Долгая ночь после короткой разлуки

Вэй Усянь уселся поудобнее и начал свой рассказ: — Это запутанная история, которая на деле оказалась проще пареной редьки. Виновником, как это часто бывает, оказался тот, кто и послал нам запрос о помощи — сам Градоначальник. Злобные сущности выкосили половину его города, деревень в округе и еще соседние регионы. Так же проклятья распространялись на новорожденных детей и беременных женщин. Градоначальник оказался тем еще ходоком, и в молодости наделал дел. Он объездил пол Поднебесной и везде умудрился творить свои гнусные развратные делишки. Он разрушал семьи, порочил невинных девушек, а затем бросал их, иногда даже с собственным ребенком на сносях. Большинство пострадавших девушек не смогло жить с таким позором, и они покончили с собой. Сначала я думал, что эти девушки обратились лютыми сущностями от их затаенной злобы и учиняют расправу. Поэтому нам с Вэнь Нином пришлось слоняться от деревни к деревне и обойти половину Центральной Равнины, чтобы отыскать всех его любовниц, наложниц, брошенных жен и детей. Мне кажется, что даже Вэнь Нин устал, хотя он не может уставать. Но то, что выяснилось в процессе нашего расследования, шокировало даже меня. Оказалось, что этот негодяй не только обманывал порядочных девушек сам, искушая их подарками и лживыми обещаниями, но также держал под контролем огромную группу преступников, которые похищали молоденьких девушек по всей стране и продавали их в Дома Утех и даже в другие государства! Количество искалеченных судеб, уничтоженных семей и покончивших с собой превышало сотни. Такой концентрации озлобленной лютой нежити, я еще не видел. А со старого козла, как с гуся вода, заперся в своём доме, облепил всё защитными талисманами, окружил себя монахами и живет спокойно. И, если бы количество жалоб от пострадавшего населения не грозило попасть к императорскому двору, так бы и сидел спрятавшись дальше, ничего не делая. Этот дурак думал, что мы просто зачистим территорию от нежити и уйдем. Но в итоге, мы все-таки представили его к ответу в судебном совете императорской столицы, и его ждет заключение под стражу, а перед этим судья обязал его с почестями захоронить всех пострадавших, и выплатить компенсации живым. А нам с Вэнь Нином пришлось попотеть, чтобы усмирить эту огромную лавину озлобленной нежити. Вэй Усянь еще долго с подробностями рассказывал Лань Ванцзи детали своего путешествия, попивая Улыбку Императора. — Выходит, ты ещё довольно быстро разобрался с таким сложным делом, — сказал Лань Ванцзи, внимательно выслушав рассказ. Он сидел на кровати в позе лотоса, его несобранные волосы практически полностью высохли и забавным образом распушились по бокам. Вэй Усяню вид непричёсанного Лань Ванцзи показался чрезвычайно милым. Он усмехнулся, лег на живот, подперев щёки руками, и, глядя на Лань Ванцзи, сказал: — С моими непревзойденными способностями это дело оказалось не таким уж и сложным! Лань Чжань, зато я отведал кухню и вино Центральной равнины. Есть весьма удачные сочетания! В целом, путешествие оказалось захватывающим, вот только…мне так не хватало того, что я не могу поделиться с тобой своими впечатлениями. И ещё… Вэй Усянь замолчал и начал пальцами руки изображать шагающего человечка от колена Лань Ванцзи по его бедру вверх к завязкам на штанах. Его рука остановилась аккурат на интимном месте Лань Ванцзи, которое от прикосновения Вэй Усяня тут же начало потихоньку увеличиваться в размере. Лань Ванцзи сделал глубокий вдох, перехватил руку Вэй Усяня и потянул его на себя. Вэй Усянь всё это время был абсолютно голый, прикрытый лишь покрывалом. И когда Лань Ванцзи вытянул его из-под покрывала, заключив в объятия, обнаженный