Компромат

Машина останавливается у ворот Елисейского дворца. Экран телефона загорается — всплывает сообщение от Марин Ле Пен. «Девочка-сосочка, не забудь резиночку». — Вот же обдолбанная тварь, — цедишь ты сквозь зубы. Она продала тебя как дешевку, а ты даже не знаешь за что. «Неужели херня на этом ноуте — чем бы она ни была — стоит моей конвенционально красивой вульвы?» — думаешь ты. Не то чтобы ты была против переспать с Макроном, но ты предпочла бы другие обстоятельства. Машина подъезжает к парадному крыльцу Елисейского дворца. Ты чувствуешь себя Вивиан Уорд, которая вот-вот встретит своего Эдварда Льюиса. Ты тянешься к ручке двери, но не успеваешь даже дотронуться до нее, как подбежавший сломя голову дворецкий, открывает тебе дверь самым галантейшим образом. — Добрый вечер, мадемуазель, — в его голосе слышатся нотки почтения. Ты уже не чувствуешь себя проституткой. Ты чувствуешь себя куртизанкой. Выходя из машины, ты вскидываешь голову. Весь твой восторг прячется за надвинутыми на глаза очками и надменной улыбкой. Тебе хочется сделать вид, что в таких местах ты бываешь чуть ли не каждый день. — Следуйте за мной, вас ожидают, — говорит дворецкий. Он ведёт тебя в холл, оттуда вы поворачиваете направо и ты входишь в комнату с чёрным ковром, орнамент которого напоминает золотые кольца и дорожки кокаина (какой день, такие и ассоциации). Чтобы не заплутать, ты решаешь запоминать ковры в каждой комнате, которую вы проходите. В следующей комнате твой взгляд цепляется за лазурно-золотой ковер, рисунок которого напоминает библейского серафима. Вы проходите комнату наискосок и оказываетесь в зале с неприлично длинным ковром и таким же неприлично длинным столом. Здесь путешествие заканчивается, дворецкий проводит тебя к распахнутому портфенетру, ведущему во двор. В глаза бросается фигура президента. Его брюки красиво обтягивают бедра, а рукава белой рубашки закатаны, обнажая загорелые предплечья. Он носится по ювелирно подстриженному газону вместе со своей собакой. Макрон слишком увлечен игрой, чтобы заметить твое появление. Ты осматриваешься и замечаешь буквально в двух шагах от себя ноутбук на садовом столе. Твоя первая мысль: схватить его и убежать. Но почувствовав взгляд дворецкого, ты одергиваешь себя. Макрон оборачивается и идет в вашу сторону, лучезарно улыбаясь. Немо бежит за ним, радостно виляя хвостом. — Спасибо, Константин, — Маню кивком отпускает дворецкого. — И снова здравствуйте, мадемуазель. — Месье президент, — удрученная мыслями, насажденными Ле Пен, ты даже не скрываешь разочарования. Он предлагает сесть, и вы устраиваетесь под зонтом для террасы. Макрон будто чувствует твое напряжение и говорит: — Дай, Немо, дай. Ты не понимаешь значения команды, пока собака не подходит к тебе очаровательно косолапой походкой и не кладет на колени плюшевого сиреневого мишку. Это заставляет тебя улыбнуться. Ты гладишь пса, и он с удовольствием подставляет голову под твою ладонь. Собака отвечает добрым взглядом на твою ласку. Напряжение окончательно спадает. — Вы, похоже, собачница. — Ну, я. — Какой я негостеприимный хозяин, не предложил вам ни чай, ни кофе. Хотите чего-нибудь? — Мне бы вот этот ноутбук и можно без сахара. И вообще, что мне мешает просто взять его и уйти? Ты протягиваешь руку к ноутбуку. — То, что я уже все скачал на флешку. Ты разочарованно откидываешься на спинку стула и скрещиваешь руки на груди. Окинув его угрюмым взглядом, ты спрашиваешь: — Прежде чем вы озвучите свои требованиям, могу я хотя бы узнать, за что я меня продали? — Прошу прощения? — Вы ведь попросите меня сделать что-то унизительное взамен? — Что?.. Нет. Вообще-то, я надеялся, что Ле Пен пришлет вас, потому что одному это читать не так весело. Его слова ещё больше сбивают тебя с толку. Он подтягивает ноутбук к себе и открывает крышку. Его неизменное спокойствие походит на издевательство. — Это все шутка для вас? Тирада возмущения подкатывает к горлу, но он перебивает тебя, зачитывая: — «Золотая гостиная в Елисейском дворце была наполнена дурманящим паром. Королева Марин Ле Пен, подобно Клеопатре, полулежала на золоченой кушетке в окружении рабов, обмахивающих ее веерами из павлиньих перьев, с наслаждением затянулась вейпом со вкусом чистого элитного каннабиса. В свободной руке она сжимала золотые звенья цепи, которая тянулась к ошейнику на горле ее главного трофея. В ее ногах лежал полуобнаженный мужчина, лишь шелковая ткань на тонких золотых веревочках опоясывала его талию, едва прикрывая достоинство. Она с лязгом потянула на себя цепочку, заставляя Макрона обернуться.» — Это что… Фанфик? — Лучше. Это фанфик авторства Марин Ле Пен, в котором она представляет, как правит Францией. И это самый безобидный отрывок, который у меня язык поворачивается озвучить. — Не может быть! — ты вскакиваешь и встаешь у него за плечом, вглядываясь в экран. Ты не можешь сдержать смеха, когда читаешь строчку за строчкой этого бреда, написанного, судя по всему, в полном наркотическом угаре. Ты стоишь позади Эммануэля, полностью увлеченная текстом, и даже не замечаешь, как сжимаешь плечо Макрона от того, как сильно смеешься. Вы заливаетесь смехом, и ты упускаешь момент, когда Макрон умолкает. Ты чувствуешь его взгляд и, обернувшись к нему, понимаешь насколько близко ваши лица. Его искренняя улыбка и лучезарный взгляд не оставляют никаких сомнений в том, что в его намерениях по отношению к тебе никогда не было ничего грязного и непристойного, ничего общего с тем, какой ужас тебе внушила Ле Пен. — Пойдем со мной на свидание? — говорит он.