Агентство разбитых сердец

«Все мои предыдущие влюбленности

были всего лишь черновиками,

ты стал шедевром.»

      Они снова проснулись вместе. Антон не смог уйти от мужчины, вернее не хотел. Молодые люди увлеченно обсуждали книги, прочитанные ими за несколько лет: Шастун прочитал весь цикл романов русского фэнтези Отблески Этерны от писательницы Веры Камши, а Попов читал исключительно Всемирную классику. В какой-то момент они даже начали спорить какой жанр лучше.       И по классике, под глубокую ночь, должна была вспыхнуть искра страсти и затащить их в постель, но ничего такого не произошло. Арсений крепко уснул под боком у парня, а тот и рад остаться, лаская нежного зверька.       Любовные покусывания в плечи начали понемногу раскрывать глаза Антона, пробуждая из сна медленно-медленно.       — Тоша… — Арс тихонько целовал спящего в мочку уха — Вставай кушать       — Я не ем по утрам — пролепетал парень и перевернулся на бок, сгребая Попова в объятия — Хочу черный сладкий чай, очень сладкий       — Уже стоит на столе вместе с завтраком, я же знаю, как ты любишь по утрам — мужчина надежнее укрыл одеялом обоих — Сладкий чай и бутерброды с копченой колбасой, немного кетчупа и майонеза на хлеб, и вуаля       Антон окончательно открыл глаза:       — Да… Действительно. Про эту извращенную еду знает только мама и Дима, а он как раз таки меня и научил. Правда сейчас я пью только чай, но откуда ты знаешь?       — Правда так и будем притворяться будто мы не знали друг друга? Тош, ну не смешно уже       — Так… Опять эта хрень начинается — зеленоглазый нервозно выпутался из лиан рук — Ты говорил это утром после клуба, вчера много раз упоминал, якобы я знаю что-то и помню, сейчас это. Объясни, что значит я не должен притворяться? Что значит, ты помнишь, будто я был другим?       — Тош, если это шутка… — мужчина поднялся с постели и взял любимого за лицо — то она не смешная. Для тебя разве ничего не значат наши два с половиной года отношений? Да, я понимаю, это было давно, и сейчас мы фактически чужаки друг другу, правильно ты выразился… Но хотя бы из уважения к нашим счастливым дням       — Слушай, ты шизик? Какие еще два с половиной года наших отношений? Мы знаем друг друга неделю, а до этого я никогда не был с тобой знаком. — руки держали пальчики Арсения, а в глазах не было ни капли вздора, только недоумение — Если бы у нас с тобой что-то было, то не сомневайся, я бы непременно вспомнил       Попов замотал головой и возбуждённо провел Антону вдоль торса, мол одевайся, сейчас разберемся, и кивнул в сторону кухни. Значит, судьба все-таки свела их, разрушая все возможные «чары» агентства. Значит, сейчас Шастун все вспомнит, и они начнут их отношения сначала.       Тоша выглядел невозмутимым, пока хозяин квартиры со звуком двигал стул к сидящему, за столом, Антону и открывал галерею на телефоне.       — А теперь смотри… — он пролистнул на самый верх и открыл первое фото — Вот самое первое фото на этот телефон в начале наших отношений. Здесь мы еще стоим у реСтора, я как купил мобильный, сразу сделал фото. Так сказать обновил. — он перелистнул на видео и из динамиков раздался звук       — Всем привет, привет всем! — слишком близко поздоровался Антон в камеру и перевернул на Арсения — Этот молодой человек купил себе новый телефон, а знаете, что сделал я? Правильно, сразу же его отнял. Ну ему такие дорогие телефоны ни к чему, а мне в самый раз!       — Антон, на дорогу смотри, а то в люк провалишься — зеленоглазый тут же заорал и крепче сжал телефон, чтобы тот не выпал из рук. Арс подхватил его на плечо — Отпусти, сила нечистая!       Попов опустился с парнем на холодную траву, нависая сверху. Он заметил краем глаза камеру телефона, которая подвигалась на его лицо.       — Ты всю романтику портишь, а я уж хотел тебя поцеловать       — Всё! Убираю! — и когда Арсений приблизился к любимому, тот сделал фото       — Неужели не помнишь? — мужчина с надеждой заглянул в родные глаза Антона, пока на экране виделось то самое фото с поцелуем       Он покачал головой, так серьезно смотря в ответ. Не секунды воспоминания не пробежало у него в голове, как будто смотрел на других людей, но видел себя. Видел большие уши, которые торчали из-за светлых волос; видел свои впалые скулы и ту самую родинку на носу; видел, как они с Арсением целовались по-настоящему, то есть это был не фотошоп, а если и он, то очень качественный.       