Divide et impera

- Хатун, очнись!- подойдя к Нурбану, Джанфеда недовольно оглядела ее. - В чем дело? - отложив книгу, Нурбану оглядела встревоженную калфу. - Нурбану, ты совсем ничего не видишь? Снова восстание толпы, недовольство и ругань! Нам всем нужно спасаться, иначе погибнем, а ты сидишь здесь, спокойная и умиротворенная и читаешь,- упрекнула ее Джанфеда. - От людского гнева не спрячешься за толстыми стенами и тьмой, все зашло слишком далеко. - Нужно известить дворец,- печально сказала калфа, без помощи султана нам не справится, толпа разорвет нас. - И что тогда?- без тени сожаления поинтересовалась Нурбану. - Ты и сама знаешь ответ, хатун,- высказавшись, Джанфеда пошла прочь, а Нурбану вышла из гарема, надеясь укрыться от этой паники и пустой болтовни пустоголовых девиц. - Я отрекаюсь! Отрекаюсь! - услышала она чей-то крик боли. Идя на голос, она оказалась перед покоями шехзаде, где ни разу не была. Дверь была открыта настежь, и подойдя ближе, Нурбану увидела разгневанного и одновременно испуганного шехзаде, который повторял одно и тоже, швыряя все, что встречалось на его пути. Ненависть поселившаяся в ее сердце, сменилась жалостью. Внезапно он остановился и, повернувшись, заметил ее. - Нурбану?- другим тоном спросил он,- ты пришла? - Шехзаде, что с вами?- шагнув в покои, она закрыла дверь. - Они все ненавидят меня, кричат, бросая проклятья, хотят, чтобы я оставил пост. Я уже написал повелителю, теперь я ожидаю палачей, которых он пришлет. Они освободят меня от этого плена! Я спасусь! - Селим,- взяв его за руку, Нурбану проникновенно заговорила,-в тебе говорит твой страх, который загнал тебя, подобно стае шкалам, которые загоняют молодого льва. Отбрось страх и ты увидишь ответ. - Какой ответ? Я не вижу его! Они мне чужие, Нурбану, я не понимаю их, а они меня! Потому что толпе бродяг не понять господина! - Их разум застилает нужда, которая толкает на крайности, Селим. Что они хотят от тебя? Справедливости! Они хотят, чтобы ты услышал их. - Вот, вот это жалобы, бесконечные жалобы!- кинув перед ней ворох писем, он заметался по комнате. Бегло прочитав несколько строк, Нурбану осенило. - Все можно исправить, Селим! Послушай! Выйдя к толпе, Селим на мгновение остановился, вглядываясь в их лица. - Народ Манисы! Я, сын султана Сулеймана, шехзаде Селим предстал перед вами один! Руки мои пусты, я не взял ни янычар, ни оружия и вас к тому взываю! - Шикуешь в роскоши, а мы погрязли в налогах! Душитель!- крикнул кто-то из толпы и в него полетел камень, оставив след на бархатном кафтане. - Я все исправлю, клянусь Аллахом! Беру вас всех в свидетели! Я клянусь, что пересмотрю все ваши налоги и если где-то есть упущение, я все воздам! Завтра ровно в полдень я жду вас у дворца! Верьте мне и дайте шанс, я прошу вас! Не приказываю, точно господин,а прошу!- прокричал Селим. - Завтра, шехзаде, завтра мы будем ждать вас! Мы даем вам этот шанс!- прокричал кто-то в толпе, а следом за ним и остальные!- постепенно толпа разошлась, оставляя шехзаде одного. Казалось, в темном коридоре появился лучик света, разжигая за собой огни, а имя у него одно- Нурбану. - Я справился, я смог,- Нурбану,- порывисто зашептал он девушке, взяв ее за руки,- ты вселила в меня веру, Нурбану! - Шехзаде, это все жило в вас, стоило только осветить темные коридоры вашего сердца,- ответила девушка,- но это лишь крохотный шаг к вашей победе. - Что дальше, Нурбану, что?- его трясло, точно в лихорадке. - Завтра вы должны провести заседание совета, но прежде вызвать к себе Аяза пашу и обсудить все с ним. В полдень вы выслушаете народ и окажете им поддержку и помощь, так же следует отправить семьям бедняков провиант и необходимые припасы, шехзаде. - Почему рядом с тобой мне кажется, что я готов свернуть горы, Нурбану, но, оказываясь один, я точно во тьме. Ты мой свет, Нурбану, мой самый яркий свет. - Вы сам и есть свет, шехзаде,- отозвалась девушка.