Укол, предотвращающий бешенство

Тимошка Камадо, мальчик из многодетной семьи, проживающей в богом забытой глубинке под Ростовом, был первым парнем на деревне и главным трудоголиком села на триста человек. В свои тринадцать юный Тимошка сам добывал уголь, продавал его втридорога благодаря своему складу ума прирожденного маркетолога и прокармливал тем самым пятерых младших братьев и сестер, оставшихся на одну лишь матушку в ее и без того юные годы. — Тимоша! Тимоша! — кричал младший брат Тихон, размахивая хиленькими ручками во все стороны. — Ты сегодня будешь с нами в футбол играть? — Тихон, братик, ты шо? — Тимофей знал, конечно, что он в семье гений, но не подозревал, что до такой степени. — Вокруг снега столько, что тебе до глаз достает. Какой футбол? — Но Тимоша! — Хавроша Камадо явно решила поддержать своего брата. — Ты обещал проводить с нами больше времени! — А семью кормить кто будет? — Надя! — Надя и так с вами днями и ночами сидит, маме помогает… куда ей работать в двенадцать лет? Видя, что дети сейчас разревутся, Тимоша устало вздохнул, сбросил на снег свой рюкзак с углем (который он, конечно, приготовил самостоятельно в печке по рецепту из игры «Майнкрафт») и подошел к брату и сестре, обняв их с обеих сторон. — Давайте так, — он потрепал каждого по голове. — Я сгоняю в сельпо, заработаю нам на селедочку, а потом мы что-то придумаем? Не обязательно футбол, но простая русская битва на снежках тоже сойдет. — Идет!!! Дети тут же заулыбались и отпустили брата. — Все, я погнал, буду вечером. Или завтра. Или через неделю, хрен его знает. — Как, через неделю? — мягко говоря, офигела Хавроша. — Ты же просто продаешь уголь! — Скажи это соседям, которые почему-то решили, что мой нюх волшебный, и я должен из-за этого исполнять все их прихоти. А я ж добрый, как я откажу? — Так а соседи не думают о том, что тебя дома тоже ждет семья? Или что тебе всего тринадцать? — Соседям похуй. Все, — он накинул рюкзак на плечи и помахал им, тепло улыбнувшись. — Слушайтесь маму, не доставайте Надю! С этими словами Тимоша Камадо отправился в путь. На следующее утро — КАКОГО ХУЯ?! Тимоша рыдал над телами своих ближайших родственников и не мог поверить, что это действительно случилось. — ЗА ЧТО?! ЗА ЧТО МНЕ ВСЕ ЭТО?!!! А ЭТО ЧТО ТАКОЕ?! Внезапно на глаза юному герою попался старенький травмат, который он однажды видел у городских ментов. Утерев слезы, Тимоша обернул ладонь в модную черно-зеленую накидочку от «Vans» (один ростовский миллиардер подарил ему брендовый б/у плащ взамен на десять килограмм угля) и подобрал случайно найденную улику. — Какой странный запах, — Тимоша поморщился. — Пахнет лекарствами и музыкой восьмидесятых… Сохраню для дачи показаний. Вдруг в углу кто-то зашевелился. Тимофей тут же рванул в ту сторону, искренне надеясь, что ему не показалось. — НАДЯ! Надежда Камадо, младшая сестра Тимоши, еще дышала. Главный герой, не теряя ни секунды, подхватил сестренку на руки и вынес из дома-могилы на улицу. — Надя… Держись, Надя! Мы… Я дойду до больницы и все будет хорошо, я обещаю!