Антон глядел, как Попов листает их совместные фотографии. Их было очень много, некоторые даже имели свою особенную энергетику, которая подсказывала парню поверить рядом сидящему. Он ведь уже столько фото увидел, что не верить, было бы Вселенской глупостью.       — Повтори еще раз, что ты сказал? — вывело Шастуна из транса, новое воспроизведенное видео, с собственным голосом       — Надо купить масло, молоко, укроп… — Арсений повернул голову в камеру и засмеялся — Перестань снимать! Ты ведешь какой-то репортаж нашей жизни       — Я просто хочу запомнить, что надо купить, Арсюш — парень подошел к возлюбленному и сел к нему на колени, продолжая снимать на телефон — Что еще нужно купить? Может сливки и клубнику?       — Фу, ты дешевой порнушки пересмотрел? — стебался Попов и притягивал юнца к себе вплотную, сильнее смыкая руки на его талии, Антон улыбался и, наверное, чувствовал себя на седьмом небе от счастья.       Еще мгновение и их губы слились в поцелуе.       — Камеру выключи — прошептал Арсений из динамика смартфона и видео остановилось       — Арс, я… клянусь, не помню этого — Шастун смотрел на чай, к которому так и не притронулся — Это же невозможно, да? Если все это правда, я должен помнить       Мужчина прижался лбом к плечу зеленоглазого и закрыл глаза, тихо проговаривая:       — Значит ты не притворялся, когда начал знакомиться со мной в клубе… Я думал, ты просто обижаешься и держишь злость на меня из-за расставания, а ты и в самом деле не помнишь       — Расскажи мне что было перед расставанием, и почему мы разорвали отношения. Расскажи мне все и я постараюсь вспомнить — он уверенно повернулся к бывшему и взял за руки, намереваясь не оставлять это просто так, но на секунду завис — Я теперь понял, почему меня так тянуло к тебе       — Тебя… что? — Арсений смутился и опустил глаза, краснея за считаные секунды — Ты думал обо мне?       Антон твердо кивнул.       Эта любовная история могла бы повернуться совершенно банальным образом: Попов бы рассказал все моменты, связанные с их прошлыми отношениями, Антон бы вспомнил, счастливо прыгая на бывшего, и они бы зажили с новыми мыслями, планами на жизни и целями, но этого не произошло. Все воспоминания, что рассказывал Арс были пустым звуком для Шастуна. Он не помнил, ровным счетом, ничего. Смотрел безжизненно в глаза голубые и кивал, слушая чужую жизнь, только не свою.       — Арсюш, извини… — поджал губы кудрявый и встал из-за стола — Я должен спросить об этом у родных. Если и в самом деле что-то случилось с моим мозгом, они должны рассказать, или хотя бы мама       Арсений схватил его за руку, поднимаясь следом и крепко обнимая:       — Они не расскажут, я уверен. Они не хотят, чтобы тебе было больно, как после нашего расставания       — Арсииик — начал трясти мужчину — Ты пойми, я у них выпытаю. Если не смогу узнать, значит не смогу быть с тобой       — Но мы можем начать все сначала!       — Нет — строго глядел Антон — Я не смогу быть с тобой, зная, что между нами когда-то была большая любовь и куча воспоминаний, а сейчас у меня в голове пусто       Арсений проводил парня и вернулся на кухню, глядя на холодный чай и заветревшиеся бутерброды.       Все перевернулось вверх дном. Антон решил, что пойдет до дома пешком, чтобы проветрить мысли и голову от услышанного. Да нет, этого быть не может, что в голове отсутствуют два года жизни, оно же только в фильмах возможно. Да и он поверить не мог.       Кажется, агентство оказалось не таким надёжным, как ожидалось, даже несмотря на то, что он не вспомнил, но очень хотел, и был готов во что бы то не стало узнать об этом у близких. Пусть они буду отнекиваться и говорить, что он сошел с ума, и что никакого Арсения Попова они не знают, и что просто какой-то мужик хочет вскружить ему голову. Но зачем Арсению это? Он же мог просто начать ухаживать за парнем и все тут.       — Мам…       — Да, солнышко? — женщина приподняла голову с подушки и улыбнулась вошедшему сыну, лицо которого не воспроизводило не одной эмоции — Что такое? На работе что-то?       — Расскажи мне про Арсения       — Про… кого? Я не знаю никаких Арсениев, впервые слышу — она поглядела на сына с распахнутыми глазами еще секунду и отвернулась — Иди в комнату к себе, я отдыхаю       — Та-ак, теперь поподробнее. Я знаю, что ты знаешь, потому что твое поведение сейчас было нетипичным — он сел на диван и повернул ее за плечо к себе — Рассказывай       — Сынок, я впервые слышу. Правда просто устала, так и отреагировала — врала Майя Олеговна       — А если я тебе скажу, что был с ним и он мне все рассказал?       — Вот же… Поповское отродье — вскрикнула мама и закрыла лицо ладошками, начиная мотать головой — Господи… Прости, я не хотела его так обзывать       Мама есть мама. Не стоило судить ее за такое жестокое высказывание в сторону бывшего парня Антона, ведь она и правда имела право на такое. Арсений воткнул нож в спину не только ее любимому сыну, но и ей. Материнское сердце обливалось кровью, когда она слышала, рыдающего, изо всех сил, Тошу, и она плакала вместе с ним. Ей, наверное, было не больнее, чем разбитому сердцу сына, но определённо одинаково.       Майя возненавидела Арсения быстрее, чем когда-то полюбила. По началу было сложно воспринимать взрослого мужчину в отношениях с ее чадом, но она смирилась, когда видела неподдельную улыбку Антона после прогулки; когда видела, как он сосредоточенно выбирает наряд для свидания; когда видела его неравнодушный взгляд и то, как он рассказывает об Арсюше; когда видела, что они действительно влюблены друг в друга. Тогда она решила, что уж если сын так сильно увлечен Поповым, то даст им благословение на долгую и счастливую жизнь вместе.       Порой, они вместе выбирались на выходные в другие города, чтобы посмотреть Россию за пределом Питера, вместе фотографировались и были настоящей семьей. Майя уже воспринимала Арсения, как второго сына, потому что он часто заезжал после работы, завозя пакет с продуктами, помогал исправить какие-то поломки в доме, чтобы женщина не вызывала специалистов, тратя деньги, и даже называл ее мамой.       — Я не могу тебе ничем помочь, сынок, но… Ты можешь обратиться в агентство разбитых сердец, там тебе подскажут что делать — Майя Олеговна сдалась очень быстро, открывая правду Антону. Раз уж спустя несколько лет, они снова встретились и стали парой, то тут уже бегать от предназначения смысла не было. Они и сейчас и через десять лет могут снова сойтись, так что… — Чёрная речка, улица Итальянская, строение три. Спросишь у охранника куда тебе пройти дальше… Будь осторожен       — Люблю тебя! — Антон смазано поцеловал маму в щеку и вышел из комнаты       Парень стоял перед неприметным зданием, мало похожим на какое-то там агентство: множество вывесок строительства, качественного меха, школы английского и всего того, что было не интересно Шасту. Он быстро преодолел дорогу от метро до входной двери и остановился около поста охраны, заглядывая в коморку, сгибаясь при этом в три погибели:       — Здравствуйте. Извини, не подскажете, как в агентство пройти?       — Оой, сынок, испугал меня! А ты по какому вопросу-то? — охранником оказался вполне милый, но очень пожилой дедушка. Антон заметил несколько наград на его груди и гордо улыбнулся.       — Дедуль, да я это… Не помню ничего, хотелось бы освежить память       — Ааа, ну пошли провожу тебя, коль очень надо! — он торопливо вышел из каморки, только и отмахиваясь на слова парня, чтобы тот зазря не вставал — Я еще живой, а значит могу ходить-бродить и помогать людям. Меня Григорий Павлович звать       — Меня Антон… Приятно познакомиться. Слушайте, а эти награды на груди, вы ветеран? — парень медленно шел за дедушкой       — Мне семнадцать тогда было, а я уже на фронт пошел — он говорил это, скорее, себе, чем Шастуну — Страшное время было. Как вспомню, так плакать хочется       В сердце Антона вмиг образовалась печаль. Он много раз слышал ужасные истории от ветеранов Великой Отечественной войны и даже представить себе не мог, что творилось на поле боя. Эти мысли вызывали у него самый настоящий страх и панику.       — Разве вы не должны быть на пенсии как ветеран? — дедушка рассмеялся и похлопал высокого парнишку по спине       — Много-то ты понимаешь об этом. Давай ступай, тебе в эту дверь, к дочке подойдешь и все узнаешь — он указал на белую дверь       — Спасибо, Григорий Павлович — Антон крепко пожал руку ветерану — И за победу спасибо       — Ох… Сынок — слышалось оханье позади, пока дедушка возвращался на рабочее место, а на него уже смотрели две пары глаз с ресепшена       — Доброго времени суток, уважаемые. Хотел бы узнать о том, как вернуть память — сходу вывалил на них Шастун       — Здравствуйте. Меня зовут Лариса, я администратор, — она улыбчиво кивнула и следом указала на женщину рядом — а это Алена Алексеевна, она специалист по работе с клиентами. Давайте разберемся, что случилось?       Антон облокотился на стойку ресепшена:       — Ой, даже я не знаю, как вам сказать об этом, девочки, но не помню даже того, что приходил сюда, от слова «совсем». Мама назвала адрес и…       — Как Ваша фамилия?       — Шастун, Антон Андреевич — он посмотрел на специалиста, и та махнула идти за ней       — Антон, я помню тебя. Ты был на приеме три года назад — парень усмехнулся, услышав такую новость — И просил стереть память о бывшем       — Так, а почему я не помню этого? — они зашли в кабинет, и Алена Алексеевна подошла к стеллажу с документами, выискивая букву «Ш» — Мы с ним снова встретились и буквально пару часов назад он рассказывал и показывал все, что между нами было. Я хочу все вспомнить       — Антон, все не так просто… Я помогу тебе вспомнить, но есть небольшая проблема… — она аккуратно положила папку с делом парня и уселась на свое кресло, потирая ладошки перед разговором       Во время операции, специалистам было сложно избавиться от сильных эмоций, которые буквально вросли в память Антона, они удаляли их по несколько раз, но те появлялись снова и снова. Им нельзя было оставить не одного воспоминания об Арсение, потому что это было некой цепочкой: удалишь одну мысль, но не удалишь следующую, вторая все равно появится спустя время.       Эмоции и чувства Антона к бывшему парню были глубоко посеяны и под кожей, и в крови, и душа тоже попала под удар. Такое крепкое влечение имела лишь первая любовь, которая как не кстати, была еще и судьбой послана. В общем, докторам было сложно противостоять Вселенной, поэтому они сделали две процедуры, на случай если первая не сработает. Помимо удаления всех воспоминаний о Попове, они удалили и чувства к нему. Навсегда. Если бы вдруг Антон после операции все помнил, то уж точно бы ничего к нему не чувствовал.       Операция прошла успешно и Шастун знать не знал кто такой Арсений Попов, но в нем все еще были исправлены чувства, которые находились в спящем режиме, и как только к нему вернутся воспоминания о том мужчине — активируется удаление эмоций и чувств к определённому человеку.       — Алена Алексеевна, вот вещи, связанные с молодым человеком Антона — администратор поставила коробку рядом с парнем и удалилась из кабинета       — Антон, ты уверен, что хочешь это сделать? Как только ты все вспомнишь, ты ничего не будешь чувствовать к Арсению       — Сейчас же чувствую… — парень смотрел на Алену во все глаза       — Сейчас он для тебя новый человек, у тебя нет с ним воспоминаний. Твой мозг воспринимает его как новоиспеченного друга, или парня, или просто знакомого, хотя… — она остановилась — …если Арсений тебе все рассказывал и показывал, то процесс восстановления уже запущен. Возможно, после просмотра видео, ты все вспомнишь, но через какое время твои чувства к нему исчезнут, точно сказать не могу. Может сразу, может через пару часов, может вообще через сутки.       — Можно как-то убрать это? — она покачала отрицательно головой — Блять… Ладно, нет смысла что-то говорить, я ведь сам просил это сделать       Антон открыл рядом стоящую коробку и заглянул, где его сразу встретила та самая мягкая игрушка в виде лисички.       