член Вэй Усяня прижался к гладкому животу Лань Ванцзи. Вэй Усянь сел сверху на Лань Ванцзи, и они вновь начали сладостную игру губ и языков. Возбуждение возвращалось с новой силой. Их руки скользили по телам друг друга, сжимая, тиская, лаская. Лицо Вэй Усяня вновь раскраснелось, сердцебиение учащалось с каждым поцелуем. Все частицы тела Вэй Усяня хотели Лань Ванцзи, тянулись к нему, желали ощутить его одновременно сразу везде. Лань Ванцзи тяжело дышал и покусывал сосок Вэй Усяня, в то время, как его руки сжимали ягодицы Вэй Усяня, а длинные пальцы уверенно приближались к соединению нежных половинок, чтобы начать ласкать скрытую между ними дырочку. Вэй Усянь начал тихонько постанывать, скользя своим возбужденным членом о такой же возбужденный член Лань Ванцзи, и подмахивать бедрами в направлении его пальцев, будто бы желая ускорить их встречу с его потаенным местечком. Боясь, что они снова «не дойдут до основного блюда», Вэй Усянь слез с коленей Лань Ванцзи и лег перед ним на спину. Хитро улыбнувшись и поманив его к себе, Вэй Усянь без капли смущения расставил ноги и произнес: — Лань Чжань, я знаю, как сильно ты этого хочешь. И я тоже хочу. Иди ко мне. Лань Ванцзи незамедлительно приблизился к Вэй Усяню, его взгляд застилала пелена с трудом скрываемого необузданного желания. Он смочил слюной свои пальцы и погладил нежную дырочку Вэй Усяня, войдя круговыми движениями внутрь. Вэй Усянь сделал себе тоже самое, только он так же смочил и огромный член Лань Ванцзи. Приставив головку к слегка открывшемуся отверстию, Лань Ванцзи начал медленно надавливать вперед, погружаясь в горячее нутро. Вэй Усянь зажмурил глаза и, приоткрыв рот, начал глубоко дышать, пытаясь расслабляться навстречу столь огромному проникающему орудию страсти. Лань Ванцзи продвигался глубже и глубже, пока Вэй Усянь не остановил его рукой, вскрикнув: — Всё, всё, Лань Чжань, подожди…мне нужно немного привыкнуть. На лбу Вэй Усяня выступили капельки пота. Глубоко дышать уже не получалось, он делал переменно один глубокий и несколько коротких вдохов: — Сколько там еще осталось до того, как он войдет полностью? Лань Ванцзи затуманенным взором посмотрел вниз: — Чуть меньше половины. — Что??? Еще почти половина? — Брови Вэй Усяня изобразили страдальческое выражение. — Вот же «повезло» с муженьком! Лань Ванцзи опустился на Вэй Усяня сверху и начал целовать его брови, лоб, виски и губы. Почувствовав, как плотно обхватившее его, мягкое нутро Вэй Усяня начало расслабляться вокруг его члена, он стал совершать медленные толчки небольшой амплитуды, с каждым толчком проникая немного глубже предыдущего. Вэй Усянь откинул голову назад и, полуприкрыв глаза, тихонько постанывал в такт движениям. Он практически полностью расслабился и начал ощущать нарастающее наслаждение, от соприкосновения всей нежной гладкой поверхности его нутра со скользящим в нем горячим и твердым членом Лань Ванцзи. Через какое-то время, он уже сам подмахивал бедрами в направлении Лань Ванцзи, насаживаясь глубже и глубже. С его губ начали слетать развратные фразы: — Лань Чжань, Лань Чжань, я готов! Всё, ты можешь себя не сдерживать. Ах…мне так хорошо, дай волю своей силе! Сколько ты уже мучаешься, отпусти себя! Лань Ванцзи издал то ли низкий стон, то ли рык, притянул Вэй Усяня за поясницу ближе к себе, схватил обеими руками его изящные длинные ноги и развел их ещё шире. Затем он, опустил их к плечам Вэй Усяня, согнув в коленях, и, нависая над ним, вошел максимально глубоко. Вэй Усянь широко раскрыл глаза, и громко закричал. Его внутренности будто бы пронзило молния. — Лань Чжань!!! Твоя длина что, не имеет предела? Я думал, ты уже зашёл достаточно глубоко, но это…это просто…меня сейчас