***

— НАДЯ, ТЫ ШО, С УМА СОШЛА?! Я Ж ТВОЙ БРАТ! В ответ на это у Нади пошла пена изо рта, и она зарычала. Взбесившаяся сестра оскалила зубы и готовилась нападать в очередной раз прямо посреди темного леса в самую холодную зиму за последние тридцать лет. — Надя, Надя, очнись! — кричал Тимоша, сдерживая сестру обеими руками и ногами. — Надя, это ж я! Внезапно чья-то сильная рука схватила ополоумевшую девочку за шкирку и прижала к ближайшему дереву. Тимоша поднял голову. Патлатый парень, на вид студент лет девятнадцати, в перештопанной накидке, с гигантскими синяками под глазами и лицом «дед инсайда» махал перед его сестрой внушающего размера шпагой и орал страшные выражения. — СТОЙТЕ! — Тимоша подбежал к сестре и закрыл ее всем телом от разъяренного алкаша. — Не трогайте Надю, она не заслужила такой смерти! — Отойди! — рявкнул на него молодой фехтовальщик, от которого за километр несло перегаром. — Твоя сестра превратилась в демона, ее уже ничего не вернет! — Какого демона, дядя! — орал Тимофей. — Демонов не существует! Она просто сошла с ума на почве смерти нашей семьи! Патлатый парень схватил по обе руки брата и сестру, всунув попутно юной Наде платок в зубы. — Милиция, милиция! Сумасшедший маньяк насилует детей! — Заткнись, ущербыш! — Фехтовальщик разозлился. — Демонами называют сошедших с ума людей, которых мы, истребители, упекаем в Психиатрическую больницу №1 Воронежской области! Тимоша Камадо так прихуел, что ему нечего было и ответить. Но все же он ответил. — Я вылечу ее! Нет неизлечимых болезней! — С демонами ничего нельзя сделать, кроме как приструнить искусством фехтования и отвезти на пожизненную терапию! Твоя сестра больше не человек! «Ну все, щас ты у меня попляшешь!» — пронеслось в голове у первого парня на своей деревне, и он вырвался из захвата патлатого студента. Подхватив свой счастливый топор, которым он всю сознательную жизнь (а это два года) рубил деревья для рецепта угля, он зашвырнул его в сторону молодого истребителя, чуть его не укокошив. Тут же отпустив сестру Камадо, загадочный фехтовальщик отшатнулся в сторону. В это время Надя кинулась в сторону брата. Уже ожидая, что юный дебиленыш поплатится целостностью ума от ее клыков, патлатый юноша хлопнул себя по лбу. Но это было зря. Надя развернулась спиной к брату, загородив их обоих от очередной атаки загадочного фехтовальщика. Из ее рта все еще шла пена. — Надя… — Тимоша чуть не разрыдался от такой заботы ополоумевшей младшей сестры, в то время как молодой студент явно пришел в шок. Не сумев ничего сказать умного, потому что понял, что был совсем не прав, фехтовальщик дал обоим крепкого леща — брат и сестра Камадо тут же погрузились в сон.

***

Проснувшись на холодном снегу, Тимоша огляделся в поисках сестры и обнаружил ее связанную и спящую рядом с собой с веткой березы во рту. Он не понял причину сей ситуации, но вынимать подобный «кляп» не стал. Покопавшись по карманам, замерзший Тимофей вынул оттуда кусок помятой газеты «Московский комсомолец», на которой корявым почерком было нацарапано следующее: «Тимофей Камадо, Я не стал упекать твою сестру в психушку, потому что она не похожа на других демонов. Вместо этого я всунул ей в рот ветку березы, потому что кляп – это чересчур для такой маленькой девочки, и в тюрьму мы с тобой не хотим. Не вынимай ветку у нее изо рта и не выводи ее на улицу при свете дня, чтобы никто этого не заметил. Демоны боятся солнечного света и становятся как овощи — пялятся на Солнце, не моргают… короче, не выводи ее на свет, усек? В любом случае, меня ебет не это, меня ебет другое. Я разглядел в тебе потенциал. Твой удар топором был настолько точным, что меня спас лишь мой инстинкт самосохранения. Если пару лет потренируешься, может, из тебя что-то дельное и выйдет. Научишься искусству фехтования, пройдешь конкурс и попадешь в Корпус Истребителей Демонов. Иди с сестрой по этому адресу и найди моего учителя, Сергея Урокодаки. Скажи, что ты от меня, и он сразу все поймет. Не тупи и поступай правильно, Гриша Томиока»