Он не верил в то, что если все вспомнит, то чувства исчезнут. Антон был убежден, что все будет хорошо и они начнут все сначала, даже зная, что было в прошлом. Через боль и ссоры они пришли к одному. Они будут вместе.       — Я посмотрю это с Арсом — он прочистил горло, выходя из кабинета — Ален, спасибо, что все рассказали. Теперь я хотя бы знаю, что делать и в какую сторону двигаться...       — Я всегда рада помочь, но ты будь аккуратен с этим       — Все будет хорошо — он подмигнул девушке на ресепшне, проходя мимо и вышел из помещения       Ну вот и все. История заканчивается хорошо, осталось только решить пару нюансов, и они с Арсом заживут новой-старой жизнью, как и было предначертано судьбой.       Забавно и удивительно, что такие организации существуют, ведь всего лишь по одному ошибочному чувству можно лишить себя чего-то главного. Чего-то, что человек дорожит годами. Как бы больно не было, нельзя забывать те скорбные моменты, ведь это и делает человека живым. Это дает понять, как поступить в следующий раз и не наступить на те же грабли, но люди существа сумбурные, и привыкли рубить с плеча.       Антон быстро добрался до квартиры Арсения. Он как-то без особой ясности начал все вываливать на него, оставляя вопросы без ответа, и посещая в голове Попова еще больше сомнений. Шастун пытался говорить быстро, пока ничего не забыл.       — Брелок, который нам привез Дима из Турции — Арс поочередно показывал все сувениры, подаренные Антону. Он помнил все подарки, игрушки и браслеты. Сам ведь дарил.       Шастун подсел к мужчине сзади. Его губы коснулись черных волос, и он невольно зарылся в них. Медленно он начал спускаться на шею, которая уже давно подставлена для его губ, и только крепче прижимая Арсения, понимал, что он ему нравится. Прям ну очень сильно нравится.       — Ты рассказывал, что мы расстались… То есть, что ты меня бросил — начал шептать Антон в шею Попова — Почему сейчас мы вместе? Ты же меня помнил и спустя столько времени согласился попробовать снова       Арс шумно выдохнул:       — Ты знаешь, я думал об этом, и пришел к таким мыслям, что ты был… Ну, как ребенок. Я имею ввиду, тебе нужно было максимум внимания и ласки, а я тоже хотел — Арсений повернул голову — Я хотел, чтобы как сейчас…       — Ты очень нежный, но раньше таким не был? — мужчина активно закивал. Антон все правильно понял. Он понял, что Попов хотел иметь более активного мужчину, чем он.       — Теперь ты рядом, и я чувствую себя гораздо лучше… — он доставал запись с речью Антона, и одновременно ластился о парня сзади.       Они вставили диск в ноутбук и принялись смотреть. Антон смотрел на себя и узнавал того, слабого духом, парнишку; того, чьи чувства можно было ранить в два счета, сказав что-то безобидное; того, кто даже не мог постоять за себя. Он очень изменился. Как будто его подменили на другую версию Антона. Слова, которые он слышал от себя самого, ранили только тем, что он все это терпел, ведь ему сейчас и палец в рот не клади — откусит махом.       А вот Арсений чувствовал стыд за себя, потому что не осмелился тогда сказать прямо чего он желает. Решил, будто это было самым правильным, что он когда-либо делал, а стоило немного подождать и жизнь бы повернула совсем в другое русло.       Тому, кто умел ждать, доставалось все.       Нельзя опускать руки сразу, когда что-то не получается. Если на пути к цели сложно — идешь в правильном направлении, если хочешь сдаться — до победы остается один шаг.       — …как сильно я влюблен и как сильно я разбит — запись оборвалась, а вместе с ней оба сердца, бьющиеся в унисон       — Я… — Арсений громко сглотнул — Тош… Ты прости меня, я не знал как ты… как ты был влюблен       — Это в прошлом, сейчас у нас новая жизнь — зеленоглазый прижал мужчину крепче, защищая от своих же, ранящих, слов с экрана — Слышишь? Даже не думай об этом и не расстраивайся. Я скоро вспомню все, и мы…       — Начнем все сначала?       — Да, Арсюш. Мы начнем все с самого начала.       Зверская тоска накрыла Антона, но этого он не показал.       Все само наладится, а пока не стоило расстраивать своего мужчину.