разорвет!!! Лань Ванцзи остановился на пару минут, дав Вэй Усяню привыкнуть к новым ощущениям. Но затем, с новым напором, принялся совершать толчки. Он постепенно увеличивал скорость проникновения. Его член практически полностью выходил из Вэй Усяня, а затем возвращался обратно на всю длину. Вэй Усянь успевал делать три вдоха и лишь один выдох. — Лань… Чжань…я…кажется…разучился…дышать…подожди…дай мне…выдохнуть… — Вэй Усянь выкрикивал слова в такт каждому толчку Лань Ванцзи. От такого яростного трения вся поверхность нежного нутра Вэй Усяня сделалась необычайно чувствительной, и на стыке этих странных чувств: от такой силы Лань Ванцзи, от того, как он наполнял его и скользил внутри него, Вэй Усянь начал ощущать удовольствие, граничащее с исступлением. Капельки пота стекали по лицу Лань Ванцзи и капали с подбородка, Вэй Усянь приблизился к нему и слизал их. Он и сам был абсолютно мокрым. Вэй Усянь прибывал в полу сомнамбулическом состояние, он начал выкрикивать немного подсевшим голосом: — Да, Лань Чжань, мне хорошо…мне так хорошо, я люблю тебя, я люблю тебя, ах, не останавливайся, я так сильно люблю тебя… На бледном лице Лань Ванцзи проступил едва заметный румянец, а вот его уши горели ярко красным цветом. Мокрые от пота волосы торчали в разные стороны, и он сам походил на какого-то демона с горящими глазами, а не на благочестивого заклинателя. Он приблизился к лицу Вэй Усяня, и глубоко, страстно поцеловав его, прошептал прерывающимся голосом: — И я люблю тебя, Вэй Ин… Они занимались любовью уже довольно долгое время, когда Вэй Усянь обхватил Лань Ванцзи за шею и томно сказал: — Лань Чжань, давай сменим позу. Я хочу, чтобы ты взял меня сзади. Так глубоко, как ты сможешь зайти. Лань Ванцзи в замешательстве посмотрел на него, неловко кивнул и вынул свой твердокаменный перевозбужденный орган. Вэй Усянь поднялся, развернулся к Лань Ванцзи спиной и опустился на локти, расставив ноги в совершенно развратнейшей позе. Лань Ванцзи какое-то время просто сжимал ладонями ягодицы Вэй Усяня, наслаждаясь этим ощущением, пока Вэй Усянь не оглянулся на него взглядом, полным нетерпения. Тогда Лань Ванцзи развел мягкие половинки и приставил свой член к слегка припухшей влажной дырочке Вэй Усяня. Он вошел наполовину, ненадолго замер, затем, обхватив талию Вэй Усяня, вошел до упора. Вэй Усянь громко протяжно крикнул, уперся ладонями в кровать и принялся с силой двигать бедрами на встречу обжигающему огромному орудию. Лань Ванцзи от такого наслаждения пребывал в состоянии транса. До него, как будто бы, издалека, эхом доносились разнузданные крики Вэй Усяня: — Да…ах… Лань Чжань, еще, вот так… Глубже! Зайди так далеко, как ты сможешь! Я хочу чувствовать тебя так глубоко во мне. Лань Ванцзи наклонился к блестящей от пота спине Вэй Усяня и принялся водить языком между лопаток, одной рукой придерживая его за талию, а второй касаясь кончиками пальцев лица и губ Вэй Усяня. Вэй Усянь приоткрыл рот и принялся страстно ласкать языком и губами длинные тонкие пальцы Лань Ванцзи. Лань Ванцзи приблизился к уху Вэй Усяня и сбивчиво, со стоном произнес: — Вэй Ин… Затем он, скользнув языком по задней поверхности шеи Вэй Усяня, прикусил место между плечом и шеей и с удвоенной силой принялся совершать яростные толчки. Вэй Усянь коротко вскрикнул. Его ноги и руки охватила дрожь, и он, потеряв контроль над собственными мышцами, упал животом на кровать. Лань Ванцзи, придавив его своим телом сверху, продолжил своё глубокое проникновение, одновременно целуя и кусая шею, плечи и лопатки Вэй Усяня. Упав всем телом на кровать, Вэй Усянь ощутил, как его разгорячённый член коснулся прохладного шелка простыни. Кончив уже пару раз до этого, и обласканный