Ах, мой Манджиро, Манджиро Сано..

      — Хайтани, вы совсем долбанулись? — прошипел Санзу, недовольно сжимая руки в кулаки. Недавно одним ударом он сбил с ног Риндо, который недоуменно смотрел на него, пытаясь встать. Ран лишь хмыкнул.       — Да ладно тебе, Санзик, чего ты так завёлся? Надо же было посмотреть, чего стоит этот парень, раз сам Майки его выбрал.. — потом он словил на себе взгляд розоволосого и засмеялся. — Возможно, тебе есть чему у него поучиться. Ты так рьяно хочешь заслужить уважение.. жаль, что твоему хозяину на тебя всё равно. Так бы..       Договорить он не успел. Потому что Харучиё замахнулся на него, собираясь ударить, но тот во время ухватил его руку, избегая удара.       — Не смей говорить об этом, — зашептал Санзу. Старший Хайтани лишь удивлённо на него посмотрел и отпустил его руку.       — Удачи оставаться, — кинул напоследок Ран, следуя за Риндо в коридор.       Такемичи смотрел на молчащего Санзу. В его голове крутился всего один вопрос:       Он жив?       В последнюю их встречу парень лежал на окраваленном полу, перед этим хорошо приложившись об пол головой. Он даже не дышал..       — Хватит так пялиться на меня. Это напрягает. — Чуть ли не рыкнул Санзу и пошёл по коридору махнув Мичи, чтобы тот шёл за ним.       Такемичи лишь послушно пошёл следом. Спрашивать особо ничего ничего хотелось, да и вряд-ли он бы ему ответил. Ему было некомфортно с этим мужчиной. От него веяло недоброжелательностью. Будто он помог Мичи, потому что так надо. Будто если бы у него был выбор, он задушил его собственными руками.

***

      Ещё немного походив туда-сюда по коридорам и лестницам этого огромного здания, розоволосый остановился у чёрной двери, которая была местами поцарапана. Хмыкнув, Харучиё открыл дверь и зашёл внутрь, закрыв после за брюнетом дверь.       Сама комната была по размерам небольшой, но там могли уместиться стол, два шкафа и даже столик с диваном и креслами. На стене, для интерьера, весела одна картина. На ней была изображена девушка, вместо волос которой были змеи. Своими белыми глазами она смотрела на Такемичи, будто зная кто он и откуда.. жуть в общем. Стол был весь заставлен какими-то "супер-важными" бумагами, которые чуть ли не падали оттуда на пол.       — Это твой кабинет? — задал максимально очевидный вопрос Такемичи и стал осматриваться.       — Нет, просто провожу тебе экскурсию, — сказал тот и хмыкнул, рассматривая бумажки на столе.       — Ты не устаёшь от своей работы?       — Вообще это не моя работа. Моя была пиздить мудаков направо и налево, и Майки понизил в должности, так сказать за лишние "выебоны", — вздохнул Харучиё и посмотрел в окно.       — Как же ты отвлекашься от такой рутины? — тут Мичи поддался вперёд, как будто сейчас у него в руках появиться мешочек с магической пыльцой, которая решает все проблемы. Ну.. почти так и вышло.       — Это самая лучшая вещь, которая была создана человеком. Одна дорожка и всё наполняется яркими красками, — с вдохновением говорил розоволосый, глядя на пакетик у себя в руке. — Попробуешь?       — Майки не разрешил бы.. — пусть Мичи и лишился всего, но инстинкт самосохранения у него всё ещё работает. Пусть и не всегда, как надо.       — Плюнул бы на этого Майки.. он тебя там силой держит. Так почему ты не думаешь о побеге? Вряд-ли он будет искать тебя, если ты накатаешь на него в полицию. Сейчас его нет, я мог бы провести тебя через чёрный ход и вызвать тачку, которая довезёт тебя в безопасное место.. — улыбаясь говорил парень и подходил к Мичи.       Голубоглазый минуту колебался, а после кивнул.

