Divide et impera

-Госпожа моя, вы сияете точно солнце,- проговорил Газанфер ага, глядя на Нурбану,- но разрешите дать вам совет. Отложив гребень, Нурбану повернулась к нему . -Ваш ум и хитрость, ваша красота, госпожа, но остерегайтесь врагов. К тому же, нужно быть очень осторожной. Шехзаде находится на виду и в тоже время в тени своих братьев, но бывают ошибки, которые стоят жизни. -Мне все это известно, Газанфер,- с лёгким, едва слышным вздохом, Нурбану опустилась на кушетку, обитую бархатом,- пока я жива - с Шехзаде ничего не случится, я не позволю и для этого я пойду на все . -Стоило ли так рисковать из-за глупой рабыни? Если Хюррем султан узнает, я даже боюсь представить, что случится. - Я напишу госпоже сама, расскажу ей то, о чем следует знать. -Эта рабыня не могла бы тягаться с вами , обыкновенная пустышка,- добавил Газанфер. - Я не хочу быть одной из множества девушек гарема. В сердце Шехзаде буду либо я одна либо никто ! Терпеть, молчать и видеть его с другими - никогда !- высказавшись, Нурбану отвернулась, чтобы ага не увидел боль в ее глазах. -Шехзаде Селим Хазрет лири!- прокричал евнух, открывая двери Шехзаде. С поклоном Газанфер ага покинул покои Нурбану. - Как ты, свет мой? - спросил Селим, подойдя к ней. -Я боюсь, что нашему счастью придёт конец,- ответила Нурбану,- но вот ты пришёл, и страха больше нет, Селим,- ничего не отвечая, Шехзаде обнял ее. Им было комфортно и в долгих разговорах и в тишине. Глядя на любимую, Селим понимал, что доверять во всем он мог только ей и никому более. Рядом с ней все остальное меркло, все проблемы, тяготы и невзгоды уходили на последний план. Она- смысл его жизни, его вздоха, смысл всего в жизни. -Нурбану, я даю тебе слово и беру тебя в свидетели. Придёт день, и я стану повелителем мира, тогда я положу весь мир к твоим ногам. -Ты и есть мой мир, Селим,- отозвалась Нурбану. *** Каждый день, совсем по капле она добавляла в свой щербет специальное снадобье, изготовленное Марко. Сильный яд, разведённый в ничтожно малой дозе, чтобы однажды, столкнувшись со смертельной дозой- выжить. В один из таких дней ей впервые стало по настоящему плохо. Невыносимая слабость накатила на все тело, лишая сил. - Не смейте ничего говорить Шехзаде !- распорядилась Нурбану, с трудом пытаясь встать. Резкая боль пронзила низ живота, растекаясь огненным жаром. Жестом велев оставить ее, Нурбану медленно, с большим трудом сняла с себя тяжёлое платье. Дрожащими руками она содрала с себя тонкую, окровавленную сорочку и бросила ее в огонь. Закутавшись в бархатный халат, она отбросила платье подальше и велела позвать Джанфеду. -Что с вами?!- глядя на бледную Нурбану с ввалившимися глазами, калфа испугалась. - Позови мне лекаршу, да не из дворца, немедленно! Шехзаде ни слова!- сквозь зубы пробормотала Нурбану. - Шехзаде на охоте,- вырвалось у Джанфеды. - Тем лучше! Живее!- откинувшись на подушках, Нурбану закрыла глаза. Осматривая Нурбану, женщина молчала. Затем, тщательно вымыв руки, достала из мешочков, закреплённых на поясе несколько трав. Смешивая их в кубке с водой, она поставила их на специальной подставке ближе к огню. -Ребёнка нет,- резко сказала она,- кровотечение я остановлю. -У меня будут другие дети? Скажи!- требовательно спросила Нурбану. -А почему нет,- был ответ. Обернув кубок тряпкой, она протянула их Нурбану,- пей! Пей смело. Сделав несколько глотков, Нурбану закашлялась, но допила до дна горький отвар. -Я пила яд,- проговорила она,- малыми дозами, так как здесь всюду меня подстерегает смерть. Что мне делать ? - Прекратить травить себя иначе ты никогда не станешь матерью,- жестко сказала женщина,- пусть слуга приходит через день, я буду давать тебе нужный отвар. Через неделю от симптомов не останется и следов. -Тебе хорошо заплатят, особенно если ты будешь молчать, иначе смерть,- сказала Нурбану. Усмехнувшись, лекарша ничего не ответила.