Вечный - не вечный сон

Сколько он себя помнит, Лу Гуан не был эмоциональным, как его сверстники, ничего не привлекало и не радовало так, что ты готов был визжать и бегать по всей округе от прилива нескончаемой радости. Друзей особо не было, да и мальчик не проявлял интереса к другим людям. В конце концов, зачем, если это не жизненно необходимо, зачем, если ему и так хорошо, а большего ему и не надо. А люди не хотели иметь дела с человеком, у которого вместо лица каменная глыба, не выражающая эмоций, с глазами-льдинками, который одним своим взглядом расскажет и покажет где твое место. Так было до того момента, пока парень по имени Сяо Ши, не позвал его играть в баскетбол. Этот момент из жизни вбился в голову настолько сильно, что он помнит мельчайшие подробности. То, с какой интонацией этот парень с глупым, как казалось на тот момент, хвостиком, произнес, что каждый пас ему - маленькая частичка доверия. Лу Гуан почти был готов улыбнуться, но Сяо Ши кто-то окликнул, из-за чего тот поспешно удалился, помахав рукой на прощание. Обычная ситуация, обычный человек, казалось бы, но такая детская наивность в его словах поражала. Непосредственность. Вот что зацепило. И этот, почти нездоровый, блеск в глазах. Но, как бы оно ни было, Лу Гуан не собирался с ним встретиться еще раз. Контактами не обменялись, да и не был он уверен, что Сяо Ши вообще запомнил его имя после того случая. Но у судьбы другие планы. Вновь они встретились около маленького старого здания, с которого сыпалась штукатурка. С таким обычно неприятно находиться, однако ведра краски привлекли Лу Гуана на пару секунд, он замешкался, и услышал знакомый голос, что окликнул его - О, Лу Гуан, ты что-ль? Честно, он предпочел бы не останавливаться. Честно, он предпочел бы идти дальше по своим делам, но что-то заставило его повернуться. Ответить, однако, ему не дали. Из-за поворота показалась девушка, своей энергией внутри напоминавшая Сяо Ши. Они смотрелись как брат с сестрой, почти не похожие внешне, но явно были готовы отдать друг за друга жизни. Это он понял в первую же встречу - Кто это? Сяо Ши, это твой друг? - Нет, просто сыграли на площадке один раз - отмахивается парень, восстанавливая работу по побелке стены. А Цяо Лин лишь еще больше заинтересовалась новым знакомым - Лу Гуан, ты не хочешь помочь? Парень на пару секунд остановился, завис, как бы, взвешивая все за и против, а после лишь коротко кивнул, соглашаясь на пыльную работенку. По доброте душевной. Потому, что ему нечего было делать. А если коротко - причина сейчас вместе с ним красит стену, рассказывает анекдоты, и смеется. Смеется так заразительно, что Лу Гуан улыбается. Так, как никогда не улыбался. Но, под маской, конечно, никто не увидит. Через какое-то время Сяо Ши позвал Лу Гуана на разговор, закрыв за собой дверь. Хотя и закрываться было не от кого. Цяо Лин гуляла с Шань Шань где-то далеко от их ателье - Лу Гуан, давай сотрудничать? Прозвучало в тишине их комнаты, от чего седовласый опешил. Тот самый блеск в глазах, граничащий с безумием, та самая протянутая рука, только теперь без мяча. И, если было это сказано как просьба, Лу Гуан воспринял это как приказ, от которого не может отказаться. Он уже утопал в этом веселом "безумии", которое так и сочилось из всех щелей. В такие моменты Сяо Ши похож на солнце, заключил для себя парень, улыбнулся и протянул руку - Как можно отказаться? С тех пор они спят в одной комнате, едят вместе, работают, почти все свое время проводят с друг другом. И Лу Гуан, не страдая приниженной самооценкой, действительно задается вопросом, а что Сяо Ши в нем понравилось, что он начал общаться с кем-то столь нелюдимым. Еще и нянькой его своим сделал. Но, на самом деле, ему казалось, что он боится одиночества. В одну из ночей Лу Гуан подтвердил свою теорию, услышав тихие всхлипы с нижней койки. Сяо Ши плакал в подушку, не желая быть услышанным. Напоминал в тот момент ребенка. Нет, не того, коим являлся почти все время, а брошенного на улице, совсем одинокого. Тогда он узнал причину, по которой он часто просыпался по ночам. - Они мне снятся, Лу Гуан... Я не понимаю, что мне делать. Я не помню их лиц, даже имен, я... Они же вернутся? Я скучаю... - в тот момент Лу Гуан поклялся себе, что во что бы то ни стало, он должен будет успокаивать Сяо Ши. Всегда и везде, в каких бы натянутых отношениях они бы не находились, даже если бы Сяо Ши сделал из фотоателье лапшичную, он должен быть рядом. - Они вернутся. И мы дождемся их, вместе - с непоколибимой решимостью сказал, но это, похоже, выглядело так комично, что парень старше начал тихо смеяться - Сяо Ши Чэн, я что-то смешное сказал? - опешивший от такого поворота событий, Лу Гуан даже отстраняется, не уверенный, что у Сяо Ши все дома - Нет, нет, все впорядке. Давай поклянемся на мизинцах? - и они клянутся. Потому что Лу Гуан все еще не может противостоять тому чертовому огоньку в его глазах. Сегодня они вновь вершат судьбы, только в этот раз, Лу Гуан искренне недоумевает. Должен быть подвох. Эмма должна умереть. Они не могут ее спасти. Никак. И он почти верит во всемогущество Сяо Ши, как слышит смех, и мысли его напарника, что разлетаются одна за другой. Он должен был раньше сказать ему выйти из снимка, чтобы старший не винил себя, ведь не виноват, это должно было случиться, но... Не может. Лу Гуан парализован страхом. Столь знакомое лицо девушки, что стала и ему и Сяо Ши старшей сестрой теперь выглядит неестественно. Исказилось в злой ухмылке, а глаза окрашены в ярко-красный цвет. Цвет тех яблок, которые она принесла. Цвет ужасно едкой крови, запах которой он не спутает ни с чем. Все начинает плыть, заполняясь тем самым цветом крови, словно кто-то поменял фильтр прямо у него в глазах. Парень опускает взгляд вниз и видит нож. Нож, что когда-то прикупил Сяо Ши, заявился в фотоателье с криком, смотри что нашел, и долго не мог наиграться, все говоря, насколько он крутой. Никак не мог успокоиться, звал Лу Гуана, чтобы показать очередной трюк, на что слышал лишь то, что это не трюковой нож, и тот порезаться может. И порезался ведь, никогда не слушает. Так было страшно, когда он глубокую рану себе на руке заработал. И сейчас страшно. Только намного, намного больше. Не за себя, за Сяо Ши. Лу Гуан был уверен, что он переживет стычку с маньяком, в любом случае, ведь это Сяо Ши, но переживет ли он смерть Эммы... Седовласый тихо усмехается и смотрит в глаза маньяку, расплывчито, ничего не видит. Не сдержал он обещание. Не сможет быть рядом, когда это так остро необходимо. Но Лу Гуан уверен, что Сяо Ши, тот самый парень, что выпрашивал у него напоследок слопать лапшу и отправился в снимок без его согласися, тот самый, кто ужасно травмирован, несмотря на ребяческое поведение, тот самый, кто заслуживает всего самого наилучшего, их Сяо Ши, все исправит. И вернет его к жизни. А до того момента, он оставит все заботы о парне с глупым хвостиком на Цяо Лин и отправится в вечный-не вечный сон, не сомневаясь в успехе Сяо-Сяо, даже если на это уйдет вечность. Он будет ждать