***

      Санзу смотрит в окно. Там птички весело прыгают с ветки на ветку. Интересно, он сможет в следующей жизни стать воробьём? Или журавлём? Да хоть колибри. Лишь бы можно было беззаботно летать над землёй и не о чём не думать...       Дверь сзади резко открылась, от чего Харучиё подпрыгнул на месте.       — Где Такемичи? — повалив парня на землю кричал Манджиро, сжимая его горло своей тонкой рукой. — Сука, отвечай!       — Ммф... почему тебя так.. хх.. беспокоит этот.. сучёныш? — хрипло говорил бирюзовоглазый и с улыбкой смотрел на своего босса.       Он наслаждался болью, которую тот причинял Хару. Он давно привык к таким отношениям. Ему давно ясно стало, что другого просто не заслужить. Но надо радоваться тому, что есть, верно? Радоваться каждый раз, когда Сано избевает его до полусмерти. Радоваться, когда использует его рот в своих грязных замыслах. Радоваться, когда тот доверяет ему важные задания. Разве это не значит, что Манджиро тоже питает к нему какие-то чувства? Значит же..?       — Не смей так говорить о нём! — светловолосый с силой приложил того головой об пол и ударил кулаком по щеке. — Ты не заслуживаешь имя его произносить, не то, чтобы оскорблять. Ты и близко с ним не стоишь. Об тебя только и можно, что ноги вытереть. Ничего более. Ты всегда бежишь ко не по любому зову, радостно виляя хвостиком. Верный пёс. Насколько долго тебя хватит? — Ещё удар. — Ты жалок. — Снова. — И противен мне. Была бы моя воля, я никогда бы не связывался с тобой. Но, кажется, ты преуспеваешь в том, чтобы угодить мне. Лучше тебя это никто не делает, так что скажи уже наконец где этот чёртов Ханагаки и на сегодня мы закончим.       — На диване. — Шепнул Харучиё и замер. Ему было больно. Не от ушибов и ломки, нет.. от слов, которые говорил Манджиро. Он же верил, что это симпатия есть и у Майки к нему. Так почему слёзы текут в бо'льшем количестве?       Брюнет действительно лежал на диване и молча смотрел в потолок, улыбаясь. Там ему видленились разные яркие узоры, которые переливались всеми цветами радуги.       — Мичи, нам пора домой, — Сано взял её за руку, на что второй скривился.       — Злобный тролль, отпусти меня, я не пойду к тебе в подземелье! — попытался он встать, но упал назад и стал смеяться. Тут он пальцем поманил к себе Майки и шепнул ему на ухо. — Майки, я понял, что это ты. Только другим не говори и давай сматывать оттуда. Я не хочу работать в их тролльской пещере..       — И как же ты понял, что это я? — беря его на руки спросил Манджиро, улыбаясь.       — Ты самый хмурый из всех троллей, — хихикнул парень и обнял его за шею. — И вкусно пахнешь..       — Чем же?       — Кровью.

***

      Ран осторожно приоткрыл дверь и зашёл внутрь. Везде творится полный хаос: все бумаги валялись на полу, стол перевёрнут, картина с Медузой (которую он сюда и принёс) валялась на полу, а виновник всего этого сидел на диване и смотрел в окно.       — Эй, Сан.. боже, — подойдя поближе тот увидел ссадины на его и без того изуродаванных щеках. Его обычно яркие изумрудный глаза выражали лишь холод и непонимание. Зрачки резко переместились в сторону старшего Хайтани, от чего тот дрогнул.       — Я правда такой ужасный? — шепнул Харучиё и с надеждой посмотрел на того.       — Конечно нет , — улыбнулся фиолетовоглазый и сел рядом, приобняв его. — Ты самый чистый и искренний человек, которого я знал. Пусть иногда ты забываешься в своей одержимость от Манджиро, однако это не портит тебя. Ты по прежнему прекрасен. От кончиков волос, — он нежно провёл по розовым локанам, которые под конец дня ужасно спутались. — До ступней.       — Спасибо, мне полегчало, — улыбаясь, будничным голосом сказал Санзу и встал, протягивая руку Рану, — ну что, по стаканчику виски?       — Конечно, — улыбнулся тот и поднялся следом.