ртом и руками Лань Ванцзи, интимный орган Вэй Усяня стал необыкновенно чувствительным. На каждый мощный толчок от Лань Ванцзи сзади, приходилось скользящее трение и нежная ласка шелковых простыней спереди. Вэй Усянь понял, что ему не нужно даже прикасаться к себе, и что высший пик наслаждения вот-вот настигнет его. Он протянул свою руку назад и погладил Лань Ванцзи по бедру, говоря прерывающимся голосом: — Лань… Чжань, я скоро кончу…я готов кончить! Лань Ванцзи поцеловал мочку его уха и с придыханием прошептал: — Я тоже готов… Вэй Усянь зажмурил глаза и сжал рукой подушку. Трение о шёлк простыни ускорилось вместе с мощными толчками Лань Ванцзи. Вэй Усянь, ощущая нарастающие разряды приближающегося оргазма, выкрикнул: — Лань Чжань, кончи в меня! Я хочу, чтобы ты кончил в меня, глубоко в меня! …ах… Тысячи фейерверков распустились разноцветными огнями перед глазами Вэй Усяня, а искры белых капель причудливым узором выплеснулись на шелковую ткань. Следом за ним, спустя несколько быстрых движений, Лань Ванцзи с силой сжал Вэй Усяня в объятиях, прижался щекой к его уху и тоже излился глубоко в трепещущего под ним Вэй Усяня. Вэй Усянь почувствовал, как в этот момент, огромное орудие страсти Лань Ванцзи внутри него, сделалось еще больше и тверже. Пульсируя, оно выплескивало всю свою любовную жидкость, распирая, ставшие столь чувствительными, стенки нежной дырочки. Удовольствие пересекло все возможные грани и затуманило рассудок. Их стоны сменились частым шумным дыханием, а страстные судороги обратились блаженным онемением всех мышц. Лань Ванцзи выскользнул из расслабленного влажного нутра Вэй Усяня и лёг рядом с ним. Вэй Усянь перевернулся на бок, закинул руку и ногу сверху на Лань Ванцзи, и уткнулся носом в его плечо. Белая струйка вязкой жидкости потекла вниз по округлой ягодице Вэй Усяня, он оглянулся вниз и, игриво протягивая, слова сказал: — Лань Чжааань, ты только посмотри, как много! Да мы же проснёмся с тобой утром в луже. — Я всё уберу, — тихо сказал Лань Ванцзи и слегка прильнул губами к ресницам Вэй Усяня. — А я не хочу, чтобы ты это убрал! Я хочу лежать в этом аромате. Этот запах больше не существует нигде в мире, он только в нашей постели, в наших простынях! Мы создали его из сплетения наших тел и ароматов. И он пробуждает во мне бесконечное неугомонное желание, — томным голосом ворковал Вэй Усянь и целовал лицо Лань Ванцзи. — И… во мне пробуждает, — опустив ресницы вниз, явно смущаясь, слегка дрожа произнес Лань Ванцзи. — Как можно так сильно хотеть кого-то, я готов облизать тебя всего и съесть, Лань Чжань. Не могу остановить это. Что мне делать? — заигрывающим голосом промурлыкал Вэй Усянь и положил свою голову на грудь Лань Ванцзи. Лань Ванцзи нежно улыбнулся, прижал Вэй Усяня еще ближе к себе и начал гладить его волосы, целуя в макушку. Они лежали в сладкой истоме, и на какое-то время задремали. Когда Вэй Усянь открыл глаза, он обнаружил, что вся Тихая комната была залита мистическим светом. Косые лучи призрачного серебряного сияния проходили через окна комнаты, придавая всему интерьеру атмосферу дворца волшебных существ. Вэй Усянь потёр глаза, чтобы убедиться в реальности происходящего. Вся мебель, занавески, кровать, шёлковые простыни и даже пол будто были осыпаны сверкающими блёстками, которые искрились, сияли, кружились в воздухе и завораживали взор. Лань Ванцзи тоже открыл глаза и сел на кровати, оглядываясь вокруг. — Что это такое? Что за загадочное свечение? — восторженно воскликнул Вэй Усянь. — Луна взошла, — спокойно ответил Лань Ванцзи. Стояла глубокая ночь. Огромная полная серебряная луна висела в чёрном небе прямо над Тихой Комнатой, проливая на неё свой таинственный свет.