеряла свой рост год назад, что ты хочешь от меня? - Хорошо, какой рост у тебя был тогда? - Метр семьдесят три. - А вес? - Это вспоминать надо. - хмурится она. Я же внимательно слежу за ней. Ну не может она не заметить, что я больно любопытная. Та выгибает одну бровь. - Где-то сорок три наверное. Понятия не имею. Тебе зачем? - поднимает она на меня взгляд. Я улыбаюсь, пожимая плечами: - Просто интересно стало. Она хмыкает, закатывая глаза. - Слушай, а это нормально, что у тебя в.. Восемнадцать получается, в восемнадцать лет у тебя вес сорок три? - спрашиваю я. Чарли хмурится. Смотрит на меня: - Что тебя смущает? - Ну.. Мне кажется, что это критический вес в восемнадцать лет. - Тебя это вообще никаким боком не касается. - усмехается Чарли. Тут я уже протестую: - Не забывай, мы друзья. - Считай забыла. Я выдыхаю, после чего иду в свою комнату. Сажусь в кресло, загуглив то, что меня интересует. И да, я отказываюсь права. При росте 170 нормальные люди весят от 56 килограмм, но Чарли весит 43. Я выдыхаю, откладывая телефон. Так, Чарли говорить ничего не буду - себе дороже. Надо что-то делать, не дай Бог у неё осложнения начнутся... Чарли мне уже довольно дорога, поэтому я решительно встаю с кресла, выходя из комнаты. *** Я понимаю, что таблетки действуют. У меня ни одной мрачной мысли не появляется. А если и появляется, то я тут же ищу что-то положительное в этом. В общем, чудо-таблетки. Я даже улыбаться от облегчения начала. Всё-таки этот груз мрачных мыслей всегда давил на меня, а сейчас этого всего нет, и мне от облегчения просто нереально приятно. Я решаю посмотреть наличие сигарет. Давненько я не курила. Я иду к куртке, сталкиваясь с Аней. Я ловлю её за талию, а она вцепляется мне в плечи. - Чарли, твою мать! - ругается она. Я хмыкаю, отпуская её: - Извиняй, случайно вышло. - Извиняю-извиняю. Так, ты куда? - Надо куда. Не волнуйся, не из дома ухожу. - фыркаю я, обходя её и идя к своей куртке. В карманах нахожу сигареты. Отлично. Я поворачиваюсь к Ане, которая с интересом смотрит на меня. - Могу я воспользоваться твоим балконом? - Зачем? - Ты куришь? - игнорируя её вопрос, спрашиваю я. - Нет. - Прекрасно, а я курю. Позаимствую у тебя балкон? - Иди. - отмахивается она от меня. Я хмыкаю, идя на балкон с сигаретами. Что ж, покурим и подумаем о смысле жизни. *** Я выдыхаю дым, после чего хмурюсь. Я поняла одно - слёзы мне теперь просто недоступны. Как и чувство камня на душе. Теперь у меня всё легко, но такая лёгкость меня пугает. Я боюсь себя. Поэтому пока не вернусь к жизни без таблеток. Мало ли что. Пока я их принимаю - мне легко. А значит, я продолжу их принимать. Ничего же не случится, верно? *** - Слушай, а как ты относишься к такой болезни, как анорексия? - интересуюсь я, опуская телефон. Чем больше я читаю об этом - тем страшнее мне становится за Чарли. Та поднимает на меня взгляд, выгибая одну бровь: - К чему такой вопрос? - Просто попалось видео с таким названием, вот и решила у тебя узнать. - пожимаю я плечами. Чарли качает головой, снова утыкаясь в телефон: - Нормально я к этому отношусь. - То есть, ты считаешь нормальным, что люди так себя запускают? - переспрашиваю я. Чарли поднимает на меня взгляд, усмехаясь: - Возможно какие-то обстоятельства, не нам судить. - Нет, ну подожди. Обстоятельства здесь абсолютно не при чём. - Убеди меня. - фыркает Чарли, кладя телефон и откидываясь на спинку кресла, скрещивая руки на груди. Я тоже откладываю телефон, понимая, что сейчас идёт настоящая игра. И по ходу этой игры я буду узнавать о Чарли. - Приведи пример обстоятельства какого-нибудь. - прошу я. Чарли хмурится, задумываясь. Я же внимательно смотрю на неё. Она не может долго думать, если собирается отвечать правду. Но походу она возьмёт пример не из своей жизни. Умно. - У человека нет денег на то, чтобы купить себе еду. - поднимает она на меня взгляд. Я задумываюсь. Ну по сути да. Но всё-таки есть одно "но". - Попрошайничество никто не отменял. - отвечаю я. Чарли хмыкает: - Ты слишком хорошего мнения о людях. Не все люди могут дать денег нищему. А в сейчашнем веке таких вообще дефицит. - На крайний случай есть и воровство. - Скажи ещё про объедки из мусорных баков. - презрительно усмехается Чарли. Я скептически выгибаю одну бровь: - Что тебя смущает? Тоже вариант. - Тоже вариант, соглашусь. Но разве возможно жить на объедках, и при этом не болеть анорексией? Всё-таки это практически не еда. - Но хоть что-то же в организм поступает. А не как у всех анорексиков. Они тяжелее йогурта ничего съесть не могут. - Это ли не обстоятельство? Они поэтому и не едят практически ничего. Просто потому что физически не могут. Но они либо едят, либо умирают. Выбирать не приходится. - пожимает плечами Чарли. - А если еды нет, то всё. Организм привыкает к этому, после чего ты не можешь есть вообще. Обстоятельство? - выгибает она одну бровь. Я фыркаю, закатывая глаза: - Обстоятельство. Чарли одобрительно кивает. Я же задумываюсь. Спрашивать напрямую - идея плохая. Чарли не ответит, а уж тем более перестанет мне доверять. Но я заметила, как доказывала мне всё Чарли. Она знает, как живётся людям с анорексией. Она знает, что люди сейчас не настолько добрые, чтобы помогать нищим. И она знает, как организм может к этому привыкнуть. Значит она действительно болеет этой болезнью. Чарли, Чарли.. Я выдыхаю. - Ань.. - зовёт меня Чарли. Я поднимаю на неё взгляд. Та улыбается, смотря в окно. - Там снег идёт. Я тут же поворачиваюсь к окну. И да, там действительно идёт снег. Довольно большими хлопьями. Я чувствую, как радость начинает меня переполнять. - Не знаю как ты, но я гулять. - я чуть ли не вскакиваю с дивана, чтобы побыстрее одеться и выйти гулять. Слышу сзади фырканье Чарли, но не обращаю на него ровно никакого внимания. Я обожаю первый снег.